Погоны, интриги и расследования

День прошёл тихо, мирно и спокойно. Катя заботливо носилась вокруг Шастуна, постоянно напоминая, что раны нужно мазать и чтобы сильно он сегодня не перенапрягался, потому что сотряс же. Дима подначивал новенького, что он теперь новый местный герой, потому что дохуя самостоятельный. Под вечер, когда отчёт о раскрывшемся деле был сформирован и всеми подписан, Антон решил передохнуть. А точнее, он настолько устал, что просто сидел и пялился в экран ноутбука, рассматривая на нём заставку. На ней был их полицейский участок. Парень сосчитал количество попавших на это фото человек, количество окон и голова разболелась ещё сильнее. Может, он всё-таки зря рванул на работу сразу, как только очнулся? Про Арсения и говорить было не чего. На нём, после разговора с Добровольским, и вовсе лица не было. Естественно, он недоволен таким поворотом событий. Антон, конечно, и сам не в восторге, но вроде как контакт налажен до нормы, поэтому жить с начальником неделю не такой уж и ад, как могло показаться на первый взгляд. Тяжело выдохнув и потерев виски, Антон поднялся с места и вышел, захватив с собой пачку сигарет. Самое лучшее, что он мог сейчас сделать — покурить и выдохнуть головную боль вместе с сигаретным дымом. На часах стукнуло 23:00 и Арсений снова подорвался с места, норовясь выбежать пулей. Его приостановила Катя: — Арсени-и-и-ий — Чего, Катюш? Да, рабочие отношения «выкл» и дружеские «вкл», ибо рабочий день кончился, и кроме них с девушкой в кабинете никого не было. Коваленко встала и подойдя к начальнику, поправила на нём пиджак и фуражку: — Ты чего сегодня сам не свой? Из-за новенького? Тот кивнул: — Слышала про сожительство начальства и новеньких? Типа, новая программа обучение. — Слышала. Только не говори, что Паша… — Да. — перебил тот, добавив нотку иронии. — Именно то, что ты подумала, и случилось. Пиздец. Попов обмяк, пожав плечами, и грустно глянул на подругу. Она как всегда ободряюще улыбалась: — Да не бери ты в голову. Считай, это как общежи тие. Тем более, вы вроде подружились. Ну Арсе-е-ений, ну не расстраивайся ты так. Катя обняла мужчину и похлопала по спине. Тот ответил взаимностью: — Спасибо, конечно. Но не знаю, смирюсь ли я с таким даже на неделю. И ты только это, не говори не кому, хорошо? Та отстранилась: — Даже Димке? — Даже Димке. А то шуточек не оберусь. Одного Паши хватило. Блондинка весело захихикала: — А он то что? Алексеич был сегодня в настроении? Я думала, он там разнёс вас в пух и прах. — Не. — Попов отстранился и махнул в сторону двери рукой. — Он поржал над нами, сказал, что нам пизда и отправил восвояси. — Тогда держись. Удачного тебе вечера. — Спасибо. И ты не засиживайся, домой давай, высыпайся. Арсений слабо улыбнулся и вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь. Кажется, Катя — это самая понимающая и лучшая на свете девушка. По крайней мере для него, она как младшая сестра, которая всегда приходит на помощь и выслушивает. И вот, снова, когда он столкнулся с очередным пиздецом, она обнимает по родному и даёт совет. Успокаивает. В груди потеплело. Наконец, впервые за день брюнет расслабился. Но, ненадолго. Он вышел на парковку, звякнул ключами от автомобиля и боковым зрением заметил надвигающегося высокого парня в фуражке. Антон. — Арсень Сергеич, постойте. — парень докуривал сигарету по пути и остановившись, снова затянулся и выдохнул в бок. — А что в итоге-то? Какой вариант вы выбрали? Попов закатил глаза и оперся обеими руками на машину, ложась на своё запястье подбородком: — Шастун, ты просто невыносим. Вот смотри: ты только секунду назад подошёл-а уже меня утомил. — Какой есть, уж простите. — парень хихикнул и улыбнулся, разряжая обстановку. — Я выбрал вариант с сожительством, потому что задницу тебе подтирать целых пол года уж точно не хочу. Только у меня одно условие: жить будем у меня. — он сощурился, потому что звучало не очень. «По