Я ждала тебя ровно сколько любила

      А в Москве я её любила. Правда, в те минуты, когда она находила на меня время. У Ани было много разных встреч, но чаще всего она виделась с неким Дмитрием. Я бы могла начать ревновать её к нему, если бы не тот факт, что он мужчина и старше её лет на пятнадцать. Хотя, кого я обманываю? Я ревновала. Сильно. Аня пыталась объяснить, что отношения с Димой — это как дочь-отец, но разве я её слушала? Каждый вечер я психовала на себя, представляя их кувыркания, а потом она приходила, рассказывала, как они ходили в очередной музей, что видели. И я успокаивалась. А по ночам она кричала моё имя и твердила: — Люблю, люблю!       В последний день мы пошли гулять по парку Горького, арендовали катамаран. Аня радовалась, словно ребёнок, а я чувствовала себя такой нужной ей или даже мне самой. Будто есть только она и я, и мы созданы быть вместе. Я чувствовала себя значимой, живой. Я была счастлива впервые за долгое время. Но время не щадит никого, особенно влюблённых, потому уже вечером мы прощались возле такси. — Мы когда-нибудь встретимся? — обречённо спрашиваю я. — Глупенькая! А как иначе? Я ведь люблю тебя, а ты меня.       Она кротко поцеловала в губы, остерегаясь, чтобы не заметил таксист, и усадила меня в машину. Я уезжала, не оборачиваясь, потому что знала: один поворот в её сторону, и я остановлю эту машину к чертям собачьим, выбегу и больше никогда не отпущу Аню.       Сапсан. В окне уже едва различимы окна оставленных домов. Достаю телефон и ищу в списке такой спасающий номер подруги. «Я сейчас уезжаю от самого дорогого и любимого мне человека. Зачем?» «Вот именно — зачем?» «Затем, что это не надо ей»       А дальше жизнь проходила мимо. Вот мой выпускной, вот выпускной Ани, потом она возвращается в свой город. Я судорожно думаю, как встретиться с ней, вспоминаю, что та собиралась зимой перебираться либо в Москву, либо в Петербург. Супер, знать бы куда точно, ведь надо выбирать место стажировки. Кстати, я же так и не помогла Нике с местом, но через знакомых узнала, что она всё-таки переезжает в Москву. Если честно, я думала, что если не вместе — то она туда не поедет. Все эти события разбавляются бесконечными ссорами с Аней из-за нашего расстояния. Нет, никто никого не винит и не заставляет переезжать, просто находясь в другом городе, она считает, что я постоянно ей здесь изменяю. А как можно изменять, когда вы даже не вместе? Да и как я могу изменять, если люблю?       А потом, как гром среди и так не особо ясного нашего неба, прилетает новость от Ани: «Я приезжаю в Москву»       И, наверное, я должна радоваться, если бы не тот факт, что приезжала Аня в Москву за счёт какой-то девушки, которая так сильно хочет её, что готова оплатить всё путешествие. Аня сказала, мол приезжай, пару вечеров, возможно, получится встретиться, но ночью ей обязательно надо будет возвращаться.       Мы ругались, прекращали общение. Меня постоянно атаковали истерики, хотя прежде я не умела плакать. Потом мирились, потому что уже не могли друг без друга. И ругались вновь.       Я бы хотела уметь любить вопреки, выше земного, чтобы радоваться простому факту: мы встретимся, мы будем ещё несколько дней вместе. Я не могла, в груди саднило — она будет с кем-то ещё, она не принадлежит тебе, и это никогда не случится. А потом меня осенило и я в полнейшем отчаянии дрожащими пальцами набрала смс: 
«Пожалуйста, не едь ни в какую Москву. Давай вместе на море? Я оплачу тебе билеты» «Ты дура?» «Нет, просто я очень сильно тебя люблю»       Как объяснить маме, что я еду на море с едва знакомой девушкой, которую люблю всем сердцем? Как договориться на работе с отпуском? Где взять деньги на эту чёртову поездку? И всё это ещё в тот момент, когда нужно решать вопрос с дальнейшей стажировкой, местом жительства. Но разве все эти вопросы имеют хоть какое-то значение, когда на кону — любовь?       И вот поезд, который везёт меня к морю, к звёздам, к человеку, которому я отдала на хранение своё сердце. До встречи, кажется, полтора суток, и тянуться они будут невыносимо долго. Часы, которые дают мне время побыть наедине с собой, а это сразу открывает двери непрошеным мыслям. А зачем я вообще еду туда? Растянуть удовольствие? Десять дней с ней обернутся десятью месяцами страданий после. Стоит ли это того? Да. Даже секунда с ней стоит многолетних страданий. Такая вот расплата за любовь.       А после такси, уже с Аней. Рука так и тянется на её колено. Таксист, кавказец, делает вид, что не замечает наших взглядов, нам же настолько плевать на собственную безопасность, что если сегодня суждено умереть — то дайте хотя бы успеть поцеловаться.       Возбуждённые мы влетаем в комнату, хорошо было бы сходить в душ после двух ночей в поезде, но расставаться с ней сейчас — сродни преступлению. Я закидываю Аню на кровать и покрываю всё тело поцелуями, раздеваю, хотя уместнее сказать — разрываю всю её оболочку и обнажаю, кажется, до души. Она смотрит на меня взглядом смирения, и я читаю в её глазах: только не сделай мне больно. Я любуюсь ею, она всё ещё стесняется, хотя после всех наших безумных ночей — это по-детски глупо. Совершаю над собой величайшее усилие, отодвигаюсь и сбитым голосом с хрипотцой произношу: — Мы всё-таки на море приехали, надо успеть сегодня искупаться.       До моря доходим уже к вечеру. Я с разбега ныряю в эту синеву и отдаюсь случаю. Аня смотрит на меня с берега — для неё уже холодно. — Я до буйков и обратно! — пытаюсь перекричать волны. — Катя, пожалуйста, не надо, уже темно.       В темноте я действительно теряю ориентиры и потому выплываю на берег немного в другой локации. — Ебучая галька, а нельзя было песочку тут насыпать?       Вдалеке увидела мечущуюся Аню, кажется, ситуация опасная. — Ань, я тут! — кричу и машу рукой.       Она повернулась и, клянусь, у неё из глаз лазер выстрелил, как у супергёрл. — Сука! Ты! Какого хуя! Блять! — Тише, тише. — приближаюсь и пытаюсь приобнять. — Не трожь меня! — она выставляет руки перед собой. — Ань, успокойся, всё хорошо.       Вторая попытка заключить в объятия увенчалась успехом. Аня вся дрожит, и это точно не от холода, а от волнения. — Ну я же выплыла вот, чего ты? — Да ты охуела? — она пытается вырваться. — Пока ещё нет. — смеюсь. — Отпусти меня, я уже вся мокрая. — Так быстро? — игривый взгляд. — Ты ду-ура!       Мы сидим на берегу и слушаем мелодичность волн. Я держу Аню за руку, а её голова покоится на моём плече. Пальцы переплетены, как и отныне переплетены наши судьбы. Улыбаясь ночному небу, отмечаю про себя: нет, сегодня я нырнула не только в синеву, но и в красную, прожигающую до костей, субстанцию под названием — любовь.