Потерянная ветвь

Рейтинг: PG-13, с определёнными намёками Жанры: Ангст, Драма Пейринг: Диего/Аделаида, намёк на Себастьян/Аделаида

***

«Чёрт, куда же теперь идти?! Вот уж точно из Крис бы не получился бы художник или картограф!» — про себя возмущалась Аделаида, осторожно ступая по узким коридорам мрачной темницы. Хоть у неё и была карта, но разглядеть что-либо во тьме было задачей не из лёгких, поэтому приходилось подолгу останавливаться у редких маленьких окошечек, через которые проходил хоть какой-то свет, и идти по памяти. Рискованно, но у девушки не было выбора. На кону жизнь её родителей, и Аделаида готова на всё ради их спасения. Пиратка пробегала мимо камер, до предела набитыми грязными, обросшими, голодными заключёнными. Они не обращали на неё внимания. Странная девушка, пробегающая мимо решёток, сейчас их волновала меньше всего, а возможно, они её и вовсе не видели. Аделаида старалась быть внимательной и осторожной, но в тоже время быстрой. Одетая в чёрную ассасинскую одежду, одолженную Вильямом у кого-то и идеально подходящую для подобных вылазок, дворянка оставалась практически незаметной. «Много ли людей сидят здесь незаслуженно?» — пронеслось вдруг в мыслях девушки. Мрачная печальная крепость давила на креолку* своей тягучей атмосферой отчаяния и страданий. Ей хотелось как можно скорее вызволить родителей из этого Богом забытого места, а, может быть, и остальных узников тоже, хотя судя по тому, что говорил Лу, если ты угодил в Роко-Муэрте, тебе ещё повезло. Аделаиде и представлять не хотелось, что приходится переживать пленникам, которым не повезло… В любом случае, судя по карте, осталось совсем немного, всего пару поворотов. Ещё чуточку, и она воссоединится с родителями. Эта мысль окрыляла девушку, и она решила поторопиться. Пиратка вовремя заметила, что внезапно пол темницы стал мокрым. Шаги по залитой водой каменистой поверхности, казалось, разлетались по всему Роко-Муэрте, хотя до этого ей не встречалось подобного. «И именно на пути к родителям…» — вдруг подумала Аделаида, аккуратно ступая по мощеному полу, стараясь не наступать на воду. В темноте это было практически невозможно, и нога дворянки то и дело соскальзывала прямиком в лужицу, поднимая шум. «Как эта вода вообще тут оказалась?!» — возмутилась про себя девушка, недовольно выдохнув, но вдруг пронзительный женский крик заполнил коридоры: — Аделаида, беги, это ловушка!!! Думать дважды не пришлось. Она кинулась было назад, но что-то тяжёлое ударило дворянку по голове, и, упав на мокрый пол, пиратка погрузилась в темноту. Очнулась девушка, лёжа на чём-то колючем. От неприятных ощущений она поморщилась и, поднявшись со своего ложа, которое оказалось грязной соломой, потёрла ушибленный затылок, где красовалась немаленькая шишка. Оглянувшись, Аделаида сразу поняла, что находится в слабо освещенной камере. Скорее всего, в Роко-Муэрте. — Наконец-то Вы очнулись, благородная донья… — послышался знакомый насмешливый голос. В тусклом свете узница не сразу заметила фигуру, стоявшую перед решёткой. Глаза Аделаиды только начали привыкать к темноте, но по очертаниям и голосу, она уже поняла, что за гость пожаловал навестить её. Диего Де Очоа… Её несостоявшийся муж, узурпатор, постоянный преследователь и злейший враг. Почему-то Аделаида очередной раз в мыслях усмехнулась, когда смогла разглядеть шрам, пересекающий глаз дворянину, оставленный ему от неё в день их знакомства. — Где я? — спросила Аделаида, нахмурившись и пытаясь смотреть в глаза дворянину, — Чего тебе нужно? — О-о-о, — в полумраке девушка разглядела его улыбку, которую она раз и навсегда хотела стереть своими кулаками