The show must go on

Унылые в массе своей люди, снующие мимо нее по оживленной улице, вполне отвечали ее настроению, но Тонкс очень надеялась в скором времени это исправить. Слишком резко свернув, она налетела на явно недовольного этим джентльмена и отвлеченно извинилась, тут же продолжив свой путь и не тратя время, чтобы обернуться ему вслед. Бар вечером не пустовал, пусть это и был будний день. Ее встретил приглушенный свет и гул голосов, и от этого знакомого ощущения по телу уже начало разливаться блаженное тепло. Тонкс завертела головой, поднимая голову от телефона и пытаясь найти в толпе знакомое лицо. Получалось из рук вон плохо, но надежды оправдались, и вскоре кто-то сзади хлопнул ее по плечу. Тонкс, чуть не выпустив из рук телефон, закашлялась, резко разворачиваясь: — Твою мать, Уизли, меня так инфаркт раньше времени хватит, — выругалась она. Чарли наигранно-заискивающе улыбнулся и развел руками, в одной из которых держал стакан, который он в следующую секунду протянул ей в качестве извинения. Она одобрительно покивала и сразу же сделала глоток, даже не поинтересовавшись содержимым. Пока что довольно было и того, что оно явно алкогольное, а ее вкусы Чарли знал достаточно, чтобы она не сильно беспокоилась на этот счет. — Тяжелый день, я смотрю, — друг приподнял бровь на такое рвение, почесав в затылке. Она мрачно усмехнулась: — Даже не представляешь. — Я так и понял. Пойдем, — он потащил ее за собой, ловко расталкивая людей в стороны. Когда им наконец удалось найти крохотный свободный столик и сесть, Тонкс сходу поделилась главным. Главным раздражающим ее фактором на данный момент: — У меня новое дело. Вместе с Биллом. Чарли завис над барной картой, которую успел подцепить где-то по дороге, и многозначительно свел брови, кинув на нее внимательный взгляд: — Вы же вроде как в разных командах?.. — Да. Только в этот раз все равно работаем вместе. — Что за дело? — негласно проигнорировав предыдущую новость, спросил в итоге он, сделав заказ. Тема взаимоотношений Тонкс и Билла давно не обсуждалась с Чарли. Он сразу довольно ясно обозначил обоим, что не собирается принимать чью-то сторону, рискуя потерять лучшую подругу или родного брата. Так что особого сочувствия или расспросов Тонкс и не ждала, хоть не смогла не поделиться этой немаловажной деталью. — Полный бред. Фокусники обчистили французский банк, выступая на сцене в Лондоне, как тебе? — оценив выражение его лица, Нимфадора ткнула в его сторону рукой с коктейлем. — Вот именно. — Каждый раз, когда ты или Билл делитесь со мной подробностями своей работы, я только рад, что имею дело исключительно с добрыми милыми зверятами, — мечтательно улыбнулся Чарли, хлопнув ладонями. — Еще бы только обходилось без общения с их хозяевами. Она покосилась на свежий бинт на его запястье: — Ага, прям сказка. Кто тебя на этот раз? — Нервная собачка попалась, — улыбнувшись с недосягаемой для ее понимания нежностью, отмахнулся Уизли. Тонкс рассмеялась, с облегчением ощутив, как от этого дурашливого диалога к ней возвращается бодрое смешливое настроение. — Я тоже после этого дня чувствую себя нервной и готовой кусаться, — устало поделилась она, провожая взглядом только что подавшего Чарли коктейль бармена. Он пытливо взглянул на подругу: — Что, настолько плохо? — Э-э, — она нервно засмеялась, помявшись перед этим. — Не только в нем дело, нет. Мы допрашивали этих задержанных иллюзионистов, и они тоже оказались теми еще говнюками. — Ну так и? Я бы удивился, узнав, что тебя это всерьез сбило с толку. — Грюм тоже посоветовал мне вспомнить, какая я сама заноза, — фыркнула Тонкс, поймав за кончик мельтешащую прямо перед глазами прядь своих же волос. В рассеянном свете, компании лучшего друга и вдали от рабочего офиса собственные переживания очень, очень медленно стали оформляться во что-то понятное хотя бы самой себе, и она наклонилась ближе, понизив тон голоса, чтобы поделиться еще одной волнующей деталью, которая все никак не желала вылезать из ее головы: — Один из подозреваемых — мой дальний, но все же родственник. Я его кучу лет не видела, с раннего детства, но вот это сбило меня с толку, особенно вместе со всем остальным. Чарли оторвался от своего стакана, чуть не закашлявшись. — Круто, — наконец выдал он, не поддавшись ее укоризненному взгляду. — Поздравляю, у тебя прямо джекпот. Я даже готов угостить тебя еще одним коктейлем за все твои мучения. — Вот так и ищи сочувствия у друзей, — проворчала она, махнув на него рукой, но отказываться не стала, повелительно ткнув пальцем в нужную, уже присмотренную строчку барной карты. — Сию секунду, — не переставая кривляться, отрапортовал он, умчавшись к бару. Тонкс откинулась на спинку стула, блаженно жмурясь. Как бы не проклинала она вслух все шутки Чарли, именно им сейчас удалось выдернуть ее из липкой растерянности, сопровождавшей ее весь этот день. Ну и пусть расследование началось не лучшим образом. Все-таки с привыкшими к сцене и вниманию артистами она встречалась не каждый день, так что можно было и простить себе некоторые оплошности. Исключительно на первый раз. *** Римус