Вселенная у нас под ногами

       Новый день начался как обычно, солнечные лучи медленно поднимались по этажам высоток и кронам деревьев в парках. Несмотря на то, что солнце только встало, в городе уже кипела жизнь, казалось, она не затихает там ни на минуту.       Но, если в реальной жизни люди успевали сделать между работой перерыв на сон, то на платформе информационного пространства не было свободного времени даже сделать себе кофе.       Но, возможно рутина — это не так уж и плохо?       Распорядок многих жителей расписан по минутам.       Многих, но не всех.        Сегодня с утра Ретчет проснулся, собрался, сел в машину, застрял в пробке и приехал на работу. Это его утро, его паршивое утро, которое остается неизменным уже на протяжении почти десяти лет. Каждый раз открывая глаза он просто смотрит в свой серый потолок, потом встает и смотрит в окно, не для того, чтобы узнать погоду или поднять себе настроение, просто потому что больше нечего делать…        Спокойствие и удовлетворение ему приносит только работа, не все знают, но когда Ретчет заполняет документы, составляет списки и инструктирует направленных к нему нарушителей, он начинает улыбаться, и, кажется, становится на несколько секунд счастливее.        Когда в кабинет приходят его «клиенты», он смотрит на них, и видит, стоит отправить его красить забор или копаться в дерьме. Ведь, общественные работы — это тот шаг, который позволяет решить для себя что-то. Многие кто работал с Ретчетом, в последующем если и возвращались к тому же образу жизни, научились хотя бы не попадаться на новом деле. А кто не понял, снова приходил к нему и отправлялся в очередную точку, где их ждали надзиратели, и десятки часов сборки мусора, рассадки растений, очистки рек или еще бог пойми сколько дел на благоустройство города и его жителей.        Лязг старой дверной ручки.       — Ретчет, у нас еще остались места для работ на свалке? — Дверь в кабинет открывается и на пороге стоит красивый парень с кипой бумаг в руках, с какой-то глуповатой улыбкой.        До этого набирающие текст пальцы зависли над клавиатурой, но взгляд от текстового документа мужчина не отвел. А Нокаут и не ждал другой реакции, на свое появление.       — Да, вчера троих разжаловали из «рабов» под залог, еще двое в больнице из-за какой-то драки, и того пять мест свободно — Мужчина не отрывал взгляд от монитора и снова принялся что-то печатать, затем на несколько секунд замолчал, и кивнув головой снова повторил — Да, пять. А тебе есть кого туда отправить? — В ответ тишина, собеседник начал считать папки в руках, и что-то усердно искать в них. — Нокаут?       — Подожди, — Коллега присел и что-то достал из папки. — вот, здесь список тех, кто должен попасть на работы в течении завтрашнего дня, — затем рядом с первым бланком ложится еще один — это от шефа, имена из этого списка не должны попасть на одну и ту же точку.        — Почему? — На имена Ретчет даже не посмотрел, и ему было плевать на то, что шефу опять наговорили эти городские боссы или влиятельные мамочки и папочки. — Чем эти преступники лучше других?        — Тем что у них больше возможностей, — Фыркнул Нокаут и поудобнее расселся в кресле — Ты этого не любишь, я знаю. Но прошу, не своди их в одну точку, только потому, что ты с шефом враждуешь. Иначе мы будем разбираться с полицией из-за того, что один другому сломал нос или руку, а возможно и шею, ты понимаешь это лучше меня. — Юноша преспокойно стал разбираться со своими документами. А затем на выдохе сказал. — Ты же знаешь, как они любят качать права.        Наконец, Ретчет посмотрел на своего коллегу и взял записки с именами, потом почувствовал на себе внимательный и озадаченный взгляд Нокаута.        Два года назад к ним на службу пришёл этот парень, смышленый выпускник их городского университета, с острым языком, большими амбициями и множеством идей. Нокаут на тот момент проработал у них месяца два, может три, и из отпуска вернулся ворчливый и хмурый Ретчет. Никто не знает почему и зачем, но новичок просто с ума сходил от того, что хотел работать с этим «сварливым гадом», так все любили про него говорить. Хотя, это не смутило парнишку и спустя почти год ежедневных мучений и, попыток обратить на себя внимание, «сварливый гад» стал разговаривать с ним во время работы, а ещё через полгода начал здороваться.        Свою работу в офисе, вечно хмурый Ретчет любил, видел в ней миссию, считал, что помогает людям, и поэтому вкладывал много сил, времени и здоровья в это.       Не смотря на то, как многие считают, работники этого центра много времени проводят с поступающими, изучают их досье и смотрят на их устойчивость к разным раздражителям, проводят разного рода беседы и потом отправляют на работы.        — Нокаут, у тебя что, своего кабинета нет?        — Я же рассказывал тебе уже, у меня там проводка барахлит, ждем специалиста. — Возмущенным тоном запротестовал парень. Он уже знал, что Ретчет хотел ему сказать и куда отправить, но это не сработает, нет-нет-нет. — Ну так что? Ты уже придумал куда будешь отправлять ребят из списка?        — Никуда, пусть это возьмет кто-то другой, — Нокаут всегда поражался тому, с каким тоном его коллега умел отправлять файлы вместе с теми, кто их приносил — обратно. Прямо сейчас ему показалось, будто «сварливый гад» рассказывал ему о своих выходных.        — Но Ретчет, — Обреченно вздыхает Нокаут, чуть запрокидывая голову назад.       — Через меня не пройдут люди, которых я никогда не видел и не проводил с ними бесед, не видел их досье, и уж тем более не стану подписывать их бланки об исполнении работы. — Его тон резко сменился, стал колючим, а мимика и жесты говорили о том, что он считает свои слова безапелляционными. — Ты всегда выполняешь такие поручения?        — Не совсем, — Голос Нокаута дрогнул, за два года службы в этом месте он не слышал, почему Ретчет не любит выполнять такие поручения. — Я выполняю их, а потом просто по документам перекладываю ответственность на шефа.       — Это меня и раздражает, ты работаешь с бумагой, а я с человеком, — Сегодня что, счастливый вторник? Может быть магнитные бури? Или Волшебник Оз подарил Ретчету нормальность? За сегодняшнее утро они разговаривают больше, чем за всю прошлую неделю. — не смотря на общепринятые стандарты, я еще верю в то, что делаю. Поэтому, тебе придется отнести эти листы обратно, я распределю их туда, где будет работа. — Он еще пару раз щелкнул на кнопку мыши, и в принтере распечатался документ. — Эти могут приступать с завтрашнего дня. — Рыжие пряди упали на глаза, когда он протянул руку с документом Нокауту.        — Ты не заболел случаем? — На этот вопрос «Бумажная секретутка», как его прозвал Ретчет, услышал только тяжелый вздох, будто от него хотели большего, чем просто тупые вопросы.        Все остальное время они сидели молча, разбирали документы, но когда на часах стукнуло одиннадцать часов, в коридоре начали ворошится остальные работники.        — Пообедаем? — Оживился младший, но в ответ услышал только тихое: «У меня с собой» — И что? Пошли тогда кофе возьмем? — И снова «нет».        В итоге обедал Нокаут в одиночестве.

