Перезапуск Беспокойные дни.

В одном из дворов нового микрорайона рос дуб. Нет не так. Вокруг Дуба, который по легенде помнил Наполеона и Батыя строители возвели микрорайон, не решившись потревожить гиганта. Воткнули вокруг несколько тополей и берез и теперь у горожан был свой небольшой скверик. Дерево облюбовали пионеры. Будущему поколению покорителей космоса быстро понравилось сидеть на огромных ветках. Ведь на них даже обсуждение домашней работы становилось каким- то особым. И потому вокруг Дуба сначала выросли скамейки, потом навесы, а на ветках появились сиденья, а потом за несколько лет вокруг вырос целый «дом», придававший Дубу ещё более сказочный вид. Собравшиеся тут пионеры знали Женю очень хорошо. - Итак, диверсанты на планере и шабашистские артефакты? – Роза прекратила чистить свою винтовку для биатлона посмотрев на пионера. - Именно, сами по себе части планера в ткань не завернутся. - А если то-то просто на планере разбился, а течением реки вынесло? – подала голос «огненная мышь» Галя Мухамедшина по прозвищу Гайка. – В природе и не такое иногда бывает. -Нет, он мне детали описал – так обломки упавшего планера не выглядят. – подал голос Антон Лавочкин. – Кроме того, я позвонил одному знакомому. За последние два года ни одной аварии планера ни в нашей области, ни в соседних. - Кроме того, обломки были завёрнуты в большие куски плотной ткани. – Женя пожал плечами. – То есть, их кто-то завернул. Ну и нож шабашистский. Это точно были люди, или «пограничники»… - Может и были, – вмешалась Тихогорова, – но раз нам это не сказали, может не будем туда лезть? В таком деле помощь дилетантов только мешает... - Что ты, ну что ты говоришь! – зашипела на нее Гайка, – Конечно, поймать диверсанта нам не по силам. Но вот выследить! - Да, – вскочила Роза, – нас много и это наш город! Отстоять его от грязи наш долг как пионеров! Да и по улицам ходить охота без опаски. - Кроме того наша подруга, одноклассница и товарищ из-за них попала в больницу. Разве можно это так оставить? -добавил Женя. - Мне всё ещё кажется, что наша обязанность – металлолом и мусор помогать убрать, а от «незваных гостей» защищают милиционеры, солдаты и врачи. Но я, похоже, в меньшинстве. – протянула псионик. – Предлагаю для безопасности ребят организовать регулярный осмотр всех и каждого. Я не Романова, но порчу почую, и определю куда надо. Перед тем как самой туда отправиться за то, что не остановила вас, дурачьё. - Спасибо, – Женя улыбался, – знал, что ты не откажешься. Защита от прямой атаки есть, теперь надо думать, как ловить будем. Патрули на улице мы не потянем, маловато нас для этого. Но мы то знаем, что любимая тактика этих нехороших - войти в доверие бабушкам, старушкам и другим одиночкам, стать их новыми родственниками или друзьями и шпионить. - И? – Роза почесала голову, – мы ведь ухаживаем за всеми стариками. Предлагаешь проследить за их новыми внуками? - Идея здравая. – кивнула Гайка, – но если мы будем сначала бегать по старикам. Потом приходить сюда пройдет полгода. Система связи Вовки, - кивок в сторону рулевого колеса-телеграфа, - хороша, но не мобильна. -И что ты предлагаешь? – Вовка закрыл глаза. - Идём к твоему деду! – хинезуми вскочила, – у него много раций. Экспр- возьмём на время пару десятков штук, организуем мобильные центры связи. А я на мой аппарат передвижения установлю центральную станцию связи, доделаю пушку, сделаю, – девочка прервалась, вытерев слюну, – короче штаб у нас будет на ходу и ВО! - Не помешает, - Женя и Роза согласились быстро. Тихогорова подумала, что милиционеры не испугаются пушки и всех арестуют их всех за езду без прав, но... промолчала. Дверь едва не снесло с петель от мощного пинка. Стоявшая в проходе саламандра улыбнулась и махнула хвостом. - Что такие тихие? Не хватает огоньку? - Яна, – Роза накрыла лицо ладонью в всеобщей тишине, – сестра прошу тебя – хватит каламбуров. - Почему? Они же прекрасны как свежая выпечка! – саламандра поправила свои золотистые волосы, – Я привезла Белову и Красавкину. Пацаны из Гайкиного кружка обещали завтра быть – кота ловят. Ну, что я пропустила?

***

Обсуждение переместилось в гостиную дома Аркиных. Семье из десяти человек выдали достаточно просторную квартиру, а поскольку большая часть сестёр Жени разъехалась на лето на отдых или практику, в доме было достаточно свободного места, чтобы провести оставшуюся часть военсовета. - Решено. – Женя неожиданно зевнул. – а сколько времени? - Полночь, – произнесла его мама входя в комнату с кипой одеял. – Вам спать надо. - Ой точно, домой, домой – Роза попыталась встать и зашатавшись чуть не упала на Белову, – Ой? - Ложитесь уже тут, – произнесла мама Жени. – ваших мам я уже предупредила. Места... – она оглядела сидевших на полу ребят, – всех хватит. Через полчаса немецкий дог Скупердяй, который, как умная собака, был на кухне осторожно зашел в комнату. На полу, на диване и других горизонтальных поверхностях лежали пионеры смотря седьмой сон. Собак вздохнул, совсем как человек, и осторожно не наступая даже на косички направился к единственному свободному углу. После «минного поля» отвоевать половину подушки у спящего двуногого было легким делом.