вот уже которую минуту скептически наблюдал, как Сириус брезгливо отряхивал с плеч одному ему видимые соринки и вполголоса ворчал. — Сириус, заткнись уже, будь добр, — Джеймс рухнул на кресло и лениво, не стараясь, запустил в друга какой-то подушкой, закидывая руки за голову. — Если ты так доволен после общения с агентом-идиотом, то я не очень, — заявил в ответ Блэк, непримиримо складывая руки на груди и застывая каменным изваянием посередине комнаты. Джеймс, все еще не обращая на него слишком много внимания, отвлеченно предложил: — Может, тебе на них жалобу какую-нибудь официальную накатать? Наверняка же у них есть шаблончик, — он так заразительно заржал от своей же шутки, что Римус, переглянувшись с Питером, не смог удержаться от улыбки. — Так и вижу, — присоединился он к Поттеру, пихнув Питера под бок локтем. — «Врожденный снобизм победил высокие идеалы». Сириус закатил глаза и сделал вид, что он выше всего этого. Включая высокие идеалы. — Вместо того, чтобы ныть о том, как тебе помяли любимую рубашку, лучше заметь, что у нас все получилось, — вдруг посерьезнел Джеймс, хотя глаза его так и искрились весельем и почти детским восторгом. Римус устало вытянулся, откинувшись на диван, и отвлеченно кивнул последнему замечанию. Иногда он даже завидовал Джеймсу, который буквально заряжался от чужого внимания. Вот уж кто точно был бы в полном восторге, если бы случай посмотреть на пойманного в свои оковы следователя подвернулся именно ему. — Главное не проебаться дальше, — Джеймс на мгновение излишне остервенело задергал ногой, но тут же выпрямился и прекратил. — Но мы справимся, так ведь? Римус протестующе заворчал что-то, когда Поттер, перегнувшись через подлокотник, требовательно затормошил его за плечо, но согласно кивнул на устремленный на него взгляд. Справиться было для них сейчас вопросом жизни и собственной свободы. Едва ли хоть один из них не собирался вложить в дальнейшее все свои усилия. Прерывая это слегка нервное веселье, послышался короткий стук в дверь, и стоящий за ней человек, не став слишком долго дожидаться приглашения, открыл ее, появляясь на пороге. — Мистер Малфой, — довольно улыбнулся сидящий лицом к проходу Джеймс, и Римус, застигнутый врасплох, выпрямился, потому что даже один взгляд Люциуса Малфоя обычно рождал у него не самые теплые чувства. Но когда он обернулся, то к своему облегчению понял, что это был вовсе не старший Малфой, а его сын. Люпин усмехнулся про себя, но внешне лишь доброжелательно улыбнулся в знак приветствия. Люциус, как они успели заметить за эти месяцы подготовки, не всегда находил время — или желание — чтобы лично возиться со своими подопечными, вместо этого перекладывая часть забот на плечи едва ли совершеннолетнего сына. Очевидно, бремя единственного наследника обязывало Драко с ранних лет перенимать на себя управленческие дела семейного бизнеса. Ну, по крайней мере, с ним было поприятнее общаться, пусть он и прикладывал, кажется, усилия, чтобы сделать свою манеру разговора похожей на отца. — Какие-то проблемы? — Джеймс, не теряя присущей ему доброжелательности, сел чуть ровнее. Драко опустил глаза на планшет в своих руках и пожал плечами: — Возможно. Отца интересует, что вы можете сказать об этом. С этими словами он передал планшет уже поднявшемуся ему навстречу Сириусу, и тот, едва кинув взгляд на экран, скривил лицо, будто его в один момент одолела острая зубная боль. — М-мда, — сухо прокомментировал он и повернул экран к Джеймсу. Лицо Поттера удивленно вытянулось, и он скривился точно так же, как и Сириус до него. Римус беспокойно шевельнулся, одолеваемый желанием узнать причину беспокойства. — Что такое? — он бесцеремонно потащил Блэка за рукав, поворачивая планшет к себе. — Черт, это… Снейп, — прокомментировал он уже через секунду, озвучивая наконец причину переполоха. Питер нахмурился, оставаясь на своем месте, и качнул головой, глядя куда-то в стену. — Это может помешать? — Драко ожидающе перевел взгляд с Люпина на Джеймса. Римус вздохнул, в задумчивости потирая шею. О да, о разоблачителе даже самых искусных иллюзий он, конечно, слышал и раньше. Северус Снейп, что ни думай о нем, являлся вполне известной в их кругах фигурой. И до недавнего времени Мародеры, к счастью, едва ли могли его заинтересовать — слишком мелкими сошками они были со своими не самыми примечательными разрозненными выступлениями. Зато сейчас, после того грандиозного успеха, они, судя по всему, попали аккурат в зону его интересов, что обещало стать… крайне дерьмовым сюрпризом, если подумать. Римус покосился на Джеймса и уловил быстрый, мимолетный взгляд, которым они обменялись с Сириусом. Да, ситуация определенно осложнялась тем, что Поттер и Блэк были знакомы со Снейпом… несколько дольше и ближе. Судя по плотно сжатым губам Сириуса и нахмуренным бровям Джеймса, они тоже это понимали. — Думаю, нам нужно поговорить с Люциусом, — Джеймс нашел в себе силы отбросить недовольство в сторону и беззаботно улыбнуться. Хотя если хорошо его знать, можно было увидеть, что эта улыбка, пожалуй, была как неподходящие по размеру ботинки — мешала