или чем-нибудь убедительнее, — на первый вопрос я легко могу ответить, госпожа Адмирал, ты в темнице Роко-Муэрте, как и некогда твои родители… А вот второй вопрос сложнее, ибо мне нужно многое… Аделаиду смутило слово «некогда» … Что это значит? Что с её родителями? Казалось, сердце перестало биться от тревожных мыслей, но другой вопрос, всплывший неожиданно в голове, добил её окончательно: что с её командой? — Что с моими родителями?! Что с моей командой?! — ринулась к решётке Аделаида и попыталась открыть клетку, что, естественно, не увенчалось успехом, — отвечай… — процедила девушка. В ответ она получила лишь очередной смешок. Как же он раздражал со своим глупым и неуместным задором. Этому ничтожеству нравилось приносить ей страдания, он получал от этого особое удовольствие. У него после стольких лет получилось загнать непокорную девицу в угол, и теперь ничто его не остановит. — Как наивно… — выдохнул Диего, — Неужели ты ничего ещё не поняла? Хорошо, я расскажу всё по порядку. Ты была без сознания практически сутки, а за это время успело случиться много интересного… — он растягивал слова, — с твоими родителями пока что всё хорошо, они на пути в Испанию, хотя я бы не рассчитывал на милость испанской короны, ибо за сотрудничество с пиратами старому губернатору грозит если не смертная казнь, ибо благородная чета всё-таки, то вечная каторга. Ну, а жена, естественно, всегда должна следовать за мужем… Думаю, ты поняла. Хотя не факт, что они вообще переживут эту поездку… — он потёр магическое кольцо Аделаиды. От гнева Аделаида снова вцепилась в решетку в надежде добраться до своего мучителя и растерзать с помощью магии. Однако только сейчас креолка поняла, что на её обеих руках красуются странные браслеты, которые неприятно впивались в кожу холодным металлом. Она попыталась их снять, но ничего не вышло. Потом она разглядела странную замочную скважину на них. — Видимо, ты уже оценила мой подарок, — произнёс Де Очоа, — спасибо моим новым друзьям, которые помогли мне сделать эти замечательные вещицы, сдерживающие магию. Даже не пытайся обращаться к кузнецу, дабы снять их. Материал, из которого они сделаны, невозможно сломать, а ключ я выбросил в пучину морскую, так что если захочешь избавиться от браслетов, то тебе остаётся только ампутировать обе руки… — Ничтожество… — прошипела дворянка. — Ничтожество? Я? Моя наивная Аделаида, — девушку поморщило с этих слов мужчины, — Ты лучше послушай про свою команду! О-ох, я никогда не позволял себе предательства! Немой вопрос застыл на лице заключённой. — Я ждал, что ты вернёшься за своим родителями, это и было наживкой. Их давно следовало отправить в Европу, корона всё давила на меня с этим вопросом, но я ждал… и ты пришла… Ярость всё больше закипала в Аделаиде, была бы у неё сейчас магия, то от самодовольного засранца и мокрого места бы не осталось, но сейчас скрепя сердце она продолжала слушать. По крайней мере, ей важно было узнать, что произошло с её друзьями. В то же время, где вероятность, что Диего не лжёт? — Конечно же, я сразу узнал о том, что ты вернулась. Я знал, что ты жива. Такие, как ты, не умирают так легко. У меня глаза и уши по всей колонии. Ни одна мышка не пробегает здесь без моего ведома, так что я был предупреждён. Мои солдаты всё это время были на повышенной готовности, как только мне доложили о твоём прибытии. Я сразу понял, что ты здесь не будешь устраивать революцию, а пока что просто попытаешься высвободить своих родителей. Тебя было легко заманить. Кстати, как тебе моя уловка с мокрым полом? Ха, это я специально придумал, чтобы не пропустить твоё появление, ибо как бы ты не старалась