***

Утро выдалось не самым бодрым. Женя, привыкший подскакивать пораньше, уже встал, но большая часть вымотавшихся за учебный год пионеров ещё сопела в две дырочки, полностью игнорируя окружающий мир. На кресле возле окна, разбросав руки, ноги и хвост во все стороны, лежала Яна, издавая звуки похожие на попытки завести старый «жигулёнок». В углу, словно иллюстрируя фразу «солдат спит – служба идёт», в обнимку с торшером полусидела-полулежала Роза. Рядом с ней, в позе лотоса, спала (или медитировала – с псиониками никогда не поймёшь) Олеся. Возле Яны, привалившись спиной к креслу, и аккомпанируя ей своим медвежьим храпом дрых Антоха Лавочкин. На диване, свернувшись клубком, устроилась Вилена Красавкина, прикрывшая лицо японским рисованным романом. Потирая глаза, он поплёлся в ванную, привычно перешагнув через развалившегося на входе в комнату Скупердяя, но не заметив аналогично сонную Снежану в позаимствованной у одной из его сестёр ночной рубашке, которая плелась в том же направлении, но со стороны кухни. Сама же Белова не увидела собаку. Результатом стал балетно-акробатический этюд в исполнении двух человек. Падение и вспышка адреналина, наконец-то разбудили юки-онну, которая уставилась в широко распахнутые глаза хозяина квартиры. Его губы шевелились, и он что-то неразборчиво прошептал. Белова наклонилась поближе, стараясь расслышать сказанное. - … ло… коть… – просипел Аркин. Только спустя секунду до Снежаны дошло, что она навалилась локтём на его диафрагму. Несмотря на то, что в Снежане был метр с кепкой роста и весила она меньше, чем Скупердяй, об которого и споткнулась – локти у коленки у девочки были довольно острые. Скатившись с Аркина она понаблюдала, как тот хватает ртом воздух, восстанавливая сбитое дыхание. - Не… будешь против… что я… руки… не подам? – поднимаясь по стенке спросил Женя. Белова в ответ только фыркнула, изящным балетным движением вскочив на ноги. Из глубины комнаты раздалось разочарованное цоканье языком. Вилена смотрела на них с кресла, время от времени заглядывая в свою книгу и покачивая гривой густых чёрных волос.

***

- Да, мама, всё в порядке. Буду ждать вашего приезда. Передавай привет сестре. - Хорошо, дочка, выздоравливай, – женщина улыбнулась и изображение погасло. Ника выдохнула. Разговор с мамой выдался на редкость долгим и тяжелым. Отказаться от переезда в Москву, и уговорить родителей приехать самим, удалось только чудом. Возвращаться в большой город чемпионке не хотелось – снова безумные фанаты, вездесущие журналисты и прочие проблемы, приходящие со всесоюзной славой, от которой Ника и сбежала из Москвы. Задумавшись, девочка уставилась на большой, массивный аппарат, смесь дискового телефона с телевизором. Аппарат был создан для военных, поэтому трубкой можно было забить насмерть, и она была неудобной, экран и камера показывали и снимали очень маленький угол, но зато могли выдержать выстрел в упор, а конструкция была привинчена к стене огромными болтами. И она могла соединить её с еще одним абонентом. - Это же не будет странно что я ему звоню? – рассуждала пионерка, – Поблагодарю за помощь, скажу, когда выписывают, попрошу принести домашние задания? Ничего подозрительного, да? Трусиха — это абсолютно неточная характеристика Пироговой. Номер набран, экран показал, что соединяет, а потом на нем возникло сонное лицо Жени с зубной щёткой. - О Ника, привет! – стоило ему узнать собеседника, он проснулся, – Ты как? - Хорошо. Говорят, меня скоро выпишут. Вы как там? - Прекрасно, нашли новую задачу. Не телефонный разговор. – лицо Жени приняло торжественно-загадочный вид. – А так – отлично. - Я хотела сказать спасибо, за то, что ты помог мне, – Ника стала свободной рукой теребить свои волосы, - ну... - Да без проблем, – Женя подвинулся, пропуская полусонную Белову в ночнушке и с кружкой кофе в руках, – для чего еще нужны друзья? - Женя-я-я, – острые углы трубки впились в ладонь, – а что Белова у тебя делает в таком виде? - Так она у нас спала – Женя узнал обвинительный тон старших сестер, решительно не понимая в чем дело. - Вы спали вместе? – Зрение, получившее адреналиновый допинг, заметило странный след на шее. – В одной комнате? - Да, конечно, - Женя закивал. – у нас больше места в доме не осталось. - А на шее у тебя что? След от поцелуя? – теперь Ника ощущала, как земля уходит из-под ног. Злость пропала, осталось лишь... - Ага, «поцелуй», – Женя снова подвинулся пропуская пару сонных одноклассников, – меня Скуп ночью от подушки отлучил, а он здоровенный. Уткнулся мне в шею. Я ведь на полу спал как все пацаны. -Женя, – Ника чувствовала себя так, словно бежала марафон, – ты в следующий раз сразу начинай с того, сколько ребят у тебя ночевало. Ффух, так. Меня должны выписать из карантина через день, из больницы через несколько дней, принеси мне лично домашку, хочу с тобой поговорить. Хорошо? - Да без проблем! Давай тогда позвони как переведут, пока! - Пока. – Ника повесила трубку и, развернувшись, увидела дрона-санитара [1], – что? - Пациент Пирогова. Пульс учащённый. Резкие выбросы гормонов. Отклонение от нормы, отклонение от нормы. Причина поступления - мамоническое заражение. Совпадение симптомов три и пять. Инструкция номер 1337: «все подозрения трактовать в сторону рецидива». Пациент Пирогова, у вас рецидив заражения. Инструкция: продлить карантин. Идите в палату. Идите в палату. - Да не рецидив это, – покраснела Ника. – я просто с знакомым мальчиком говорила! - Совпадение симптомов два и семь. Пациент Пирогова, врач проинформирован. Идите в палату. Идите в палату. - Да он мне просто нравится! – Ника резко покраснела и закрыла лицо руками. - Совпадение симптомов один. Внимание: совпадение по пяти симптомам. Окончательное подтверждение рецидива. Анализ... сопротивление пациента. – девушка не видела, как в лапах дрона возникла смирительная рубашка, – Выполнение инструкции номер 0001: «пациент убегает, лови его». Повторив последнюю фразу, паук быстро спеленал не сопротивляющуюся пациентку как хоббита в новом фильме и потащил в палату. В процессе он умудрился уронить на себя Видеофон и повредить систему маскировки. В карантине Ника провела еще пять дней. Платить за дрона ей не пришлось - камеры на нем указали на виновника.