гейски, что-ли» пролетело в голове. — Так что перевози свои вещи, начинаем псевдо обучение с завтрашнего дня. Адрес скину смской. У Шастуна скорчилось озадаченное лицо и потушив сигарету, кинув её в мусорку, он пожал плечами: — Ну ладно. А далеко живёте то? — В противоположно находящемся районе от твоего. — Класс, — шатен щёлкнул пальцами и указательным показал в сторону начальника. — Потрачу пол зарплаты на такси, ибо метро я ненавижу. Попов устало вздохнул и продолжая лежать на руке, на крыше авто, второй рукой снял фуражку и кинул в открытое окно агрегата: — У тебя есть минута, что бы собраться и вылететь сюда на парковку. У меня всё равно планы на вечер поломались, хоть вещи твои перевезу. Антон выгнул бровь: — Вообще-то про пол зарплаты я пошутил. И вещи везти мне не в падлу, Арсень Сергеич. Это пустяки. Брюнет сменил усталый взгляд на грозный: — Я сказал: у тебя ровно минута. Взгляд был такой, что спорить как-то не хотелось. Шастун покорно кивнул и быстрым шагом направился в отделение, что бы забрать сумку. *** Антон шёл вслед за Поповым тихо, как мышенька, и тащил оба чемодана в холл квартиры. Комнаты были большие, просторные. Но сразу видно — дом холостяка. Никаких лишних вещей, женской обуви или хотя бы развешанных дамских пиджачков у входа. И кстати, неожиданно для Шастуна: порядок. Всё разложено по местам, никаких признаков грязи и пыли. Чистота, будто тут убирались 24/7. Шатен закрыл за собой дверь и поставив чемоданы перед собой, разулся, продолжая разглядывать квартиру. Его взгляд перевёлся на Попова, и остановился там же. Арсений по хозяйски скинул с себя на пуфик пиджак, повесил фуражку, потянулся и встряхнул чёлку. Заметив боковым зрением, что подчинённый на него смотрит, застыл: — Чего пялишься? Привыкай. Теперь ты будешь видеть своего начальника в домашнем виде, и говорю сразу: мой дом-мои правила. Делаю что хочу, где хочу и когда хочу. И самое главное правило: различай работу и дом, следовательно, субординация должна быть. Андестенд? Шастун замялся: — Понял, принял, Арсень Сергеич. — Топай давай на кухню, ужинать будем. — Я думал, что я только завтра приеду насовсем… Ну, то есть, на неделю… Попов грозно посмотрел на коллегу и сдул с глаз свалившуюся чёлку: — Раньше начнём-раньше закончим. Ещё слово и я тебя выкину из окна. — Есть, товарищ лейтенант. — кивнул тот и направился в гостинную переодеваться. Из кухни слышались крики Арсения, пытавшегося сделать грозный голос: — Так, Шастун. Твоя комната это гостинная. Спишь тоже там, переодеваешься тоже там, дрочешь тоже там, но что бы я не слышал. — в конце фразы послышался смешок. Шатен вышел из гостинной в трениках и растянутой синей футболке, облокотившись о дверной косяк: — А что, дрочить разрешено? — Холостякам всегда разрешено. Я же всё понимаю. — продолжал смеяться тот. Антона это обидело: — А с чего вы взяли, что у меня девушки нет? — Это элементарно, Ватсон. Нормальный человек после того, как попал в аварию и когда переехал куда-то сразу же сообщил своему предмету воздыхания. А ты, к сожалению или счастью, всегда у меня под наблюдением и звонишь только мне. Антон прошёл на кухню и сел напротив стоящего спиной Попова и жарящего макароны. Мужчина обернулся на секунду, осмотрел парня и снова отвернулся, уделяя внимание шваркающей сковороде. Шатен снова залип, сам не понимая, почему. Перед ним стоял такой домашний Арсений Сергеевич. Хотя нет, просто Арсений. В милых домашних обтягивающих штанишках, футболке с непонятной надписью и нашивкой. С растрёпанной чёлкой и спокойным, живым, добрым взглядом. — Ай! — крикнул тот, когда на него шваркнуло маслом. — Да блять! Антон попытался сделать смех, но не вышло. Громко расхохотавшись, он понял, что голова снова разболелась. Смех не остался незамеченным: — Че ты ржёшь, сержант? — обернулся, держа в руках сковороду. — Да не, Арсень Сергеич, просто вы такой забавный дома. Прямо полная противоположность рабочему