Скрытый омега

Намджун проснулся от того, что кто-то терся носом о его шейную железу. Сначала его тело сковала паника, но затем в нос ударил аромат сладкой цветущей сакуры, и он понял, кто оккупировал его пространство. Когда он вообще успел уснуть? Ах да, он вспомнил: его начало клонить в сон сразу после того, как он услышал крики Чонгука. Одного зевка хватило, чтобы Дэсон объявил — пора спать. Сначала Намджун хотел возразить, считая грубым засыпать, когда в палате гости, но Дэсон лишь улыбнулся и начал успокаивающе перебирать пальцами его выкрашенные в цвета галактики волосы, убаюкивая младшего омегу своим сладким запахом и мягкими прикосновениями. Наконец ему удалось открыть глаза. Господи, почему это так трудно? В последнее время он только и делает, что спит! Проснуться не должно быть так сложно! Разлепив веки, он увидел перед собой… просто копну светлых волос. Джунхон всё еще обнимал его, уткнувшись лицом в шею. — Джунхон, что ты здесь делаешь? Разве у Дэхёна сейчас не течка? Он и Джунхон не были самыми близкими друзьями, но Намджун мог назвать его приятелем. Лично он был ближе с Ёнгуком, хотя считал друзьями большинство участников B.A.P. Джунхон лизнул пахучую железу Намджуна, отчего по телу того прошла дрожь, и блондин-омега, кажется, остался доволен. — Ага! Изначально планировалось отправить Ёнгука, но так как тебе запрещено видеться с альфами наедине, а у Ёнгука лучший узел… В общем, я проиграл в споре на соломинках, так что теперь ты застрял со мной. И хотя я люблю омег и течки, я не особо жалею. Я стал одним из первых, кто почувствовал твой запах, не считая Дэсона-сонбэнима! — Он сел, что стало для Намджуна еще более неловким, так как блондин устроился прямо у него на коленях. Но, с другой стороны, за всё время их знакомства Джунхон никогда не понимал, что такое личное пространство, особенно с омегами. Намджун до сих пор помнил, как пытался серьезно поговорить с Дэхёном, когда только что презентовавшийся Джунхон обхватил Дэхёна руками и начал покусывать железу старшего омеги. Разговор прервался по двум совершенно разным причинам. Джунхон тогда просто посмотрел на них: «Что-то не так?» — спросил он, приподняв бровь, будто не делал ничего особенного. После этого Намджун просто привык к тому, что у Джунхона нет чувства дистанции и странная любовь к омегам. — Как ты вообще узнал, что я здесь? Я не думал, что это так быстро станет достоянием общественности. — О, это и не стало. Джексон написал Чихо, тот — Шону, а Шону — мне! — Он выглядел слишком счастливым, а Намджун был в замешательстве: почему стольких людей волнует, что с ним случилось? — Зачем ты пришел, Джунхон? Я не умираю. Ты мог подождать окончания течки Дэхёна или моей выписки. Не нужно было так утруждать себя. — Ему было неприятно, что его пребывание в больнице доставляет неудобства друзьям и заставляет Джунхона покидать своих соратников по стае в такой важный период. Джунхон скрестил руки, перенеся вес на свои ноги, чтобы не давить на бедра Намджуна. Он должен был признать, что давно не видел его. Оба готовились к камбэкам, а для Намджуна камбэк означал: «Я должен запереться в студии и не видеть солнечного света, потому что внутри я вампир, какой бы загорелой и красивой ни была моя кожа». У них было мало времени, но, черт возьми, почему все позволили ему так исхудать? Он знал, что приличия важны, но неужели никто не додумался до принудительного кормления? Он знал, что Намджун независим и в образе лидера с ним не поспоришь, но всё же! Принудительное кормление! Это же просто! Он надул губы, стараясь выглядеть мило: — Ты же знаешь, это не утруждение! Мы бы сделали что угодно, если бы ты просто… ну, знаешь… ответил на сообщения… или перезвонил… Или хотя бы подал дымовой сигнал, что ты не сдох! Это не должно было звучать так обвинительно, но Намджун славился тем, что не умел отвечать на сообщения, потому что был «глупой-глупой пандой». — Прости, я был занят! — Не извиняйся! — подразнил Джунхон. — Просто возьми трубку в следующий раз. Нам и так хватает седых волос от нашего лидера стаи, давай не будем добавлять ему новых. — Он рассмеялся, еще сильнее взлохмачивая «галактические» волосы Намджуна. — Это напомнило мне! Добро пожаловать в клуб «О мой бог, я слишком высокий для омеги»! — Он решил не поднимать тему причин госпитализации. Хотя Намджун был чуть