***

Аркин обвёл взглядом позавтракавших и умывшихся пионеров. - Итак. Пока мы со Снежаной и Олесей составляем план прочёсывания города, ты Вовка берёшь Гайку и… – взгляд парня остановился на дрожавшей от едва сдерживаемого энтузиазма фигурке в красной косынке. – …и Розу, и идёте за рациями. По приходу доложишь. Ставить уже определились куда? - Одну – на машину, как Гайка и хотела. – Вовка кивнул в сторону хинезуми. – Ещё одну на крышу школы нашей, она на холме стоит – с достаточно длинной антенной будет почти весь город покрывать. - Хорошо. – Командир кивнул. – Тогда, Вилена, за тобой – добыть ключ от крыши школы. Ты лучше всех умеешь выпрашивать. Потом, когда Вовка вернётся, сходите, осмотрите. - Сделаем. – Красавкина коротко кивнула, поморщившись. Этот её «талант» не сильно нравился самой девушке, хоть и нередко выручал её саму и её друзей из сложных ситуаций, в которые ребята нередко попадали. - Так, теперь Яна… - …солнышке лежу. – перебила его саламанрда, вызвав всеобщий стон. – Чего пожелаете, командир? - Пока Гайка машину не доделала, ты у нас одна на колёсах – без каламбуров, пожалуйста, вот тебе адрес, там в подвале лежит груз. – Аркин передал блондинке бумажку. – Операция рискованная, так что эта штука пригодится. Возьми с собой Антона – ящик тяжёлый. - Будет сделано, тарищкамандир. – Шальнова отсалютовала хвостом. – Пошли, Лавочкин, посидишь на лавочке, пока я мотоцикл завожу. Антон только покачал головой. - Так, задания все получили? – Аркин ещё раз обратился к собравшимся. – Вопросы есть? - Только один. – Роза вскочила на ноги. – Как мы назовём наш отряд? - В смысле? – Женя немного опешил от неожиданного вопроса. - У всех крутых отрядов в кино – крутые названия. Неуловимые мстители, например, или Команда Тимура. – Роза активно жестикулировала. – А мы же тоже крутой отряд – нам нужно название: «Охотники», например. - Если назовёмся «Охотники», станет ясно, что на кого-то охотимся. – Покачала головой Вилена. – Надо чтобы название было непонятным, например, «Белый клык», как волк из книжки. - Нет уж. – Обувавшийся Антон резко покачал головой. – «Белыми» мы точно зваться не будем. Не врангелевцы же. - Тогда предлагаю «Пролетарская ненависть». – неожиданно для всех высказалась Белова. – А что, те, кто Нику отравил ничего больше не заслуживают, нам напоминание, а непосвящённым не будет ясно, на кого ненависть направлена. На том и порешили.