***

       По крышам бил сильный дождь, вода стекала по трубам, а по переулку освещаемому лишь неоновой вывеской ночного клуба и лампой, что прикрепили работники этого же заведения.        Бамблби накинул на голову капюшон и ускорил шаг, проходя мимо клуба «Теодор». Он конечно мог пойти другой дорогой, и тогда ему не пришлось бы оглядываться назад.       — Эй, ты! Сволочь, иди сюда! — Кричал парень, которого только что с грохотом выкинули из заведения, но охранник уже щелкнул ключом по ту сторону двери. — Сукин сын, ты еще за это ответишь! — Пустые угрозы, что отсюда слышны всегда. Всех, кто нарушает правила клуба со свистом вышвыривают из него. Но они никогда не успокаиваются.        Би не обращает уже на них внимание, так же как не смотрит в щели между домами. В которых единственным источником света является флуоресцентная подсветка этажей. А днем, там холодно, сыро и темно, это место где проходят школьные драки и торгуют легкими наркотиками, туда сбегают покурить, «многофункциональное место».        Не доходя до второй щели, студент встречает своих друзей, они собрались просто прогуляться по городу, и заскочить в магазин запчастей, где работал Смоук,        — Долго ты, — Словно в укор говорит Балкхед смотря куда-то за спину друга, — мы уже собирались делать ставки, бьют тебя или грабят.        У Смоука поднялись уголки губ, они не делали никаких ставок, просто переволновались. Ведь сколько не говорили ему идти по другой дороге, Би их никогда не слушал и всегда шел через этот злосчастный клуб.        — То есть пока меня бьют или грабят, вы ставки делаете? — Отшучивается студент и идет вперед.