и давила, так что приходилось прикладывать усилия, чтобы выглядеть с ней нормально. К счастью, младший Малфой едва ли знал Джеймса хорошо. Даже несмотря на то, что их взаимоотношения можно было бы назвать относительно теплыми. Это Римуса не сильно удивляло — он и сам когда-то был быстро сражен той энергией, которой так активно делился с миром Поттер. С тем, чтобы располагать людей к себе, проблем у него никогда не было, а Драко за последние месяцы успел вдоволь пообщаться с подопечными отца, и зачастую даже мог задерживаться, наблюдая за репетициями и с тщательно скрываемым удовольствием расспрашивая Джеймса о каких-то тонкостях. Драко Римусу нравился, по крайней мере, на контрасте с Люциусом. Несмотря на то, как упорно он старался копировать отцовскую манеру поведения и его вечное надменное безразличие, абсолютно подростковая непосредственность пока еще пробивалась из-под этой маски. Римус цинично задумался, сколько ей осталось жить, но тут же отогнал от себя эти мысли в попытке сосредоточиться на чем-то более важном сейчас. — Джеймс? — вопросительно выгнул бровь Питер, выныривая из своей задумчивости. Поттер подумал пару секунд, все еще удерживая на лице улыбку, и отрицательно качнул головой: — Нет, в этот раз я сам. Спасибо, Пит, — хлопнул он друга по плечу, подскочив на ноги и проходя к выходу. Петтигрю кивнул ему вслед, тяжело вздохнул и переглянулся с Римусом, нервно поежившись. Все это шоу и длительная подготовка к нему пошли Питеру на пользу — по крайней мере, он и вне сцены перестал робеть даже перед Люциусом, и, хотя в начале их сотрудничества явно опасался Малфоя, в последнее время, напротив, стал тем, кто чаще всего занимался коммуникацией с ним по всем возникающим вопросам. И то, что в этот раз Джеймс пренебрег чьей-либо помощью, только дополнительно подчеркивало непредвиденность ситуации. Римус проводил взглядом спешно вышедшего вместе с Драко Поттера и ободряюще улыбнулся Питеру. Он годами твердил Петтигрю, что ему с его талантами стоит быть увереннее в себе, так что эти перемены в друге не могли не радовать. Ну, надо же было хоть чему-то радоваться. — С-сука плешивая, — прокомментировал Блэк, злобно пнув по ножке столик, и от этого сдавленного шипения Люпин неожиданно громко фыркнул, почувствовав себя так, будто какая-то сжатая пружина в его груди резко распрямилась. — Ну, мы ожидали что что-то пойдет не совсем так, как планировалось, нет? — задумчиво пожал он плечами, но Сириус не впечатлился этой ремаркой, продолжив скрежетать зубами и невнятно что-то бурчать. «Забей, бесполезно», — одними губами шепнул Питер, улучив момент, чтобы закатить глаза, и Римус приподнял уголок губ, согласно поморщившись. *** Утро следующего дня Тонкс посвятила тому, чтобы просмотреть имеющуюся в их распоряжении теперь запись шоу, любезно предоставленную им мистером Снейпом. Она самой себе не хотела признаваться, что все это представление в определенной степени ее завораживало. Отойдя за кофе, она со вздохом зажмурилась, без надобности продолжая помешивать уже давно растворившийся сахар. Определенно, ей было чуточку жаль, что вместо того, чтобы без всякой задней мысли наслаждаться зрелищным представлением, приходилось всматриваться в каждого из Мародеров, пытливо вычленяя любую деталь, что могла сказать о них больше, чем любое личное дело. Потому что выходило у нее это пока отвратительно. Привыкшие работать с, очевидно, разного рода публикой, на большой сцене, будучи главными героями вечера, они тоже не потерялись ни на секунду. Она пыталась наложить свои личные впечатления от общения во время допроса на то, что видела на экране, в который раз пересматривая не самого лучшего качества запись с отдаленных рядов. Та уже скоро успела надоесть ей до зубного скрежета, несмотря даже на то, что Тонкс чередовала ее просмотры с бумажной работой, которая у нее, ко всей досаде, редко переводилась — и сегодня явно был не тот счастливый день. Так что когда Билл молчаливым изваянием возник возле ее стола — Тонкс с тоской заметила про себя, что присутствие его унылого лица рядом становилось привычным — она даже обрадовалась возможности разогнуться и оторваться от компьютера. В офисе разоблачителя их встретил ассистент, учтиво проводивший их к месту встречи. Шагая за Биллом, Нимфадора по возможности старалась осмотреться. Лаконичная, строгая обстановка не наводила на мысли. Снейп ожидал за столом в своем кабинете, практически никак не отреагировав на их появление. Приглушенный свет и темные цвета, в изобилии присутствующие что в обстановке, что в самом его образе, позволяли выхватывать только самое основное. Бледное лицо, контрастирующее с темной рубашкой, искажали хмурость и недовольство, которыми едва уловимо была пронизана вся его фигура. Билл неловко кашлянул, пытаясь привлечь его внимание, и Тонкс даже пожалела, что это ему удалось, потому что когда взгляд его почти полностью черных глаз остановился на ней, захотелось стряхнуть его с себя. Тонкс вздернула голову, резким движением заправив за ухо прядь розовых волос и попыталась выдохнуть. — Мистер Уизли и мисс