идти аккуратно, всё равно твои шаги слышала вся крепость… С нескрываемым раздражением пиратка была вынуждена признать, что действовал Де Очоа весьма продуманно, а вот она сплоховала, раз её так быстро обнаружили. — Но как ты узнал, куда я именно направлюсь в первую очередь? … Мало ли сколько тюрем в Санта-Доминго? — поинтересовалась Аделаида. — Прекрасный вопрос для очной ставки, красавица, — почему-то дворянин начал именно этого свой ответ. Почему? — Начнём с того, что ты бы всё равно как-нибудь, да выяснила бы, где находятся бывший губернатор с супругой, но ты права, я не мог не подстраховаться, и именно поэтому я сказал своему человеку навести вашу шайку на мысль… — Своему человеку? — казалось, земля ушла из-под ног. Кто же это? Чего же тянет этот самодовольный мужлан? Постойте, но ведь только один человек выдвинул предположение о местонахождении её родителей… — Грязный Лу? — выдохнула морячка. Хотя его предательству она была удивлена не сильно. Она мысленно покорила себя за то, что не прислушалась к себе, а сомнения были. Чёрт, какая нелепость! — Да и не только он… Вся команда «Моржа», включая малыша Вильяма… — Ч…чего? — казалось, что вот-вот Аделаида снова потеряет сознание. Дабы избежать этого, она опёрлась о стену. — А чему ты удивляешься? Тебя не смущает, что ты, вчерашняя белоручка, смогла победить матёрого бандита? Естественно, всё было продумано. Ты любой ценой должна была попасть на эту посудину. А этот беловолосый сопляк? Какой смысл оставлять в живых ненужного пленника? С него не получишь никакого выкупа, ибо у него нет богатых друзей и родственников, да и лишний рот на корабле кому нужен? «Морж» несколько лет по моему приказу бороздил близлежащие воды, в пучине которых тебя видели последний раз, моя донья… Все, от Сильвера до Крис, действовали по моим указаниям. Да и о магии твоей я тоже узнал от них. Команда всё докладывала мне. — Но Флинт… Его же казнили… — из последних сил выдавила Аделаида. Она чувствовала себя полностью опустошённой. В голове вихрем проносились мысли одна хуже другой. — Да-а-а, ибо он был мне больше не нужен. Основная его задача — затащить тебя на корабль и запудрить мозги. А у этого мужлана они как раз-таки отсутствуют, зато агрессии хоть отбавляй. Он был ненадёжным, поэтому я дал распоряжение остальным членам команды его казнить. К тому же, так им удалось уверить тебя в том, что они — союзники. Как ты не понимаешь, всё было ложью. — Вильям… — на глаза наворачивались слёзы, — Как он мог… Я же знаю его с детства… — Вот потому-то я его и завербовал. Друг детства бы убедил тебя окончательно. А как он мог? Ну, подругу ты ещё себе найдёшь, и не одну, особенно когда ты молод, а вот ту сумму, которую я ему предложил, он бы никогда не получил, даже если бы работал за пятерых таких, как он. Так всё разрушили золотые монеты?.. Второй раз в жизни Аделаиду продали. Чувство было отвратительное, но Диего продолжал добивать её и без того уничтоженную личность и веру в людей. — Девушка-юноша Крис тоже на корабле не случайно, ибо тем самым опять тебе усыпили бдительность, моя милая. А казнь команды «Ласточки»? Пф-ф-ф, было легко уговорить старых морских волков. Им хотелось красиво жить, как и всем! А я их и из тюрьмы освободил, как только стало известно, что ты приближаешься к Санта-Доминго, вот и разыграли они эту сцену казни, чтобы ты «спасла» добрых друзей… — Себастьян… — всхлипывая, произнесла имя любимого Аделаида. Неужели и он тоже? Если капитан её сердца к этому причастен, то, считай, смысла жить дальше уже нет. Пиратку стали посещать не самые радужные мысли о своей судьбе. — О! Себастьян! Чёрт бы подрал этого