Лекарство от Мозгошмыгов

Они стояли друг напротив друга. Тёмный Лорд, лишившийся большей части верных соратников и своей сути в погоне за несбыточным. Лорд Судеб, возомнивший себя их Вершителем, идущий по трупам и головам. Лорд Волдеморт, попытавшийся убить младенца и получивший за это пощёчину от судьбы. И Мальчик-который-выжил, прошедший через все перипетии судьбы. Гарри Поттер, который потерял себя много лет назад и вернулся новым, враз повзрослевшим другим человеком. Пятикурсник Гриффиндора, сердце которого не сковывал страх при взгляде в кровавые глаза своего противника. Да и как бояться, когда за твоей спиной стоит Она, завёрнутая в белый саван. Далёкие отзвуки битвы за Хогвартс бередили сознание. Тягучий как патока воздух мощными толчками пробивался в горло, оседал в лёгких сладковатым привкусом безумия. В рубиновых глазах застыла жгучая ненависть. В изумрудных мёртвое спокойствие. - Вот мы и встретилиссссь, Поттер. - вкрадчиво произносит Лорд, мягко опуская паукообразную бледную кисть на древко палочки. По птичьи склонивший голову гриф осматривает стоящего перед ним мага с научным интересом. - Я прекращу твои страдания, Реддл. И даже бесплатно. - поддерживает словесную пикировку маг. То, что осталось от Тома Реддла вскидывает палочку в невербальной Аваде. Заклятье зелёной вспышкой освещает бледное лицо парня и гаснет, ударившись о странный дымчатый щит. Волдеморт в боевом безумии начинает поливать мальчишку ужасающей сути заклинаниями. Лич за счёт тонкокостного и быстрого тела нечеловечески изгибается, кружа вокруг врага. Но мальчишка даже не двигается. Взревев от такого оскорбления, Тёмный Лорд допускает ошибку. Он собирается обезоружить волшебника. И именно в этот момент Поттер отрывисто парирует красный луч и дёргает губами в жутком оскале. - Достаточно, Реддл. Моя очередь. - рявкает маг, обнажая Её древко. - Нет! - вопит лич, яростно бросаясь вперёд с целью отобрать, схватить, присвоить. Но Старшая палочка вращается в руке Поттера с жуткой скоростью, оттесняя тварь к Лесу. Реддл страшно и высоко верещит, пытаясь даже через боль прорваться к Дару Смерти. Но в руках гриффиндорца мелькает и второе древко его родной палочки. Он поливает врага огнём уже с двух рук, зная, что пламя лича не возьмёт, а лишь потеснит. В какой-то момент Поттер будто выдыхается и прекращает атаку, тяжело дыша и исподлобья глядя на Волдеморта. Тот кривится в острозубом оскале и высоко хохочет, срываясь на хрипы. - Кха.. Гарри Поттер! Мальчик-который-выжил… И это всё, на что ты способен? - издевается Тёмный Лорд, делая ещё пару шагов вбок. Сердце подрагивает от рвущегося наружу смеха. - Отнюдь. Вот ЭТО то, на что я способен. - криво ухмыляется маг и резко выбрасывает руки в стороны, позволяя силе заструиться по телу. Она почти осязаема. Скапливается льдом в чернеющих склерах глаз, могильным холодом бежит по венам, очищает голову стылым ветром Изнанки. И Она отзывается. Поттер макушкой чувствует вкрадчивое дыхание Вечной Госпожи, пока Волдеморт начинает понимать происходящее. - Нет… Не может быть! Дамблдор не мог тебя научить! Ты не можешь быть НЕКРОМАГОМ! - исходит пеной лич, собираясь сделать шаг вперёд, но не может и пошелохнуться. Тварь стоит прямо по центру пятиконечной пентаграммы. Глаза лича судорожно бегают по испещрённой символами земле и наливаются паникой. - Ты… - выдыхает тварь, давясь наконец полностью мелькнувшим в глазах ужасом. - Я. А сдохнешь в итоге ты, тварь. - цедит Поттер и задирает голову к грозовым тучам. - Imperium plenus! - раскатисто проносится над полем битвы. Лича корёжит и размазывает по рыхлой почве. Он запертой в огне крысой мечется по пентаграмме и кричит от боли в выворачиваемых