***

Стальная дверь, которая подозрительно напоминала стандартную дверь номер 314, которую обычно ставят на двери бункеров была как фонарный столб возле рынка – все в проводах, странных приборах, табличках об опасности. Центром экспозиции была ярко-красная трафаретная надпись. - Ударь в колокол трижды и переведи… – Роза стала читать надпись, но Вовка бесцеремонно подвинул девушку в сторону, открыл один из приборов на двери и отстучал азбукой морзе послание. Через секунду дверь, с противным скрипом, медленно открылась. Квартира выглядела не лучше: провода, бегущие прямо по стенам, запах сгоревшей проводки, старый дрон с головой куклы-пупса, что махал метёлкой, поднимая пыль. - Пошли, – Вовка, отвесив щелбан голове пупса, вошел в квартиру, – можете не раздеваться, Фёдор всё равно убирается. - Слушай, – Гайка и Роза медленно зашли за хозяином квартиры, – а если войти пожарному или врачу надо будет, они тоже код вводить должны? - Не, – парень перемахнул через остов криопушки в коридоре, – там на табличке инструкция и для них есть. - Ясно, – Роза перехватила Гайку с отверткой, – а ты уверен, что у твоего дедушки раций нам хватит? Без них ведь связи не будет. -Он свою первую рацию на призывной пункт перед войной притащил. Так что если не хватит соберём ещё, – парень жизнерадостно улыбнулся. – Ага. Он отодвинул дверь в сторону и улыбаясь направился к обитателю квартиры. Обитателем был крайне колоритный дед. Кто ещё кроме крайне колоритного деда, с бородой по пупа и глазным имплантатом, будет носить ярко красную накидку из-под которой торчит целая куча инструмента, при этом сидя на подъёмнике копаться в припаянном к потолку трофейном дроне-стрекозе и есть хурму с помощью железного щупальца? - Внучек приехал, - обрадовался старик, – да ещё с друзьями! – он опустил подъёмник и бодро заковылял к ним, заставив хурму исчезнуть без следа. – Какими судьбами? Чего желаете? - У нас есть дело, - солидно произнес Вовка, пока девочки с глазами по пять рублей пытались понять секрет фокуса, - нам нужны твои рации. - А по какой причине я должен тебе, оглоед, давать свои творения? - Дед почесал бороду, – Не можно давать тебе без причины. У меня, – в его руках возникли карты, – есть рации. НО, – жест руками, и вместо карт в руках дневник, – у тебя ещё тройка по русскому не закрыта. - Нам действительно надо, - вмешалась Роза, – дело чести. Очень надо. - И я не скажу ничего бабе Маше, – с хитрой мордой произнес Вовка. - А что ты ей скажешь, малой? – Имплантат с противным скрипом сжался в тонкую нить. Теперь дневник исчез в вспышке света, а на смену ему пришел кожаный ремень. - Ты зонд опять монтируешь чтобы смотреть… - Пионеры, молчать, – осмотр местности, щупальце закрыло занавески, повесив ремень на крючок, – слабый аргумент юноша. Зачем вам рации? – теперь в его руках снова была миска хурмы. - В город проникли диверсанты, одна из наших в больнице, – Гайка вышла вперед, – совет объявил мобилизацию. Мы готовимся к бою. Старик некоторое время молчал. Вздохнул. Щёлкнув пальцами, выпрямился, став выше сантиметров на десять. - Базис сети будет у меня, мой позывной: Хоттабыч. Надо ретрансляторы поставить. – подбежавший дрон передал ему неведомую фигню, – инструктаж у меня, зачёты сдавать будете как в армии. Поняли? Троица пионеров кивнула. - Тогда идите отсюда! Принесите списки, покумекаем над тем сколько раций вам дать. Идите, идите. Когда дети вышли старик почесал голову. Жестом подозвав дрона он ссыпал хурму. Потом, отодвинув одну из панелей, достал совершенно обычный телефон. - Аллё? Девушка, Хоттабыч на связи. Дайте мне генерала Сидорцева. Уехал? А… хоть кто-то из «Четырех С» сейчас в городе? Ладно, давайте его.

***

- Ну вот мы и приехали. Выползай. – Яна остановила мотоцикл возле одной из многоэтажек. - И надо было так лететь? – Несколько обалдевший Антон, пошатываясь, выбрался из коляски. – Я в аэроклубе и то на меньших скоростях хожу. - Какой же русский не любит быстрой езды? – Саламандра спешилась. – Идём, небесный тихоход, в этом подвале Капитан Аркин свои сокровища зарыл. Пионер только покачал головой в ответ на реплику спутницы. Люк, ведущий в подвал, им пришлось открывать вдвоём. Старые петли проржавели и поворачивались с трудом. Опущенная в подвал железная лестница выглядела не лучше, но другой в помещении не нашлось. Первой полезла Яна. Точнее, просто съехала по лестнице вниз, выкрикнув: «Дамы вперёд!» Антон покачал головой, посмотрел на лестницу. Возможно, пришла ему в голову мысль, стоит подпереть люк чем-нибудь. - Ты там долго, тихоход. – Раздалось снизу. – Мне темно, холодно и страшно. - Тебе не может быть темно. – Отмахнулся парень. – Ладно, придержи лестницу. Тот факт, что вытаскивать старый ранцевый тесла-разрядник из тайника отправились самые физически крепкие члены антишпионского отряда «Пролетарская ненависть», был оправданным, поскольку, сам по себе разрядник был тяжёлый. Чего славный лидер команды не учёл – это того, что и он сам, и Гайка были довольно лёгкими, да и спускали они старый прибор с помощью верёвки. Покрытая огнеупорной чешуёй Яна, и коренастый Антон были немногим тяжелее, чем могла выдержать проржавевшая лестница. И ничего удивительного не было в том, что она развалилась прямо под ногами у пионера. Без подпирающей его лестницы, издевательски медленно из-за ржавых петель, захлопнулся и люк. - Твоюж… - лёжа на спине пробормотал Антоха, наблюдая как их отрезает от внешнего мира. - Это точно. – раздалось из-под него. – Кстати, а ты не должен мне сначала хотя бы цветы подарить или что-то в этом роде? Парень скатился с напарницы, попутно перемазавшись грязью и пылью с пола. Впрочем, Яна выглядела не лучше. Ребята огляделись. Окон и других люков в подвале не было, поэтому единственным источником света было пламя саламандры. Подняв обломок лестницы они попробовали дотянутся им до люка, но предательская железяка ухитрилась проржаветь именно так, что обе её половины оказались совершенно бесполезны. - Звать на помощь тоже смысла нет? – почесал подбородок Антон. - Тут никогда никого не бывает, потому и тайник сделали. Да и не докричимся. – Яна покачала головой, прежде, чем издать протяжный стон. - Болит что-то? - Болит. – поморщилась саламандра, разглядывая свои перепачканную причёску. – Ужасно болит моя гордость. Ты просто посмотри на мои волосы. Густая золотая грива Яны была предметом её гордости не меньшей, чем пылающий хвост. Сей факт был прекрасно известен всем её одноклассникам, поэтому парень не стал делать замечаний по этому поводу. - Ладно, надо думать, как отсюда выбираться. Не люблю подвалов. - Да не, жить можно. Да, темно и сыро, а из еды только крысы… Но посмотри на светлую сторону. Стоп. Света тут тоже нет. Признаю, тут ты прав. Антон в это время разглядывал в дрожащем свете пламени подвал. - Яна. – Позвал он девушку. – Давай сюда свой хвост! - Что вот так сразу? Даже не поцелуешь? Парень только отмахнулся, доставая из кармана швейцарский нож и пару каких-то бумажек. - Расписываться будем? – не унималась девушка, протягивая хвост. - Нет. – Антон поджёг одну из бумажек. – Смотри, видишь, дым не прямо вверх идёт, а в сторону. Значит – сквозняк. То есть где-то есть другой проход. Пошли искать. На другом конце подвала обнаружился узкий коридор с запертой дверью в конце, через которую и правда пробивался небольшой сквозняк. - Ян, посвети. – Парень пригнулся, разглядывая замок. - Без проблем. Давай зажигалку! – пионерка усмехнулась. – Ай! Антон просто схватил её за руку и подтащил поближе. - Нет, не так. Попу убери. Рукам места нет. - Врёшь. Обеим места хватит. – Очередная реплика Яны была проигнорирована. - Так, давай, ложись тут. - Мой первый раз, и на грязном полу… - Да чтоб тебя, Яна! Ложись тут и свети! – раздражённо рявкнул парень, пытавшийся с помощью ножа разобрать замок на двери. Девушке не оставалось ничего кроме как послушаться.

