Погоны, интриги и расследования

Арсений притормозил около подъёзда своего нового подчиненного и повернулся к нему: — Ну, ты как вообще? — Н...нормально. — парень всё ещё не мог отойти от шока. — Завтра на работу можешь на час позже прийти. Выспись и успокойся, окей? Попов поджал губы и выдохнул, понимая, что ситуация всё-таки, пиздецовая. Тут было не до вражды, не до подколов. Стоило поддержать Шастуна. Тот лишь кивнул и буркнув «Спасибо» вышел из машины. Арсений ехал почти за восемьдесят по пустой трассе, всё ещё переживая где-то внутри себя. Сон как рукой сняло, за что спасибо безбашенному лихачу на красной тачке. Мужчина запомнил номера, отправил их смской Позову и попросил его, чтобы тот отправил сводку в ГИБДД. Ну и денёк выдался, однако.

***

Попов сидел за своим столом и искал в компьютере что-то по их новому делу. Рабочий день длился уже целый час, вся команда активно моталась из стороны в сторону, изучая улики и придумывая всё новые и новые теории произошедшего. Наконец, дверь скрипнула и к своему рабочему месту медленно подошёл Антон. Дима и Катя поздоровались, немного зависнув от внешнего вида их нового знакомого. Арсений поднял глаза услышав звук и оторопел: Парнишка был в гражданской одежде. Широкая зелёная толстовка, узкие джинсы, обтягивающие и без того худощавые ноги, запястья рук в браслетах и немного потрёпанная чёлка. Для мужчины это было неожиданно: — Шастун, ты чего не по форме? Парень уселся на стул и открыв ноутбук, нажав на кнопку включения, затараторил оправдание: — Доброе утро, Арсений Сергеевич. Так я вчера, когда мы с вами… Попов скорчил грозное лицо, всем видом говоря «Не пали» и сжал руки в кулаки. Антон понял: — Я вчера упал, когда домой шёл, и форму всю испачкал в земле. Вот, в химчистку отдал. Коваленко подняла удивлённый взгляд ещё на слове «мы», но промолчала. А когда рассказ был окончен, встряла, решив перевести тему: — Ой, ребята, мне сегодня звонила знакомая с патрульного участка, мы с ней разговорились. Она мне, короче, рассказала, что вчера какой-то придурок на красном Форде, сбил двух людей и сам впечатался в столб. Позов многозначительно посмотрел на Попова и увидел, как они с Антоном переглянулись. Катя продолжила: — И все трое умерли, не успели даже их до больницы довезти. Вы представляете? Ну откуда в людях столько безбашенности? Шастун кашлянул в кулак и повернулся к девушке: — Я бы сказал, да не буду, а то мата много. Аж мурашки по коже от таких случаев. Дима выдохнул, всем своим видом намекая парням на «А», что более менее понимает всю иронию: — Да-а-а-а. Попов встал со своего рабочего места, привлекая всё внимание на себя: — Так, ладно, Катенька. Впечатлений нам на сегодня хватит. Давайте лучше о деле. Кто что узнал? Позов встал, взяв в руки планшет и прочитав всё быстро про себя, начал вещать: — Жена у убитого была двое суток на работе, алиби есть. Прохожие увидели тело лишь в обед, когда приходили домой перекусить. До этого тела не было, но Катя сказала, что убит был чувак глубокой ночью. Соседи говорили, что семейство ругалось четыре дня назад, да так громко, что полицию вызывали. Черканув факты на доске, висящей около тумбочки, парень передал маркер блондинке. Та благодарно кивнула и продолжила рассказ коллеги: — Антон был прав, что тело вынесли с места преступления на улицу. Убили, а потом вытащили, чтобы скрыть детали. Ножик тоже нашли, снова спасибо Тоше. — она улыбнулась парню на что