Призрак рок-оперы

– Вы любите музыку?! – разнёсся по базе звонкий голос Мико, сопровождаемый пронзительными звуками электрогитары. – А вы любите громкую музыку?! «Сейчас начнётся». Рэтчет почувствовал, что его центральный процессор стремительно перегревается, а кулеры набирают обороты в режиме усиленной вентиляции. Медбот предусмотрительно снизил чувствительность аудиосенсоров до минимума и, будь его воля, с удовольствием обесточил бы главный компьютер, ангар и всю базу, но Балкхэд и Уилджек на другом конце видеомоста Земля-Кибертрон желали продолжения. И оно не замедлило случиться. Воздух вздрогнул от мощных басов, звякнули стёкла в окнах, жалобно задребезжали инструменты в шкафу, а Джек и Рафаэль, не выдержав акустической атаки, незаметно выскользнули из ангара на улицу. К счастью для Рэтчета, кошмар продолжался недолго. Ультра Магнусу срочно понадобилось обсудить с медиком пару важных вопросов, и командующий прервал концерт, оттеснив рэкеров от экрана. Расстроенная Мико задвинула своё оборудование под лестницу, но выключать не стала, лишь уменьшила громкость. Усевшись на одну из колонок, она задумчиво коснулась пальцами струн гитары. Мысли сами собой сложились в звуки, и из динамиков полилась красивая печальная мелодия, так непохожая на то, что Мико играла раньше. Девчонка негромко запела по-японски, изредка шмыгая носом и надеясь, что никто не заметит мокрые дорожки от слёз на её лице. «Почему?» Так получилось, что из всех троих только Мико оказалась не у дел. С Джеком занимался агент Фоулер, у Рафа был Рэтчет, а ей оставалась лишь музыка да короткие сеансы видеосвязи с Кибертроном. Даже во время недавних учений, устроенных Ультра Магнусом, Арси и Бамблби нашли время вырваться на Землю. А Мико пришлось с замиранием сердца наблюдать битву с Предакингом¹ в прямой трансляции через прицелы её собственного «взвода», и радости не смог испортить даже беспрецедентный нагоняй от Рэтчета, в результате которого они с Джеком три дня драили базу под насмешки Рафа. Японка готова была отдать всё, что угодно, лишь бы снова сражаться плечом к плечу с Балкхэдом и Джеки. Но, видно, от неё не было никакой пользы, раз все о ней забыли. Стоящее высоко над пустыней солнце озаряло окрестности мертвенным светом. Его энергии было недостаточно даже для подзарядки от фотоэлементов на крыльях. В зоне тени окружающий мир частично потерял краски, но в нём остались звуки. Саундвейв день за днём упорно перебирал частоты в поисках значимой информации. Несколько раз он ловил переговоры автоботов, и по всему выходило, что ситуация сложилась безрадостная. Мегатрон отошёл от дел, Шоквейв и Старскрим бесследно исчезли, а предатель Нокаут и вовсе переметнулся на сторону врага. В очередной раз настроившись на знакомую волну, связист поначалу решил, что подвергся воздействию резонансного бластера. На него обрушился чудовищный рёв и визг. Сенсоры зашкалило от невыносимых звуков, терзавших нейросеть, как стая диких киберкошек. Одним лишь усилием воли Саундвейв не позволил себе сразу отключиться от передачи. Он узнал этот голос. Голос, разделивший актив десептиконского связиста на «до» и «после». Мико. Какофония внезапно прервалась. Послышались возмущённые вопли несостоявшейся рок-звезды, звук сдвигаемых предметов, ворчание медика, и эфир заняли обычные рабочие переговоры. Поставки оборудования на Землю, безусловно, были очень важной информацией до того момента, как откуда-то издалека в деловой разговор не влилась мелодия. Тихая и грустная. Девочка пела на незнакомом связисту языке, но Саундвейв сделал запись и тщательно её расшифровал. Так впервые за несколько месяцев у него появился план. Увидеть Кибертрон и... прожить обычную скучную человеческую жизнь. Отметить свой шестнадцатый день рождения, зная, что самое лучшее с тобой уже случилось. Такой несправедливости она определённо не заслужила. Мико отложила маркеры и альбом. Пришло время собираться домой. Может, вообще, не стоило сюда приходить. Телефонный звонок раздался так неожиданно, что девчонка подпрыгнула, и рисунки разлетелись по полу. Номер на экране не определился. Обычно так бывало, когда на связь выходил кто-нибудь из автоботов. – Балкхэд! – радостно заорала японка и тут же прокляла себя за несдержанность, не услышав в ответ знакомого голоса. В трубке щелкнуло, чирикнуло и... зазвучала музыка. Расстроенная Мико уже собиралась нажать отбой, но узнала мелодию, которую она играла для Балкхэда и Джеки. – Это же моя песня! – воскликнула девочка. – Ответ: неверный. Мико: звучит так, – из динамика послышался визг и скрежет. – Неправда! – возмутилась японка, скривившись от воплей давешнего «киберкота». Композиция в телефоне снова сменилась на приятную для слуха, и искусно синтезированный голос произнёс: – Мико: может звучать лучше. Рекомендация: найти хорошего педагога. – Ты, что ли, хороший? – усмехнулась она. – Я: лучший, – нескромно признал собеседник. – Предположим, – согласилась японка, – и что от меня требуется? – Совет: проверить электронную почту. Девчонка всё ещё колебалась. Предложение выглядело ужасно подозрительным. С другой стороны, она пока ничем не рисковала, нужно было просто загрузить файл. «В конце концов, это всего лишь запись», – сказала себе Мико, нажимая заветную кнопку.