UR Not My Guest

      Просыпаюсь я от того, что мне тепло, почти жарко. Я лежу в халате, который безнадёжно съехал под одеялом с моей задницы. Во рту сухо, но не только от сушняка, а еще и от того, что я почти перегрелась. Не сразу понимаю, где я, и ощущаю на себе чьи-то руки. Руки Стива. Сама я лежу явно не на своей половине… Вижу, что работает телевизор, идёт какое-то кино, кажется, с участием Стетхема. Звука почти нет. — Ой, — говорю я, поднимаясь. Смотрю, что спала я на бёдрах Стива. Обнаруживаю, что мои волосы заботливо собраны в косичку. Ощупываю косу руками.       Стив улыбается широко мне и говорит: — Ты очень мило храпишь. Выспалась?       Краснею. Стив добавляет, что во сне я явно замёрзла, если легла к его боку спиной. Ему ничего не оставалось, как меня обнять. Говорит он всё это с иронией, давая мне понять, что ему явно понравилось быть моей подушкой и грелкой в одном флаконе. За окном уже светло, и в дневном освещении Стив выглядит несколько иначе, куда симпатичнее. — Извини, это была не очень хорошая идея… Спать вместе, — говорю я, сползая с кровати. Точнее, для начала я пытаюсь найти её край, настолько кровать большая. Стив улыбается: — Почему же? Мы оба выспались. Завтрак мы пропустили, но на всякий случай я заказал его в номер, обед тоже можем заказать сюда… Или же сходить в СОЕХ, — замечает он. — Ты мило спишь, даже если храпишь, — Стив катает это слово на моем языке, не понимая уровень опасности. Ох уж, это слово. Как мне стыдно… Я храпела перед ним… Ещё и по-бесстыжему слиняла на его половину кровати от холода. — У меня проблемы с носовой перегородкой, она слегка перекошена… — говорю я низким голосом, пытаясь себя оправдать.       Стив внимательно слушает меня, широко улыбается. Его голый торс почти целиком выставляется из-под одеяла. Я залипаю на миг, но потом смотрю Стиву в глаза. Неприлично пялиться на чужой торс… Особенно, когда мы вдвоем наедине. — Ну, это страшно? — спросил он, поднимая брови. — Находиться со мной в одном номере? — Для себя отвечаю, что очень даже ничего, все бы круто, если бы я не всхрапнула при нём.       Я покачала головой и извинилась перед ним за своё недоверие. Он мало того, что не пришёл вчера таращиться на меня голую в душе, так ещё и уснул вместо того, чтобы стать последним скотом и лезть ко мне всю ночь. Удивительно. Может, конечно, он думал, что я сама к нему буду лезть. Со своим храпом. — Надеюсь, тебе было комфортно со мной, за исключением… Ну… Моего храпа, — заканчиваю я, нервно махнув рукой. Наконец-то мне удаётся слезть с кровати. — С тобой комфортно. Если ты не против, я тоже приму душ, — сказал Стив, поднимаясь с кровати. На нём чёрные боксеры с серой резинкой и белыми швами. Я на секунду залипаю и вижу, что у Стива там все очень даже ничего для корейцев, а когда вижу округлую задницу, то и вовсе кое-как удерживаюсь от пошлых комментариев. Стив не заметил, что мой взгляд буквально прилип к его пятой точке.       Я осматриваюсь в номере. На столе стоит завтрак, сок в бокалах, мюсли с йогуртом и ягодами, тосты с мёдом, джем и сливочное масло. Я любуюсь пару минут на всю эту красоту: сервис явно постарался. Здесь же лежат тканевые маски для лица, с припиской на английском, отчего они помогают. От отёков. Судя по моим щекам, я отекла… И маска очень даже не помешает.       Иду к мини-бару, где стоит ещё и кофе-машина, достаю бутылку из холодильника и наливаю себе стакан воды. Опустошаю его залпом, кайфуя, как холодная вода утоляет жажду. Пока Стива нет, я фотографирую завтрак, себя на фоне красоты за окном, делаю кофе себе и Стиву. Смотрю на часы, время всего-то полдень доходит.       Я взяла свою чашечку кофе подошла к окну, залипая на вид… Вид на Каннам, на самое моё любимое место здесь, SM-town, здание с огромным экраном, на котором колышутся волны, кажется, что здание — аквариум.       