тот тоже освятил её улыбкой. — Пальчики сняла с него, но в базе таких не оказалось. Людей реально было двое, потому что синяки на запястьях и лодыжках убитого от пальцев рук, будто тащили как тушу. Вот так вот. Девушка раскинула руками и тоже черканув что-то на доске, села на место и отложила маркер в сторону. Попов вышел на середину комнаты и скрестив руки на груди, стал внимательно разглядывать доску, изучая всё снова и пытаясь состроить логическую цепочку. Вспомнив об их новом подопечном, он повернулся к шатену: — А ты что скажешь, сержант? Антон задумчиво посмотрел на лейтенанта, закусив губу, облокотился на стол локтём и подпёр рукой подбородок, на что металлические браслеты издали характерный звон: — Если была ругань, значит нужно узнать причину. Остальное само собой уже будет вытекать из этого. Дима закатил глаза: — Спасибо, капитан очевидность. Попов махнул на подчинённого рукой: — Поз, угомонись. Научится. Он ещё только приехал. Катя уже второй раз за день удивлённо вскидывает брови, подмечая то, как напряжение между Арсением и Антоном спадает и как они подозрительно хорошо к друг другу относятся. Прошёл уже час, как новенький пришёл в отделение, а подкола не прозвучало ещё не одного. Брюнет хлопнул в ладоши, обратив внимание троицы на себя: — Так, Дима, ты сгоняй снова к Жене, узнай, что они ругались в подробностях. Катенька, ты давай бегом за вещами убитого, глянь на наличие ворса или там, не знаю, шерсти кошки… Может, найдём за что ухватиться. Антон резко встал со стула и посмотрел на коллег так, будто его озарило: — Арсений Сергеевич, можно я съезжу на место, где его нашли? У меня, мне кажется, зацепка есть. Попов хмыкнул, одобряя: — Ну, давай. Показывай свои навыки, раз тебя так хвалили. Потом доложишь. — Есть! — с увлечением гаркнул Шастун и вылетел из кабинета. Вслед за ним медленным шагом вышла и Коваленко, попутно ища в карманах ключи от нужного кабинета с уликами. Дима и Арсений остались одни, после чего второй пожалел об этом. Позов присел на уголок комода, стоящего у доски и с умным видом поправив очки, хитро посмотрел на начальника: — Арсень Сергеич, так что вчера было-то? — Блять, Дима… — тот закатил глаза и отвернувшись дошёл до кресла, плюхнулся и раскинул руки в оправдательном движении. — Я вчера домой ехал, и этого долговязого увидел на тротуаре. Он дорогу переходил, и та самая тачка неслась прямо на него. Дима поднял брови, увлечённо слушая. Голубоглазый продолжал: — Ну я и кинулся, вытащил его, считай, буквально из-под колёс. Пацан в шоке был, я его до дома довёз да дальше поехал. Вот такие дела. Позов посмотрел в пол и дёрнул плечом: — Как я понимаю, я «ничего не слышал ничего не знаю»? Арсений радостно кивнул головой, в очередной раз убеждаясь что у него в команде прекрасный сотрудник: — Ага. А то ведь будут потом говорить, что я как мамка. А я, между прочим, повторюсь, в няньки к нему не нанимался. Надеюсь, и он это тоже понимает. Дима хихикнул куда-то в себя и поднял довольную рожу (да-да, именно рожу): — Но нянчиться-то с ним придётся. Голубоглазый махнул рукой, а-ля «отъебись»: — Немного воспитания ему не повредит. Павел Алексеич ведь сам просил, лично. Так, всё, давай, тащи свою тушу уже по работе, с глаз моих долой. Мужчина почувствовал, как немного засмущался за опеку над Шастуном и моментально попытался скрыть её серьёзным лицом. Собеседник покорно кивнул и схватив фуражку со стола, покинул кабинет.