Тонкс, верно? — поприветствовал их наконец Снейп, медленно и тихо. Шоу, с которым она, к своей досаде, так и не успела ознакомиться, было вполне популярно, уже порядочно лет держась на плаву, и это абсолютно не вязалось с тем неприветливым образом, который она наблюдала перед собой. Да, то, что он не боялся чужого внимания и камер, считывалось, но если Мародеры и вне сцены, сидя по разным допросным, оставались все такими же яркими и ни на секунду не позволяющими сместить свое внимание с них в сторону, то насчет Снейпа вопросов было больше. Она с трудом могла представить, что этот угрюмый человек перед ней мог быть интересен большому количеству зрителей, что он был способен чем-то их зацепить. — Верно. Благодарю, что нашли время с нами встретиться, — Билл выпрямился на своем месте, и взгляд Снейпа неспешно переместился на него. Все так же скучающе, без особого интереса. — Мы занимаемся расследованием, которое напрямую связано с выступлением иллюзионистов. — Мародеры, точно, — мужчина усмехнулся. Вот теперь в его голосе наконец проскользнуло что-то новое. Какая-то заинтересованность или предвкушение. Тонкс поймала взгляд Уизли и медленно моргнула, едва заметно кивнув. Он тоже это заметил. — Вы знакомы с ними? — осторожно уточнила она, и Снейп снова повернул к ней голову и, выдержав малюсенькую паузу, пожал плечами: — Не могу исключать, что мы могли встречаться на протяжении наших карьер. Но я не слышал, чтобы они успели прославиться хоть чем-то стоящим до своего наглого неплохо спланированного преступления, — пренебрежительно качнул он кистью, скривившись. — А я не запоминаю каждую встречающуюся мне выскочку. Нимфадора кивнула, принимая к сведению эту деталь, и протянула: — Вы полагаете, они виновны? — Я в этом уверен, — снисходительно пояснил он, не прекращая неприятно улыбаться. Тонкс с растущим раздражением подождала еще несколько секунд, но он не продолжил, так что ей все-таки пришлось спросить самой: — И вы знаете, как им это удалось? Весь его полный превосходства тон и снисходительный, практически открыто издевающийся взгляд жутко напоминали ей разом всех наиболее отвратительных в своей несправедливости преподавателей, которые пару раз встречались ей во время учебы. Снейп сейчас тоже прямо-таки упивался их непониманием ситуации, и это рождало не самые лучшие воспоминания, но Тонкс, сосредоточившись, не позволила себе как-то это проявить, лишь вопросительно приподняв подбородок и коротко взглянув в сторону собеседника. — Я неплохо зарабатываю на своем шоу. С чего бы мне терять эти деньги и возможность подловить их в удобный мне момент? Тонкс постаралась улыбнуться в ответ так же неприятно, как делал это Снейп, но вставить свою реплику не успела. — Вы ведь не хотите проблем из-за намеренного сокрытия деталей преступления от следствия? — Билл тоже был не в восторге от этой встречи, судя по сухости фразы, которую он произнес, подавшись ближе к столу и глядя на Снейпа в упор. Северус усмехнулся, не выражая никакого беспокойства. — Надеюсь, у вас найдется время на прогулку, агенты. И разрешение на осмотр сцены, на которой они выступали. *** — Ну и мудак, — вполголоса бормотнул Билл пока они добирались до места выступления. Тонкс подавила неуместный смешок от такого проявления эмоций и повернула к нему голову, согласно поморщившись: — Тот еще. Они обменялись короткими понимающими взглядами, и Тонкс с облегчением отметила, что это едва ли не первый раз, когда они вообще в чем-то друг с другом так искренне согласились за все, пусть и недолгое, время своего вынужденного сотрудничества. Как мило, что для этого им потребовался человек, который раздражал их еще сильнее, чем они сами друг друга. Зрительный зал был не самым выдающимся по размерам, но для безызвестных до недавних пор фокусников все еще было очень неплохо. Снейп разглядывал все с жадным интересом, иногда изгибая тонкие губы в одному ему понятной ухмылке. — Итак, — когда они собрались у подножья лестницы, ведущей на сцену, она вновь сфокусировалась на Снейпе. — Вы можете рассказать, как они провернули этот трюк? Северус приглашающим жестом указал наверх, не забыв подтверждающе кивнуть. Уже оказавшись на сцене, Нимфадора вновь окинула взглядом зал. Отсюда он казался еще более внушительным, а если хоть на секунду представить себя в главной роли, перед кучей зрителей… она поежилась, отвернувшись от зрительных мест. Нет, Мародеры точно были не в себе. Тонкс, конечно, давно привыкла к повышенному иногда вниманию докучливых и всегда недовольных чем-то в ней людей, да и характер ее чаще подразумевал прямую конфронтацию, но даже ей со всем отсутствием излишнего стеснения было жутковато представлять, что можно добровольно сунуть себя под так негостеприимно выглядящие софиты большой сцены. Она поморщилась, невольно дернув плечами. Жуть какая. Вынырнув из своих мыслей, Тонкс ожидающе воззрилась на разоблачителя. Он остановился почти посередине сцены и сцепил перед собой руки в замок. — Вы ведь видели запись выступления? — задал он вопрос. Билл и Тонкс согласно кивнули. — Отлично. И как вы полагаете, в какой момент