Лекарство от Мозгошмыгов

Я с мечтательной улыбкой глядела на лист дорогого пергамента, где красивыми золотыми чернилами было выведено приглашение. Приглашение на помолвку Астории Гринграсс и Драко Малфоя. Это просто прекрасно! Я довольно зажмурилась, сдерживая радостный писк. Что ж, давно ждала этого события. Через пару дней ко мне в комнату влетела красивая бурая сова с письмом от миссис Гринграсс. Миранда предлагала встречу в кафе Фортескью, чтобы обсудить одно крайне выгодное предложение. Я черкнула на чистом пергаменте согласие и отправилась дошивать товар для Малкин. В назначенный для встречи день я скоро позавтракала, чмокнула отца в щеку и портключом перенеслась к Мариетте. В этот раз «Мантии на все случаи жизни» пополнились коллекцией очаровательных летних костюмов однотонной пастельной палитры. Традиционно обменявшись последними новостями и выпив по чашечке Эрл Грея, я распрощалась с владелицей магазина и неспеша отправилась на прогулку по Косой Аллее. Времени до встречи было еще прилично, так что я наведалась в «Твилфитт и Таттинг», приобрела тканей и только после этого отправилась к Фортескью. Миранда появилась спустя пару минут, после чего мы заняли столик в тенёчке и начали светскую беседу. Миссис Гринграсс оказалась довольно приятной женщиной лет тридцати пяти с утонченными породистыми чертами лица и проницательными зелеными глазами. Впечатление мы на друг друга произвели самое благоприятное, так что вскоре уже вели непринужденную беседу о тканях и фасонах. Миранда удивила неплохой осведомленностью в этой области, а затем озвучила предложение, ради которого попросила о встрече. Суть просьбы заключалась в том, чтобы я сшила на заказ праздничные одеяния для обеих семей и обещала за работу очень даже хорошую цену. Я сразу же согласилась – одеть две крайне богатые и благородные семьи для столь важного события давало моей репутации +1000 очков и определенное преимущество на английском рынке. Да и Драко с Асторией были моими хорошими друзьями, так что об отказе и речи не шло. С миссис Гринграсс мы расстались на крайне светлой ноте, а я отправилась по делам. Миранда должна была прислать выкройку и ткани через два дня, а меня ждали на Гриммо. Поттер с крестным вернулся из Африки. Я стояла и мирно беседовала с портретом Вальбурги Блэк, когда меня на полной скорости сбило нечто лохматое и жутко высокое. Проморгавшись и отойдя от первого шока я узнала в «нечто» крайне довольного жизнью Стаса. Мы вдвоем расположились в малой гостиной. Пока я слегка удивленно рассматривала гриффиндорца, парень приказал домовикам подать чай и угощения, успел тысячу раз поинтересоваться удобно ли мне и наконец уселся напротив. Надо ли говорить, что за тот месяц, что мы не общались, он вытянулся, раздался в плечах и практически избавился от подростковой угловатости, на смену которой пришла некоторая мужественность. Стас довольно улыбался и рассматривал меня в ответ. - Ну не томи! Вытащили? – заерзала я, вдоволь налюбовавшись возмужавшим другом. Вместо ответа тот лишь скосил глаза и поднял челку, открывая на первый взгляд чистый лоб. Шрам мне удалось заметить только при ближайшем рассмотрении. Он затянулся, побледнел и теперь действительно был похож на самый обычный шрам, заметный только из-за легкого загара парня. Но меня заинтересовало не это, а тонкая полосочка, которая словно перечеркивала знаменитую молнию. И тут до меня дошло. - Не может быть! Это же… - - Вольфсангель. Завершенный. – кивнул Поттер, опуская челку. - Руна заключения. Так это что, получается… - Парень пустился в описание своих африканских злоключений. В глубинке Уганды, в какой-то жуткого вида пещере Поттер и Сириус нашли потомственного шамана-менталиста. Поговаривали, что тот уже n-ое количество лет жил абсолютным отшельником и клиентов не принимал, а если и принимал, то те оставляли у него половину состояния. Переговоры затянулись на несколько дней и в итоге шаманюга не выдержал и решил-таки просто взглянуть на грифа. А когда наконец узрел парня, то с воплем восторга утащил того в свои апартаменты. Сириус пытался пробиться внутрь, но не смог и остался ждать крестника снаружи. Стас прервался, чтобы проглотить чудовищный кусок торта и продолжил. В пещере шаман-менталист Годлумтакати положил Поттера на пентаграмму и принялся кружить вокруг, надрывно завывая и звеня многочисленными амулетами. Дальше Стас, по его словам, заснул и тут же проснулся. Правда в этом промежутке прошло две недели, о чем ему потом сообщил довольный Годлумтакати. Выяснилось, что в это время тело грифа находилось в продолжительной агонии, которая в буквальном смысле чуть не плавила тому кости, так что шаман вытолкнул сознание парня в астрал и погрузил в спячку. Шрам на лбу парня был незавершенной руной Вольфсангеля. Стас в буквальном смысле был сосудом для души