Перезапуск Беспокойные дни.

Следующие после приключений с самогонщиками пару дней ребята провели в штабе, зализывая раны, баюкая ущемлённую гордость и строя планы – как дальше не попасть впросак. Причём на Вовку свалилась неожиданная работа: мало того, что удирая от самогонщиков ребята ухитрились кто сломать, а кто – пролюбить рации, так ещё и их не-совсем-добровольным помощникам из артели «ВиНоМоря» также требовалось предоставить связь с новым руководством. И дабы преподать внуку урок – Хоттабыч возложил часть этой задачи на него. Теперь Вовке надо было набрать в радиомагазине деталей на, минимум, семь раций – дед же занялся монтажом второго ретранслятора в домике самогонщиков. И поэтому, набросив на плечо сумку побольше – тащить придётся много, Абдурахманов отправился в радиомагазин. Магазинов, занимавшихся продажей радиодеталей и мелкой электроники в городе было несколько, но компоненты для более-менее профессионального оборудования можно было достать только в одном. Туда сейчас и направился Вовка. Продавец, усталого вида ламия, только вздохнула, когда Абдурахманов выложил перед ней список деталей. - Подожди, немного, ладно. Тут столько, что придётся опять на склад идти. – Она кивнула на стоящего в углу пацана с зелёным «ирокезом» на голове, собиравшего в сумку радиодетали. – Вон там парень тоже набрал целый мешок. Пацан, выглядевший на пару лет младше Вовки, сильно нервничал и постоянно озирался, сгребая детали в сумку. Профессионально цепкий взгляд радиста прошёлся по деталям, которые собирал панковатый пацан, и Абдурахманов нахмурился. Малоразмерные приёмники и передатчики, программируемые модули дистанционного управления, ещё некоторые компоненты, которые можно было бы применить как в сборке радиоуправляемых моделей для каких-нибудь состязаний, так и для дистанционно подрываемой бомбы. При виде проходящего мимо магазина милиционера «ирокез» сильно напрягся. Подозрительно. Возможно, конечно, у его поведения было логичное объяснение. Возможно, дело в причёске и одежде – панков и прочие неформальные молодёжные движения многие милиционеры недолюбливали, но проверить никогда не помешает. Именно этой логикой и руководствовался Вовка, решив последовать за пацаном. Как только тот вышел, Абдурахманов, бросив продавщице-ламии, что зайдёт попозже отправился за ним. Озиравшийся и пару раз перешедший на другую сторону улицы при появлении поблизости милиционера, чем только укрепил подозрения Вовки, пацан дошёл до двухэтажного частного домика. Когда он постучал, из двери выглянула красивая черноволосая девушка с элегантной причёской, и, расцеловав его в обе щеки, быстро затянула «ирокеза» внутрь. Вовка осторожно пробрался через забор, заглянув в окно. По всей комнате были разбросаны электронные блоки, какие-то устройства в полуразобранном состоянии, бутылки и химикатами и… несколько ящиков с надписью «Огнеопасно!!!». В комнате находились несколько девушек, на вид ровесниц Абдурахманова, двое из которых были лиминалами, а также тот пацан, который после воздушного поцелуя брюнетки закинул себе на спину приличных размеров аккумулятор и потащил его наверх. Минуту спустя Вовка уже сломя голову бежал к ближайшему телефону-автомату – надо было предупредить ребят.