начался обман? Нимфадора вскинула бровь. Прямо сейчас хотелось не строить свои пустые, наверняка далекие от правды догадки, а получить хоть какое-то реальное представление о том, на что способна та «магия», которой могли владеть эти четверо. Но Северус, кажется, разворачивал перед ними свое представление, и наслаждался каждой его минутой, выстраивая по одному ему ведомому пути. — Все начинается, едва вы только обращаете на них внимание, — он говорил едва слышно, но в тишине и это было звучало отчетливо, и этот вкрадчивый голос проникал под кожу, заставляя ее покрываться мурашками. Тонкс невольно затаила дыхание. Может, она поспешила с выводами насчет непривлекательности Снейпа для аудитории, и у него все-таки был свой, пусть даже и специфический шарм? Она отогнала эти мысли, пообещав себе подумать об этом позже, и вслушиваясь вместо этого в продолжение. — Прежде всего, тот человек, которого они выбрали. Он был, как вы понимаете, не случайностью. — То есть, он с ними заодно? — быстро прищурился Уизли. Снейп, скользнув по нему взглядом, пренебрежительно махнул рукой: — Он такая же жертва, но они его выбрали. Заранее, а не на шоу. — Тогда почему именно он? Именно этот банк? — Снейп пожал плечами, показывая свою неосведомленность в этом вопросе. — А выбрать нужного человека, зная его место в зале, им было не очень сложно, — Снейп жестом подозвал ассистента с наполненной шариками коробкой, такой же как та, с помощью которой Мародеры выбирали на шоу сектора и номер места «счастливчика». — Ловкость рук, — Снейп продемонстрировал подмену одного номера другим. Тонкс раздосадовано моргнула, потому что не смогла уловить этот момент, даже когда была предупреждена. Ну, ловкости им и правда было не занимать — стоило только вспомнить допрос Люпина и ключ, оказавшийся в ее напитке. Тонкс покосилась на Билла, но тот лишь сосредоточенно наблюдал за Снейпом. Все, что говорил Снейп, напоминало бред. Тонкс изо всех сил старалась следить за его мыслью. Заранее выяснить все об Этьене Форсье, на этапе транспортировки в банк подменить настоящие деньги на самовоспламеняющуюся бумагу, провести шоу с трансляцией якобы ограбления в прямом эфире. Слишком странно, складно до невозможного. За все годы службы Тонкс видела порядочно попыток обвести жизнь вокруг пальца. Не существовало полностью идеальных планов. Должна быть хоть какая-то зацепка, позволяющая ухватиться за нее и вытащить наружу все, что так упорно пытались скрыть. Нимфадора незаметно прикусила ноготь, задумавшись, потому что эта мысль утешала ее прямо сейчас. Даже если Мародеры такие невероятно удачливые говнюки, в итоге это значит только то, что рано или поздно вся их удача обязательно закончится. По какой-то причине в конце они окажутся в ловушке из собственных иллюзий. И уж этот момент она не упустит. — Спасибо за вашу помощь, — соизволила она пропеть напоследок, ободренная своими мыслями, а еще осознанием того, что за всем тем волшебством, которое охотно демонстрировала эта четверка, не стояло ничего, кроме ловкости, пронырливости и отсутствия высокой морали. Легче не испытывать лишнего трепета перед своими оппонентами, так что Тонкс с небольшим усилием отогнала от себя рождающийся где-то в груди почти детский восторг от созерцания фокусников. Снейп не удостоил их ничем, кроме отвлеченного кивка. Он все еще оглядывал зал со сцены, и в его черных глазах на этот раз виднелось что-то особенно горькое. Тонкс обратила на это внимание сразу, но в полной мере задумалась об этой детали позже, оформляя отчет об этой встрече. Ненависть Снейпа к Мародерам была почти осязаемой. Он слишком живо реагировал для того, кто годами разоблачал схожих фокусников чуть ли не пачками. Тонкс решила, что лучше поздно, чем никогда, и надо бы все-таки изучить подробнее его деятельность. И раз уж Северуса Снейпа изначально отыскал Билл, у него наверняка найдётся побольше информации. Почувствовав азарт, Тонкс почти даже не задумалась о том, как ей не хочется видеть перед собой лицо Уизли. Да и он быстро согласился передать ей нужные данные, особо не поднимая головы от своего стола. Судя по его напряженному лицу и частоте щелканья мышкой, он явно пытался бороться с грозящей поглотить его лавиной бумаг и отчетов по своим незаконченным делам. Да уж, Нимфадора ему не очень завидовала, потому что на его месте ей бы не хотелось даже временно работать под руководством другого начальника. Особенно под руководством Грюма, если бы она его не знала. Спустя некоторое количество лет, сейчас Тонкс и сама едва ли могла вспомнить и понять, как ей удалось завоевать такое его доверие и в некотором роде наверняка даже — она этим по праву гордилась — какое-никакое уважение. Работа с Аластором начиналась как невыносимый кошмар, если взять в расчет ее характер и его манеру не церемониться. Нимфадора бесчисленное количество раз огребала справедливых и не очень замечаний и даже выговоров. Хотя стоило признать, последнего Грюм не любил, предпочитая любым официальным методам «воспитания» свои собственные. Честное слово, от некоторых задач, выполняемых ею в наказание за