***

Спустя ещё двадцать минут, перемазанные пионеры, выдавая на пустой двор реплики, больше подходящие портовым грузчикам, тащили немалого размера железный ящик и прикреплённую к нему толстым кабелем рогатую бандуру к мотоциклу. Закрепив данную конструкцию в багажнике коляски они и сами забрались на мотоцикл. - Слушай. – Яна повернулась к напарнику, немного потупив взгляд. На красном от усилий лице не было видно проступившего румянца. – Ты извини. Я, когда нервничаю, болтаю больше, чем обычно. Иногда такую фигню несу… - Проехали. – Отмахнулся Антон. – А ты извини, что рявкнул на тебя. Не люблю подвалы. - Мир? – Саламандра протянула напарнику чешуйчатую лапу. - Мир. – Парень пожал её.

***

- А нам обязательно было надо было ключ у директора выпрашивать? – Вилена Красавкина недовольно сморщилась. – Не люблю попрошайничать. Необычная «способность» девушки выпрашивать всё, что угодно заключалась в том, что она сама манерами и внешностью была просто невероятно похожа на кошку – более «кошачьими» были только лиминалы. Поэтому, при сильной необходимости, Вилена могла состроить «мордашку грустного котёнка», которой почти никто не мог отказать. Красавкина не сильно любила этот свой «талант», поэтому редко пускала его в ход. - Желательно да. Иначе, нам пришлось бы взламывать замок, и ставить антенну без разрешения. – сопровождавший её Вовка пожал плечами. – Или ставить её на крыше чьего-нибудь дома. Даже если нас милиционерам не сдали бы, управдом точно бы погнал. - Хмм. – Вилена по-кошачьи наклонила голову набок. – А что, могут? В смысле, в милицию отправить? - Могут и вызвать, если у нас уважительной причины не будет. А теперь она есть – летний учебный проект по радиосвязи. Школа, конечно, не самое высокое здание, зато стоит на возвышенности. Да и антенну можно поднять повыше. Сейчас пойдём и посмотрим, где лучше закрепить и сколько кабеля понадобится. – Вовка повертел в воздухе рулеткой. – Заодно и на город посмотрим. Девушка в ответ только кивнула, вспоминая один из прочитанных комиксов. Конечно, нельзя сказать, что они с Вовкой были близки, но сама по себе идея романтической встречи на школьной крыше девушку завлекала. Двое встречаются на крыше рассматривая кипящую жизнь во школьном дворе, по воздуху летают лепестки цветов японской вишни – сакуры, закатное солнце озаряет лучами город, окрашивая его в красно-оранжевые тона. Прекрасная, романтическая атмосфера идеальная, как для первой встречи связанных красной нитью судьбы героев, так и для признания, а то и для первого поцелуя. Девушка чуть покраснела и зажмурилась, ещё раз подтвердив своё сходство с кошкой. - Ленк, ты если с закрытыми глазами ходить будешь – нос расквасишь. – Вырвал Вилену из романтических фантазий голос одноклассника. – Идём уже, а то до вечера не управимся. И вот, наконец, перед ними замаячила цель их путешествия. Вместо двери, правда, оказался люк с металлической лестницей, гораздо менее романтичный, чем дверь, через которую бы падали солнечные лучи, но Вилену это не остановило. Ловко забравшись наверх она обвела крышу взором и застыла. Крышу школы покрывал всевозможный мусор, занесённый сюда ветром за год. Бумажки, пара целлофановых пакетов, чья-то кепка, прошло- (а, возможно и позапрошло-) годние листья, остатки не проросшего тополиного пуха. На одной из вентиляционных труб разместилось воронье гнездо, и чёрно-серая птица подозрительно смотрела на новоприбывших подростков. Всё это мешалось с накопившимся слоем грязи и следами птичьего помёта. Высокие тополя окружали здание, закрывая вид на город. - …ена… Ле… а… ЛЕНКА! – из вызванного разочарованием ступора девушку вырвал крик одноклассника. – Ты заснула, что ли? Идём, надо смотреть, где можно антенну закрепить, и передатчик поставить. - Просто… - девушка покачала головой. – Думала чище будет. - Так год же не убирали, кого сюда понесёт? – пожал плечами пацан. – Но ты права, субботник тут небольшой надо бы устроить, когда передатчик потащим.