***

Стелла Блёскина протянула спустившемуся с чердака младшему брату чашку чая. - Спасибо, сестрёнка. – Павел Блёскин по прозвищу «Гвоздь» уселся на свободный стул. – Помогать вам с новой машиной для концертов довольно весело, но вот аккумуляторы эти тяжёлые. Присевшая напротив своего кавалера Римма Колокольцева кокетливо поправила волосы. - Но ты, мой герой, и аккумуляторы поднимаешь, и запчасти добываешь, с риском для себя. – девушка поморгала ярко-голубыми глазами. Пацан покраснел. - Кстати, а почему Саша сама не могла сходить? – задал вполне резонный вопрос Павел. – Это я наказан и от милиционеров прятался, чтоб на Бронислава не наткнуться. Надеюсь, она копыто не повредила? - Нет, нет. – Стелла тряхнула каштановым «хвостом» и поправила очки. – Даша её с утра гоняет по новой песне, где они должны вместе играть – а потом нам с ней всё это собирать в рабочую установку. Если ей ещё и в магазин бегать… Она же единорог, а не ломовая лошадь. А меня туда ещё месяц пускать не будут после того случая с дроном. - Каждому из нас своё наказание. – псевдо-мудрым тоном заметил Павел. - Твоё-то – заслуженное. Нечё было у Риммы на всю ночь пропадать, сахарок. – хозяйка домика, Аня Яблочкина, поставила на стол несколько бутербродов. – Да, я знаю, чё ничё у вас не было. Но нашли вас нагишом и в обнимку. - Это наглая ложь! – Вскочила Колокольцева. – Мы были одеты, хоть и не полностью, просто очень устали, присели на пять минут и не заметили, как нас настиг сон. И у нас была причина быть не одетыми – он должен был помочь с ещё одной рубашкой. - Агась, и проработав всю ночь манекеном, поскольку нашу модницу опять занесло, он не выдержал и отрубился. – Аня кивнула. – Вот только следы лобзаний у вас обоих были. - Всего лишь несколько невинных поцелуев, дорогуша. – Римма сердито смерила подругу взглядом. – Может, я хотела поблагодарить моего Пашулю, за то, что всю ночь терпел мои выходки. - И отблагодарила. Да так, что родители сначала посчитали, что вы переспали. – Стелла сверкнула линзами очков. – Хорошо, что я пришла с ними и смогла убедить их в обратном, и он отделался только месяцем домашнего ареста. Парочка покраснела и опустила глаза. - Зато теперь они уверены, что у вас всё серьёзно. – сказала из угла молчавшая до того куролиска Фая. – Вы сможете их убедить разрешить вам встречаться открыто, когда месяц закончится. То есть, если вы захотите, конечно. - И если они не узнают, что наш «Гвоздь» всё равно с нами тусуется. – со второго этажа спустилась основатель группы «Семицветик», Даша Семицветкина (лишней скромностью сия особа никогда не отличалась). – Жрать хочу, где Полька с кексиками? - Полина задерживается. Сказала, что сегодня надо будет намного больше выпечки. – Пожала плечами Стелла. – Не спрашивай. Полина – это Полина. Саша ещё репетирует? - Да. – Даша по-пацански запустила руку в раскрашенную во все цвета радуги чёлку. – Ей надо ещё пару аккордов отработать.

***

Бригада быстрого реагирования отряда «Пролетарская Ненависть» в составе Аркина, Беловой, Лавочкина, старшей Шальновой и Тихогоровой прилетела на вызов так быстро, как могла. После сбивчивого рассказа Вовки подозрительный дом было решено взять под наблюдение: точнее надо было срочно заглянуть на второй этаж, чтобы удостовериться, что там не стоит какая-нибудь опасная машина – не зря же пацан туда два тяжёлых аккумулятора унёс. Проблема заключалась в том, что второпях ребята вспомнили только про противогазы, никто из них не взял с собой даже бинокля. А поэтому процесс разведки второго этажа было решено сымпровизировать. Натянув противогазы, отряд начал строить «пирамиду» в духе бывших товарищей Билли Бонса. Антон и Яна, как самые крепкие, встали рядом со стенкой, им на плечи залез Аркин, а уже к нему на плечи полезла Олеся, которую страховали Снежана и Вовка. Тем не менее, роста пионерам не хватило, фундамент домика оказался высоким, а окошко второго этажа – маленьким. Макушка Олеси оказалась как раз под краем рамы. Девушка пару минут пыхтела и пыталась встать на цыпочки, чтобы хоть что-то разглядеть. Потом она попробовала зацепиться за край окна и подтянуться руками – но упора не хватало, место было только для кончиков пальцев. И когда Тихогорова уже почти сдалась – кто-то подставил ей лестницу. - Спасибо. – Негромко бросила она товарищам. - Всегда пожалуйста! – ответил ей незнакомый высокий голос. Олеся посмотрела вниз и увидела, что лестницу держит незнакомая девушка с гривой кудрявых рыжевато-блондинистых (так, что они казались розовыми) волос. От неожиданности, что не смогла «учуять» своим пси-чутьём приближения незнакомки, Тихогорова вскрикнула и резко дёрнулась. От её вскрика и резкого рывка потерял равновесие Аркин и через пару секунд вся «пирамида» лежала на земле, постанывая. Окно на втором этаже открылось и из него высунулась рыжая единорог. - Что за шум? – осведомилась она. Приподнявшийся Лавочкин потёр голову, стянул противогаз, затем посмотрел на единорога. - Саша? Ты что тут делаешь? На улицу высыпали обитатели домика, разглядывая незадачливых бойцов отряда. - Вы кто такие? – задала резонный вопрос крашеная сразу в несколько цветов девица. - И почему в противогазах? – добавила девушка в очках. - Кексики кто будет? – живо поинтересовалась стоявшая возле лестницы «кудряшка». – Я на всех взяла, даже с запасом. А чего вы на меня так все смотрите?