того, кто провел на нем этот ритуал. Как объяснил Годлумтакати, ритуал отделения провели при рождении ребенка для разрыва связи. А вот замещение должны были провести на окрепшем и окончательно повзрослевшим теле. У маленького Гарри из-за ритуала душа отделилась от сути и просто пребывала в оболочке, да вот только осколок души Темного Лорда буквально впился в душу и насильно соединил ее с телом, чтобы выжить самому и не угробить носителя. Этим были обусловлены и некоторая недоразвитость, и подавление магии, да и в целом отставание ребенка от ровесников. Если бы не «якорь», то маленький Гарри был бы без пяти минут овощем, которым до жути легко манипулировать. Позже, когда в Гарри вселился Стас, то связь стала еще прочнее. Сознание маленького Поттера грубо вытолкнули в астральные измерения и тут же заменили душой взрослого мужика. Осколок души Володи без помех присосался к нему и теперь связь тела и души была еще крепче. Короче, крестраж из Поттера вынуть не удалось. Тот слишком прочно слился с сутью мальчишки, стал не подселенцем, а полноценной частью. Годлумтакати на все возмущения Блэка, которому давал консультацию, ответил, мол, он не видит смысла отколупывать крестраж в такой кондиции и вытолкал обоих из своего убежища. Я задумчиво почесала кончик носа. Судя по словам этого Годлумка… Голума… шамана, короче, последний крестраж плотно сросся с аурой Поттера, стал его частью. Ну в таком случае, я смею предполагать, что это опасности не несет. Парселтанг остался, подселенец даже в каком-то смысле укрепляет своего хозяина, а использовать такой крестраж для возрождения не получится. Ну… Допустим. Мы с Поттером еще немного поговорили. То что Володю могут стырить из Министерства было слишком вероятно, так что его казнь нужно было проводить как можно быстрее, а остатки духа упокоить с помощью опытных спиритистов. Только вот это находилось вне компетенции двух подростков. Я вздохнула. Стас, видя мою грустную мурзилку поспешил переключиться на более приятную тему. Что удивительно, их с крестным на помолвку Гринграсс и Малфоя тоже позвали. Хотя чего сверхъестественного-то? Родня все-таки. Грейнджер по закону жанра тусила с родителями во Франции у какой-то подруги из Шармбатона и возвращалась только в середине августа. Поттер грустным не выглядел, но по невесте явно скучал. Тут мне в голову пришло, что я даже не особо представляю, какие у них отношения. Они на людях не особо милуются, выглядят даже не парой, а скорее друзьями. Стас тем временем хитро улыбнулся и сообщил, что Сириус и Рита планируют свадьбу в сентябре. Я расплылась в ответной усмешке. Англия вздрогнет, когда новое поколение Блэков, Поттеров и Малфоев отправится в Хогвартс. Разговор как-то плавно перетек в не то русло, которое стоит обсуждать детям, но мы со Стасом были гипотетически взрослыми, так что беседа вышла чисто деловой. - Ладно, хорошо. Ну а ты то что планируешь по замужеству? И не говори, что ты карьеристка, не поверю. Тебе, как сильной родовитой ведьме предстоит выгодный брак. А пока ты можешь выбирать, то стоит подсуетиться. – Поттер вальяжно махнул рукой в непонятном направлении. Я вздохнула. Тема брака мне в той жизни была чужда. Я тупо боялась ответственности, которая придет с обретением семьи. Но это тогда. А сейчас я задумалась. После Хога мне будет отведено максимум пара лет на учебу и поиск себя, а потом придется думать о протекции, которую может принести мой будущий муж. Принудительного брака у меня не будет. Во всяком случае отец слишком меня любит, чтобы насильно пихать кому-то побогаче и повлиятельнее. Да и характер у него не тот. Он у меня исследователь, ученый, деньги ему нужны на путешествия и опыты. Средства у нас благодаря «Придире» и моей работе есть. Вот и выходит, что брак для меня, по сути, необязателен. Однако обрывать род я не собираюсь. Лавгудам обязательно нужен наследник с новой кровью и сильными родовыми дарами, и я позабочусь, чтобы таковой был. Этими выкладками я поделилась с другом. Поттер покивал. - Ты только скажи, Луна. Если будут проблемы с деньгами или еще с чем-то, то обращайся. Я тебе по гроб жизни должен. И если с женихами затруднения будут, то тоже говори. Мы с Вальбургой и Гермионой тебя сосватаем кому хочешь. Кстати об этом, есть кто на примете? Я заметил, что ты с Ноттом-младшим близка. – Я снова задумалась. Конечно, черт возьми, я с ним близка. Но как потенциального жениха я его не рассматривала, тупо даже не задумывалась об этом. А зря. Если отбросить принадлежность к Пожирателям, то род весьма старинный и богатый, отходит от Малфоев и каких-то далеких Блэков. Да и влияние на острове имеет неплохое. Ох, что это я! После окончания Турнира Тео буквально пропал. Его отца посадили в Азкабан, он наверняка наводил порядок в делах рода, ведь как я понимаю, ему придется некоторое время отвечать