***

       За стеной ворчит бабушка, как-то беспокойно ходя по квартире, от ее слабого, но частого топота Балкхед и проснулся, но если честно, то вставать не хотелось вообще, так же, как и не хотелось идти сегодня в суд. Но топот старушки окончательно его разбудил, она сильно волновалась, что в ее возрасте было не желательно.        — Бабуль? Ты чего тут семенишь? — Дверь открывается, и оттуда выглядывает зеленая макушка. Седая, казалось высушенная женщина в теплом махровом халате оглядывается на внука, в глазах печаль и беспокойство. — И встала в такую рань…        — Ох, связался ты с этими бандитами! — Так она называла всех детей влиятельных родителей. Для нее, они все были козлами. — Вот отправят тебя куда-нибудь, — По-доброму шутила женщина похлопав внука по плечу, — Шутки в сторону, сегодня нужно не обложатся, а то ведь этот кретин может осудить вас. Эта драка, да и не сильно уж вы его побили, так что может обойдется простым штрафом или общественными работами. — Она поставила на стол тарелку с завтраком и присела напротив, — Знаешь, в нашем районе, почти все были на этих работах, словно обряд посвящения в нашу жизнь — Хихикнула женщина, чуть поддавшись вперед.       — Да, знаю, но надеюсь все пройдет гладко, а то иначе, меня и Смоука могут заменить на работе, а Би вообще в колледж приняли на птичьих правах. — Парень посмотрел в свою тарелку и закончил. — Работу терять не сильно хочется…        Остальное время они сидели молча.

***

       В суде было все чисто, даже слишком. Судья, красивая статная женщина, словно разговаривала сама с собой, читала меру наказания. Она только с сожалением смотрела на троих обвиняемых. «Потерпевший» орал так, будто ему не нос с губой разбили, а руку и обе ноги сломали. Но наговорил этот горластый много, в основном сущий бред, и косвенные домыслы взятые из воздуха над головой. Но даже не смотря на несправедливость к героическому трио, что ввязалось в драку из-за желания помочь работнице клуба избавиться от этого приставучего хмыря.        Судья знала все, что и как было, сжалившись над мальчишками. Вместо огромного штрафа, который им бы пришлось выплачивать «пострадавшей» стороне, она направила их на общественные работы в местную организацию, и поставила им шестьдесят часов общественных работ каждому. Шериф попросил назначить им именно это количество, хотя суд должен был назначить всего сорок, и снова она идет им на уступки.        Выходили они все молча, их настроение не было опорочено тенью грусти или обреченности. Казалось, что им все равно, что только что их осудили за драку которую они не начинали. Но с этим ничего не поделаешь, завтра они позвонят в этот центр и будут ждать своей очереди.

***

       Клиф и Арси приехали на точку, и притаившись стали ждать клиента. Он был не проверенный и поэтому друзья подстраховались. Оставили одного проконтролировать сделку, а другому дали задание: не проворонить красно-синие мигалки, если клиент окажется не тем, за кого себя выдавал.        — Так-с, ладно, я пошел — Клиф выскочил из машины и посмотрел на свою подругу.       Девушка кивнула, заглушив двигатель, проверив связь со всеми задействованными членами их банды.        — «Как меня слышно?» — В ответ: «Хорошо». Проверив еще раз готовность, людей, а в особенности свою фляжку с виски, она дала добро на выполнение. Но что-то ей мешало, не давало покоя и трясло изнутри. Необоснованный страх, что она что-то пропустила. И естественно, больше всего ей было страшно за чистое выполнение сделки или внезапное появление мужиков в одинаковых ботинках. А так же, за следующие двадцать лет проведенные за железной дверью-автомат своей камеры.        Но пока что, все шло идеально.        И вот, ведутся переговоры, они обмениваются сумками, и когда девушка выдыхает, понимая, что ее опасения напрасны, Клиф пожимает руку покупателю, и в тот же, момент оказывается закованный в наручники. Мужчина напротив достает удостоверение, и самодовольно улыбается, смотря прямо в сторону Арси. Ну все, это конец.        — «Тревога! Уматываем отсюда! Клифа взяли!» — Но в ответ тишина, значит взяли не только ее напарника. — Дьявол! — Шипит она, выпрыгивая из машины. Нужно бежать, но ее «принимает» группа захвата и Арси успевает продумать все, что сделает, когда окажется в участке, ведь от этого может зависеть ее рок.

***

       В суде выступала она сама, из банды прислали адвоката, который ей дал четкие указание как себя вести, так, чтобы не оказаться к тюрьме. И ей удалось свести дело к штрафу, обязательным работам и тщательного наблюдения со стороны органов правопорядка за ее социальной жизнью. Кровью и потом удалось вырвать у себя из рук последний шанс на нормальную жизнь        Ну, это для бумаг.        Ее вытащили не способности государственного защитника, а банда и продажность судьи. Они договорились с шерифом, что по окончанию судебного процесса Арси выйдет без происшествий, и так, чтобы документально все они были чисты.        Вернувшись после разбирательства домой, девушка услышала стук в дверь. Она жила в старом районе, где всегда было грязно, сыро, и повсюду что-нибудь отваливалось или трескалось.        Этот район был ее родиной, и ее личным храмом спокойствия и гармонии. Да, для других, которые вечно мечтают о новой и красивой жизни, Арси была все равно, что сумасшедшей. Но она была обычной реалисткой, у них на дворе четвертое тысячелетие, а люди все мечтают о недостижимом.        На следующее утро ее попросили подъехать в центр для консультации.