ниже Джунхона (при росте блондина в 187 см большинство были ниже), он всё равно был выше большинства. У него был лишний сантиметр роста по сравнению с Ёнгуком и Химчаном, о чем они с Джунхоном любили напоминать двум старшим участникам B.A.P. Намджун издал легкий смешок, похожий на хихиканье. Оу, он такой милашка! Как никто не догадался, что он омега? Наверное, виноват образ рэпера! Чертовы рэперы! Вечно такие дерзкие и горячие на сцене, и пушистые в жизни! — Я не знал, что такой клуб существует. — Намджун улыбнулся. — Это потому, что он очень эксклюзивный. Сейчас в нем только ты и я. Главная цель клуба — издеваться над альфами, которые ниже нас! — Разве ты не один из самых высоких айдолов вообще? Джунхон высунул язык: — После того как Крис сбежал от рабовладельцев из SM — да, думаю, так. ВЫ ВСЕ КРОШЕЧНЫЕ СОЗДАНИЯ, СКЛОНИТЕСЬ ПЕРЕД…! — Он не успел закончить, так как Намджун прижал ладонь к его рту. — Что-то мне подсказывает, что ты пробрался сюда раньше моей собственной группы, так что не ори. — Он знал, что младший омега плевать хотел на правила. — Джунхон! — прикрикнул он, когда почувствовал, как что-то влажное лизнуло его ладонь, и поспешно отдернул руку. Улыбка высокого омеги была слишком дерзкой для больницы. — Прости, я не люблю кляпы. На скулах Намджуна выступил румянец. Он знал, что Джунхон любит пошлые шуточки, но они никогда не были направлены на него. Раньше все боялись сказать ему что-то даже отдаленно сексуальное. Теперь же, когда он презентовался как омега, «детские перчатки» были сняты. И тут он вспомнил. О боже, он презентовался как омега. Все были так добры к нему, что было легко забыть, что произошло на самом деле. Он не знал, как объяснить, почему он так ненавидит быть омегой. Он ничего не имел против них. Ему даже нравилось, когда с ним обращались как с омегой, его лучшие друзья были омегами. Так почему он не мог принять это в себе? Его внутренности сжимались от одной мысли об этом. Джунхон смотрел на Намджуна сверху вниз. Ёнгук предупреждал его об этом — о том, что Намджун может не сразу принять свой вторичный пол. Это была еще одна причина, почему здесь был он, а не более сдержанный бета вроде Химчана. Джунхон обожал быть омегой. Никто не мог сказать ему, что он никчемен. Он был счастлив и мог надрать зад любому альфе. Если кто и мог убедить Намджуна, что быть омегой круто, так это он. — Это напомнило мне, я хочу тебе кое-что показать! — Он выудил из кармана слишком узких для кровообращения джинсов листок бумаги и помахал им перед Намджуном. Заголовок гласил: «Причины, почему быть омегой чертовски круто!» — В этом нет необходимости, — Намджуну было неловко, что Джунхон трудился над этим для него. — Думать, что я не ношу это с собой постоянно — глупо! Никогда не знаешь, когда встретишь тупого альфу, которому нужно объяснить величие омег. И прямо сейчас этот «тупой альфа» — ты. — Ты же знаешь, я считаю омег равными! Я никогда не относился к тебе или другим хуже! Я люблю вас! — Мысль о том, что он мог принижать друзей-омег, ранила его сильнее, чем он готов был признать. Младший омега рассмеялся: — Я не это имел в виду. Я знаю, что ты нас уважаешь, но тебе нужно начать уважать и самого себя. Я понимаю, что в 21 год внезапно стать омегой — это тяжело, и я знаю, что старая школа рэпа всегда поливала нас грязью. Но я хочу показать тебе плюсы. Показать, почему я люблю это, и почему ты тоже должен! Намджун просто кивнул. Он не знал, что ответить. В школе на уроках здоровья его учили базе: омегам нужно больше тактильности, они могут забеременеть, у них сладкий запах. — Первое! Обнимашки! Самое лучшее в жизни омеги — это то, что все готовы тебя обнимать. Хочешь ласки? Просто зайди в гостиную с надутыми губками, и все расшибутся в лепешку, чтобы удовлетворить твою потребность! Это работает на всех: альф, бет и других омег. Ты же не можешь отрицать, что любишь физический контакт? А когда ты омега, все готовы дать его тебе даже без просьб! Намджун признал, что тот прав. Он обожал объятия. Именно поэтому ему так нравилось проводить время с GOT7 — они тискали его просто так. Теперь, когда он омега… будет ли у него так же? Будут ли альфы обнимать его, когда голоса в голове станут слишком громкими? Будут ли беты гладить его по волосам, когда он мучается над рэпом? Он не смог сдержать улыбки. — Второе! От нас не