за семью. Я не помнила говорил ли что-то Нотт про своих родных. Я знала про отца, видела один раз его мать, а братья, сестры? Даже если и так, он в любом случае старший, а значит станет Главой Рода. Спустя неделю после начала летних каникул я рискнула и написала ему. В письме я искренне приносила свои соболезнования и на свой страх и риск предлагала любую посильную помощь. Да вот только ответа на свое послание я не получила. Перспектива породниться с Пожирателями, да и в принципе с огромным темномагическим родом меня не пугала. Сама хороша: Треверсы, Блэки, Эйвери, тоже Пожирательские фамилии, и что теперь? Орать и самоустраняться? Нет, увольте. В конце концов Нотты выгодны даже по родовым дарам. Демонология, ритуалистика, отдельные направления в некромантии. Вкупе с моими артефакторикой и менталистикой это будет убойный коктейль. А ведь что-то и со стороны от бабушек и дедушек должно было прийти. Ух, силища! Тема разговора постепенно перетекла на рода. Тут-то я вспомнила фанон и решила забросить удочку. - Слушай, а ведь ты по сути считаешься совершеннолетним. – прищурилась я. - А?- встрепенулся Поттер и настороженно уставился на меня. - Ну смотри, Кубок Огня – это артефакт. Причем очень древний и мощный. Чемпионы заключают с ним нерасторжимый магический контракт, который подразумевает то, что участник совершеннолетний. Ты участвовал, прошел все испытания и даже победил, а значит чисто теоретически считаешься совершеннолетним волшебником. Сама Магия должна была признать тебя таковым. Как думаешь? – - Мерлин меня раздери… Луна, ты хоть понимаешь, что если это правда, то… Mat` moya jenschina! Я же главой рода Поттеров хоть сейчас могу стать! Мне надо это проверить! Сегодня же пойду к гоблинам. Лавгуд, ты самое настоящее чудо! – воскликнул гриф кружа меня по комнате. Я звонко расхохоталась. Надеюсь, мои предположения верны. Во вторник утром Миранда как и обещала прислала огромное разнообразие тканей, камней и прочих волшебных материалов, а также выкройки и аванс в размере двухсот галлеонов. Я тщательно отфильтровала информацию, прошлась по «Нитям судьбы», отредактировала пару непонятных моментов и с энтузиазмом взялась за работу. На очереди у меня было еще несколько заказов на волшебную одежду, завязанных на магию Луны и крови. Жизнь снова была прекрасна. Я работала, выполняла интересные заказы, периодически появлялась на днях рождения знакомых, виделась с Поттером, который таки действительно оказался совершеннолетним, стал главой Рода и теперь крутился как наргл в колесе, пытаясь успеть везде и сразу. Переписывалась с Дафной, гостящей у Поляковых в Латвии. Там, кстати, тоже все шло к свадьбе, чему я могла только порадоваться. Разумеется еще была Джинни. Мы не прекращали общение, ежедневно списываясь в блокноте с Протеевыми чарами. Прюэтт вместе с Мюриэль уехала в Италию к жениху и планировала там оставаться до конца каникул. Я слегка завидовала, уж слишком яркими были воспоминания о теплом южном ветре, мягком песке и шуме моря. Ну и ладно, у меня, между прочим, тоже недвижимость в Италии есть. Можно будет с отцом на пару деньков туда сгонять, когда время появится. Ксено уже несколько дней пропадал на Международной Конфедерации Магозоологов в Сиетле. Теодор не ответил и на второе мое сообщение. Влажная трава приятно холодила ступни. В ночном воздухе разлился нежный аромат цветущих яблонь, долины Девоншира обволакивал густой, как молоко, туман. Где-то вдали трещали сверчки, в темноте периодически вспыхивали огоньки редких светляков. Из дома вышла девушка в легком одеянии. Она медленно дошла до небольшой полянки, плавным движением ослабила ленту, стягивающую волосы, которые белокурым водопадом скользнули на обнаженные плечи, сбросила льняную робу и воздела палочку. Повинуясь словам на латыни туман с облаками скользнули в сторону. Долину залил бледный холодный свет. Ткань у босых ног наливалась серебряным светом, ослепительно сияла пряжа из волос единорога, волокно впитывало багровые капли крови, пульсировало от количества магии. Девушка уже давно оторвалась от земли и теперь парила над ней. Лунные лучи ласкали стройное девичье тело, платиновые волосы лениво перетекали за хрупкими плечами, живя какой-то своей непонятной жизнью. А губы бесшумно произносили слова ритуала. Если бы кто-то сейчас нечаянно наткнулся на это странное действие, то непременно бы забыл о нем на следующее же утро. Магия не позволила бы людям стать свидетелями жуткого, но в то же время зачаровывающего ритуала. В памяти у магглов осталась бы только необъяснимая тоска по прекрасному и недоступному их пониманию. Я шагала к своему коттеджику не сдерживая улыбки. Только что состоялся осмотр свадебных одеяний для Малфоев и Гринграсов. Мне повезло, у Миранды в это время чаевничала Нарцисса, так что товар они принимали вдвоем. Обеих