суставах. И в одну секунду всё прекращается. Лич замирает на месте, красные глаза тухнут и чернеют. Тварь встаёт на острые изогнутые колени и безвольно открывает зубастый рот. Некромаг полностью владеет нечистью. В эту же секунду поле битвы оглашается полным отчаяния и ярости воплем. Августус Руквуд отшвыривает в сторону теснивших его до того момента МакГонагалл, Флитвика и авроров из отряда Блэка. Чёрным дымом он скачками перемещается по полю, стараясь добраться до своего творения. Он ещё не видит чёрных глаз Поттера. Не замечает стиснутого в мальчишеских пальцах посоха с обсидиановым наконечником. Невыразимцем движет лишь желание прикончить наконец мишень Повелителя, что он и пытается сделать. Но с ног его сбивает подсечкой и залпом огня, от которого он закрывается фирменной серой мантией. Гермиона Грейнджер заслоняет собой жениха, воинственно воздев палочку. Руквуд рычит в отчаянии и стискивает на шее чёрный кулон. Поттер заинтересованно прищуривается. И в этот момент из-под земли подле холма начинают выбираться странные, жуткие и вооруженные до зубов призраки, на первый взгляд ничем не отличающиеся от Хогвартских. Ошибка. В первую очередь они осязаемы. Выясняется это, когда Руквуд командует тем напасть, а Гроскрайц и Поляковы спешат вмешаться. Внезапно материальные призрачные воины ранят Максимилиана в ногу и начинают активно теснить дурмстранговцев. Тем на помощь бросаются не занятые в бою авроры и Шеклбот. Поттер вновь переводит взгляд на взбешённого Руквуда. - Ты отнял у меня моё творение! - орёт Пожиратель в бешенстве, воздевая палочку и сразу же атакуя. То что Невыразимец силён, становится понятно сразу. К несчастью Хогвартских защитников к нему присоединяется уцелевший Рабастан Лестрейндж, славившийся ещё во вторую магическую жестоким сумасшествием в бою. Пока призрачная армия таранит остаток боеспособных членов Отряда Поттера, дурмстранговцев и авроров, Руквуд и Лестрейндж вдвоём держат оборону перед Флитвиком, Грейнджер, подоспевшими Лавгуд и Ноттом, Малфоем младшим и стратегически удалённо мечущимся Моуди. Первым Пожиратели задевают Нотта. Теодора подбрасывает на месте от силы заклятия, мантия у бедра окрашивается в красный. Лавгуд выставляет трёхслойный тёмный щит и неумело аппарирует на поляну неподалёку, где принимается в экстренном порядке обеззараживать рану и накладывать швы смертельно бледному слизеринцу. Потом Рабастан с боевым криком выносит из строя Малфоя младшего, которого в последнюю секунду успевает спасти от обезглавливания Аластор. Грейнджер в беспокойстве отвлекается на Драко и едва не пропускает Аваду Руквуда в бок. Очевидно, это становится последней каплей. Тихое “Достаточно” от Поттера проносится по взбугрившейся земле подкосившей всех ударной волной. Филиус тут же принимается переносить уцелевших подростков подальше от места грядущей схватки. За спиной Гарри стоит Березовский, закончивший направлять Дар ученика. Он готов. - Госпожа не любит самоучек, Руквуд. - качает вихрастой головой Мальчик-который и рявкает: - В бой. - В центре вспыхнувшей пентаграммы резко поднимается с колен и жутко воет подчинённый лич. Поттер бросает тому свою палочку с сердцевиной Феникса. Дальше начинает происходить полнейший сюрреализм. Руквуд сначала атакует, потом защищается, а затем просто пытается убежать от взбешенной нечисти, которую сам же и создавал. Заканчивается всё как-то резко и совершенно не торжественно. Нет грома, молний и кульминации, когда кровь закипает в жилах и обдает сознание паром адреналина. Лич попросту догоняет Августуса, выбивает удлинившейся когтистой лапой из рук Невыразимца палочку и пронзает тонкой костяной рукой-палкой. Хруст раскрошенных рёбер