***

- Ого! Прямо лаборатория доктора Штейна. – Яна оглядела гараж, в котором проводилась сборка транспортного средства для боевого отряда. - Какого доктора Штейна? – удивлённо подняла бровь Гайка, вылезая из носовой части чего-то отдалённо похожего на броневик. - Фрэнки Штейна. – Ухмыльнулась саламандра. - Чтоб тебя, Яна. – фыркнула хинэзуми. – Почему водителем должны были назначить именно тебя? - Потому, что водить умеем я, ты и Лавочкин. Но ты нужна как механик, а Лавочкин слишком осторожно ездит: «Нельзя взять вверх», – говорит. - Что поделать, летать он научился раньше, чем ездить. – пожала плечами Гайка. – Ладно, смотри, что мы тут делаем. Огненная мышь обвела рукой гараж. - Ого, у нас есть артиллерия? – Яна удивлённо рассматривала толстенную пушку, занимавшую часть помещения. - Почти. Ты же знаешь, что НаркомОборонПром начал продавать списанные военные машины в личное и общественное пользование? - Ну да, колхозники тут же раскупили все военные комбайны и миноукладчики. А сосед у нас на старом зенитном БТР ездит. - Вот, а я нашла списанный «Голиаф», помнишь эти броневики, их на полигоне испытывали? - Это которые должны были десантировать бойцов цирковой пушкой? – Саламандра почесала затылок. – А потом того клоуна, который это всё придумал с должности попёрли, за то, что клюквенной настойкой злоупотреблял. - Именно они. На испытаниях один подбило, списать его списали, а увезти забыли. Он там года три ржавел, пока я на него не наткнулась. Мухамедшина похлопала ладонью по корпусу броневика, потом помахала рукой одному из помощников, которые в тускло освещённом гараже казались чёрными безликими силуэтами. - Кузов маленький, но для полевого штаба сойдёт и для радиостанции своё место есть, хоть штатную и демонтировали. А цирковую пушку, хоть и разворотило, я смогла сделать версию поменьше из оставшихся деталей. Человека не выстрелит, а вот старый матрац – неплохо летает. Так что у нас даже оборона будет. - Я была права насчёт Фрэнки Штейна. – ухмылка саламандры стала ещё шире.

***

- Спасибо вам за чай, бабушка. – одетый электриком Роман поставил простецкую кружку на стол. – Так, может, мне сходить к тимуровцам или в собес, сказать, что вы одна ещё полгода будете. Возраст-то уже не молодой. Пожилая женщина только похлопала Романа по плечу, от чего бывший инкуб внутренне скривился. Морщинистые руки напоминали ему о том, что его неизбежно ждёт, если он не получит живительной дозы Демонической Маны. Лицом он, конечно, не изменился, но постарался не встречаться с бабкой взглядом – вдруг заметит что-то подозрительное. У старух иногда было какое-то сверхъестественное чутьё. А новая «госпожа» послала его разведать обстановку не для того, чтобы он слил операцию из-за подозрений старухи. - Не волнуйся ты так, сынок. – Надежда Павловна ободряюще улыбнулась. – Прибраться и по магазинам сходить я и сама могу, ты не смотри, что старая. Пусть лучше помогут тем, кто сам еле ходит. Мне больше скучно – сын в море, внучка в Москве. - А золовка? – Роман наклонил голову. - Захватчики убили. – женщина вздохнула. – Превратили её в упыря кровососущего. Ну а они, ты сам знаешь, от техники нашей дохнут. Бедной девочке ещё бы жить да жить, если бы не эта дрянь полухвостая. «О да, девочке можно было жить да жить тысячи лет да во дворце, если бы не чёртовы коммуняки», - подумал Роман, обводя квартиру взглядом. Опрятная и даже нарядная, но простая квартира просто блёкла с показным богатством вампирских замков. Пусть сам он никогда их не видел, книги демонических царств описывали просто фантастически роскошные покои, по сравнению которыми эта квартирка была таким же убожеством, как дешёвый грузинский чай в его кружке по сравнению с напитками с экстрактом демонических фруктов. Если бы вор был чуть внимательнее то, вспомнил бы, как пожилая женщина говорила ему, что чай привёз её сын из поездки в Индию. Пакеты редкого чёрного чая подарили советским морякам освобождённые от колониального гнёта Триумвирата индийцы. Но Роман лишь скривился, отхлебнув из кружки и мечтая о демонических фруктах. В любом случае, для конспиративной квартиры эта подходила идеально – выход на улицу через балкон, две больших комнаты и неприметный на вид дом в одном из самых тихих районов города. Сюда даже местная шпана не забредала, предпочитая кучковаться в более просторных дворах. - Сочувствую вашему горю. – вор постарался вложить в голос максимум искренности. Но от того, чтобы высказать своё мнение о советской власти не удержался. – Зато теперь детишки захватчиков вырастут при коммунизме. Лиминалы Романа раздражали. Не только тем, что относились к бывшему инкубу или с сочувствием, как к товарищу по «несчастью», или с неприязнью. Нет, его раздражал сам факт их наличия – бывшие монстры, чью сладострастность вор помнил очень хорошо, были словно насмешкой над его ушедшей сладкой жизнью. Словно перед ним, изнывающим от жажды, трясли закрытой флягой, до которой он никак не мог добраться. Это изводило, не давало жить. Казалось, вот она сладкая жизнь, полная секса и празднеств, но вместо этого его снова и снова возвращало в реальность, где жизнь инкуба – нестареющего и всегда возбуждённого заменяла обыденная серость повседневности. Лучше бы правительство полностью изничтожило «лиминалов», тогда ничто не напоминало бы Роману, о том, что он потерял. - А пускай растут. – старушка пожала плечами. – Дети за родителей не отвечают. А тут и родители-то не отвечают, жили с промытыми мозгами под тамошним Юрием. В газетах писали какая там жизнь была, половина вообще в лесу жили, как дикари, в книжках и театре у них – одна пошлятина и бескультурье, детей воспитывать не умели. А эти вон, в школу ходят, Пушкина читают… Роман понял, что надо уходить. Если он будет продолжать с бабкой разговаривать, то сорвётся и выдаст себя. Допив чай, он покинул квартиру. От мысли, что старуха станет послушной служанкой мамоно Роману стало теплее.