***

Несколько минут шума и разбирательств, пока все выкрикивали имена друг друга и пытались подняться с земли, наконец закончились и все ребята собрались внутри домика. - Итак, концерт, значит? – Женя обвёл глазами ящики с надписью «Огнеопасно!» и разобранное устройство, оказавшееся концертным дымогенератором. - Ага! – Даша кивнула. – Будет круто! Разноцветный дым, фейерверки! Бдышь! Бах! Девушка активно жестикулировала, демонстрируя руками «масштаб» будущих спецэффектов. - Точно, я же тебя на концерте самодеятельности видела. – Яна ткнула в единорога пальцем. – Ты тогда на электрогитаре зажигала. - Верно. А вы из Антоновой школы. – единорог Саша Шимова повернулась к другу детства. – Что просто не постучал? - Да я не знал, что вы здесь к концерту готовитесь. Вовка вон... – пионер кивнул на одноклассника. – …в радиомагазин пошёл. Заметил подозрительного пацана, что от милиционеров шарахался. Ну и пошёл за ним. - И только поэтому ты за ним пошёл? – Саша почесала подбородок. – Что-то тут не сходится. - А я знаю!!! – Вскочила кудрявая Полина, закончившая раздавать всем чай с кексами. – Вашу одноклассницу, у неё ещё фамилия почти как моя, только я ПироЖКОва, а она ПироГОва, в карантин отправили, по подозрению на контакт с демоническими артефактами. А вы догадались, что диверсанты, которые эти артефакты разбросали, сейчас в городе и пытаетесь их самостоятельно выследить. Вот и следите за всеми, кто может быть помощником диверсантов. Всё это было выдано на одном дыхании. Белова выплюнула чай. - Ты как вообще догадалась?! - Да так, интуиция. – пожала плечами «кудряшка». - Не думай об этом. Полина Пирожкова – это Полина Пирожкова. – наклонилась к Беловой Стелла. – Я пыталась понять, как у неё это выходит, у меня чуть волосы не загорелись. - Мы присоединяемся к вам. – безапелляционно заявила Полина, одетая в полевую форму мотопехоты. Все присутствующие уставились на неё, они могли поклясться, что Пирожкова из комнаты не выходила. – Что? Теперь это и наше дело, ведь Антон и Саша – друзья, а мы друзьям помогаем. Единорог переглянулась со старым другом, оба расплылись в улыбках. - Как в старые добрые времена. – Шимова подмигнула парню. – Помнишь, как мы в лагере два дня партизанили? - У меня до сих пор тот пулемёт игрушечный, который я в твою честь назвал, где-то лежит. – с глуповатой усмешкой сказал Лавочкин. - Ну прямо кавалерия Будённого. – Яна с шумом выдохнула и, ухмыльнувшись, продолжила. – Не знала, что ты ещё и по верховой езде специалист, Тихоход. - Яна! – в один голос выкрикнули все остальные члены отряда. - Чего? – саламандра не унималась. – Просто поздравляю друга, что он не только самолёты объезжает. - Шальнова! – Снежная дева вскочила с дивана. – Твоё поведение неприемлемо! - Остынь, Снегурка, растаешь. – отмахнулась блондинка. - Да чтоб тебя, Яна! – выкрикнул Аркин. – Тебя чего понесло? - Яна, что-то случилось? – уже более спокойным тоном, обратился к девушке Лавочкин. – Мы же всё… - Так. – единорог оборвала парня. – Антон, сядь. Мы с Яной выйдем и поговорим пару минут. Девушки вышли из комнаты и вернулись через несколько минут, после чего более спокойная и покрасневшая саламандра извинилась перед всем присутствующими, затем плюхнулась на диван рядом с Лавочкиным. Парень наградил её вопросительным взглядом, но та только улыбнулась. Аркин обвёл взглядом собравшихся и, после толчка в бок острым локотком Беловой, начал говорить. - Мы очень благодарны вам за предложение помощи, но нам нужно удостовериться, что вы понимаете, на что подписываетесь. Это даже не дикие мамоно, убежавшие в лес, это – настоящие диверсанты. Они очень опасны. Для нашего отряда это – личное. Ника – наш друг и товарищ. – Аркин этого не видел, но Белова на этой фразе подняла глаза к небу, да и не только она одна. – Мы все сами согласились, что рискуем. - Для нас достаточно того, что мой друг детства вляпался в авантюру. – Саша улыбнулась. – Значит, я в деле. - А раз Сашка участвует, то и мы тоже. – Семицветкина обвела рукой выражавших согласие участников музыкального коллектива. – Без нас вы точно пропадёте. - Позволю себе не согласиться. – сердито взглянула на спортсменку Белова. – У нас псионик есть в отряде, и стрелок, и радист, и боксёр. А у вас? - В смысле? Ох. – Шимова встретилась взглядом с юки-онной. – Стелла – гений, расчёты делает, как ЭВМ. Даша – чемпион области по бегу, Римма может вычислить иностранца по манере одеваться, Аня – эльфийка-лучница... Все разом повернулись к Яблочкиной. - Агась. – девушка, которая лучше смотрелась бы на иллюстрации к сборнику русских народных сказок, откинула прядь волос с остроконечного уха. – Эльфы любят на природе жить, в городах наших мало. Батя мой с колхозу, а маманя из… я честно этово не выговорю, из переехавших, короче. Отряд «Пролетарская Ненависть» переглянулся. - Народ, вы тоже лицо Красавкиной представили, когда она узнает? – Вовка ухмыльнулся. – Надо будет фотоаппарат взять.