***

       У Ретчета в кабинете всегда свежо, кондиционер работает без перебоя, с перерывом на ночь. Хотя утром уборщица приходит за десять-пятнадцать минут до самого «сварливого гада», и ставит там небольшую температуру, чтобы работник не простудился.        Но всем, кто заходил в этот кабинет становилось не комфортно, просто из-за этого холода, особенно если нервничаешь, создается впечатление словно ты встретился с дьяволом.        Именно с ним и предстоит встретится Оптимусу через десять минут. Но пока этот момент не настал, Прайм просто сверлил старую дверь взглядом, на ней не было ничего кроме имени: Ретчет Бран.        И вот к кабинету подходят двое мужчин, дверь открывается, и парень в красной рубашке смотрит прямо на Прайма с бумагами, затем на всех собравшихся вокруг него. Так же ехидно улыбается и заходи во внутрь.        К кабинету подходит парнишка в желтой толстовке, он нервничает и переминается с ноги на ногу перед тем, как зайти внутрь.

***

       В кабинете Нокаута оказалось все куда серьезней, и проводка была последней каплей его ангельского терпения. Временно его переселили к Ретчету, пока у «Бумажной секретутки» не наведут капитальный ремонт помещения.        Если быть честным, то Нокаут специально подрезал пару проводов в своей проводке, и открутил один винтик в Цифре, от чего тот перестал показывать все данные. Зачем? Чтобы попасть к ворчливому мужику в кабинет. В процентном соотношении показателей Ретчета со всеми остальными работниками, то он выше почти на четверть. Нужно было узнать, что такое он с ними делает, за что они начинают его уважать? Услышав, что суд направляет к ним в центр новую партию «рабов», то сразу понял кому их отдадут. Все остальные уже заняты.        Признаться честно, у Нокаута и своей работы полно, но он, в отличии от Ретчета не придает ей такого большого значения. Он не вызывает к себе на консультации, не приезжает с проверкой на точки куда их отправили.