***

На столе в центре «штаба» лежала карта города, изрисованная разноцветными стрелками и линиями границ, цветные карандаши, линейка, несколько справочников, и тарелка со сделанными Лавочкиным сэндвичами. Обсуждение шло уже пару часов, планы принимались и отметались, линии рисовались и стирались, а пионеры, неожиданно для себя находили всё новые и новые препятствия на пути к поставленной задаче. - А как ты вообще собираешься следить за шпионами, если мы их найдём? – спросила Белова. – Ясно же, что праздношатающиеся пионеры летом привлекут внимание. - Можно прикинуться, что у нас сбор макулатуры или другие общественно-полезные дела. – Почесал голову Аркин. – А можно прикинуться парочками на свиданиях – мамоно постоянно про любовь талдычат, глядишь подозрительность и сбавят. - Скорее прибавят. – Буркнула Шальнова, чуть опустив глаза так, что чёлка бросала на них тень. – У них «немного другие» представления о свиданиях и романтике. Кавычки в тоне саламандры были весьма очевидны. - То есть, даже радоваться, что люди ходят под руку, обнимаются и целуются они не будут? – подняла бровь Роза. - Наивная ты, сестрёна. Они будут возмущаться, что держатся за руки, а не за жопу. Что обнимаются, а не лапают друг друга. И что целуются, а не… то, о чём тебе рано знать. - Мне четырнадцать, а не четыре. – покачала головой маленькая биатлонистка. – И о том, из-за чего шла война между нашими и монстрами я знаю. Ну, а что ещё можно делать на свиданиях? За руки держаться, наверное, угощать друг друга мороженным, на закат любоваться. - Мороженного нашему командиру и так регулярно достаётся. – ухмыльнулась Яна. – А вот насчёт всего остального – для монстров «свидание» это перепихон в ближайших кустах, а любое угощение будет пропитано пси-дрянью. - Грустно, наверное, быть монстром. – задумчиво заметил Антон. – Вместо того, чтобы делать что-то интересное с близким тебе человеком, только секс и почти ничего больше. Как они тогда вообще узнают, подходит ли кто-то для отношений или нет? - Никак. – отрезала саламандра. – Они ищут по запаху «духовной энергии», а потом или сами полностью подстраиваются под «мужа», либо ему перестраивают мозги под себя. - То есть – монстры не только уничтожают личность тех, кого заражают, но и собственную? – Аркин почесал голову. – Как-то странно. - Чтобы свою личность разрушать, надо, чтобы она была. – Внезапно покачала головой Снежана. – Не зря в той поганой книжке характер к виду привязывался. Большинство монстров практически не имеют индивидуальных черт характера. У многих из старшего поколения лиминалов до сих пор проблемы с тем, чтобы вести себя не по «образцу» из той книжонки, даже после всех программ перевоспитания. Это нас растят в другом обществе, поощряющем развитие личности и сознательности. Для монстров подобное – исключение, а не правило: только «высших» поощряют развиваться дальше. - Так, это всё уходит в бессмысленный спор. – отмахнулся Женя. – Все знаем, что у мамоно мозги набекрень от похоти. Однако, романтические парочки – не самое плохое прикрытие. Пока они будут возмущаться, что мы неправильно отношения строим – некогда будет подозревать, что мы за ними следим. Плюс, если они не знают, как правильно люди на свидания ходят, то не заметят, если кто-то облажается. - То есть, идеально для тебя. – сердито стрельнула в него глазами Снежана. – Твои серенады – уж точно пример того, как делать не надо. - Я просто хотел тебе настроение поднять, Снегура. – поднял ладони в примиряющем жесте лидер отряда. – Ты всё время ходишь сердитая. Снежок прилетел ему в лоб. - Во-первых. Не фамильярничай. – юки-онна скрестила руки на груди. – Во-вторых, не обсуждай на публике личные переживания девушки. Болван. - А вот вам пример того, как парочки ссорятся. – тоном известного телеведущего-натуралиста продекламировала Яна, жестом указав на Аркина и Белову. – Примирение включает в себя взаимные извинения, инициируемые парнем и, если пара достаточно близка, поцелуи. Можно в щёчку. Начинайте. «Парочка» переглянулась, поменялась цветом в лице, потом повернулась к саламандре. - Да чтоб тебя, Яна! – в унисон выпалили Женя и Снежана. - Что Шальнова опять учудила? – спросил ввалившийся в дверь Вовка. - Судя по лицам, вывела на свет тот факт, что нашему командиру удалось растопить сердце Снежной Королевы. – безэмоциональным тоном выдала зашедшая за ним Вилена. - Эй! – обижено выкрикнула Белова, прежде, чем спохватиться. – И ничего он не растопил. - А с чего тогда такие возражения? – теперь Красавкина ухмылялась, как дорвавшаяся до сметаны кошка. - Ты… ты…. Грррр. – от возмущения снежная дева потеряла дар речи. - Ребят, хватит дразнить Снегуру. – от очередного снежка бесстрашного командира спас сидевший рядом Антон, пригнув Аркина к столу. Даже пребывая в ступоре, снежки Белова бросала метко. – Что там с крышей школы? - Докладываю. – весело кивнул Абдурахманов. – Крыша в неплохом состоянии, но нужно провести уборку всем отрядом, прежде, чем ставить там оборудование. - Замечательно. – вмешалась Яна. – Значит, можно вернуться к обсуждению поведения влюблённых на свиданиях. - Мы будем пытаться выделить заражённых по нетипичному для здоровых поведению? – наклонила голову Вилена. - Наш бесстрашный вождь считает, что это хорошее прикрытие для поиска шпионов. – ухмыльнулась саламандра. – И собирался вместе с Беловой продемонстрировать как мирятся после ссоры. - А что же вы меня не спросили?! – подскочила кошатница, потянувшись за сумкой. – У меня столько справочного материала по теме. Из сумки на стол было вытряхнуто несколько толстых книжек в мягкой обложке, на которых были изображены прекрасные девы с глазами на пол-лица. - Я не уверен, что это достоверный источник. – подняв бровь начал командир отряда. - Ну почему же? – Яна продемонстрировала всем открытый роман в картинках. На странице придерживающая одной рукой полотенце черноволосая красавица с мечом в свободной руке гналась за растрёпанного вида парнем. – Поменять цвет волос и почти наш командир и его дама сердца.