и грудины вызывает у подростков тошноту, кто-то затыкает уши. Лич исполосовывает тело Пожирателя до неузнаваемости и отступает по приказу, позволяя василиску сожрать уже не шевелящееся существо, бывшее когда-то человеком. Над поляной повисает тишина. Призрачная армия безвольными лоскутами материи зависает в пространстве, потеряв управление и привязку. Поттер медленно подходит к кособоко замеревшему личу. Он несколько секунд вглядывается в уже совершенно обезображенное чёрной магией лицо бывшего врага и кивает чему-то у себя в мыслях. - Morteur. - разрезает воздух прощальным шёпотом. Оно оседает бледным пеплом рассыпавшегося в прах тёмного лича. Оно застывает эхом прошлого кошмара на губах. Оно шевелит волосы на головах тех, кто ощущает Её присутствие. Вечная Госпожа бледно улыбается Поттеру, после чего протягивает тонкую изящную ладонь вперёд. Смерть подобно ласковой матери уводит вдаль маленького бледного и очень красивого мальчика чётырех лет от роду в поношенной приютской одежде. Взгляд тёмных глаз и тихое свечение обсидианового посоха заставляют призрачных воинов безмолвной вереницей подплыть к некромагу и вступить в новое подчинение. Приказ охранять Хогвартс любой ценой вплетается в их некрофон и рунные конструкты самого замка. Первый луч солнца ласково целует бледные щеки и дразнит начинающие вновь зеленеть глаза. С неба падают неуверенные хлопья первого в этом году снега. Поле битвы внезапно оживает, взрывает какофонией цвета, звука и боли. Кошмар закончен. Мальчик-который больше этому миру не нужен.

***

Мысль о том, что всё кончено ещё долгое время не могла закрепиться в сознании этого маленького мира. После битвы наступило какое-то неописуемое облегчение. Чем ярче разгоралось аномальное для конца декабря яркое зимнее солнце, тем ярче и теплее становилось на душе. Раненных стаскивали в Большой Зал и тут же лечили все, кто знал хотя бы одно медицинское заклинание. Нотт уже пришёл в себя и успокаивающе гладил по седым волосам молча плачущую Лавгуд. Блейз храбрился перед испуганно рассматривающей его раны на руках Джинни и шипел всякий раз, как Помфри прикладывала к ранам обеззараживающее. Максимилиан Поляков залихватски хохотал, пытаясь на одной ноге ускакать от злого и бледного брата, едва не потерявшего голову от ранения младшего. Рядом с ними истерично смеялась Дафна, поддерживаемая вернувшейся из Тайной комнаты сестрой. Малфой, Поттер и Блэк с аврорами носились по полю, подбирая и идентифицируя Пожирателей. Несколько из них были искалечены, но живы. Таких мгновенно усыпляли и передавали в тюремные ячейки Аврората. Были такие, которых собирать пришлось по частям. Были те, которых недосчитались. Поттер под уставшим взглядом крёстного жал плечами и сигнализировал притаившемуся у озера Василиску скорее уползать обратно в подземелья. Невилл Лонгботтом полчаса молча стоял перед окаменевшей Беллатрисой Лестрейндж. А потом от души взорвал статую Бомбардой. Его никто не осуждал. Седрик помогал Флитвику левитировать Хагрида в сторону его хижины. Леснику только что подлатали рассечённую каким-то заклятием голову и тому требовался покой. Всё-таки, полувеликаны народ живучий. Поттер на секунду оторвался от погрузки очередного усыпленного тела на носилки и обернулся в сторону Запретного леса. Владислав Березовский молча курил, глядя на ученика. Они кивнули друг другу. Некромаг затоптал сигарету и обратившись чёрным вороном взмыл в очистившееся от туч небо. Гарри Джеймс Поттер смотрел на покрывающиеся лёгким снегом поля и холмы родного замка старыми глазами на молодом лице и безмятежно улыбался. Вдалеке звонко засмеялась над шуткой Забини Гермиона Грейнджер. Среди Хогвартса не было потерь.