***

      Бамблби заходит в кабинет и смотрит налево, там среди бумаг сидит Нокаут, и исподтишка смотрит на него. От такого взгляда студенту становится неловко.        — Кто из вас Мистер Бран? — Бамблби сминал край своей толстовки и не мог сфокусировать свой взгляд на чем-то конкретном. — Меня отправила судья Хорди.        — Это я. — Буркнул Ретчет не поворачиваясь к парню. До того, как он произнес имя судьи Хорди, у Брана было достаточно позитивный настрой. На секунду мужчина даже улыбнулся, когда подумал о том, какое лицо скривил Нокаут если бы увидел его с фирменной улыбкой. — Садись.        Бамблби послушно сел на стул и протянул бумаги, мужчина напротив даже не посмотрел на него, а вот второй прям сверлил взглядом. Инстинктивно, без какого-либо скрытого смысла у студента нахмурились брови.        — Зови меня Ретчет, я буду работать с тобой на протяжении всего срока. — Мужчина протянул ему бланк и ручку, а зачем встал из-за стола, и обогнув его присел на край. Если не знать его, то можно просто не поверить в то, какой он ворчливый и нелюдимый человек. Черная выглаженная рубашка смотрелась на нем как влитая, три пуговицы расстегнуты и снят пиджак, потому что этому человеку всегда жарко.        Бабмбли взял бланк и кивнув Ретчету начал просматривать. Не успел он и первых строчек заполнить, как в кабинет врывается женщина и по-хозяйски, цокая высокими каблуками, кладет на старенький рабочий стол лист бумаги, притом так, что стук от ее ладони отдается глухим эхом от стен.        Мужчина в углу комнаты как-то напрягся и принялся перебирать что-то, пока Ретчет вальяжно поворачивается к ней, в глазах — нахальство и самодовольство победителя.        — Ты хоть представляешь, что наделал? — Сквозь зубы проговорила женщина. В уголках глаз у нее виднелись морщины, и не смотря на свой достаточно хороший внешний вид, от нее смердело старостью. — Я отдала тебе распоряжение о том, что ты должен сделать, и у меня складывается вопрос: Почему не выполнены мои поручения? — Ее руки в прямом смысле трясло от злости, сжатые кулаки и безумные глаза начинали пугать Бамблби с Нокаутом. Словно почувствовав друг друга на расстоянии, они переглянулись.        — Ты закончила? Теперь иди дальше работай, я не понимаю какие ко мне могут быть претензии. — Он засунул руки в карманы своих брюк и пересел так, что одна нога чуть свисала с края стола, а другая служила опорой. Нокаут даже на секунду восхитился им в своих мыслях. — Мне принесли лист бумаги с именами, записанными карандашом в спешке, да еще и непонятным почерком. Это даже не просьба, и уж точно не распоряжение. — Бран посмотрел на лист, что она положила на стол, и отдал ей обратно. — Поручая мне такие задачи, будь добра в следующий раз предоставить их в соответствующей форме. — Он поправил болванчика на своем столе, и вздохнув сказал. — Но ты этого не сделаешь, так что, прошу прощения шеф, но мне нужно работать.        Женщина ушла, громко хлопнув дверью, а Ретчет лишь вздохнул.        — Закончил? Или еще послушаешь? — Это снова был обычный работник, ничем не отличающийся от других неудачников, что трудятся в кабинетах-кладовках.        — Простите, я и правда слушал вас, — Сам не ожидая от себя такой честности протараторил блондин. — Дайте мне минуту.        Ретчет кивнул, и повернулся к своему «соседу», удивляясь тому как он смотрел на него. С неподдельной тревогой, что забавляла мужчину. Кивнув самому себе, он потрепал темно-рыжие волосы на затылке и сел обратно в кресло.        — Ретчет, — Без стука в кабинет заглянул парнишка лет семнадцати, и положил очередной документ на стол, тихо скрывшись за незапертой дверью.        Нокаут ненавидел оставлять двери открытыми, и в этом они с Ретчетом были солидарны. Пускай у Нокаута было больше этой юношеской взвинченности, и стоило Джеку выйти за дверь, как он резко подскочил со своего стула, и с силой, не так чтобы хлопнуть, закрыл дверь, проверив ручку. А потом спокойно вернулся на свое, место как ни в чем не бывало.        В этот момент Би понял, что определенно двое из этого центра со своими тараканами. Он положил бланк на стол мужчине, неловко оглянувшись, стал ждать. Ретчет переписал ему своей номер телефона, и сказал что пока формируется группа ему не нужно приходить, и чтобы был на связи.        Кивнув, студент выскочил оттуда. Да уж, несмотря на то, что все это было невероятно паршиво, Би даже понравилось там, сидеть с этими двумя.

***

       Арси сидела в зале ожидания, и нервно дергала ногой одновременно скручивая прядь волос. Общественные работы, прекрасно… Настала ее очередь, парень в желтой толстовке выскочил оттуда как ошпаренный и понесся к выходу. Тут ей даже стало страшно, хотя она много слышала от своих друзей о том, что там сидит тот еще козел, проводит какие-то консультации и втирает невообразимую чушь, при этом только с теми, кого считает виновными.        Она подошла к двери, еще пару раз легонько ударив носком по полу, и вошла в кабинет. Хватит! Ей не было страшно, когда козлы с Востока устроили в доках перестрелку, а тут боится офисную крысу.        — Ну здравствуйте, я по поводу общественных работ, Хорди отправила. — Еще на середине фразы она преспокойно села на стул, и закинув ногу на ногу, подала документы рыжему мужчине в классной рубашке. — Как я понимаю мне, что-то нужно заполнить, а потом на меня обрушиться кара небесная. — Без толики сомнений говорила девушка, сама удивляясь тому, что смогла так легко приободрить себя и успокоится.        — Почти, —Кивнул он, заглядывая в документы — Тебе всего девятнадцать, а ты уже с бандой крутишься? — В ответ тишина — Ну молчи дальше, я все равно знаю этот сюжет. — Он что-то впечатал в программу и через пару секунд она сообщила о совпадении. — Да, я так и думал. Ты ведь уже была на общественных работах? Только в другом центре.        Девушка кивнула и нахмурила брови.        — Это вам программа сказала? — Она попыталась заглянуть, поддавшись в бок, но ничего не было видно. И она вернулась обратно в прежнее положение.        — Нет, просто показалось, что я тебя где-то видел, и был прав. — Он снова стал вбивать что-то в базу. А затем написал свой номер и какие-то даты сверяясь с календарем. — Это расписание консультаций, которые проводятся у нас в центре, пока я набираю группу на работы ты будешь туда ходить, по тому графику что я тебе написал. — Он протянул ей листок и добавил. — Если эти занятии не помогают, то я провожу индивидуальные.        Девушка сидела и рассматривала лист, ей это место не слишком то нравилось, так приходить сюда на консультации еще хуже.        — А если пропущу эти «занятия»? — Как бы невзначай спросила Арси, и посмотрела на Ретчета. Он лишь ухмыльнулся и переглянулся с девушкой.        — Не думаю, что ты захочешь их пропускать, — Откинувшись в кресле мужчина продолжил — они эквивалентны часам работы на точке. — Услышав эти слова Арси захотелось сказать: «Запишите на все консультации и ваши тоже». Она не высидела в колледже, и тут не вытерпит.        — Хорошо, тогда буду ждать звонка. До скорого.        — До свидания.