Любимца волны! Я был уверен, что убил его тогда, но он восстал из мёртвых, прям как ты, милая. Да уж, вы друг друга стоите. Он тоже не знал, что его команда — моя. Сердце пропустило удар. Появилась слабая, но все же надежда на то, что не всё так плохо. Себастьян не знал об этом гнусном заговоре, значит, он тоже жертва, он не предатель. — Ты так и не ответил на мой вопрос… — Аделаида сгруппировалась и встала прямо напротив Диего. Их разделяло буквально несколько сантиметров решетки. Собрав всю оставшуюся решимость, она вымолвила, — где команда? — На дне морском… — легко произнёс Диего Де Очоа, — Казнены. Они мне больше не нужны. Не тратить же на них мне свои кровные. Все казнены, ибо все — пираты, а пиратство — вне закона в нашей колонии, моя донья. Аделаида опустилась на пол. Дворянка уже не могла стоять на ногах. Она решила, что конец её жизни скоро наступит. Нет смысла продолжать… Всё кончено, однако зачем она Диего? Титул? Громкое имя? Слабоватая мотивация для такого хитроумного и кровавого плана. — Хотя и тут бывший капитан «Ласточки» испортил всё, что только можно. Этому хитрому засранцу удалось улизнуть. Он единственный выжил. Не надо было мне терять бдительность… — Аделаида, шокированная, посмотрела на дона. Слишком много потрясений на сегодня, — но это не имеет значения… Я тут немного пообщался с твоими духами, и мы пришли к общему заключению, что ты не достойна этой магии… — он снова покрутил кольцо Аделаиды, — скоро всё закончится, любовь моя… В темноте сверкнули загадочные искорки. Аделаида снова отключилась. Последние её мысли были полностью адресованы Любимцу волны…

***

Жена губернатора была прекрасна. Она вызывала восхищение у каждого, кому посчастливилось с ней познакомиться. Аделаида Де Очоа была достойной своего уважаемого мужа. Они поженились два года назад. До этого возлюбленным пришлось ждать пять лет, чтобы наконец-таки скрепить себя узами брака. Родители всё не давали ей разрешения на брак, а два года назад их судили за связь с пиратами. Какой вздор! Как они могли! Но благодаря Диего девушка сохранила титул и, наконец-таки, стала с любимым одной семьёй. Аделаида гуляла по парку, оставив охрану у входа, ибо она не любила, когда ей мешали, хотя муж был этим недоволен, и думала о том, стоит ли говорить Диего о своих догадках. Последние несколько дней она чувствовала себя странно, да и у неё определённо было задержка. Внезапно, жена губернатора услышала странный шорох, а через мгновение перед ней возник весьма потрёпанный мужчина с тёмными каштановыми волосами и такими же глазами. — Аделаида, идём скорее! Ты свободна! Охрана нам не помешает! — тихо, но в то же время чётко и быстро произнёс незнакомец. Он заметно нервничал и явно торопился. Вот только донья ничего не понимала. Кто он? Откуда её знает? Что ему нужно? Вообще, адекватный человек в этой ситуации наверняка бы стал звать на помощь, но почему-то ей не хотелось этого сделать. Странно, но от мужчины не чувствовалась угроза. Да и взгляд его был хоть и серьёзный, но в нём читалась какая-то… нежность? Прежде чем дворянка успела что-либо сообразить, послышались шаги и крик Диего: — Аделаида, беги! На несчастного мужчину налетела стража, его схватили и повалили на землю. Шатен был силён, он несколько раз чуть не вырвался, но шестеро солдат было сильнее, а ещё ему почему-то сразу закрыли рот лоскутом ткани. — Моя донья, — подбежал к ней обеспокоенный Диего, — с тобой всё хорошо? Этот псих тебя не ранил? — он заботливо коснулся её щеки. — Нет… — недоумённо произнесла девушка, — Что происходит? Глаза Диего почему-то рассеянно бегали по сторонам, а затем, взяв жену за