"если влюблённость длиться больше трёх месяцев, это любовь."

***

      Япония уже несколько часов как должна была быть дома. Истикавшись донельзя, Россия ходил взад-вперёд по всему дому, периодически присаживаясь на диван, чтобы потискать кота и тем самым выпустить чуток стресса. Кот от такого, конечно же, был не вполне в восторге, но что поделаешь, если «любимый» хозяин хочет, а потому, бедное животное вполне спокойно и обречённо сидело на руках. И даже, иногда, но мурлыкало, всё же чужое тело делилось теплом, которое так любят коты.       За окном бушевали осенние ветра, заносящие в голову бедного парня лишние, совсем ему ненужные, мысли. Официально, между Японией и Россией ничего не было: они только соседи, ничего больше. Росс и сам воспринимал эти отношения именно так. Но если бы сейчас ему была дана возможность взглянуть на себя со стороны, то в его головы бы закрались сомнения, на самом ли деле его милая подруга для него просто сосед. Но , конечно, сейчас ему и так хватало мыслей в голове. От которых он был бы непрочь избавиться. Жаль – никак.       А часы всё шли и шли. И шли бы так дальше, если могли: Их тиканье вывело напряжённого Росси из себя и, от злости, он швырнул бедный предмет интерьера в стенку, от чего те разлетелись. Сразу же за совершённым проступком по спине пробежался холодок сознания и стыда.       «Куплю новые! Завтра же, только её дождусь.»       И он ждал. Ждал долго. За окном лаяли бездомные собаки, орали какие-то песни подвыпившие города, видимо празднующие чей-то день рождения. Ближе к полуночи, натянутые, словно струны, нервы не выдержали. Моментально вскочив на ноги, стрелой пронёсся славянин до прихожей. Сам не заметив, как он надел ботинки и накинул куртку, они будто сами на него налезли, вылетел на улицу, сразу к машине. Япония пропустила уже уйму звонков от неё, и ,он наконец начал звонить не только ей. Сегодня был саммит стран НАТО, куда приглашались все его стратегические партнёры и союзники. Не сказать, что России лишний раз хотелось разговаривать с членами данного объединения, но сейчас выбора особо и не было – он не знал, кто ещё мог видеть Японию кроме них. Но первые звонки Турции, Бразилии и Германии ничего не дали. Наиболее приятные собеседники закончились, он перешёл к прочим. Кто-то просто не отвечал, кто-то сонным голосом посылал его куда подальше и сбрасывал трубку, а кто-то просто ничего не знал.