***

Аки медленно шла по городским улицам. Маршрут был спланирован так, чтобы пройти мило цели задания. Мамоно шла по улице, наслаждаясь лучами солнца. Вокруг нее кипела жизнь: прохожие, машины, магазины и прочее прочее… все шло своим чередом, не обращая ни малейшего внимания на нее. Взгляд скользил по вывескам и плакатам, по людям и мамоно (которых Чёрный всё так же настоятельно рекомендовал называть иначе). Город не был серым, как изначально думала лисица. Тут хватало и ярких красок, и веселых людей. Плакаты заняли не меньше пятой части свободных поверхностей – яркие, запоминающиеся, а те что предлагали службу в армии, флоте и гражданских госорганах вообще могли похвастаться простенькой иллюзией объема. Но и в них и во всем остальном не было искры. Той пьяной ноты энергии, что помогает открыть сознания и чувства. Изысканного деликатеса, что способен украсить даже самую серую местность. Вместо этого изредка скользившие в речи местных упоминания истинного мира всегда были наполнены каким-то странным сочетанием презрения и жалости, словно местные дикари жили более насыщенной, богатой жизнью. И это злило. Привыкшей к трепету младших мамоно и покорной услужливости от торговцев Зипангу, йоко приходилось терпеть мелочи, которые даже в жалкой, варварской пародии этого мира на её родную страну отсутствовали. Если там продавцы или хозяева магазинчиков торопились обслужить высокую гостью с поклоном, то теперь ей приходилось стоять в пусть короткой, но плотной, очереди даже ради местных холодных сладостей. Прямо перед самой Аки в очередь вклинились двое маленьких детей, а открывшая было рот йоко была одёрнута стоявшим за ней мужчиной. Причём хам не соизволил даже извиниться перед Аки. А ведь до того, как он раскрыл рот, мамоно даже залюбовалась его телосложением. Если бы только не проклятущие шпили, она долбанула бы его ударной дозой маны. Вполне может быть, из него вышел бы достойный инкуб. На секунду йоко представила, как одурманенный мужчина становится перед ней на колени, а она толкает его ногой в грудь и заставляет облизывать изящную ножку. Затем она бы провела ногой до его промежности, а он поднял бы глаза на неё и сказал: «Женщина, вы так и будете ворон считать, или уже купите что-нибудь?». Реплика вырвала Аки из мира фантазий в жестокую реальность. И купленная сладость казалась пресной и невкусной из-за ещё более испорченного настроения. Дальнейшая прогулка тоже не доставила мамоно удовольствия. Несколько раз ей приходилось останавливаться, чтобы обойти то играющих прямо на тротуаре детей, то ведущих какие-то технические работы мужчин в грязных комбинезонах. Заставить их посторониться было нельзя, они работали. Слово, которое в этой дикой стране казалось действительно волшебным. Даже самый грязный труд здесь имел больший вес, чем величие рода и благословение богов. Даже выходцы из Зипангу не выказывали подобающего ей, семихвостой йоко, уважения. Никакого уважения. Аки наконец сформировала главную претензию к этому городу, стране и людям. Она ведь не простая волкодака из леса, а высокородная фамилия. Её семья владеет обширными плантациями вокруг семи крупных городов Зипангу, под покровительством ее семьи в истинном мире живут и трудятся сотни инкубов и мамоно, но тут. Тут она вынуждена уступать дорогу бабкам с руками крестьян, тут никогда не дождешься правильного обращения, а о слугах с паланкином лучше и не упоминать. Аки буквально колотило от того что к ней относятся как ко всем. Она высшая мамоно! Это её право крови и горе тем, кто смел думать иначе. В ином мире она бы сейчас наслаждалась мужем, а смутьяны… да не было бы этих смутьянов. Все бы переженились и выполняли отведенную богами и Судьбой роль. Правительница отвела роли всем живым, а эти. Они смеют думать, что они созданы для чего-то большего! Поставить бы к каждому человеку тут мамоно и чтобы при любой попытке дёрнуться, начать петь или еще что, хватать и ударными дозами энергии возвращать на путь истинный. Или устроить «волкодлачью охоту», как делала армия принцессы с партизанами на захваченных землях. Волкодлаки и мамоно-воительницы выгоняли засевших в лесах партизан на высших мамоно, которые выбрасывали огромное количество демонической маны, от чего женщины из отрядов сразу начинали обращаться в мамоно (Аки гордилась своими кицунэ-цуки), а мужчины сами бросались на преследовавших их до этого загонщиц. Многие амазонки, волкодлаки и прочие находили себе «достойных» мужей таким образом. Высшие же мамоно развлекались, наблюдая за получившейся оргией из парочек или гаремов, наслаждаясь, впервые за многие столетия, настоящим совращением человеческих мужчин, а не театральными постановками. Аки уже представляла, как увеличит земли рода Моэгара, как будут склонятся перед ней счастливые пары, связанные узами Демонческого Брака. Как на новых землях она найдёт себе достойного супруга, вместо того чтобы стать н-цатой женой в гареме обленившегося инкуба. Увы, суровая реальность быстро внесла коррективы эти планы и теперь ей приходилось, скрепя зубы, служить даже не Друэлле, лилим всё же вызывали уважение, а человеческим слугам принцессы монстров. Йоко глубоко вздохнула и постаралась успокоиться. Выдать себя сейчас – завалить миссию, потерять шанс найти супруга и вернуться в Истинный Мир. Тот, где простолюдины знают своё место, где она, дочь славного рода Моэгара, получит то, что причитается ей по праву.