леди все устроило. Меня напоили чаем, порасспрашивали про школу, жизнь, работу, заплатили на двести пятьдесят галлеонов больше оговоренного и отпустили. В итоге за свою работу я получила около 950 галлеонов, что было неплохим показателем моей квалифицированности. До Малфоевской помолвки оставалась еще неделя, так что я сгребла вернувшегося из Сиетла отца и на следующий же день мы портключом перенеслись в Лимоне-суль-Гарда. Я потянула носом и зажмурилась. Откуда то с набережной доносился аромат свежеиспеченных булочек с кремом. Наверняка дон Мальдини открыл ставни, чтобы привлечь потенциальных покупателей самим запахом выпечки. Что ж, у него это отлично получается! Встав со скамеечки и расправив подолы летнего сарафана, я неспешно направилась к булочной. Над озером Гарда неспешно летали крупные наглые чайки, с каменистых пляжей доносилась быстрая и мелодичная итальянская речь. В многочисленных кафе под зонтиками расположились завсегдатаи, что теперь весело переговаривались с официантами. Я улыбнулась своим безмятежным мыслям и переступила порог заведения «Briciolo». За прилавком с очередными покупателями весело болтал дон Мальдини. С веселым энергичным старичком в красном фартуке и безупречно белой рубашке я познакомилась в первый же день пребывания здесь. Его милая болтовня, отеческая улыбка и самая вкусная выпечка в коммуне поразили меня в самое сердце, так что теперь без моих визитов к нему не обходился ни один день. Его булочная заслуживала звания самого прелестного заведения во всей округе. Светлая, чистая и безумно уютная, с белыми легкими шторами, плетеной мебелью, запахом теста и дрожжей, корицы, марципана и брожения. В открытые ставни с улицы долетал шум озера, гомон людей и крики чаек. Губы сами расползлись в широкой улыбке. Дон как раз попрощался с покупателями и теперь раскинул руки, дружелюбно восклицая: - Salve, bella Signorina! Spero che il tuo umore sia perfetto come il tuo sorriso! Cosa vuole? – - Ciao Don Maldini, voglio comprare i panini più deliziosi di tutta la penisola. – улыбнулась я, старательно выговаривая каждое слово. Пекарь рассмеялся и принялся ловко кидать в бумажный кулек самые горячие и румяные булочки. Из кондитерской я вышла с превосходным настроением и отправилась домой. Отец сидел в плетеном кресле на балконе и что-то усердно строчил на пергаменте. Я улыбнулась. Даже здесь умудряется работать. Пододвинутые на белом блюде булочки он взял на автомате и тут же запихнул в рот. Я приняла душ, чтобы смыть жаркий июльский зной и отправилась в прохладную спальню, дочитывать книгу по чарам за шестой курс. На очереди были два самоучителя по итальянскому, которые я штурмовала по вечерам и художественная литература, найденная мной в симпатичной книжной лавочке неподалеку от дома. Вечером мы с отцом вооружились кремом от солнца и отправились на пляж. К этому времени там оставалось мало людей, так что мы набросили чары отвлечения внимания и отправились плавать в бодряще холодной воде лазурно-серого цвета. Отплыв подальше от берега мы наколдовали головной пузырь и отправились исследовать глубины Гарды. К тому времени, как мы, отфыркиваясь и живо делясь впечатлениями выбрались на каменистый пляж, все люди разошлись, так что Ксено беспрепятственно высушил нас заклинанием и мы отправились ужинать. Этот прием пищи мы всегда проводили в ресторанах коммуны, благо их здесь было хоть отбавляй. За все время пребывания здесь мы уже успели завести себе любимчиков, поэтому сегодня отправились в мое любимое заведение, где подавали вкуснейшую свежую рыбу. Прелесть ресторана так же заключалась в его местонахождении. Он стоял на отшибе, следовательно гости могли не только наслаждаться ошеломительными блюдами, но и слушать шум волн, разглядывая нежные закаты. Я отхлебнула белого вина и втянула в легкие сладковатый ночной воздух. Хорошего много не бывает – завтра мне предстоит вернуться в Англию и вновь погрузиться в омут проблем. Ксено в этом плане повезло больше. Он пишет статью про водяных жабоухов, уже нашел какую-то редакцию, которая согласилась принять материал и теперь останется в Лимоне до сентября. С его слов жабоухи в сентябре тысячами мигрируют на юг Италии, так что он должен все успеть сейчас. Я не возражала. А на следующее утро я собрала немногочисленные вещи, напоследок прогулялась по коммуне, зашла в «Briciolo», где купила свежих булочек и только после этого перенеслась в менее солнечный, но теплый Лондон. Международный портключ был устроен так, что в Италию я могла попасть из любой точки мира, однако возвращалась перманентно в Лондон. Прогулявшись до Косой аллеи и сразу решив пару вопросов, я вызвала «Ночной рыцарь» и с ветерком доехала до Оттери-Сент-Кечпоул. На завтра я должна была отправиться к Малфоям. Портключ перенес меня к высоким изящным воротам, ведущим