***

      00:14. Ночь. Дорога. Луна скрылась за облаками и лишь фонари освещают его путь: РФ успел проколесить весь район в поисках девушки, параллельно набирая все знакомые номера. И, наконец, позвонив Украине, он добился результата.       00:25. Стоя у бара, с нарочито яркой неоновой вывеской, взволнованный Россия не находил себе места. На входе, случайно врезавшись в какого-то пьянчугу, пришлось сначала извиняться, чего алкашу показалось мало и тот полез в драку. Росс, конечно, не был ярым драчуном, но сейчас ему было не до того, так что один хук и побеждённый, отчасти из-за количества выпитого спиртного, противник лежал на ступеньках в подвальное помещение.       Громкая музыка била по ушам. В центре помещения танцевала группа подвыпивших подростков и молодых людей, в которых, гормонов, видимо, было больше, чем крови. Не лучшее место для беззащитной девушки.       Особенно такой беззащитной, какой сейчас была Япония. Свернувшись калачиком она спала на одном из диванчиков, а столик перед ней был заполнен пустыми шотами, вероятно из под саке или текилы. В голове парня была уйма ругательств, претензий и вопросов, которые он обязательно задаст соседке, когда та проснётся и немного переболеет. Но сейчас он аккуратно, стараясь не разбудить, поднял её на руки и понёс к выходу. Пришлось ещё и расплатиться за девушку у барной стойки, где он встретил глупо улыбающуюся сестру и Канадца, коие, будучи немного пьяными, танцевали слегка не на танцполе. Благо что никому не мешали.       Девушка, на руках России, периодически щурилась и издавала невнятные звуки, которые впрочем его ничуть не отвлекали. Его сердце по-прежнему было неспокойно, но он уже немного успокаивался, ощущая её тепло и ровное дыхание.       Путь на машине до дома занял некоторое время, но дорога успокаивала его бедные нервы. В размеренной работе двигателя и повторяющему пейзаже фонарных столбов и асфальта есть что-то такое, успокаивающе-романтичное. Что-то, что нельзя описать, можно только прочувствовать. И это «что-то» в разы лучше работает, если рядом есть дорогой человек, мирно сопящий на ухо.       – Россия? – Глазки молодой девушки немного слипались, да и яркое уличное освещение, казалось, било через ни в сам мозг. – А куда мы едем?       – Домой, куда же ещё. Либо спи, либо отвечай на вопросы. Что ты делала в баре? -Лицо парня сейчас было каменным. Он ни на секунду не отводил взгляд на дороге, но маленькая злость вскипала в его жилах: девушка заставила его поволноваться и теперь его сердце требовало объяснений.       – Баре? Каком баре? – Сон, заодно с выпитым алкоголем затуманили воспоминания и замедлили мысли азиатки, но, до боли напрягая мозги, она всё же нашарила нужную ниточку в сознание – Ааа! Я пила – беззаботно улыбаясь пролепетала девушка, наконец открыв глаза нормальна. Правда сразу же она их и закрыла, слегка жмурясь.       – Понятное дело, что пила. Отвечай лучше. По-че-му? – ответ не устроил парня, а расслабляющее действие дороги уже не могло успокаивать расшатанные нервы, от чего голос начинал дрожать. Но его спутница этого не особо, чтобы замечала.       – Россиюшка, они все такие злые! Все! Я то раньше считала их добрыми, считала друзьями, а они! – Спирт Выводил эмоции девушки бедняжки наружу, отчего она даже слегка заплакала. И слёзы сразу же охладили нервы парня. – Все, все-все-все на меня кричат и ругаются. А я ведь ничего плохого не делаю       – Ну же, ну же. Не плачь… Успокаивайся, сейчас же этих злодеев рядом нету – Наконец он отвлёкся от дороги, остановившись на обочине, чтобы стереть с лица девушки слёзы. Конечно же, он догадывался, по какой же причине вчерашние друзья так давили на бедную Японию. И от этого хотелось набить тем морду. Но не мог же он так поступить. – Прошу тебя, успокаивайся. Всё хорошо, тебя никто не тронет и пальцем. Ты только не пей больше так и звони мне, прошу тебя.       – Угу… – От мягких прикосновений к её лицу, Япония вновь начинала засыпать.       – Россия?       – Что такое?       – А я люблю тебя – С закрытыми глазами и уже довольной моськой прошептала девушка заветные слова, которые так мучают её последние месяцы, просясь вырваться наружу.       – В таком состояние ты будешь любить кого угодно… - Со вздохом произнёс объект вожделений девушки. Но в ответ услышал только мерное сопение: она опять заснула и Россия тем самым удостоверился, что за девушку говорил алкоголь, а не сердце, что заставило его вздохнуть ещё раз. Может он бы и хотел таких же слов от неё, но, как он считал, более искренних и в трезвом уме.        Снова вернувшись к баранке, он продолжил путь к их дому.

***

      На утро Япония уже ничего не помнила о разговоре в машине. А если бы и помнила, ей было бы не до этого. Голова гудела, а каждый, даже самый тихий звук, ударялся о стенки черепной коробке, отпрыгивая от одной к другой. Сейчас они с парнем куда-то ехали. Он, вроде, что-то говорил про это, но честно говоря её больше волновала головная боль и кочки на дороге, чем пункт их назначения. Машина остановилась у массивного дома, на пороге которого их уже встречали. СССР в свободных штанах и рыжей рубахе курил трубку и приветливо улыбался гостям.       – Что, Россия, привёл ко мне невестку? -Его голос такой бархатистый, добрый, и как только Япония раньше этого не понимала, они же в прошлом часто встречались. Да и голос России почти не отличается от голоса его отца.       – Не шути. Лучше помоги её «излечить» – сделав акцент на последнем слове, слегка возмущённо ответил парень, выводя перед собой девушку, слегка жмурящуюся от яркого света.       И союз действительно «Излечил» девушку. От головы уже через полчаса помогла небольшая жёлтая таблетка, а от жуткой сухости в горле огуречный рассол, который девушка с некоторым недоверием пробовала впервые.       Уже к вечеру, Гости трапезничали за огромным, и стоит заметить, не пустым столом. Японию несколько пугало, что в этом месте Русских было сразу несколько: РОА, РИ, Союз и РФ сидели по разные стороны стола и разговаривали о чём-то своём. Все похожие друг на друга, рослые и крепкие. И рядом маленькая она, ютившаяся на стуле и неуверенно, как ребёнок державшая ложку. Хотя в этом было что-то семейное. И ей это тоже грело душу. Как островок безмятежности, куда она попала случайно, хотя бы на день сбежав из того ужасного и неприветливого мира.       Спустя несколько минут, она также втянулась в разговор и зала наполнилась тонким, разливистым смехом. Время летело так незаметно. Она даже взгрустнула, что из этого дома ей придётся уехать. Но сейчас, пока время ещё есть, девушка пыталась насладиться моментом на полную.       Весь день она преследовала то одного, то другого Русского, помогая и разговаривая с ними. С Империей у них вышел довольно интересный разговор о писателях современности и прошлого. Она даже узнала несколько новых фамилий, творчество которых, сама себе пообещала детальнее изучить.       Россию и Союза застала в беседке, обсуждающими пустующий огород: сезон уже давно прошёл и грядки, засеянные озимыми культурами, теперь ждали первого снега. Япония некоторое время послушала их разговор о аграрных отраслях разных регионов, попутно попивая чай из миловидного, пусть и не блещущего излишками, фарфорового сервиза. Половину разговора она довольная слушала, прикрыв глаза. А потом пошла дальше исследовать дом, сравнимый по размерам с небольшим поместьем.       В коридорах у комнат бывших республик союза, едва ли половина которых ныне поминала того добрым словом, девушка застала РОА, с которым у них вышел довольно личный и откровенный разговор о недостатке родительского тепла и семьи у обоих. Власовец поделился тем, как после войны мечтал иметь такую же обширную семью, как и Союз, о том, что сотню раз жалел о совершённом неправильном выборе. Напоследок, парень пожелал удачи девушке в их отношениях с Россией и подмигнул ей, засмущав девушку. «Так заметно?» «Но только не для него.»