***

3 года спустя - Только попробуй забыть меня там среди своих книжек и некромагии. - шипит Гермиона Поттер, требовательно и нежно глядя на собранного в дорогу мужа. Тот проверяет сумку с вещами, поправляет на шее кулон некромага, прячет в кобуре палочку и посох, и наконец улыбается ей. - Дни посещений по четвергам, любовь моя. Я обещал тебе поездку в консерваторию в Санкт-Петербурге, и я не забыл! Зеркало у тебя, созваниваемся в любой момент. - с ответной нежностью кивает молодой мужчина, мягко обнимая жену и целуя в лоб. Они какое-то время молчат. - Надеюсь, вы с Вальбургой тут не убьёте друг друга. - бормочет Поттер, поглаживая худые лопатки Гермионы. Та звонко фыркает. - Не думаю, что у неё будет время на споры со мной. Моё заявление Сметвик уже рассмотрел, а маленький Регулус Сириус истинный Блэк, сам видел. Мадам Вальбурга над ним едва ли не трясётся, куда уж ей до склок со мной. - улыбается Миона. Нежный поцелуй молодых прерывает ехидно покашливающая Рита Скиттер, баюкающая на руках свёрток с уже упомянутым Регом. - Гарри, тебя уже ждут! - напоминает она и удаляется вниз. - Пора. - вздыхает бывший гриффиндорец. В гостиной у камина его ждёт так же собранный и одетый с иголочки Драко Малфой, прощающийся с невестой. Глаза у Астории на мокром месте, но она держится и не позволяет потерять лицо перед Малфоями-старшим. Люциус за три года вполне оправился после третьей магической войны и теперь с гордостью глядел на возмужавшего сына, приобнимая за плечи явно находящуюся в положении румяную Нарциссу. Сидящий неподалёку в кресле Северус Снейп закатывает глаза при виде тёплой компании, но всё же поднимается на обе ноги поприветствовать лорда Поттера, морщась от боли в так и не зажившей до конца культе левой ноги, скрывавшейся сейчас за ногой-артефактом. Кому признаться - не поверят, но именно Поттер собрал её недавно в качестве школьного проекта по стажировке в Отделе Тайн, лишив Северуса удовольствия всю жизнь мучиться от темномагической раны. - Поттер, тебя за смертью посылать. - деланно возмущенно замечает Малфой, крепко пожимая ладонь друга. - Я Ей передам. - лыбится Гарри, обводя взглядом собравшихся здесь дорогих ему людей. В гостиной стоят Рита с обнимающим её Сириусом, мрачный зельевар и сияющий золотым галлеоном Малфой-старший, грустная Астория, ласково улыбающаяся ему Гермиона, портрет Вальбурги Блэк за спиной, верный Малфой по правую руку. - Лавгуд тебе привет передавала и просила извиниться, что пропускают твой отъезд. Ну ты знаешь, они с Тео опять где-то в Италии у Медичи пропадают, Наследницу из Эшфордов в Род помогают вводить. Сказали, что там осталось с недвижимостью разобраться только, но это явно ещё на полгода затянется. Обещали заскочить в гости. - сообщает Драко. Все присутствующие улыбнулись. Помолвка светлой и яркой Луны Лавгуд с мрачноватым и вечно серьёзным Теодором Ноттом год назад стала удивлением для всех, кто плохо знал эту парочку. Друзья же за молодых лишь порадовались, они оба натерпелись порядочно и заслуживали счастья. А вот маленькая Алисия Эшфорд, со дня на день грозившая стать Алисией Медичи расцвела настоящим талантливым самоцветом, которым Луна очень гордилась и всячески пыталась устроить жизнь малышки. Поговаривали, что девочка стараниями своей Наставницы уже была сосватана за Максимилиана Полякова. Из камина в этот момент вышла запыхавшаяся чета Забини. Джинни радостно кинулась обнимать Поттера и Малфоя, пока Блейз раскланивался с присутствующими. - Ну что, все в сборе? - спросил закончивший настраивать колдокамеру Невилл Лонгботтом. Все присутствующие сгрудились по центру Большой гостиной величественного Блэк-хауса и широко заулыбались. Вспышка колдокамеры осветила счастливые молодые лица и навсегда запечатлела их на дорогой фотобумаге. На эту колдографию будут смотреть ещё целые поколения Блэков, Поттеров, Малфоев и других известных фамилий. В этих именах всегда будут жить воспоминания о героях истории, которую мир запомнит навсегда, как историю Мальчика-который выжил. В её летописи спят беспокойным сном юность и радость, фырчит храбрость и желание защищать друзей. История запечатлела лица истинного зла, осветив серым тоном и тёмных, и светлых, приведя всё к единому знаменателю. В конце концов, единственное, что действительно существует – Магия и Смерть. И жадно вдыхающие южный солоноватый воздух лорд Поттер и наследник Малфой отлично об этом знают. В магических зелёных глазах отражаются мощные своды Дурмстранга.