во владения Малфоев. Там меня встретил чуть ли не светящийся от гордости домовик и провел внутрь. Парк мэнора сегодня был особенно нарядным. То тут, то там было украшено золотыми и серебряными лентами, вода в мраморных фонтанах явно была специально зачарована, ведь струи складывались в изумительные фигуры и долго парили над поверхностью. Белые павлины лишь добавляли антуражу. В особняке я разыскала виновников торжества, вручила подарки, пощебетала с Нарциссой и Мирандой и ушла искать что-нибудь интересное. Пока кружила по галереям, я заметила Джинни и Блейза, но те разговаривали с каким-то сухим высокопарным мужчиной, так что не стала мешать и пошла дальше. Около столика с закусками в синей гостиной я, к своей радости, обнаружила Дафну и Полякова. Вот уж кого я была жутко рада видеть. Саша, ничуть не стесняясь сгреб меня в охапку. Пока я пыталась выбраться из медвежьего захвата друга, Гринграсс рассказывала последние новости, которые не успела описать в письмах. Из переписки я знала, что Поляковы и родители Дафны уже пришли к соглашению о помолвке, поэтому та должна была состояться на Йоль. Вдоволь наговорившись с друзьями, я оставила новоиспеченную парочку и скользнула в малую гостиную. Там я нашла Поттера. Он разговаривал с приземистым пожилым господином в сером цилиндре, а увидев меня почему-то оживился и поманил к себе. - Мистер Шинглтон, позвольте представить вам мою очень хорошую подругу, мисс Луна Лавгуд. – Я присела в книксене. - Луна, познакомься, это Гаспард Шинглтон, мастер Чар и Трансфигурации. – Шинглтон быстро приложился к моей руке и кивнул. - Лавгуды. Трансфигурация один из родовых даров, я прав? – - Все верно, мистер Шинглтон. – - Мисс Лавгуд имеет контракт с мадам Малкин, она специализируется на волшебной одежде. – продолжал рекламировать меня Поттер. Я скромно опустила ресницы. - В самом деле? – оживился Гаспард. – Планируете получать мастерство в Трансфигурации? - Да, так же, как и в Чарах. Без этого в моей работе никак. – подтвердила я. Мужчина сдержанно улыбнулся. - Что ж, мисс Лавгуд, считайте, что с Учителем вы уже определились. Я почту за честь иметь выпускницу вашего уровня. Когда надумаете получать Мастерство, пишите. Я с радостью помогу вам. – Вскоре его отвлекли и мы со Стасом остались вдвоем. - Спасибо. – благодарно улыбнулась я, глядя вслед Мастеру. - Пустяки. – пожал плечами гриф, - я тоже планирую у него Мастерство получать. Гаспарда, походу, чуть кондратий не хватил. Представляешь, за пару минут заиметь в потенциальные ученики наследников Поттеров и Лавгудов. И это одни из самых известных семей, где засветились таланты в области транфигурации. – Я фыркнула. - Что нового? Как дела с Родом? – Поттер довольно улыбнулся и неуловимым движением встряхнул правой рукой. И в ту же секунду на ней обнаружился массивный перстень из черного обсидиана с гербом рода Поттер – мордой льва. Я чуть ли не впилась в артефакт. Переключившись на магическое зрение вообще рисковала ослепнуть: огромное количество различных чар было заключено в эту фамильную драгоценность. - Иллюзию сам накладывал? – спросила я, хищно таращась на вновь исчезнувшее кольцо. - Ага. Портреты предков инструктировали. – покивал Стас. Я вздернула бровь. Парень покачал головой и увлек меня в парк, где наложил заглушку. - У меня особняк есть. Маггловский дом в Годриковой лощине вообще не считается. Ну то есть, родители Гарри там жили, ибо дед лишил Джеймса наследства. А есть еще особняк в Клиффорде. Он меня пустил, я его привел в порядок, алтарю пару жертв принес, короче магией напитал, и он окончательно ожил. Ну а вместе с ним и портреты. Дальше я в бухгалтерии увяз, чуть в Гринготтсе не поселился. У рода поверенный есть. Он как меня увидел с кольцом Главы, так чуть в обморок от счастья не упал. Ну вот мы месяц все разгребали. А еще я трансгрессировать научился. Я ж совершеннолетний теперь. – - Могёшь. – одобрительно покивала я, - А библиотека есть? – - Ооо, и библиотека и лаборатория и чего там только нет! И теплиц дофига, загон пустой, мне Карлус сказал, что там раньше гиппогрифы жили. Буду возвращать все. – Тут в парке появилось пару волшебников, и мы поспешили свернуть обсуждение. В конце концов Поттер таки добился своего. Вот и хорошо. По возвращению в особняк я была утянута освободившимися друзьями, а Поттер отправился искать крестного с Ритой. Мы наперебой поздравляли смущенную Асторию, которая бросала на жениха робкие взгляды. Сам Малфой смущенным не был, но выглядел слегка потерянным. Спустя полчаса неустанных разговоров и смеха зазвучала музыка и мы дружно рванули на танцпол. Сменив в партнерах Полякова, Блейза и Поттера я встала в пару с Малфоем. - Драко, ты слышал что-нибудь от Тео? – взволнованно прошептала я, глядя на друга. Тот вмиг помрачнел. - Только пара писем за все лето. Он… Сама