Стив подошёл ко мне, осторожно убрал волосы с плеча и поцеловал в шею. Твою дивизию… Явно за изменениями внешними ещё стояли очень серьёзные внутренние… Стив катастрофично сексуален и сексапилен, хотя внешне можно найти куда более красивых мужчин. Воздух вокруг него разряжен и пахнет сексом. Смотреть на Стива с голым торсом вообще невыносимо. А воспринимать мысль о том, что вышел из душа… Равняется смерти.       Я смотрю на свои едва заметные очертания, Стив смотрит на меня в отражении: — Вкусный кофе? — говорит он еле слышно на моё ухо. Носом зарывается в волосы. Кончиком щекочет мое ухо, я тихо улыбаюсь и вздрагиваю, смотрю на Стива через плечо: — Да… Для тебя тоже стоит чашечка эспрессо. — Спасибо. Это мило с твоей стороны, Ника, — Стив обнимает меня и целует… Сначала в уголок губ, потом и вовсе в губы. Я едва не роняю чашку с кофе, у меня подкашиваются колени. Между бёдер всё безумно печёт. Какого чёрта он так офигенно целуется?       После поцелуя я смотрю на Стива несколько секунд, его лицо так близко, глаза обжигают, его губы… Такие яркие, с чёткими контурами… Припухли от поцелуев: — Я… Не сказала тебе самого главного… Спасибо тебе за вчерашнее и за номер… Мне приятно… Ты, наверное, ждёшь, что я… Отдамся тебе… — пытаюсь оправдаться я.       Стив смотрел на меня, гладил по волосам, но после этих слов замер: — Не буду отрицать, что ты мне нравишься и привлекаешь физически, но я не собирался заниматься с тобой сексом. По крайней мере, сегодня… — слова Стива действуют на меня как ушат с ледяной водой. Нет, как пощёчина. Как я могла подумать, что он хочет меня трахнуть? Я же… — Я не хочу торопиться и не воспринимаю тебя как девушку лёгкого поведения, — заканчивает Стив. — А как ты меня воспринимаешь? — спрашиваю я, отстранившись на удобную для меня дистанцию. Стив понимает меня, потому что он был в Америке и в Австралии, и чувствует чужую личную дистанцию. — Я воспринимаю тебя как девушку… Как свою будущую девушку. И не хочу портить всё сексом, какой бы возбуждающей ты не была, — я жмурюсь, когда Стив говорит это, ужасно стыдно: со мной до этого ни один парень так не разговаривал. — Ты мне нравишься, и намерения у меня на тебя вполне серьёзные. — А… Как же то, что я норебанщица… — говорю я, чашка с кофе вот-вот выпадет из моих рук. — Ну, норебанщица — это не клеймо, — отвечает Стив, забирая чашку с кофе и возвращая её на столик.       Кореец видит, как меня перекосило просто от того, что я тоже могу быть любимой, раскрывает руки, я обнимаю его, утыкаюсь носом в голый торс Стива, сначала я сцепляю руки в замок на его талии, но потом даю себе волю, глажу спину Стива. — Это исправимо. Не сразу, конечно, но исправимо, — говорит он. — Хорошо, я поняла… Прости… Что я так себя веду… Я, наверное, разорвала тебе шаблон в голове, была вся такая секазная в караоке, а тут… Стала бледной какашкой.       Стив усмехнулся, гладя меня по волосам. — Будем завтракать? — спрашивает он, целует меня в макушку. — Да, но можно в ванной позавтракать… Там вид на город потрясающий открывается… — я смотрю на Стива, осторожно касаюсь губами его грудной клетки, тёплой и гладкой кожи. Вдыхаю запах его тела, жмурюсь от удовольствия. — Хорошо, я как раз набрал её… С пеной, — говорит он, обнимая меня уютнее и целуя в губы, я прижимаюсь к Стиву, отвечая на этот поцелуй, такой нежный… Выносящий из реальности. Я еле держусь на ногах, Стив прижимает меня к себе, целует ещё. После подхватывает на руки и относит куда-то… Я вжимаюсь в Стива и молча прячу лицо в его плечо. Стив заносит меня в ванную и осторожно ставит на пол: — Вот так… — говорит он, я открываю глаза. Передо мной ванна в облаках пены, Стив выключил воду и посмотрел на меня: — Ты можешь раздеваться, пока я принесу завтрак… Залезть в воду… Хорошо? — он снова целует меня в уголок губ. Я-то уж понадеялась. Стив выходит из ванной, как я останавливаю его вопросом: — Стив, ты примешь ванну со мной? — Да, само собой, — говорит он и исчезает в коридоре.       Я стаскиваю с себя халат и как можно быстрее залезаю в воду, боясь, что Стив увидит моё не совсем привлекательное тело. По сравнению с торсом Стива, его подкачанной тушкой я кажусь желешкой.       