ждут, что мы будем крутыми! И когда мы ими оказываемся — а мы, конечно, оказываемся — это впечатляет всех еще сильнее! Звучит как негатив, но на самом деле это бонус: нам даже не нужно стараться, чтобы выглядеть потрясающе! Это не совсем укладывалось в голове Намджуна, но он не стал спорить. — Третье! Другие омеги! — Намджун должен был это предвидеть… У Джунхона был пунктик на омег. — Не делай такое лицо, это важно! Теперь ты один из нас. Во-первых, ты можешь обнимать других омег своего возраста, и никто не сочтет это странным. Если бы ты был альфой, они бы закричали и оттолкнули тебя! — Я уверен, они всё равно закричат, — вставил Намджун. — Ну, ты же позволяешь мне это! И лизать твою железу позволяешь! Это работает. Я не думаю, что у меня когда-либо был серьезный разговор с Бэкхёном, но я определенно с ним целовался. Он такой крошечный и милый! Но если Лухан вернется — с ним так не пробуй. Он ударил меня по заднице! СИЛЬНО! Омега-дьявол! — Ты своего рода потаскушка, Джунхон. Что бы сказали фанаты? — подразнил он. За что получил легкий шлепок. — Не называй меня так! Это ведет к пункту номер… четыре? Фанаты нас обожают! Сейчас взгляды меняются, многие фанаты сами омеги, и они любят омег-айдолов. Странно, когда девчонки называют меня «сынком», но я привык. Альфы должны строить из себя суровых парней. А мы можем быть счастливыми и какими угодно! И омеги-фанаты нас не стесняются. Намджун об этом не думал. Чимин был одним из самых популярных, и фанаты обожали его. Многие стали настороженно относиться к Чонгуку после его презентации как альфы. Будет ли он, Намджун, теперь больше нравиться Арми? Фанаты раньше часто робели перед ним из-за странного запаха и отсутствия пола. Сможет ли он теперь стать к ним ближе? — Джунхон… ты можешь сказать, какой у меня запах? — нерешительно спросил он. Высокий омега улыбнулся. — Персики со сливками! Кстати, разве это не из твоего рэпа в новой песне? Ты показывал нам текст, там точно были персики и сливки! — Да. — На этот раз он не удержался от хихиканья. Он не знал, почему выбрал эти слова для рэпа, но теперь это казалось ироничным. — Погоди, не отвлекай меня! Пятое! Течки! Все говорят о них плохо, но это лучшее время! Ты получаешь всё, что хочешь. Хочешь, чтобы тебя ласкали двое одновременно? Пожалуйста! Это время, когда тебе никто не говорит «нет». Хочешь, чтобы они перестали обращаться с тобой как с хрустальным, и взяли по-настоящему жестко? Течки! Хочешь, чтобы все сходили с ума от запаха твоего смазки? Течки! И узелкование… Боже, не заставляй меня даже начинать о том, как круто принимать узел во время течки! Это всегда здорово, но в течку — просто космос! Твой запах становится мощнее, и альфы сделают всё, чтобы удовлетворить тебя. Это потрясающе! — Джунхон вздохнул от воспоминаний. Намджун чувствовал, что его лицо пылает. Его тело начало нагреваться. Если не считать того момента с Марком, это был первый раз, когда кто-то говорил с ним о сексе так открыто. Он не мог не представлять себя на месте этого омеги. — Пожалуйста, прекрати, Джунхон, — пробормотал он, отворачиваясь. Так как Джунхон сидел у него на коленях, он мог почувствовать, если Намджун… слишком заинтересуется темой. Да, Намджун уже понял, что это за жар разливается по телу. Конечно, это не остановило Джунхона. Это была его стихия. — Что такое, Джуни? Тебе нравится? Нравится думать о том, как хорошо мы все будем о тебе заботиться в твою течку? Была ли больница подходящим местом для этого? НЕТ! Но дай Джунхону палец — он откусит руку. Это была история его жизни. Намджун издал тихий гортанный скулеж, качая головой и пытаясь спрятать лицо. Но Джунхон слегка качнул бедрами, сидя на его коленях, вызвав новый стон. — Думаю, тебе нравится. Нравится знать, что мы позаботимся о тебе. И не только мы — парни из GOT7 тоже. Они все там, снаружи, они бы обзавидовались, если бы видели нас сейчас. — Джунхон наклонился к уху Намджуна и начал шептать непристойности, лизнув обнаженную железу. На этот раз Намджун не смог сдержать стона. Джунхон начал двигаться в размеренном темпе, создавая трение, продолжая ласкать языком шею Намджуна. — Не могу дождаться, чтобы узнать, что тебя заводит. Ты любишь долгие прелюдии? Или станешь капризным и громким, если я буду дразнить тебя слишком долго? Я обожаю оральные ласки, особенно омег — мы такие вкусные на