понимаешь, ему сейчас тяжело. Но Тео обещал прийти сегодня. Поговоришь с ним? – внезапно умоляюще взглянул он на меня. - Я ему писала. Дважды. Не ответил. – качаю головой. - Он упоминал, что его мать больна. Мол сразу после того, как отца в Азкабан засадили, ей стало плохо и с тех пор без изменений. Тео все перепробовал. Лучшие врачи Мунго, Англии, с континента несколько специалистов. И никто не может помочь. Моя мама от нее вернулась жутко расстроенная. – - А… а как хоть проявляется ее болезнь? – осторожно уточнила я. - Матушка говорила, что она не ест, ни с кем не разговаривает, не спит, просто сидит в комнате на кровати и целые сутки смотрит в одну точку. Ни на что не реагирует, все на автомате делает. Ничего не помогает. – Драко понизил голос. А у меня в голове уже готов ответ. До ужаса просто и сложно одновременно. Осталось придумать, как это провернуть. - А что если я знаю, что с ней? Что если я могу помочь? – Малфой вскинул голову и нахмурился. - Если ты шутишь, то это не смешно. – Я оскорбленно вздернула брови. - С моим отцом было то же самое после смерти матери, Драко. Я знаю. Как можно ей помочь. – Ага, не заливай! Это я сама в таком состоянии провалялась после смерти сестры в прошлой жизни... - Хорошо если так. – Драко тяжело вздыхает и кланяется – танец завершен. Разговор с Малфоем расшатал мою нервную систему, поэтому остаток времени провожу на диванчике поближе к распахнутым рамам и наблюдаю за танцующими друзьями. В воздухе повисает тяжелая духота, небо за окном постепенно мрачнеет, пахнет озоном. Скоро гроза. Ко мне скоро присоединяется Джинни. Мы мирно потягиваем фруктовые коктейль, перебрасываемся тихими фразами. Мой взгляд лениво скользит по гостям, я погружена в свои мысли. Внезапно меж гостей мелькнула знакомая темная шевелюра. Я резко выпрямилась, чуть не сворачивая себе шею. Теодор, а с этой позиции я точно видела, что это он, подошел прямиком к Малфою и Астории. Там он что-то коротко сказал Драко, пожал ему руку, поклонился младшей Гринграсс и сразу же направился на выход. Я извинилась перед Прюэтт и быстро пошла вслед за ним. Мне просто нужно увидеть его, и я пойму, как действовать дальше. Шел Нотт быстрым и уверенным шагом, так что догнать его мне удалось уже практически у ворот. Сократив дистанцию до двух метров, я наконец решилась и окликнула его. - Теодор? – Даже со спины я увидела, как он резко напрягся и замедлил шаг. Несколько мгновений он просто стоял, а потом все так же медленно развернулся. Я напряженно вглядывалась в его лицо. Аристократическая бледность, которая была присуща ему, сменилась на болезненную, под глазами залегли глубокие тени. За то время, что мы не виделись он явно сбросил пару кило и оттого весь его вид приобрел какую-то непривычную резкость. Я изо всех сил вглядывалась в темные провалы глаз и не могла найти там ни малейшего знака на эмоции. Равнодушный. Холодный. Как всегда. Пауза затянулась. Но спрашивать что-то по типу «Как ты?» или «Ты в порядке?» было бы просто немыслимой глупостью. Его отец в Азкабане, на него свалилось управление Родом. Как еще у него могут идти дела?! Но ведь и молчать нельзя. Нотт явно подумал об этом же, поэтому опустил голову, словно задумавшись, а потом хрипло начал: - Я… - - Напиши, ладно? Просто напиши. – перебиваю я, в ответ ловя взгляд благодарности. Тео скомкано кивает мне и уходит, а мне ничего не остается, кроме как вернуться к друзьям. Черт. А вечером мне действительно приходит письмо. Дрожащими руками вскрываю конверт и принимаюсь терроризировать мелкие убористые строчки. Здравствуй Луна, Прошу простить меня за то, что не отвечал на письма и за мое неподобающее поведение в целом. Много здесь писать не буду, предлагаю тебе завтра встретиться лично и все обсудить. К сожалению, мне нежелательно появляться в людных местах в данный момент. Так что, надеюсь, мое поместье в качестве места встречи тебя устроит. С бесконечным уважением, Т.Н. К письму Тео приложил портключ, который активизируется завтра в 12:00. Ну что же, а меня ждет бессонная ночь за книгами по психологии. Портключ перенес меня на аккуратную каменную дорожку перед тяжелыми темными воротами. Я тихо присвистнула. Да-а-а, это вам не Малфои с французским стилем и утонченностью. В воротах появилась небольшая дверь и я понятливо скользнула внутрь. Там меня ждал Тео. В обычных брюках и черной водолазке он смотрелся крайне необычно, но интересно. Мы кивнули друг другу и медленно пошли к поместью. Парк вокруг здания состоял из множества одинарных пихт и елей, никакой вычурности. Сам дом при ближайшем рассмотрении тоже оказался похож на самую настоящую крепость. Твердый серый камень, абсолютно голые и прямые стены с большими укрепленными окнами. Я даже усмотрела пару бойниц на верхних ярусах. Рискнув переключиться на магическое зрение, я еще долго отмахивалась