все свои прегрешения, Тонкс тогда выть хотелось. Даже она достаточно быстро уяснила, что в Агентстве, помимо действительно увлекательной оперативной работы, полно было и ужасающе скучных занятий, включающих в себя всю самую монотонную тупую работу, какую только мог придумать человек. И от того, насколько умственно отсталым тебя считает руководитель, во многом зависит, как ты будешь коротать свои рабочие будни. А от мнения Аластора Грюма, вообще-то, зависело очень многое. Всю свою славу и громкое прозвище он получил более чем заслуженно. Так что и занозе Тонкс быстро пришлось научиться делать, что говорят, и вести себя смирно. По возможности, конечно. Но Нимфадора прежде всего была очень, очень упорной, если не сказать упертой, а еще всегда горела своей работой, делая постепенно успехи. Которые случались даже с большей частотой, чем всевозможные досадные промахи. Тонкс вернулась в свой кабинет, положив перед собой личное дело. Вообще-то, больше всего ее интересовало потенциальное знакомство разоблачителя конкретно с Мародерами, но спустя время пришлось признать поражение — не находилось вообще ничего такого, что привлекало бы излишнее внимание. Снейп давно, на протяжении долгих лет строил по кирпичику свое шоу, основанное на разоблачении разного уровня иллюзионистов, хотя долгое время это не приносило никаких плодов. Стремительный и громкий взлет произошел несколько позже начала этой карьеры — один бог знает, чего стоил Северусу этот успех. Или же это была простая случайности и везение, но несколько лет назад очередной, казалось бы, выпуск с разоблачением внезапно получил в разы больше внимания, чем до этого, и с тех пор дела у разоблачителя шли неплохо. Он собирал свою аудиторию на разрушенных карьерах неудачливых фокусниках, без излишней жалости раскрывая секреты их выступлений публике. Шоу неплохо держалось на плаву, а Снейп, судя по всему, имел с этого неплохие деньги — а в дополнение к ним и сопровождающие его зачастую угрозы, с которыми он пару раз даже обращался к правоохранительным органам. Видимо, чтобы превратить недоброжелателей в показательный пример. Тонкс нахмурилась, закусив палец, но, помедлив, не нашла это странным. Неудивительно, что взбешенные нежелательным разрушением своих тайн, приносящих им доход и аудиторию, люди иногда перегибали палку настолько, что Снейпу приходилось прибегать к помощи извне. Можно было по-разному относиться к его деятельности, но формально обвинить его было не в чем. Да и зафиксированных случаев его обращений к правоохранительным органам было всего-ничего. Что ни говори, дела у мистера Снейпа шли неплохо. Тонкс тупо полистала страницы туда-обратно, уже без особой цели. Сначала ей казалось, что жертвами разоблачителя становились в основном молодые, начинающие иллюзионисты, но она быстро поняла, что это едва ли было так. Нет, на одних новичках успех построить сложно — и Снейп явно это знал, и не боялся обращать свое внимание и на крупных игроков. И как они реагировали на это? Едва ли пропускали мимо ушей попытки разрушить их карьеры — тем более, Снейп иногда делал в этом успехи, не ограничиваясь попытками и пустыми словами. Какая-то смутная, не до конца сформированная мысль кольнула ее, но спустя еще некоторое количество утекших сквозь пальцы минут Нимфадора лишь мысленно оставила себе заметку и захлопнула дело. В любом случае, это не дало ей никакого представления о том, что именно могло родить у Снейпа такую почти осязаемую ненависть именно к Мародерам. Она, конечно, проверит, не становились ли они героями его выпусков, но ответ наверняка будет отрицательным — едва ли Снейп в ином случае стал бы так откровенно врать в том, что легко проверить. И все-таки это было не похоже на обычную попытку разоблачить удобно подвернувшихся под руку фокусников, как и Снейп не был похож на того, кто позволяет эмоциям захватить себя. Но он был крайне доволен тем, что ему выдался шанс выложить им все подробности, уличающие Мародеров в нечестной игре. Даже несмотря на то, что общение с Агентством явно не доставляло ему никакого удовольствия — он не просто согласился на беседу, а подробно описал всю подготовку и само шоу Мародеров. Тонкс сложила руки в замок на животе и откинулась на своем кресле. У нее было почти осязаемое ощущение, что нечто упорно ускользало от ее внимания, и что самое главное — она не имела ни малейшего понятия, в чем причина этого: в ее собственной невнимательности или же в каких-то других, скрытых пока что обстоятельствах. Пока что факт оставался фактом: никаких видимых ниточек она найти не смогла. *** Снейп, вынужденный спешно закончить съемку чуть раньше, чем это планировалось, с раздражением разглядывал причину этого изменения своих планов. Малфоя, стоящего напротив застекленной полки в его кабинете. Он рассматривал некоторое время находящееся за стеклом приспособление, а потом все же развернулся, внимательно просканировав Снейпа с ног до головы. — И что же заставило вас, мистер Малфой, лично нанести мне этот визит? — вопросительно приподнял тот бровь, проигнорировав пристальный взгляд и оглядев вслед за