***

Антон подошёл к подъезду, около которого нашли тело и оглядевшись, увидел сидящих неподалёку на лавочке бабушек. Естественно, он был научен опытом в Воронеже, что такие бабушки всегда видели много, знали много, и охотно рассказывали всё. Минус был только один: иногда привирали для антуража, но всё же, информацию подкидывали. Улыбнувшись своим мыслям, парень вспомнил свое старое отделение и направился к сидящим. Притопав к бабушкам, он светло улыбнулся, располагая их к себе и показал удостоверение оперуполномоченного: — Добрый день. Сержант Шастун. Дорогие дамы, можно вам задать пару вопросов? Женщина примерно лет шестидесяти, повернулась и оглядев высокого паренька, одобрительно закивала: — Добрый-добрый, милок. Конечно задавай, для такого молодого и красивого хоть все десять вопросов. Женщина рядом захихикала, бросив взгляд на подругу: — Ой, Андреевна, что парня-то смущаешь? — повернулась к Антону. — Мы вас слушаем. Антон благодарно посмотрел на бабушек и указал рукой на обведённую мелом на асфальте фигуру: — У вас во дворе вчера убили мужчину, Шпротнев Глеб Анатольевич. Жены не было в тот день дома, а соседи говорили что те ругались накануне. Вы, случаем, не знаете, что тут происходило? Седовласая женщина снова закивала и захлопала глазами: — Знаем-знаем, милок. Наша Машка уже как полгода с любовником крутится. Как только муж на работу, он сразу к ней. Может, Глеб-то наш и прознал об этом, вот и ругались. Подруга рядом подтвердила: — Вот вот, товарищ полицейский. Этот наш, Митяй-то, к ней ча-а-а-асто бегал, очень часто. А ещё другом был Глеба, предатель. Представляете? А Глебушка напился недавно, встретила я его, он грозился Митяю морду набить. И правда ведь узнал про измены… Охохох… Шастун удивился таким хорошим познаниям женщин и задал следующий вопрос: — А где этот Митяй живёт, не подскажете? — Да вон. — одна из женщин указала на подъезд за спиной шатена. — Он прям в соседнем доме живёт. На третьем этаже. Квартира… Ой, а какая-ж у него квартира, Тонь? — она повернулась к подруге и вопросительно выгнула бровь. Та незамедлительно ответила, будто её осенило: — Квартира двенадцать, точно помню. Вот прям точно. Антон улыбнулся так светло, что само бы солнышко позавидовало. Благодарно так, со всем уважением: — Спасибо Вам огромное. Вы меня прямо-таки спасли. — Ой, да не за что, милок! — Не за что! Женщины радостно завопили и когда Шастун отошёл от них, увлечённо начали обсуждать отношения между Женой убитого и того самого Митяя. Шатен вошёл в открытую дверь подъезда и добравшись до нужного этажа буквально четырьмя пятью прыжками, остановился и поправил спадающую фуражку. Сжимая телефон в руке, он оглядел дверь нужной квартиры и позвонил в звонок. Дверь никто не открыл. Дзынь. Ещё дзынь. Ещё один протяжный дзынь. Тишина. Антон схватился за ручку и потянув дверь на себя, немного дёрнулся назад, не ожидая, что та моментально откроется, чуть со скрипом. Парень округлил глаза и вошёл внутрь, медленно, тихо, оглядываясь. Опустив взгляд на красную ковровую дорожку с зелёной окантовочкой в холле, он заметил некое пятно. Кровь. Парень сжал телефон в руке сильнее и чуть сгорбившись, пошёл дальше, заворачивая в следующую комнату.

***

Арсений сидел в кабинете, разговаривая по видеосвязи с Позовым. Парень в очках вещал о своём приезде на работу к жене убитого: — Она, в общем, в слезах сидит. Призналась, что конфликт у её мужа был с соседом, мол, он любовником был, а убитый узнал. И когда она на работу ушла, то слышала как муж кричал ей в спину, что пойдёт разбираться. Короче, у нас тут драма, Арсень Сергеич. Попов хмыкнул: — Ну допустим. И что нам это даёт? — Не знаю. — Дима шёл в сторону машины и держал камеру телефона перед собой.— Вообще, тут может заказное убийство? Ну, типа, сосед узнал про то что спалился и заказал муженька, что бы убрать с дороги. Ну или сама жена заказала? — Да ну, бред. — тот махнул рукой. К видеосвязи подключилась Коваленко, помахала рукой, на которую были надеты белые латексные перчатки и взяв какую-то бумажку, стала вчитываться. Арсений обратил взор на третье окошко видео: — Кать, а у тебя что? Девушка деловито положила бумажку на стол и скрестив руки, заявила: — Короче шерсти нет. Под ногтями найдены синие волоски, будто от рубашки. Может вцепился когда драка началась. На штанах красные ковровые ворсинки. Дим, ты когда дома у жены убитого был, красный ковёр видел? Парень сел в машину и поставил телефон на приборную панель: — Неа, не видел. Всю квартиру обошёл. И синего тоже ниче не видел. Попов задумчиво потёр подбородок и откинулся на спинку кресла: — Значит не дома было… Но и не на улице… Где ж тогда?

***

Антон прошёл в зал и оторопел. Прямо посередине комнаты была огромная лужа запёкшейся крови и следы борьбы, судя по разброшенным и поваленным вокруг вещам. Подойдя к шкафу, парень оглядел стоящие книжки и фотографию за стеклом. Видимо, на ней был тот самый Митяй со своим сослуживцем, сидя на корточках в военной форме у костра. Вновь скрипнула входная дверь и Шастун замер, стараясь не издавать не звука. Услышав шаги по холлу, в его сторону, он медленно отошёл в угол комнаты и взял первое попавшееся под руку: гитару. Струны предательски звякнули, дав знать о том, что он тут, и топот из коридора усилился. И по видимому, двух человек. Антон нервно вздохнул, и напрягся, сжимая гитару в руках и подняв её над головой, готовясь ударить.