***

Солнце неуклонно двигалось к горизонту и пара усталых пионеров, шагавших по вечернему парку тихо переговаривались между собой. - Очередной «патруль» впустую. – выдохнула Белова. – Никаких подозрительных личностей возле школ так и не обнаружили. - Смотри на это с положительной стороны. – пожал плечами Аркин. – Остался только парк имени Дзержинского у ГУВД по расписанию, но я там Скупа регулярно выгуливаю и сомневаюсь, что там они тоже будут. Зато тогда мы точно будем знать, где их не надо искать. Осталось только вычислить где они могут быть. - В прошлый раз ваши вычисления привели к бегу по лесу от самогонщиков и попытке аутодафе. – юки-онна сердито посмотрела на парня. – Ещё раз такое выкинете – я сама притащу вас с того света, чтобы потом иметь возможность убить вас лично. Ясно тебе, болван? - Кристально ясно, Сне… Снежана. – Женя решил не испытывать судьбу. - Надо же, ты можешь сдерживаться, когда захочешь. – Белова почти улыбнулась. – Дело за малым – довести до рефлекса. - Не надо. – пионер начал оглядываться в поисках чего-нибудь, что могло бы отвлечь снежную деву от процесса дрессировки. – Смотри, танцплощадка открыта! Не хочешь сходить? - Нет. – Девушка покачала головой. – Я умею танцевать балет, а вот обычными танцами я не занималась. - Ну, обычные танцы – это просто, раз-два-три. – Парень изобразил несколько танцевальных движений. – Могу научить, если хочешь. - Ты умеешь танцевать? – Белова приподняла бровь. – Когда научился? - Сне… жана, у меня семеро сестёр. – Аркин покачал головой. – Хочешь-не хочешь, а танцевать научишься. Причём, у каждой свой любимый стиль – так что, танцевать я могу всё, от вальса до твиста. - Семь сестёр. – Задумчиво произнесла Белова. – Как ты с ними уживаешься? Мне с одной-то тяжело было, хоть мы и редко ссоримся. - Могу поделиться и этим секретом. – Парень улыбнулся. – Если леди согласится позволить мне сопроводить её на танцы или просто на прогулку. Снежок не заставил себя ждать. - Ты опять? – Юки-онна сердито выдохнула из носа две струи холодного пара. – Некогда мне по свиданиям ходить, и тебе тоже – мамоно в городе. Забыл? - Нет, не забыл. – покачал головой парень. – Я Нику до больницы на себе нёс, если ты помнишь. Просто, если мы отдыхать не будем, то точно опять перепутаем фарцовщиков с диверсантами. Снежная дева задумалась. - Возможно. Какой-то отдых нам всем не помешает. Будет время – покажешь, как танцевать. Но это не будет свиданием. – Быстро добавила она. - Хорошо, если хочешь, это не будет свиданием. – Пожал плечами парень. – Я же и с сёстрами практиковался в танцах – свиданиями это точно не назовёшь. Снежана кивнула и тут же отвернулась. Ответ, несмотря на соответствие поставленным ей же условиям, почему-то не устраивал снежную деву.