Люциусом его сына, следовавшего за отцом по пятам. С младшим Малфоем он уже успел пообщаться ранее, и надеялся на том и закончить, не удостаиваясь второй личной встречи, уже с самим Люциусом. Драко бросил мимолетный мрачный взгляд в спину отца и увел его куда-то дальше, в сторону окна. – Полагаю, мы можем обойтись без лишних формальностей, Северус, — Люциус же пребывал в на редкость хорошем настроении, разве что не напевал себе прямо под нос. — Ты наверняка уже слышал, зачем я здесь. — Сын наверняка уже передал тебе мой ответ. Люциус вздохнул, без приглашения сев в кресло напротив, и все-таки стал серьезнее: — Стоит быть уверенным в своих силах, если собираешься попробовать разрушить мою столь удачную инвестицию, Северус. Мне вовсе не хочется приводить все к нашей ссоре, ты же знаешь? Снейп привычно сдержал раздражение, пусть в этот раз это далось ему чуть сложнее, чем обычно, и холодно проговорил: — Может быть, в этот раз это нечто больше, чем одна из твоих инвестиций. Поверить не могу, что ты с ними связался, — не удержался он от кривой усмешки. Это был, пожалуй, худший сюрприз, который только мог ожидать Снейпа. Одно воспоминание о том моменте, когда он впервые увидел афишу с этими наглыми, самодовольными рожами и именем Малфоя рядом, вновь рождало в груди пламенную ярость, так и норовящую прорваться наружу. Малфой, если и заметил это, не подал виду, лишь качнув головой и улыбнувшись, будто предлагая им обоим забыть о только что брошенных в порыве фразах. — Ни к чему препираться, если у нас есть, что предложить друг другу. Ты знаешь, что я никогда не скупился, верно? — он небрежным жестом подцепил к себе ручку со стола и черкнул пару строк, передавая листок Северусу. Снейп кинул взгляд на написанную сумму и молча перевел взгляд на стену за Люциусом. Да, его старый знакомый не имел привычки скупиться, это точно сказано. И то, что он предлагал, могло бы уговорить Снейпа. Если бы дело касалось кого угодно другого. — Мой ответ — нет, Люциус. Малфой наконец оставил свое наигранное царственное спокойствие и прищурил глаза: — Да что с тобой такое, Снейп? Ты побольше других знаешь о том, что бывает с теми, кто так глупо пренебрегает моей дружбой. И тебе бы стоило помнить, как сильно она помогала тебе не один и не два раза. Снейп помолчал еще немного и непримиримо качнул головой, но все же неохотно процедил, попробовав дать хоть какую-то видимую причину: — Твои фокусники наделали шума, и я не могу это игнорировать, даже если бы захотел. — Так не игнорируй, но не делай то, что делаешь обычно. Мне ли тебя учить? — И выставить себя идиотом? — выгнул он бровь. Малфой ухмыльнулся, кивнув на листок под его рукой: — Я готов позаботиться о том, чтобы это того стоило. Снейп качнул головой и взглянул ему в глаза, пресекая все веселье: — Нет. Я не стану тебе ничего обещать. Люциус был удивлен и раздражен одновременно. Судя по его виду, он вовсе не ожидал, что у него возникнут проблемы. — Как скажешь, Северус. Главное тебе же об этом не пожалеть, — мрачно заключил напоследок Люциус, поднимаясь на ноги. — Главное тебе же об этом не пожалеть, — эхом откликнулся он, не потрудившись встать, чтобы проводить гостей. Лишь кивнул ассистенту, безмолвно прося сопроводить тех до выхода, и остался на своем месте, откинувшись на спинку кресла и прикрыв на секунду глаза, будто в попытке отринуть прочь все лишние мысли, что никак не желали униматься, выбивая из привычной сосредоточенности. *** Тонкс бросила взгляд на время, торопливо взбегая по ступенькам наверх. Опаздывала, опять она опаздывала, черт. Оказавшись перед нужной дверью, она торопливо надавила на кнопку звонка и вдобавок постучала, пытаясь восстановить дыхание, в ожидании упираясь рукой в стену рядом с дверью, которая вскоре распахнулась, являя ей обрадованного отца. — Дора! — он радостно поприветствовал дочь и отступил, приглашая ее внутрь. Тонкс успокоено улыбнулась, переваливаясь через порог прямо в его объятия, и с удовольствием прижалась к его плечу, улавливая аромат чего-то явно аппетитного, исходящий откуда-то со стороны кухни. — Привет, пап. Я сильно опоздала? — она нашла взглядом часы на стене, забыв, что буквально только что уже проверяла время, и вновь поморщилась. Тед махнул рукой, будто говоря «не обращай внимания», и успокаивающе коснулся ее плеча, одновременно забирая сумку из рук: — Ничего страшного. Меда все равно еще готовит. — Супер, — Тонкс еще раз провела рукой по его плечу, скинула обувь и первым делом сама отправилась на поиски. Андромеда ожидаемо обнаружилась на кухне — она сосредоточенно помешивала что-то и слегка отстраненно улыбнулась при виде дочери. Даже приготовлениям к семейному ужину не удалось посеять на ее кухне хоть сколько-то ощутимый беспорядок — нет, вся посуда и еще не убранные по местам продукты, будто опасаясь хозяйку и не решаясь ее разочаровывать, стояли чуть ли не по линеечке, покорно ожидая своей дальнейшей участи. — Привет, мам, — Нимфадора прислонилась к дверному косяку и, жадно окинув взглядом кухню и особенно — источающий какие-то божественно аппетитные ароматы пирог, только