от «мошек» в глазах. Дом сиял из-за защитных боевых чар. Ох не завидую тому, кто решится проникнуть сюда с плохим умыслом. Теодор молча проводил меня в малую гостиную, приказал домовикам подать чай и уселся напротив. Что-то у меня дежавю. Разговор ни один из нас начинать не спешил. Уж не знаю, что думал по этому поводу сам Нотт, а я собиралась с мыслями. Главное чтобы он меня не послал, когда я ему сообщу как именно я собираюсь помочь его матери. - Кхм… - Теодор явно чувствовал себя неуютно. – Я повторно приношу свои извинения за то, что не отвечал на твои письма. Просто слишком много всего навалилось, и я разгребал все круглые сутки. – Я кивнула, принимая его извинения. - Я не держу обиду, Тео. И это в любом случае не то, что я бы хотела с тобой обсудить. – Парень вопросительно изогнул бровь. - Я… Я, возможно, знаю, как помочь твоей матери. – забросила удочку я. Теодор тяжело вздохнул и помассировал переносицу. Затем как-то неприятно усмехнулся и спросил: - То есть, ты мне хочешь сказать, что лучшие колдомедики Европы не смогли ее вылечить, а ты сможешь? – Я задумчиво поглядела на Нотта. Вполне ожидаемая реакция. И даже очень. Однако парень истолковал мой взгляд по-другому. - Прости, я… Я не хотел тебя обидеть, но это же бред! – - Как скажешь. Но у меня есть условие. Позволь мне на нее взглянуть. Просто дай посмотреть на ее состояние и тогда, если мои догадки окажутся верными, то я объясню тебе что к чему. Идет? – Скептицизмом во взоре Тео можно было убить, но мне это, как слону дробина, так что я лишь упрямо уставилась в ответ. - Ладно. – резко ответил парень и направился вверх по лестнице. Я тяжело вздохнула и поспешила последовать за ним. Он не виноват, просто очень переживает за мать. Я медленно прошла за Ноттом, который уже успел натянуть безучастную маску, и остановилась у массивной дубовой двери. Судя по лицу парня, открывать он ее не собирался, так что я в очередной раз взяла себя в руки и толкнула преграду. Комната Мирабель Нотт была погружена в липкий полумрак. Я вздрогнула, ощутив эту тьму на своей коже. В тот же момент я рискнула ослабить ментальные щиты. Зря. Вся атмосфера комнаты была пропитана отчаянием и безысходностью, которые лишь почувствовав постороннего рванули ко мне и проникли в самое сердце. Я усилием воли захлопнула сознание и сконцентрировалась на темной фигуре матери Тео. Да, так и есть. Стеклянный взгляд в одну точку, неподвижная сгорбленная поза, ноль реакции на внешние раздражители. У Мирабель давно и прочно развилась депрессия. Я осторожно прикрыла дверь и направилась вниз. Тео, судя по возобновившимся шагам, последовал за мной. В малой гостиной я отхлебнула чай и задумалась. Что ж, теперь надо донести суть до Теодора. - Теодор Нотт, обещаешь ли ты выслушать меня без предвзятостей? – торжественно начала я, но напоролась на холодный взгляд и смолкла. - Тео, речь о твоей матери, а то, что я собираюсь предложить просто обязано ей помочь. – Парень кивнул, показывая, что готов слушать. - Итак, знаешь ли ты, что такое психология? – Спустя часа три активного монолога я таки выдохлась и просто всучила молчаливому Нотту кипу книг по больной теме, которые успела приобрести вчера в Лондоне. Все 180 минут я активно объясняла, что такое «Психология» и с чем ее едят, приводила примеры из своей жизни, объясняла, что никто из магов помочь его матери не в состоянии, так как психология это наука, изобретенная магглами, но у обычных людей и волшебников схожее сознание, так что популярные методы буду действовать и на магов в том числе. Теодор слушал. Сначала неохотно, потом с распаляющимся интересом, а когда я рассказала про отца, то и вовсе расслабился. Но самое главное - он согласился на помощь. - Если магглы в состоянии помочь моей матери, то я как-нибудь переживу их присутствие. Что нужно от меня? – - Я требую, чтобы ты тщательно ознакомился с этой литературой и обеспечил финансирование. На этом все. Я найду самого лучшего мастера в этой области, он проведет месячный курс лечения, потом посмотришь на результат и сам решишь продолжать или заобливиэйтить специалиста. – жму плечами, наблюдая как на лице Нотта рождается усмешка. Фух, гора с плеч! Ну хоть он улыбается. На этом мы распрощались, а я рванула в Лондон искать подходящую кандидатуру. Теодор явно чувствовал себя виноватым за грубость. Поэтому со следующим письмом, где он просил объяснить пару понятий, мне прислали плитку дорогого шоколада. На поиск психолога у меня ушла неделя, в течение которой я поселилась в небольшом гостиничном номере в пригороде Лондона и неустанно звонила по всевозможным номерам, объявлением и так далее. По истечении седьмых суток я нашла то, что искала. К пяти часам я отправилась в кафе на берегу Темзы, где у меня должна была состояться встреча с потенциальным кандидатом. Пришла я заранее, так