***

Следующий день принёс новые трудности. - Ребят, у нас проблемы. – Вовка поднял руку. - Что, Красавкина всё ещё в ступоре, от того, что эльфы совсем не похожи на книжных? – Подняла бровь Яна. - Нет. То есть, да, но проблема не в этом. – Абдурахманов пожал плечами. – Из-за прибавления в отряде у нас опять дефицит раций. Я новые собрать не успеваю. Стелла помогает, конечно. Но даже так мы не справляемся. - Так сложно? – Аркин поднял голову. – Ты же говорил, что времени с запасом. - Это когда мне семь штук надо было делать. Нам и самогонщикам. А теперь – пятнадцать: нам, самогонщикам и девчонкам с Пашкой. - У тебя математика не сходится. – Белова начала загибать пальцы. – Четырнадцать должно быть. Три – вместо тех, что вы потеряли. Четыре – нашим недобровольным помощникам. Семь – «Семицветику». - Куролиску забыла, Снегура. – Пожал плечами Аркин, пригибая голову. - Какую ещё куролиску? – снежок просвистел над головой командира. Ребята удивлённо уставились на Женю. - В углу сидела. Тихая такая девчонка, в жёлтом платье. – Женя удивлённо обвёл глазами отряд. – Правда никто? - Куролиска или не куролиска. – Вовка помотал головой. – Рации я сделать не успеваю. Надо где-то на неделю добыть. Ян, ты полгорода знаешь. У кого можно одолжить рации? Ну или «одолжить» на недельку? - Эй! – пламя саламандры вспыхнуло. – Я никогда ничего не крала! И не собираюсь. - Ты украла ребёнка из детдома. – влезла Роза. - Ой, ещё скажи, что тебе не понравилось. – Яна бросила на сестру фальшиво-сердитый взгляд. - Мне-то понравилось. – сероглазая пожала плечами. – Это папа потом забегался с бумагами.

