Погоны, интриги и расследования

Антон и Арсений уже третий час сидели в кабинете за своими столами в ожидании вызова. Дежурство — дело скучное, как ни крути. Поспать не получится, ибо нельзя, а найти себе интересное занятие на целую ночь не выходя из кабинета — трудно. Шастун развалился на кресле как истинный король, закинул ноги на стол (удивительно, как начальник это допустил?) и клацал в телефоне, активно стараясь найти хоть какое нибудь интересное видео на ютубе. Наткнувшись на тренды, некое шоу «Что было дальше?», он поднял брови и клацнул на первый попавшийся выпуск. Попов вертелся как уж на сковородке, перебирая разнообразные документы и кидая в шредер ненужные бумажки. Спать хотелось неимоверно, а так, хотя бы мозг работает, сам себя заставляя читать однообразные слова и формулировки. Вдруг зазвонила рабочая трубка.Шатен резко подорвался, потянулся к краю стола, и чуть не упав со стула, который предательски покатился в противоположную сторону, взял трубку. Приятный мужской голос заговорил: — Московская триста пятьдесят четыре. От анонима поступил вызов, говорит, что там бордель какой-то. — Принял. — кивнул сам себе Шаст и положив трубку, поднял глаза на начальника. — Поехали, хоть развлечёмся. Арсений выдохнул так, будто на его плечи пало некое облегчение. По сути, так и было. Потому что если бы не этот звонок, тот бы поклялся — уснул. *** Выходя из машины вслед за Поповым, Антон оглядывал ночной московский район и вывеску «Ангел», ярко освещаемую со всех сторон неонами. Рядом стояли ещё два патрульных авто и несколько дежурных полицейских неспеша покуривали у входа. Арсений вяло махнул коллегам и подойдя ближе, пожал руку мужчине невысокого роста: — Здарова, Лёх. И тебя подорвали? Щербаков весело кивнул: — Хули нет если да, Арсюх. Снова кстати наш любимчик попался. Из дверей вылетела худая девушка с кипой бумаг и направилась к полицейским: — Доброй ночки, Арсений Сергеевич. Представляете, и меня вытащили сюда? А у меня, между прочим, выходной. Попов кивнул, вспоминая девушку. Это была та самая Камилла из третьего отделения. На выездах они пересекались редко, но метко. Девчушке было чуть за двадцать, и работала она всегда в одной и той же команде. Но иногда, её по стечению обстоятельств тащили на ночные вызовы, чтобы описывать имущество и возиться с понятыми. Она не любила это и всегда повторяла не раз. И как говорится: «Никогда не было и вот опять». Когда разговор сошёл на нет, мужчины вошли в подвальное помещение и Антону в глаза бросились десять игровых автоматов стоящих по правой стороне от барной стойки: — Так вот оно что, нехило. Лёха скорчил умное лицо: — Это ещё фигня. Там в другой комнате ещё таких штук пятнадцать стоят. По помещению ходило ещё трое полицейских, нажимающих на какие-то кнопки автоматов и записывающих игровые показания. Камилла в свою очередь подходила к каждому из них, таская за собой двух понятых: молодую парочку, видимо, которую она выцепила на улице и уговорила участвовать в таком скучном дельце. У стойки сидел лысый мужчина, теребящий в руках чёрный рабочий шестой айфон. Увидев вошедших, он резко встал и широко заулыбался: знакомые ведь лица. — Арсений Сергеевич, Алексей Сергеевич, как давно не виделись! Я уже соскучился! Попов пожал руку мужчине и тоже заулыбался: — Анатолич, ты задрал уже. Сколько раз я тебе говорил, сиди тихо, а то встречаться ещё чаще будем. — А-а-а-а и хуй с ним, сам знаешь, я ж и так тише воды ниже травы. Клиент просто злопамятный попался на этот раз. — Ну, клиент-то домой пойдёт, а тебе опять штраф в миллионов пять отдавать. Щербаков щёлкнул пальцами, хихикнув: — Разозлишь ведь, впаяем тебе четыре года уголовки минимум, счастья не оберёшься. Лысый мужчина развёл руками: — Ну простите, я не всевидящий, кого впускать к себе в гости, а кого нет. Антон стоял молча и наблюдал за таким спокойным и непринуждённым разговором полицейских и хозяина казино. Сказать, что он был в шоке — ничего не сказать. Разве ТАК бывает, когда ловят преступника, промышляющего незаконной игровой деятельностью? Камилла, сидевшая