***

       Просидев в проклятом зале ожидания несколько часов, дожидаясь того, что у Ретчета не будет работы и он наконец зайдет. Но как на зло, сегодня был просто аврал народу, словно весь город пошел бить витрины и устраивать драки. Одних он принимал быстро, других медленно, еще и персональные занятия должны были начаться. Это уже напрягало, но ничего не поделать, ждать придется.        Когда очередь закончилась, то из кабинета сначала вышел Нокаут. И тут у Прайма задергался глаз, а в голове засела одна только мысль: «А что если Ретчет переехал из кабинета, то получается я отсидел тут столько времени в пустую?»        — Вы глядите кого принесло, — Завидев Оптимуса «Бумажная секретутка» решил поздороваться. — что ты тут забыл?        — Тебя не касается, — Прошипел парень, поднимаясь на ноги — я к Ретчету, он ведь в кабинете? — Студент уже решил пройти как почувствовал, что тяжелая рука Нокаута останавливает его легким ударом по груди.        — Тебе лучше уйти, Прайм. — Уже в открытую сказал Нокаут — Или ты забыл, как закончилась ваша встреча в прошлый раз? — Тут у Оптимуса скривились губы, они вправду некрасиво разошлись в тот раз, хотя «некрасиво» — это мягко сказано. — Зачем ты пришел? Поговорить? Извинится? Просить помощи? — Так же спокойно и обеспокоенно продолжал Нокаут. — Ты прекрасно знаешь, что все это - пустая трата времени        Он убрал руку и пошел дальше, Оптимус остановился по середине комнаты и посмотрел в спину этому козлу. Признаться честно, Нокаут держит свои слова. Два года назад он сказал, что будет работать с Ретчетом, а полтора года спустя пообещал ему о том, что станет его «палочкой-выручалочкой». И пока, свои обещания он выполняет.        Подойдя к двери, парень волнуется, в прошлый раз его выводили отсюда двое охранников и Нокаут, что по великой случайности оказался около кабинета в этот момент. Он хорошо помнит, как не переставая бил своего, бывшего уже, друга и наставника пока тот не потерял сознание. Правда в промежутке пока ехала полиция и приходили охранники, Нокаут с него глаз не сводил, но только стоило всем выйти, как у Прайма оказались сломанными нос со скулой. А потом уже приехал наряд, протокол, суд, домашний арест и штраф. Ретчет не стал настаивать на ужесточении приговора, чему Оптимус был невероятно благодарен, пускай и не смог тогда сказать этого и извиниться.        Он решил послушать Нокаута и уйти отсюда как можно скорее, по правде говоря, ему это почти удалось, если бы Ретчет не решил проехаться сегодня на лифте. Услышав знакомый голос: «Придержите лифт», и закрывающиеся автомат-двери. И вот они снова в замкнутом помещении, и снова одни.        — Не ожидал тебя здесь увидеть, — Спокойно говорит Ретчет смотря, на человека напротив. Оптимус был как минимум вдвое младше него самого и не понимал, что такие понятия как искренность и приличие немного разное. Но смотря на Прайма у мужчины даже просыпалась бывшая дружба, хотя парнишка видимо так не считал. Как же все-таки его выдавали глаза. Взгляд с такой честностью смотрел на Брана, что на секунду стало даже неловко. — Зачем пришел?        — К тебе, — Прайм, словно нашкодивший щенок, поднял взгляд на офисного планктона. — я хотел извинится, и, — На этом моменте он в буквальном смысле, прикусил язык, нарочно или случайно, знал только студент. — возможно, это будет слишком… — Щенок снова начал мямлить, Господь всемогущий, как же Ретчет это ненавидел.        — Что тебе нужно? — Выходя из лифта спросил Бран, сейчас будет его любимая часть.        — Одного парня послали к тебе на той неделе, — Из кармана Прайм достает фотографию, и показывает своему другу. Но Ретчет практически на сто процентов уверен, что не видел его, и уж тем более, не работал с ним.        — Понятия не имею кто это. — Наверное, он сказал это слишком резко, и парнишка даже обеспокоенно посмотрел на приятеля. — Извини, но в нашем отделе работают человек пятнадцать, с таким же уклоном как у меня. Спроси у них. — Наотмашь говорит мужчина и поправляя свой пиджак, открывает дверь запасного выхода.        — Он точно был у тебя. — Не унимался студент, фактически дыша в спину Ретчету. — Может он был в одном из тех списков или ты просто его не запомнил? — Прайм обогнул приятеля, и встал напротив него. — Подумай еще немного. Рафаэль Эсквайвл.        — Не о чем тут думать, я не знаю этого парня, отстань. — Ретчет закурил и продолжил свой путь. — Зачем он тебе?        — Этого парня убили три дня назад, и существует мнение, что это случилось из-за его потасовки на общественных работах с одним козлом, и когда я начал копать, то узнал что всех их отправил туда ты. — На этом моменте Оптимус протянул руку и схватил мужчину за локоть —Это очень важно, прошу поверь мне!        — Поверить тебе?! — Зарычал Ретчет, и сведя светлые брови со злостью посмотрел на этого мальчишку. — Я не собираюсь тебе помогать, и верить тоже. — С силой дернув руку, он освободился и на выдохе продолжил. — Тебе уже было сказано, я его не видел и точно, не работал с ним. — Снова повернувшись к юнцу спиной, Бран спокойно пошагал дальше к машине.        Вернувшись в свою квартиру, мужчина небрежно сбросил обувь, и швырнув пиджак на кресло, он подошел к окну, открывая его настежь. Ему жарко, тяжело дышать, а голова работает все медленнее.        Мышцы на ногах и спине сводит, а по коже пробегают мурашки от резкого ветра по рукам. По его шее стекала капля пота, она не спешила, потихоньку спускалась вдоль пульсирующей жилки впадая в ключицу, теряясь где-то в области груди.        Это началось месяц назад, с утра он просыпается в футболке пропитанной насквозь потом. Ему неприятно двигаться в кровати, потому что, бока, ложбинка под коленом и спина с затылком просто невыносимо горят. Это не грипп, и не простуда или лихорадка, он пытался лечится, но нечего не меняется, кто-то говорит, что это гормоны… Теперь он спит под тонким покрывалом и без футболки, ему нечего стеснятся в своей квартире, у него нет своей семьи или детей.        — Как же он меня бесит, — Выдает Ретчет в пустоту, а потом со злостью открывает ящик с недавними делами. Если Оптимус был прав и Рафа убили из-за него, то он должен хотя бы посмотреть.        — Не спишь? — В комнату заходит Альфа-Трион, его сосед. Видимо Ретчет забыл закрыть дверь, он и не подумал, что кто-то может к нему зайти. — У меня было два варианта: Тебя грабят, или ты мертв и кто-то тебя грабит.        Ретчет даже ненароком подумал, что уровень пессимизма этого старика наверное раз в пять выше, чем у Брана. А если задуматься, то за все время соседства с этим стариком, Трион высказал как минимум пятнадцать способов ограбления своей квартиры.        — Для тебя, — Ухмыльнулся мужчина — я постоянно умираю во время ограбления. — Закрыв ящик и отложив документы, Ретчет посмотрел на соседа. — Кофе будешь?        — Естественно, совсем дурак что ли? — Они прошли на небольшую кухню, пока Ретчет заваривал им кофе. Альфа-Трион рассказывал ему о том, что по телевизору показывают местные новости, или, что его кот постоянно уходит до вечера, и приходит весь в пыли. Бран покивал, угукнул, где-то поддакнул, даже посмеялся. —…Ну и вот, встаю я с дивана, иду к двери, а там Нейрус в дверь колотится… — Мужчина профессионально умел делать вид, что слушает собеседника, но вот только бывший военный напротив него спокойно определял это. — Ты понимаешь, что я тебе сейчас рассказываю о том, что ко мне старому психу пришел безногий?        — Прости, я задумался.— Ретчет поставил кружки сев на стул. — А если без внезапно выздоровевших безногих ветеранов, что у тебя нового?        —Ничего, я сижу круглые сутки дома, и разговариваю с котом. — Как-то неловко сказал мужчина. Ретчет сразу понял зачем Трион пришел к нему, сейчас, представителям прошлого поколения тяжело вписаться в нынешний порядок. Они ищут тех, с кем могут просто поговорить, сесть выпить кофе и почувствовать себя еще нужными.        — А как у тебя с котом? — Ретчет же не скотина чтобы вот так разбить этому суровому человеку сердце. — Я бы тоже себе завел, но из-за работы, никак не получается. — Альфа-Трион смотрел на этого сорокалетнего мужика с неподдельной, чистой, отцовской любовью. Потому что никто, они понимал друг друга как они.        