***

      В наступившую ночь девушке подготовили просторную кровать в большой комнате. На мягкой перине она с удовольствием расслабилась, немного вошкаясь, ручками теребя одеяло и потягиваясь. К ней даже заходил один из четырехлапых обитателей дома – дымчатый кот с зелёными глазами, по кличке Барон.       Но довольно скоро медленно идущее ночное время стало тянуться подобно резине. Бедная Япония, как не пыталась, не могла заснуть. Ей будто чего-то не хватало. В конце концов она всё же встала с кровати и, скрипя половицами, побрела прочь из комнаты. Ноги сами принесли её к двери в комнату России. Смущённо открыв дверь, та увидела так же неспящего парня, который, по видимости, до этого смотрел на потолок, но сейчас перевёл свой взгляд на девушку.       Улыбка заползла на лицо её возлюбленного. Он жестом подозвал Японию к себе, а она была и не против. Шмыгнув под одеяло, девушка тут же оказалась в объятиях крепких, но таких нежных рук.       «Тоже не можешь уснуть?»       И сейчас, оба наконец нашли то, чего им не хватало, чтобы уснуть. Оба стали друг другу родными. Без друг друга они не могли уже даже спать. И Япония очень жалела о том, что сейчас у неё не хватает сил признать в чувствах Россие. А парень жалел о том, что девушка призналась ему будучи пьяной, а нетрезвой. И так, в тёплых объятиях друг друга, с тёплыми мыслями на душе, их сознания плавно уплыли в страну грёз, где они могли быть ближе, чем сейчас.

***

      Прошла неделя. И Япония опять вернулась домой вся в слезах. Как не пыталась, она не могла сдержать слёзы и эмоции от всего того, что сыпалось на неё от вчерашних друзей. А россия больше не мог смотреть на это. Его сердце разрывалось, от созерцания того, как мучается его любимая девушка. И это только отягощалось тем, что главной причиной её проблем был именно он.

***

      Всё собрание Япония ощущала какое-то странное, гнетущее предчувствие. Дом встретил её ничем. Тишина давила на уши. Мрак окутывал комнаты. Кот вышел поприветствовать, как-то жалостно мяукая ей в ноги. Япония подняла зверька на руки и вместе с ним, перемещаясь между комнат, пыталась найти соседа. Но России нигде не было. Только небольшая записка на кровати, лежащая на тортике из его любимой кондитерской.       «Прости, что так внезапно. Но я уже не могу смотреть, как из-за меня ты мучаешься. Со мной всё впорядке, просто я далеко. Ни при каких условиях не волнуйся за меня, не стоит. Я принял решение покинуть на время мировую арену. Мне жаль, что ты узнала об этом именно так, а не лично, но уверен, ты бы попыталась меня отговорить от этого. Я не умру. Просто пропаду из жизни этого мира. Пусть мой любимец останется у тебя, ему с тобой хорошо и будет лучше, чем со мной. Прости. Увидимся, когда всё станет лучше»       Читая записку, на глазах девушки наворачивались слёзы. В голове были тонны вопросов, а в горле застрял ком, который подкрепляли тёплые воспоминания и её мысли о том, что она виновата в этом.

В один миг мир рухнул

***

      На экстренном собрании, созванном по инициативе РФ, девушка ожидала увидеть его, но на трибунах появилась Москва, которая обозначала новую позицию России на мировой арене.       «Россия прекращает прямой дипломатический контакт с миром, однако любая страна вправе обратиться к ней за защитой. Нынешние и новые союзники будут защищаться с рвением и остервенением, согласно политике вооружённого нейтралитета. Торговля будет вестись через доверенные лица-города…»       Япония не дослушала речь и покинула зал. В доме СССР никто не знал, куда делся РФ, все лишь с горечью смотрели на заплаканную девушку, пытаясь её успокоить и нехорошим словом поминая «труса сбежавшего от проблемы», хотя сами думали несколько иначе. Но делали всё, чтобы успокоить разбитое сердце.