что сидела и спокойно переписывалась с Джинни в тетради с Протеевыми чарами. Спустя пару минут передо мной возникла высокая статная женщина с правильными чертами лица и карими раскосыми глазами. Мы сдержанно поздоровалась, и я начала светскую беседу. Элизабет Данброк оказалась весьма приятной, как и все психологи, женщиной, так что разговор вышел не напряженным. - О, у вас очень милая тетрадь! – вежливо заметила миссис Данброк, взглядом указывая на мой блокнот с Протеевыми чарами, - Я, знаете ли, сама обожаю канцелярию и буквально складирую разные книжечки для рукописания. – продолжала вещать она. А я в это время пыталась поднять челюсть с пола. Дело все было в том, что мой блокнот не мог увидеть маггл. А это значит, что либо Элизабет волшебница, либо сквиб. Я несколько ошарашенно выдохнула. То, что психолог оказалась сквибом жуткая удача! Тео не придется перенастраивать защиту дома, сама психолог сможет беспрепятственно помочь леди Нотт, а еще она может видеть и чувствовать волшебство, а значит… Мерлин. Как же повезло! Оставшееся время я с энтузиазмом объясняла Данброк ситуацию и описывала клиентку, слегка изменив историю. По моей легенде мужа Мирабель Нотт посадили в тюрьму, из-за чего у нее развилась затяжная депрессия, приправленная гранью банкротства и одиночеством, так как единственный сын 10 месяцев в году учится в удаленной школе-пансионате. Элизабет кивала, делая пометки в своем блокноте и в конце концов согласилась вести клиентку. Я внесла предоплату, которую мне прислал Тео и со спокойной душой отправилась домой, в Девоншир. На следующий же день я стояла у дома миссис Данброк, мысленно моля Мерлина и мать его Моргану об удаче. Элизабет в строгом твидовом костюме поприветствовала меня кивком головы и пожала мне руку. Я же в этот момент активировала портключ. Когда воронка перемещения выплюнула нас к воротам поместья я настороженно глянула на женщину. Но та сумела удивить. - Так и думала. – покачала она головой, оглядывая тяжелые ворота. - Прошу прошения, что не раскрыла этот аспект при знакомстве. – покаянно произнесла я. - Да что уж там! – Элизабет махнула рукой, - Я сама прокололась с тем блокнотом. Он же невидим для магглов, да? – Я кивнула. Данброк улыбнулась. - Ну и ладно. Всегда мечтала поработать с волшебниками. Ваша психология еще более интересна, чем людская. – - А вы…? – - Сквиб, да. Пусть волшебство мне не доступно, но я его очень хорошо чувствую. Скажем так, я либо очень слабая волшебница, либо крайне сильный сквиб. Нечто среднее. Ну что же, показывайте мне клиентку, я хочу приступить как можно скорее. – Я смотрела как Теодор общается с миссис Данброк и чувствовала облегчение. Элизабет сразу заметила то, с какой ревностью и заботой Тео относился к матери, поэтому незамедлительно провела полноценную лекцию о методах своей работы, рассказала что и как будет делать, что для этого может понадобиться и так далее. Нотт серьезно внимал каждому слову специалистки и под конец сам проводил ее до комнаты Мирабель, пожелав присутствовать на первом сеансе. Я же впервые за неделю смогла спокойно выдохнуть и просто посидеть с чашкой чая в руках. Горячий Эрл Грей разливался по венам, даря тепло и нагоняя сонливость. Я сделала последний глоток и наплевав на приличия свернулась калачиком на диване. Плевать, я заслужила трехчасовую передышку. POV Автор - Феноменальный случай! Теодор, для большей эффективности лечения я бы хотела присутствовать рядом с Мирабель по семь или восемь часов в день. Ей необходимо постоянное общение, иначе я никак не смогу ее расшевелить. – воскликнула Элизабет, лишь только дверь спальни за ними закрылась. - Разумеется, все что вам угодно. Если что-то понадобится, то я до конца лета буду присутствовать здесь. Вам выделить в помощь домовика? – учтиво спросил парень, за три часа невольно проникшийся уважением к этой славной женщине. - О, это было бы прелестно! Спасибо большое, что доверяете мне, мистер Нотт. Я поставлю вашу мать на ноги, не будь я Элизабет Данброк! – твердо кивнула женщина. Отказавшись от чая, Элизабет покинула поместье, пообещав прибыть назавтра к девяти утра. Теодор свободно выдохнул, окрыленный надеждой. И практически сразу же вспомнил про Лавгуд. Стоит ее как следует отблагодарить. Все-таки она неделю своей жизни угробила на поиски специалиста для абсолютно незнакомой ей женщины. Его, Тео, матери. Нотт уже в голове сочинял текст письма, когда вошел в малую гостиную и обнаружил на диване светловолосую макушку. Он медленно подошел ближе и присел рядом с мирно посапывающей девушкой. Внутри поднялась жгучая волна благодарности, пока Теодор задумчиво глядел на подрагивающие ресницы, мило насупленные во сне брови и слегка приоткрытый ротик. Улыбнувшись чему-то в своей голове, Нотт взмахнул палочкой и легко перенес девушку в гостевую спальню.