Просидев почти до глубокой ночи, они увлеклись беседой, пока под дверью не услышали чье-то настойчивое мяуканье. Невольно заулыбавшись старик встал и бросив Ретчету вместо прощания: За мной пришли, контролирует. Ушел.        Наконец-то в квартире наступила тишина, на секунду стало даже жутко. Из гостей в доме Ретчета бывали только Альфа-Трион, и Оптимус раньше заходил. Не сказать, что у него много друзей, вернее, их нет вообще.        Вернувшись к тому, от чего его оторвал сосед, Ретчет снова перебрал папки с недавними делами, у него не было этого парнишки. Ну либо его дело в офисе, либо он из тех, кого отправляют смотря сквозь пальцы. Таких было больше, чем можно себе представить. «Вот этого отправь туда» или «Не заполняй третий бланк на того» такие ребята обычно сидят в луже дерьма, и не могут из него выбраться, потому что уже попали под «колпак» группировок, банд или мафии. Это большой город, так что, здесь и возможно все.        И тут стук в дверь. Не громкие, но частые удары о дверь-автомат.        Ретчет подходит к экрану, и проведя по сенсору большим пальцем смотрит на изображение. Видимо на улице начался дождь, потому что Нокаут весь продрог, и с его отращенной челки падала вода.        — Проходи, — Без лишних вопросов Ретчет делает два шага назад и уходит в ванную за полотенцем. — Что ты делал на улице в дождь? — Пока Нокаут стаскивал с себя промокшую и прилипшую к телу джинсовку, Ретчет бросил ему на голову полотенце, посмеявшись про себя пару раз. — Как ты узнал где я живу? — Уходя на кухню спросил Бран. Молчание Нокаута беспокоило, он не возмущался, что его волосы промокли, или что джинсовку еще долго придется сушить… Но он молчал. — Нокаут?        Парень разулся, вытерся стряхнул оставшиеся следы дождя, встав напротив Ретчета смотря в пол. Он был выше своего наставника почти на голову, и куда растет это поколение? Так что Бран видел на его лице какое-то внутреннее противостояние.        — Нокаут?        — Я уже двадцать шесть лет как Нокаут, прекрати спрашивать одно и тоже. — Парнишка пошел сначала в коридор, а затем заглянув за угол, увидел кухню и включенный чайник. — Зачем приходил этот козел? — Присев на стул спросил полуночник.        — Кто? Альфа-Трион? Да так, в гости зашел. — Ретчет конечно сразу понял, что говорит он о Прайме, но поднимать эту тему было бесполезно, да и не хотелось особо.        — Не прикидывайся идиотом, я даже не знаю кто такой Альфа-Трион.— Буркнул себе под нос Нокаут, протягивая руки к предложенной чашке с кофе. Тепло от кружки обжигало и согревало, потому что он замерз. На улице сильный ветер с ливнем, так что погода обеспечила ему холодный душ.        — Тебя не касается, — Спокойным тоном сказал мужчина, что в общем-то было редкостью для Нокаута, хотя он просто не видел Ретчета в домашней обстановке. — Принесу тебе что-нибудь на смену.        Пока Нокаут поглощал заваренный кофе, Бран принес ему свою футболку, и достал из стирки спортивные штаны. Правда все из этого было ему маловато, ну, футболка то точно, а штаны выглядели как объемные бриджи. Ретчет успел, поиздеваться, посмеяться в итоге еще и извинится.        — Ладно-ладно, пошутили и хватит. — Нокаут поднял руки вверх и выражение его лица тут же стало серьезным. — Так зачем Прайм приходил к тебе?        Ретчет выдохнул. Не хотел он говорить об этом Нокауту, особенно после того, как узнал, что разукрасил Оптимуса тогда, именно он. Но, с другой стороны, теперь Ретчет точно знал, что этот студент на его стороне.        — Он хотел спросить меня о парне по имени Раф, его убили три дня назад, а с убийцами он познакомился на общественных работах, на которые по документам его отправил я. — Ретчет скрестил руки на груди и продолжил, задумчиво смотря в пол, — Но я не расписывался за него, даже никогда имени его не слышал, но в документах, как я понимаю стоит либо моя подпись, либо шефа. — Бран хотел было продолжить, но увидев обеспокоенное лицо Нокаута, не стал. — Я хотел завтра посмотреть в базе, а пока я хочу упасть на кровать и вырубиться. Ты вызывай такси, когда будешь уходить дверь просигналит, и сама закроется. — Составляя посуду в мойку сказал мужчина, попрощался со своим коллегой.