Стив заходит в ванную с подносом в руках, я смотрю на него: — Класс, залезай ко мне скорее, — улыбаюсь ему, отворачиваюсь, пока Стив раздевается. Он залезает в воду и осторожно обнимает меня, целует в плечо. Божечки… Ещё раз он так сделает, и я дам ощутить ему, насколько я мокрая. Стив стягивает с подноса тарелку с мюсли: — Давай, я тебя покормлю.       Первое время я чувствую себя идиоткой… Нет, я знаю, что корейцы заботливые до мозга костей, но всё равно меня это смущает. Я краснею, когда послушно открываю перед Стивом рот и даю себя накормить. — Вкусно? — интересуется Стив.       Я киваю, жуя мюсли с фруктами под йогуртом. Очень вкусно, а от того, что я ем в обществе Стива… Так и вовсе гастрономический оргазм. Я стараюсь слушаться его, ведь он старше меня почти на десять лет. — Да, вкусно… Но немного странно, потому что ты меня кормишь. — Что в этом странного? — интересуется Стив, протягивая мне тосты с мёдом. Я беру ломтик и ломаю его пополам, ем первую половинку и слизываю мёд с пальцев. — За мной никто никогда так не ухаживал, кроме мамы, когда я была совсем-совсем маленькой… Чтобы ты понимал, я была достаточно самостоятельным ребёнком с полутора года… С этого возраста я ходила в детский садик… А соответственно, умела кушать уже сама, — я доедаю вторую половинку тоста и запиваю всё кофе. — Ты серьёзно? Тебя никто не кормил вот так вот? А… Когда у тебя были парни… — говорит Стив, он ест свой тост. — У нас не принято так заботиться мужчинам. Обычно они дарят цветы, сладости, подарки по праздникам… Но не ухаживают, как это делают в Азии… Мне приятно, но при этом очень неловко… — я смотрю, как Стив ест тост с мёдом. Удивительно аккуратно, потом запивает его своим эспрессо. А после целует меня в лоб: — Стив… — урчу я. — Что такое? Целоваться тоже не принято? — смеётся Стив, он берёт в руки свою чашку с мюсли, перемешивает содержимое и ест сам. — В России… Если ты не поцеловался на первом свидании, день прожит зря. Да и вообще, если у вас не было перепихона, то всё напрасно, — я смотрю на Стива и понимаю, что шокировала беднягу. Стив прекратил есть и уставился на меня.       Мда… Такими темпами он станет импотентом рядом со мной. — Я хотела сказать не это… А то, что я мало того, что долго хотела тебя поцеловать… — краснею я. Губы Стива растягиваются в широкой и довольной улыбке. — Да… Так ты ещё и постоянно это делаешь… Настолько, что я сама тебя… Оттрахать готова. Я не знаю, где ты так учился целоваться, но мне недалеко до оргазма…       Стив по-доброму усмехнулся, слушая меня. В воде мы касались друг друга плечами, едва соприкасались бёдрами. Стиву явно льстили мои слова, потому что он улыбался шире некуда. — Я боюсь, что в какой-то момент просто залезу на тебя с просьбой оттрахать меня до потери сознания… — выдаю я, Стив в этот момент ел и чуть не заглотил ложку от моих слов. — Я уже достаточно долго сдерживаю себя… Поэтому мне может снести крышу в любой момент… И… Да… Достань ложку изо рта, прожуйся, потому что последняя новость может шокировать тебя окончательно.       Стив сделал нужное. И только тогда я выдала ему: — Я девственница.       Стив убрал тарелку и посмотрел на меня: — Ты девочка, серьёзно? Такая вся из себя соблазнительница и вишенка?.. Тебя никто и никогда… — Ну, пытались… Но ничего не вышло. Вот так… Я девочка, да, — выдала я, опуская взгляд и зарываясь в облака пены. — У меня никогда не было секса… С проникновением.       