***

В гараже кипела жизнь, Гайка и ещё несколько человек колдовали над «Голиафом». Над большим столом, в центре которого лежал разобранный на части Тесла-Разрядник образца Второй Великой Войны, расположились Аркин с Беловой, окружившие себя кучей чертежей, схем и рисунков. Ближе к углу ещё двое перебирали старый, выкрашенный в ярко-жёлтый цвет, мотоцикл. - Знаешь, вроде разрядник не такой тяжёлый был, чтобы движок угробить. – Антон почесал затылок. – У тебя точно раньше проблем не было. - Я бы сказала, если были. – Яна пожала плечами. – Даже со стартёром проблем не было. - Ну, давай посмотрим. У тебя какой движок? Двух-, четырёхтактный? - Двухтактный. Сама собирала. – Саламандра ухмыльнулась. – Четырёхтактный для моей машинки – избыточный. - Угу. Так, аккумулятор – мини-тесла, практически вечный. Движок двухтактный, значит, не клапана. - А ты-то откуда столько про движки знаешь, Тихоход? В мотоклубе я тебя никогда не видела. Да и механикой ты сильно не интересовался. - В аэроклубе мы на У-2 «осовремененных» летаем. Так наш инструктор решил, что мы должны уметь движок чинить в полевых условиях. На У-2 пробег посадочный небольшой, разбег и того меньше… Беседа продолжалась ещё долго, пока они потихоньку разбирали двигатель мотоцикла. И если кто и обратил внимание на то, что хвост Яны обернулся вокруг них, словно огораживая двоих от остального помещения, никто этого не прокомментировал.

***

Некоторым, впрочем, было не до комментариев. Аркин и Белова, вооружившись схемами и паяльниками возвращали к жизни реликтовое оружие. - И где ты вообще раскопал эту штуку? – Снежана Белова наклонилась над раскрытым тесла-разрядником времён Второй Войны. - В лесу. – В ответ на скептический взгляд собеседницы Женя пожал плечами. – Нет, правда. Там партизанский схрон был, или что-то вроде этого. Разрядник и несколько прорезиненных костюмов. Девушка положила на стол схемы и постучала пальцем по подбородку. - В ходе Второй Войны, столкнувшись с Хроносдвигом, Верховное Командование отдало приказ создания резервных пунктов обороны глубоко внутри страны. – процитировала она учебник истории. – Наверное, в ходе этого, и дополнительные схроны с оружием сделали. - Скорее всего. – парень пожал плечами. – Где там ещё отпаялось? - Вот тут, тут и тут. – Тонкий пальчик синеватого оттенка ткнул вглубь кожуха. – И, кажется, стоит кабель заменить. Этот выглядит так, что после первого выстрела сгорит. - Где ты так хорошо научилась в электротехнике разбираться? - Не во всей. У меня сестра – комиссар. Я ей пистолет чинить помогала. Аккуратно припаяв ещё пару оторвавшихся контактов, Женя ощутил на себе пристальный взгляд. Когда он поднял голову, то встретился взглядом с синими глазами девушки. Некоторое время подростки просто смотрели друг на друга, потом, покраснев, отвели глаза. - Чего так? – неуверенно промямлил Аркин. - Просто… ты другой сейчас. Ни глупых приглашений на свидание, ни серенад… Это потому, что Нику чуть не заразили? - Да я же просто… А, забудь. Ну да, я за Нику волнуюсь, она – мой лучший друг. Этих гадов поймать надо. – Женя поник взглядом и снова полез с паяльником внутрь кожуха. Девушка тряхнула белоснежными волосами. - Надо. Они же… - АЙ! – Аркин не слушал собеседницу, поскольку был занят тем, что яростно тряс рукой, в которую ткнул паяльником. - Болван! – Выдохнула Снежана. Посмотрев на него ещё несколько секунд она, не требующим возражений тоном, скомандовала. – Дай мне руку! - Чего? – парень ошалело уставился на неё. - Руку давай! Практически схватив собеседника за руку, Снежана осторожно провела над ожогом кончиками пальцев. Под пальцами Снежной Девы на обожжённой коже быстро образовалась тонкая корка льда. - Спасибо. – Пацан выдохнул. – Теперь полегче. - Болван. – ещё раз беззлобно пробормотала девушка. – Слушать надо, когда я тебе что-то говорю.