вкус. Я вылижу всё до последней капли твоей смазки! Нам с Химчаном придется драться за это право, он мастер работать языком. — Он лизнул ушную раковину Намджуна. — Он может довести тебя до пика так легко, если решит быть милостивым. Пару недель назад он решил, что я веду себя как паршивец, связал меня и ласкал часами. Ёнджэ пришлось его оттаскивать. Джуни, это было невероятно, он не давал мне кончить, я чуть голос не сорвал от криков. Не могу дождаться, чтобы услышать, какие звуки будешь издавать ты. С твоим голосом ты будешь звучать потрясающе, верно? Ты ведь будешь звучать так хорошо для нас? Он осторожно прикусил ухо Намджуна. Тот кивнул, но Джунхону этого было мало. — Словами, Джуни. Я хочу услышать, как ты это скажешь. Я знаю, ты не можешь сейчас шуметь, иначе сюда ворвутся пять альф, а для тебя это рановато. Намджун сначала не хотел ничего говорить, но он не мог сопротивляться просьбе другого омеги. Это было слишком приятно, и он не хотел, чтобы Джунхон переставал двигаться. — Я… я буду звучать хорошо для вас. — Хороший мальчик, — ухмыльнулся Джунхон. Он был впечатлен тем, как легко Намджун поддался. Но с другой стороны, у нового омеги не было опыта, и его тело буквально кричало о потребности в контакте. Джунхон знал, сколько стай уже претендуют на Намджуна. Джунхон и сам чувствовал, что близок. Ему нравилось, как Намджун тяжело дышит под ним. Запах старшего еще не был таким тяжелым, как у опытных омег в возбуждении, но тело Намджуна говорило само за себя. — Ты уже совсем близко, да, Джуни? — прошептал он. — Да, пожалуйста! — Сознание Намджуна помутилось. Он не мог ни на чем сосредоточиться. — Тогда кончай. — И Джунхон интенсивно прикусил его шейную железу. Не до крови, но достаточно, чтобы волна запредельного удовольствия накрыла Намджуна. Джунхон прижал ладонь к его рту, заглушая громкий стон. Сам блондин дошел до пика спустя мгновение, тяжело дыша в шею Намджуна. Они лежали так какое-то время, пока Джунхон не хихикнул. — Чонуп меня убьет. Намджун, чувствуя легкость после оргазма, присоединился к смеху, обнимая младшего. Сладкий аромат окутал их обоих. Они не заметили, как дверь открылась, пока доктор Чхве не заметила: — Вы же в курсе, что на господине Киме надет монитор сердечного ритма? — Её тон был добрым, что вызвало у омег новый приступ смеха. Тем временем на другом конце города Сокджин работал на кухне общежития BTS. После встречи с Джунсу он не мог вернуться в больницу и почувствовал острую нужду испечь печенье с шоколадной крошкой. Он надеялся, что это порадует группу, и хотел, чтобы Джунсу тоже их попробовал. Он сжал в руке листок с именем старшего. Вскоре после Сокджина ушел и Юнги. Сейчас он стоял на крыше больницы. Ветер и дождь трепали его одежду, пока он смотрел в темное небо. Он был в смятении. Его заставляли выбирать между двумя частями самого себя: музыкой, которая была его жизнью, и тем, кем его воспитали. Согласие на терапию казалось ему предательством собственного прошлого. Терял ли он себя в этой индустрии? Хосок сидел один в палате, брошенный своей стаей. Он чувствовал, что тонет. Ему нужно было принимать решения. Но что, если эти решения сделают его похожим на неё? Был ли он достаточно сильным, чтобы не стать ею? Он не знал ответа. Чимин держал за руку бессознательного Чонгука, ожидая его пробуждения. Он наклонился и поцеловал альфу в лоб. Презрительный взгляд, который участники Big Bang бросили на их макнэ, выжегся в его памяти. Он знал, что должен был защитить Чонгука, но… не мог. Он больше не мог искать ему оправдания. Он любил его, но иногда любви недостаточно. Чимин даже не заметил, как Тэхён ускользнул. Тот больше не мог там находиться. Запах больницы жег нос, пробуждая воспоминания, с которыми он не был готов справляться. Два мембера BTS в больнице — о боже, это всё его вина. Глупый бесполезный бета… Слезы катились по его лицу, пока он бежал сквозь темный город. К счастью, цель была близко. Место, которое он нашел бы с закрытыми глазами. Единственное место, где не было секретов. Он постучал в дверь, дрожа в насквозь промокшей одежде. Наконец-то он смог вздохнуть. В общежитии зажегся свет, и дверь открылась. Узи, невысокий альфа, обнаружил на пороге плачущего и промокшего Тэхёна. Он обнял его, слушая, как Тэ бормочет, что он глупый и бесполезный бета и что во всём виноват только он.