виду. — Ну уж простите, — пожал тот плечами и начал раскладывать макарошки по тарелкам. — Я тоже живой человек, и дома имею право быть самим собой. Присев напротив за стол, мужчина поставил тарелки и принялся ужинать. Антон взял вилку и вдохнул запах расплавившегося по макаронам сыра: — Ммм, обожаю сыр. Приятного аппетита, Арсень Сергеич. Попов прожевал и поднял вилку вверех: — И тебе. Короче, дома просто Арсений и на «ты», понял? Мне и в отделении хватает этих «Сергеевич» — он передразнил и снова принялся за ужин. Время было уже час ночи. Арсений сидел в гостиной и смотрел какое-то кино, на которое переключил буквально минут двадцать назад. К началу, естественно не успел, но потом всё стало понятно и в итоге интересно, чем же закончится. Он качал ногой из стороны в сторону, поедая очередной бутерброд и запивая полу-холодным чаем. Антон залипал в телефон на кресле и удивлялся тому, как искусно его начальник игнорирует тот неловкий факт, что теперь они вместе и рядом на целую неделю дома. Вдруг, у Попова зазвонил телефон и тот отключил звук телевизора, нажав «Принять» по видеосвязи. Позов стоял на улице, держа перед собой телефон и пританцовывал, весело махая рукой в экран: — Арсюха, и снова здарова! Че кислый такой? — Да в пизду, Дим. Настрой не к черту. Чего хотел? — брюнет хмыкнул и кивнул в камеру, приветствуя. Друг не переставал пританцовывать, тем самым заставляя камеру дёргаться: — Да я Катю в клуб вытащил. Мы тут уже час тусуемся, настроение супер. И даже пофигу что будний день и завтра на работу. Давай к нам. Выпьем, расслабимся. Антон слышал разговор с самого начала и отвернувшись к своему телефону, делал вид что максимально ничего не замечает. Будто его тут и нет. И реально, походу Попов забыл о том, что его подчинённый сидит с ним в одной комнате. Слушая, как легко и просто Дима общается с Арсением, он понимает, что они давние друзья, и что у них так же работает схема «дома — так, а на работе — по другому». В конце концов, Антон не выдержал и решил выйти из комнаты, что бы не смущать своим присутствием разговорившихся друзей.В голове снова зашумело, заныли виски, и он решил, что покурить бы не помешало. Встав с кресла, парень тихо подошёл с Арсению, пытаясь не попадать в обзор камеры и коснулся плеча мужчины. Тот резко вздрогнул, повернув голову: — Да что б тебя! Чего ты? — А куда курить топать? — шёпотом. — На балкон. Через мою спальню и направо. Тот кивнул и направился в сторону холла. Позов заулыбался во все тридцать два и подмигнул в камеру: — Решил сегодня устроить бурную ночку? И кто она, мм? Я слышал, ты с кем-то шептался даже не стесняясь. — Да никто. Ты её не знаешь. — Попов понял, что проебался. — Короче, как видишь, мне не до клубов. — Не вижу. Покажи, или расскажи хоть. Это та блондиночка из команды Добровольского? Я слышал, она горячая, кстати. Арсений закатил глаза: — Нет. — Скажи! — Нет. — Ска-жи! — Нет! И тут Дима закричал максимально громко, поднося микрофон телефона ближе: — Скажи-и-и-и-и-и-и! — Заткнись! — рыкнул Арс и громко выдохнул. — Это Шастун. В телефоне силуэт парня в очках застыл, в глазах виднелось полное недоумение и немой шок: — Чего? — Блять, не в этом смысле. — А в каком? — у парня до сих пор были глаза полные непонимания. — У Кати спроси, она тебе объяснит. — выдохнул брюнет и сказал про себя «Ну ты не умеешь не палиться, да, Арс?» Дима молча кивнул в камеру и спустя секунд пять выдержанной паузы, начал: — Ну, раз такие дела, тогда давай, пока. Спокойной ночи там… Или не спокойной, я так и не понял. — Позов! — грозный взгляд заполнил экран с той стороны. — Ладно-ладно. Бывай! Тот помахал в камеру и весело подмигнув, ментально подъебал. Арсений отключился и положив телефон на тумбочку, потёр виски: — Ну я и долбоеб, конечно… Где-то в глубине квартиры послышался громкий стук. Кто-то упал. Попов дёрнулся и резко обернувшись, быстрым шагом потопал босыми ногами в сторону балкона.