***

Небольшой парк был весьма благоустроенным и приятным на вид. Конечно, ощущалась сильная нехватка кустов пригодных для свидания, да и обычные растения в принципе не могли сравниться с цветами демонических царств, как по красоте, так и по возможностям, но под Новичком иначе быть не может. Кунойчи мысленно скривилась: отрицание своей природы есть глупость! Вон, овцедлака вместо того, чтобы лежать и спать, прыгает через скакалку. Или вот, гольштавра, милейшая мамоно, а чем занята? Читает учебник по физике! Милочка твое место в объятиях мужа, давать молоко! Мидори быстро сделала дыхательную гимнастику, успокаивая свое сердце и сознание. Будет ещё на твоей улице праздник, у всех будет праздник тогда Великая Воля Тенно, поведёт потомков богов и богов любви из иного мира на обезьяньих сыновей и предательниц. А пока надо заниматься тем, что и должна делать настоящая кунойчи. Целью Мидори было здание милиции, чьи окна смотрели на этот парк. Солидное сооружение с оградой, колючей проволокой, пять этажей и, словно издевательство над кунойчи, памятник VZ-1A «Тенгу» на крыше. [1] Учитывая их соседство с институтом, где изучали порталы… найдя подходящее место, где кто-то уже поставил стол и пару лежанок, кунойчи устроилась в тенёчке, достав из сумки книгу. Поставив сумку на стол, она надела наушники и начала читать, перекусывая на ходу. Во всяком случае так могло показаться стороннему наблюдателю. На самом деле в сумке пряталась смесь магии и технологии, симбиоз лазерного луча и артефакта, который одновременно мог и слышать, и видеть. Линзы в глазах Мидори создавали иллюзию, видимую ей одной и вместо книги лжепророка Ленина кунойчи рассматривала окна, надеясь увидеть тайны. Пока в основном она видела коллекции цветов, несколько вариантов штор и занавесок, а микрофон помог выяснить, что несомненный фаворит среди радио – станция «Милицейская волна». Её слушали в большинстве кабинетов. Конечно, время от времени, Мидори слышала и разговоры, но абсолютное большинство были или пустой болтовней, или малопонятным сленгом. Отчёты, формы, стрижка кота, кто пойдет наполнит чайник… - Ты что делаешь?! Я ведь всем приказывал… Этот разговор зацепил Мидори. Прослушав небольшую лекцию, она сделала пометку, что в этих окнах сидит начальник. Знать бы ещё - какого ранга? Может быть, он там самый-самый? Полной дурой Мидори не была, отличия этого мира от книжного прекрасно знала. Но сейчас, слушая этот беспечный трёп, ощущая всю эту расслабленность и негу, у неё вопреки тренировкам и знаниям перед глазами вставала картина. По крышам и переулкам скользят невидимые тени. Объединившись с инкубами они незримо собирают силы и обрушиваются на врага, словно цунами. Слабые, с промытыми мозгами воины Советов не решаются поднять оружие против таких внезапных и красивых, и без единого выстрела бастион врага падает в объятия любви. Над крышей поднимаются флаги Ямато и принцессы Друэллы, объявляется независимое государство, и во избежание международного скандала, открывается демоническое посольство. А потом она соблазнит молодого, амбициозного партийного деятеля, который поклянётся ей в вечной любви и поможет мамоно совладать с властью старых ханжей. Наверняка, найдётся такой в местной администрации. Он будет красивым, умным, но забитым бесконечной работой и давно забывшим о женской ласке. Она прокрадётся к нему в кабинет, где он будет работать сверхурочно на неблагодарную систему, и он не сможет устоять перед её красотой. Она сразит его страстью и похотью, а утром он уже будет полностью принадлежать ей. Он будет осыпать её любовью и даже Аки-сама будет бросать на них завистливые взгляды. И тогда, Мидори, как верная слуга, предложит госпоже разделить с ними ложе, ведь сильный инкуб может иметь двух или трёх жён. И Аки-сама станет ей как сестра, может, она даже сможет называть её «Онээ-сама». Вместе они проникнут в самое сердце этой гнилой системы, которая делает из людей рабов, подарят любовь мамоно каждому человеку и под властью живых богов Друэллы-охимэ и Йосиро-тэнно они постоят царство счастья для всех…