Стив сначала немного оторопел, пока обнимал меня, а потом поцеловал в висок, уверяя, что ничего страшного не произошло: — Ага, сказал мне красавчик-качок, на которого хочет запрыгнуть половина Кореи, — фыркнула я. — Нет, не совсем так… Я не пользовался популярностью у девушек долгое время. В США девушки на меня не обращали внимания, в Корее я был не очень привлекательным парнем. Всё, что могло во мне зацепить, это деньги. Лицом я далек от дорамных мальчиков, а четыре года назад я ещё и был пухлым, совершенно неуверенным в себе. Девушки шарахались меня, — в этот момент Стив коснулся моего живота, боков, он осторожно гладил их. — Это потом, когда я значительно похудел, мне стало проще знакомиться с девушками, привлекать их внимание. Но девушки у меня все равно не было долгое время. — Почему же? — интересуюсь я. — Знаешь же, что за изменениями внешними стоят обычно и внутренние изменения. Когда девушки приходят на твою красивую внешность и твой пухлый кошелек. Тебе льстит внимание, льстит то, что ты в праве выбирать девушку. Но… Дело в том, что внутри я чувствую себя тем пухлым мальчишкой. Он по-прежнему живет во мне, несмотря на то, что у меня есть все. Этот мальчишка появляется, когда я остаюсь один. Когда я прохожу мимо вкусной еды, которую мне нельзя сейчас. Он возникает по ту сторону зеркала передо мной, говоря, что мои внешние изменения мало к чему привели… Сначала я самоутверждался за счет любви девушек, что могу быть любимым. Но глубоко внутри я боялся оказаться быть брошенным и нелюбимым. Так и происходило. — А что сейчас? — осторожно спрашиваю я. — По мне, даже пухляшом ты был бы ничего.       Стив грустно усмехнулся, я впервые видела в его глазах что-то более глубокое, грустное, чем жгучий изучающий блеск в глазах. От этого мне только сильнее хотелось в него влюбиться. — Внутри себя я по-прежнему боюсь всего. Думаю часто, а что если меня сломает… Я снова растолстею, стану тем мальчиком. Меня любят не за то, какой я есть. А за то, каким я хочу быть. Уверенным в себе парнем, у которого нет отбоя от девиц.       Я внимательно слушала Стива, осторожно сжимая его руку в воде. Чёрт… К такому меня жизнь явно не готовила. Мы сидим голые в ванной с видом на город и делимся самым сокровенным друг с другом. Если это не самая настоящая романтика, любовь, то я не знаю, что это.       После Стив посмотрел на меня, несколько отчаявшись. Я поняла, что все его красивые ухаживания — это в первую очередь не попытка соблазнить меня, а заткнуть своего внутреннего мальчишку в очередной раз. Вот почему он не собирался ко мне лезть ночью, а мог бы. Да и то, что я здесь, стало очередной затычкой для обиженного эго Стива. Что Стив может за мной ухаживать, кормить меня. — Знаешь… Я хотела сказать тебе… — я поглаживаю руку Стива большим пальцем, переплетаюсь с ним пальцами. Его ладонь большая, широкая. — Что… Если ты серьезен в своих намерениях, хочешь сделать меня своей девушкой, то… Я… Конечно, не смогу дать тебе никаких гарантий, что это навечно, что это навсегда… Но со своей стороны я постараюсь сделать все, чтобы ты перестал видеть в своем отражении себя прежнего… — выдала я. Моё сердце не ускорилось, хотя я волновалась, когда произносила это… Странное признание в любви. Никаких слов о любви и пафосных обещаний. Одно спокойствие.       Стив посмотрел на меня. В глазах было легкое неверие. Внутри я увидела того мальчика с фото, который дал себе возможность выйти наружу, потому что снаружи его кто-то позвал и сказал, что постарается принять его. Этот взгляд был неуверенный, даже напуганный. Сколько тот мальчик просидел внутри? Сколько раз он слышал от себя самого: «Уходи», а сколько слышал от остальных… Наверняка ему хотелось свести с жизнью счеты, и не раз. — Я здесь и я рядом настолько, насколько это возможно, — я прижалась к Стиву теснее плечом. — Если ты хочешь, можешь лечь на мое плечо… На грудь… — говорю я.       Стив молча это сделал. Он перелез вперед меня и осторожно лег на мою грудь. Я обняла его за плечи. Мы лежали в воде, оба молчали. Стив смотрел на город, я тоже, потом осторожно подняла руки и зарылась пальцами в волосы Стива. — Мне хочется, чтобы тебе было комфортно со мной, — сказал Стив, он развернулся слегка, глядя на меня. — Комфортно? — я посмотрела на него, изогнув бровь. — Ты что, салон комфорт-класса? Стив, ты человек… Который за долгое время дал себе волю признаться в своих истинных чувствах и дал себе-настоящему выйти наружу. Как и я. И я очень признательна тебе, что ты выслушал меня и принял, что поделился со мной тоже.       