что явивший себя миру из духовки, очень отчетливо почувствовала, что проголодалась. — Проходи за стол, — Андромеда выпрямилась наконец, все еще внимательно оглядывая пространство, будто в этом полном отсутствии всякого хаоса можно было что-то упустить, но привычно поторопила Тонкс. Та фыркнула, разворачиваясь. Этот свободный вечер она выкроила, чтобы провести его с родителями, пока у нее еще была возможность сделать это спокойно и в удобное всем время. Она и так уже давно к ним не заходила — прошлое ее крупное расследование, как всегда, забирало много внимания, но по крайней мере оно не наложилось на нынешнее. На полное спокойствие, конечно, все равно надеяться не стоило, но в этот раз Нимфадора заблаговременно подумала о том, что совсем скоро ее снова может унести в нескончаемый водоворот событий, рабочих смен и дополнительных часов, которые она вновь просидит, задержавшись в своем кабинете. Нет уж, явно стоило спокойно поужинать с родителями. — Тебя давно не было, — заметила Андромеда со вздохом, едва они только сели за стол. Тонкс шумно выдохнула и едва сдержалась от того, чтобы не закатить глаза. — У меня было много работы, — коротко ответила она, и, попыталась далеко не самым изящным образом перевести тему, обратившись к отцу: — Кстати, как вы съездили к бабушке с дедушкой? — Прекрасно, — Тед улыбнулся, мигом подхватывая тему и будто бы хотел добавить что-то еще, но, едва открыв рот, промолчал, еще раз улыбнувшись. Тонкс прикусила щеку. Наверняка что-то из разряда «они тоже скучали и спрашивали о тебе». Слава всем богам, он не стал произносить этого вслух, вторя этим молчаливому упреку Андромеды. Тонкс поджала губы в извиняющейся улыбке, с признательностью взглянув ему в глаза. Он подбадривающе подмигнул ей и попросил передать ему тарелку с другого края — даже получилось ничего не уронить и не разбить. Может быть так вдохновляюще на нее подействовала вера отца, вообще решившегося на этот смертельный номер — попросить дочь повзаимодействовать с чем-то бьющимся. Поступок, достойный только настоящего смельчака. Или безумца. Она хихикнула про себя своим мыслям и выдохнула, пережив наконец этот раунд. Как что-то ей подсказывало, только первый на сегодня. Андромеда очень любила единственную дочь, но любовь эта принимала зачастую достаточно строгие и бескомпромиссные формы, что до сих пор несколько удивляло саму Тонкс. Зная о неприглядной семейной истории, она могла ожидать от матери несколько большего свободолюбия, но та умудрялась демонстрировать исключительное упрямство в вопросах, касающихся всего, кажется, что окружало Тонкс. Каждого ее выбора. И наверняка с этим было бы меньше проблем, если бы Тонкс просто меньше обращала внимание на то, что говорила мама, но… не одна Андромеда была невероятно упрямой. Так что Нимфадора никогда не упускала возможности огрызаться, не переставая чувствовать себя заносчивым подростком — пусть с ее подросткового возраста прошло уже порядочно времени — и возвращая тем самым их споры к самому началу. Даже если начинала сожалеть об этом почти сразу после очередной ссоры. — Что у тебя нового? — поинтересовался папа за столом, и Тонкс помедлила, но все-таки сказала: — У меня новое дело. У Андромеды даже рука, которой она накладывала себе салат, не замедлилась ни на секунду. Будто Тонкс вообще ничего сейчас не сказала. Уже несколько утоленный аппетит исчез окончательно. Тонкс очень постаралась отложить приборы на тарелку без лишнего грохота, но привычная в бытовых вопросах неловкость подвела ее. Андромеда подняла глаза на дочь, всем своим видом молчаливо вопрошая: «Ну что на этот раз?» — Ничего, мам, — Нимфадора сухо усмехнулась, потирая запястье. От обиды даже губы подрагивали. — Конечно, это ведь ерунда. Не стоит твоего внимания. Манера матери абсолютно не реагировать на любые новости, касающиеся ее работы, сколь бы хороши они не были, доводила Тонкс до пламенной ярости последние несколько лет. Еще один непреодолимый камень преткновения между ними. Каждый раз Тонкс думала, что спустя столько времени эту тему наконец можно считать закрытой, и каждый раз мама вроде как молчаливо уступала, соглашаясь хотя бы это не обсуждать, но… Но иногда происходило что-нибудь вроде этого. Тонкс прикрыла глаза, стараясь справиться с накатывающим волнами раздражением, и только поймав взгляд папы промолчала, не став, тем не менее утруждать себя поиском более нейтральной темы разговора. Гробовое молчание, с которым, впрочем, неплохо справлялся Тед, умудряясь получать не односложные ответы и от жены, и от дочери, сопровождало их весь остаток ужина. — Тебе бы в дипломаты идти, — беззлобно проворчала Тонкс полушепотом уже в коридоре, натягивая излюбленную джинсовку. Отец усмехнулся: — С вами и не такому научишься. Но я знал, на что шел, когда выбирал в жены эту женщину. — А что тебе в будущем придется иметь дело с не менее вредной дочерью ты тоже знал? — Я мог предполагать, — с очень серьезным видом отозвался Тед, задумчиво скребя пальцами подбородок, и Тонкс наконец рассмеялась, обнимая отца перед тем, как подхватить свои вещи и попрощаться.