***

Скупердяй или просто Скуп был старым, опытным, даже воевавшим, псом. На старости лет его определили в взвод к молодняку. Мелочь обнаглела и пыталась командовать, но сил бороться уже не хватало. Команды выполнять он уже не щенок, да и след держать уже не получается. Эх старость. Впрочем, были определённые плюсы такой службы. Кормят нормально, да и двуногие дают достаточно свободы во время прогулок. Вот и сейчас, оставив мелочь позади, дог уверенно шел к своему любимому нагретому месту. На любимом месте сидело что-то. Вроде человек. Дог некоторое время думал, даже гавкнул негромко. Но двуногая словно оглохла. Тогда пёс принял решение. Он запрыгнул на лежак и плюхнулся на свое любимое место. Двуногая даже ничего и не заметит. Ощущение что на твой любимый хвост падает пару десятков килограмм мяса с костями – потрясающее. Вот только врагам и соседям такое и желать. Мидори смогла не закричать, ни еще чем-либо показать, что ей неприятно. Сама виновата, что выпустила хвост, пусть и замаскированный. После этого она медленно повернулась ожидая увидеть хмурую фигуру выжигателя. - Ей, собак, - вид старой дворняги оскорблял, - кыш, кыш!!! Пёс открыл один глаз. Пёс закрыл глаз. По его внешнему виду было понятно, что никуда он не уйдет. Мидори сжала зубы. Ах так!!! Удар в стиле летающего тигра, затаившегося оленя прервало появление новых персонажей. Из кустов возник парень, тянувший за руку юки-онну. На секунду кунойчи подумала, что вот она – свобода в царстве серости и мрака. Сейчас они мило улыбнутся и пройдут в те кусты, чтобы потом… - Вот ты где! - пионер отпустил подругу, быстро подошел к догу и надел на него ошейник. – Скуп, больше так не делай. - Я же говорила тебе, что надо следить за собакой! В босоножках по кустам бегать – не самое приятное занятие, болван. - Да ладно тебе, Снежана, ну пробежались малость. Это парк, его раз в неделю обрабатывают, тут клещей нет. - При чём тут клещи? У меня все ноги в земле! - Дома помоешь. – Парень привалился к столбу – Скупердяя мы нашли, по мороженому и дальше искать? - Довольно, - юки-онна села на второй лежак, - нам следует думать о деле! А ты себя ведёшь, как герой детской книжки. А Ника на нас рассчитывает, между прочим. Слушая разговор, Мидори даже на мгновение забыла о неприятностях. Подумать только, какое нарушение традиций! Характер у снежной дерзкий, она отталкивает мужчину и живёт она в средней полосе! Но тут дог немного повернулся и снова защемил нерв. - Простите, - парень улыбался, - он любит это место и его оттуда ничем не сгонишь. Если он вам мешает мы можем поменяться лежаками. - Ничего, ничего, - устраивать аттракцион «вытащи хвост» перед посторонними не хотелось. – просто мне немного нездоровится. - Вызвать скорую? У вас может быть солнечный или тепловой удар. Моя подруга может сделать вам компресс. Ты ведь сделаешь, Снегура? - Не стоит, - Мидори мысленно скривилась, когда юки-онна запустила в парня снежком, - все пройдёт. Дела у кунойчи были плохи, спорившая парочка, явно собиралась устроиться тут надолго. Их наглая собака – тоже. Пока парень побежал за мороженным, его подруга начала вытряхивать свои босоножки. Сосредоточиваться на подслушивании тоже никак не выходило. Во-первых, было больно. Во-вторых, нахальная юки-онна сначала громко стучала обувью о бок лежака, а потом решила завести с ней беседу, видимо, не удовлетворившись дежурным ответом, что всё в порядке. - И всё же у вас нездоровый вид. – снежная уставилась на Мидори пристальным взглядом. – Нельзя игнорировать плохое самочувствие, оно может оказаться предвестником серьёзной болезни. - Нет-нет. – Кунойчи замотала головой, пересиливая дискомфорт. – Всё просто замечательно. - У вас просто выражение лица такое, будто вас что-то беспокоит. - Вымоталась я просто. – попыталась отовраться кунойчи. – Много дел… - Точно! – юки-онна уставилась на книжку в руках Мидори. – У студентов же ещё экзамены идут. Ленина изучаете? - Да, да. – закивала головой та, бросив взгляд на страницу. – Читаю его статью... двадцать девятого года для… «Искры», про... падение Рюдзуна. Мне скоро сдавать, вот и устала. -Хммм. – беловолосая постучала пальцем по подбородку. – Наверное, вы правы – не буду больше беспокоить. Когда, наконец-то, вернулся парень с мороженным, юки-онна подхватила его под руку и куда-то потащила, позвав за собой пса. Дог, открыл один глаз, потом совсем по-человечески вздохнул, и отправился за хозяевами. Мидори, убедившись, что вокруг никого нет, бросила книгу и начала баюкать свой несчастный хвост. На сегодня точно хватит слежки. Место удобное, но вернётся она на него завтра, приняв антисобачьи предосторожности.

***

- Снегур, ты чего? – Аркин несколько опешил от агрессивности подруги. В этот раз даже снежка не прилетело, а лицо Беловой оставалось серьёзным. - Женя, я думаю, это она. – снежная дева напряглась, словно струна. – Шпионка наша. - С чего ты так решила? - У неё томик Ленина был, я спросила, готовится ли она к экзаменам. А она сказала, что читает статью 1929го из «Искры» про падение Порт-Артура. Только назвала его «Рюдзуном». - «Искру» же закрыли ещё после революции девятьсот пятого. – Аркин почесал свободной рукой голову. – И ещё… - Ещё японское название. А ещё, по-моему, Ленина в другой газете тогда печатали, вот только не могу вспомнить, где. – Снежана покачала головой. – Слишком много ошибок. - Уверена? – Женя посмотрел девушке в глаза. - Да, а ещё лицо у неё. Помнишь Лалу Люционовну, суккубу-практикантку? - Это которой пацаны случайно хвост дверью отжали? - ДА! Именно! У этой девушки, когда Скуп рядом сидел, выражение лица точь-в-точь такое же было. - Тогда идём за ней, посмотрим, куда нас выведет след. Ребятам пришлось подождать несколько минут, прежде, чем незнакомка собралась, оставив на столике обёртку от шоколадного батончика, которую прикарманил Аркин. Шли они за ней несколько кварталов. Девушка не оборачивалась, но, на всякий случай, доев подтаявшее мороженное, Снежана прилегла щекой к плечу Аркина, чтобы создать иллюзию прогуливающейся парочки. Так они и дошли до подъезда многоквартирного дома, в который и нырнула их недавняя собеседница. - Теперь, что? - Теперь будем ждать. Если до вечера не выйдет – зайдём сами, попробуем определить квартиру.