Мне хотелось обнять его, поцеловать… Прижать к себе. Просто быть рядом. Никакой отупляющей страсти, никаких обещаний о вечности. Просто здесь и сейчас. — Ты знаешь… — начал Стив. — Мне никогда не было за последнее время так спокойно. Вчера я хотел произвести на тебя впечатление. А сейчас я хочу быть собой. Ещё… Я хотел сказать тебе, что… Когда я впервые пришел в клуб, я уже слышал про тебя от Тэхана. Он сказал, что ты восхитительная девушка, как и Алиса. Такая яркая. Когда я пришел в клуб на следующий день, я не знал, кто из них ты. А тебя выбрал Тэмин. — И ты была такой, как говорил о тебе Тэхан. Невероятная, яркая… Когда Тэмин выбрал тебя, Тэхан сказал, что это ты. Та самая. Поэтому я не мог оторвать от тебя взгляд. Мне хотелось, чтобы ты смотрела только на меня. Я старался тебе понравиться. И был так счастлив увидеть тебя снова…       Я молчала. Потому что помнила, что он делал. И как… Ему хотелось, чтобы на него смотрели. Особенно, я. Моё внимание льстило ему. И Стив жутко расстраивался, если я смотрела на кого-то другого. — А ещё… Помнишь тот чойс, когда я пришел, но не посадил тебя? — спросил Стив. — Да… помню. — Я услышал, что ты пела в соседней румке. Ты пела «Closer». Я хотел дать тебе знать, что я здесь. Я знал, что хоть ты и с Чикен-боем, то обрадовалась бы моему приходу. И ты услышала меня.       Я промолчала, слушая Стива. — А потом Ингю позвал меня и сказал, что ты хотела увидеть меня. Я должен был что-то сделать, чтобы ты попала к нам в румку на чойс. Я сам этого хотел. Но все, что было нужно, это дождаться приезда Чикен-боя, которому я позвонил. — Ты бы мог поменять Софу на меня, — выдала я. — Нет, не мог бы. В нашей компании все знали, что ты девушка Чикен-боя, его партнерша. Я не мог просто взять и забрать тебя себе, это было бы неуважительно по отношению к вам обоим. Поэтому я не стал менять ту девушку на тебя, а ждал, пока ты придешь. Не поехал я с вами потому, что всем было понятно, что ты девушка Чикен боя. Смотреть на тебя с ним где-то ещё у меня не хватило бы нервов. Как я бы смог удержаться, чтобы не попытаться стать ближе к тебе? Зная, что ты принадлежишь другому?       Стив сделал это ради меня. Но не сказал Чикен Бою правду. Это уже выдал пьяный Ингю с ущемленным эго — как может мне нравиться тот, кто мне не принадлежит? Тот, кто никогда не был моим гостем. Это игра против правил. Но Стив мне подыграл. Не договариваясь.       Стив вообще подстроил все так, чтобы я выдала свои чувства. А потом сделал все с такой чистотой, чтобы на меня не упали подозрения. Если бы не болтун Ингю, а потом ещё этот мерзкий Вон, который развесил свои уши. Видеть меня в санбонском клубе, светящейся от счастья, после того, как я потеряла постоянника… Подозрительно. — Ты ведь догадалась, что я все делал, чтобы ты смотрела на меня… Я не мог видеть тебя и Чикен Боя вместе, — сказал Стив, обернувшись. Я кивнула. Конечно, я догадалась. Стив ещё тот позер, как и я. Мы оба любим внимание. Особенно, внимание тех, кто нам по душе. Было бы глупо отрицать это.       Мы пролежали в ванной ещё какое-то время, болтая, вспоминая те недолгие секунды, когда мы были вместе, смеясь чему-то. Потом Стив посмотрел на часы и спросил, не хочу ли я пойти погулять, пообедать и просто пройтись по магазинам. — Стив, это все замечательно, но мне нужно ехать назад ещё… А тебе на работу, — выдала я. Разумеется, будь моя воля, я бы пролежала тут со Стивом всю жизнь. Но работу норебанщицей никто не отменял. — Я тебе разве не сказал? — спросил Стив. — Что?.. — У меня недельный отпуск. А ещё я вчера сказал твоему менеджеру, что ты выходишь в отпуск на неделю и взял все расходы на себя, — он подмигнул мне. — Номер наш на пару дней, потому что потом мы поедем с тобой путешествовать.       Я шокировано смотрю на Стива, а потом обнимаю его. Мне нечего больше сказать.