руку, он повёл её к выходу из парка, напоследок бросив страже: — В темницу его! Пока они шли из парка, Диего объяснил любимой, что это опасный пират, за которым он уже долгое время охотится, просто он не говорил о нём, дабы не тревожить жёнушку лишней морокой. Этот негодяй вообще пытался убить её! — Он хотел меня спасти… — нахмурилась Аделаида, анализируя эту ситуацию, — Так и сказал: «Ты свободна» … Что бы это значило? — Ради всего святого, моя донья, он же псих! Так много времени провёл на море, вот солёный воздух на пару с солнцем мозги ему и расквасил. А ты совсем ополоумела! Стояла столбом, ещё и слушала, что говорит этот ненормальный! Надо было сразу бежать! А вообще, теперь я тебе не позволю гулять без охраны! Ради твоей же безопасности, чтобы не дай Мадонна такое повторилось! Аделаида молчала. Она не хотела спорить с мужем, но почему-то она была твёрдо уверена, что незнакомец ни за что бы не причинил бы ей вреда. — Его казнят? — спросила девушка. — Да, — коротко ответил Диего. Почему-то стало невероятно грустно, как будто оборвалась какая-то нить, важная для девушки, но она не знала. Внутри образовалась пустота. Аделаида не понимала, почему она так расстроилась, ведь это абсолютно незнакомый человек, к тому же, возможно, пытавшийся совершить на неё покушение. Но какой-то странный червячок сомнения появился в душе доньи. Списав всё на гормоны, Аделаида постаралась больше не думать об этом, хотя запрещая себе о чём-то думать, мы, наоборот, размышляем об этом всё больше и больше. У неё не было аргументов в защиту этого странного человека. Уже вечером, когда Диего и Аделаида уединились в своих покоях, муж сообщил ей, что мужчину, напавшего на неё, казнили. Теперь она может быть спокойной, но спокойнее она не стала… — Я сегодня была у лекаря, — внезапно начала дворянка, — я беременна… На лице Диего отразился весь спектр эмоций: от радости до гордости. Мужчина подхватил на руки возлюбленную, целуя её в макушку. — Любовь моя, как же долго я ждал этого! — губернатор уложил свою женушку на кровать. Аделаида знала, что за этим последует, но сегодня ей очень не хотелось близости, практически до отвращения. Она который раз задалась вопросом о своём странном состоянии. Обычно она с нетерпением ждала этих ночей, но сегодня… Снова списав всё на беременность, девушка аккуратно попыталась вылезти из-под мужчины, навалившегося на неё всем телом и целующего её шею. — А… а как же ребенок? А вдруг… — Аделаиде казалось, что она нашла отличный предлог избежать исполнения супружеского долга. — Я буду аккуратен, любовь моя… — томно шепнул Диего, задирая подол её платья. Глубокой ночью, уже после интимной близости с мужем, которая, к слову, впервые вызвала у неё такое отвращение, девушка снова и снова мысленно переживала событие сегодняшнего (уже вчерашнего) дня. Диего спал, и никто не мог ей помешать думать о том, о чём она хотела, потому что иногда ей казалось, что Де Очоа мог залезть к ней в голову. Она всё думала о том загадочном мужчине, и почему-то его карие глаза, тёмные волосы, суровый, но в то же время ласковый взгляд, показались ей очень знакомыми, хотя дона точно раньше его не видела, иначе наверняка бы запомнила. На самом деле, Диего так никогда не смотрел на неё. В его взгляде обычно было обожание, похоть, жажда обладания, а у того мужчины, как решила для себя девушка, было нечто более возвышенное: нежность, трепет, ласка, уважение. Почему-то слеза сама покатилась по её щеке, она понимала, что больше не увидит этого таинственного знакомого незнакомца… Уже находясь между сном и явью, Аделаида чётко ощутила, будто бы она забыла что-то очень важное...