за столиком, собрала подписи понятых на всех бумагах, поставила печати и отпустив молодую парочку восвояси, закрыла лицо руками: — Как же я хочу домо-о-о-о-ой… Виновник происходящего обернулся на женский голосок, прервав беседу и с улыбкой отсалютовал: — Камиллочка, у нас тут кофе вкусное есть, будешь? — Ага… — спокойным тоном ответила та. — Артём, сделай нашим гостям по кружечке. — мужчина дёрнул сидящего за столиком официанта за рукав, на что тот резко подорвался и пошёл за барную стойку в подсобку. Шастун сел рядом с коллегой и вопросительно зыркнул на нее: — Гостям? Кстати, я Антон. — Камилла, — устало улыбнулась та. — Да, гостям. Это наш постоянный, так сказать, «клиент». У него сеть своя по Москве. Раз пять уж пересекались точно. Антон всё так же не понимал, что за похуистическое отношение к ситуации происходит вокруг: — Ну и что не посадите? Если столько инфы знаете. Закрыли бы всё, дело же не маленькое. — Ты новенький ведь, так? Это Москва, здесь так дела не делаются. Шатен высоко поднял брови и обернулся на подошедшего сзади начальника. Тот положил руки на плечи парня и похлопал: — Шастун, у нас везде свои люди. Мы помогаем им, а они помогают нам. Анатолич хоть и идёт против закона, но он ещё оказывает нам неоценимую помощь. Благодаря ему мы посадили и нашли не одного и не двух реально угрожающих городу людей. — Хочешь сказать, информаторы нужны везде? Попов кивнул: — В правильном направлении думаешь, сержант. Из-за угла вышел официант с двумя подносами и подойдя к каждому, угостил кофе. Камилла, взяв кружку в руки, обхватила её обеими ладошками и вдохнула вкусный запах: — А реально вкусное, наверное. Антон закатил глаза, продолжая удивляться здешним порядкам. После полуторачасового приключения под названием «ночной вызов в казино», мужчины наконец освободились и ехали по полупустой дороге в отделение. На этот раз за рулём был Арсений, потому что второму, по его словам «Чот очень лень». В автомобиле чуть слышно играла успокаивающая музыка, наводящая на размышления. Шатен любовался красивыми видами огней в Москве, чуть скатившись вперёд на пассажирском. Ноги упирались в торпеду*, выпрямить их даже на сантиметр не получалось, но и поваляться на откинутом назад сидении очень уж хотелось. В глаза ударил яркий свет фонаря, что заставило Антона чуть зажмуриться и перевести взгляд на водителя. Попов сосредоточенно смотрел вперёд, изредка покусывал нижнюю губу и поправлял фуражку, которая то и дело сминала волосы. Чёрная чёлка лезла в глаза, что заставляло немного жмуриться, перед тем как посмотреть в зеркало заднего вида. Антон замер, наблюдая как его начальник сжимает кисть, поворачивая руль. Неоновые вывески магазинов пали на профиль мужчины, и Шасту показалось, что на несколько секунд время остановилось, давая полюбоваться на спокойное и сонное лицо Арсения. Сердце почему-то забилось чаще, что заставило шатена проморгаться и отвернуться. Странно, что это с ним такое? — Антон? Тихий Арсеньевский голос, немного с хрипотцой, нарушил тишину. Сердце парня упало в пятки, потому что этот тембр пробил насквозь. — Мм? — Ещё до утра пять часов куковать, поехали перекусим? — обернулся. Заботливый взгляд голубых глаз, небольшая полуулыбка, будто перед Антоном не начальник, а самый дорогой и нежный человек на земле. Тот сглотнул, снова поймав себя на мысли, что что-то с ним точно не так: — Поехали. *** Утро Димы и Кати выдалось прекрасным, так как Позов встал раньше и наготовил своих фирменных блинчиков. Пара не жалела что всё-таки пришлось съехаться, потому что теперь пробуждение было более позитивным каждый день. Топая под ручку в хорошем настроении по парковке главного отделения полиции, они весело переговаривались, обсуждая, какой же лежак будет лучше купить Чепухе по пути с работы. Но, день только начался, а значит времени подумать, облазить весь интернет и выбрать идеальный вариант всяких приблуд для котёнка — уйма. Антон стоял в полусонном состоянии с сигаретой в зубах и покачивался, держась за перила. Глаза сами собой закрывались после бессонной ночи, но мысль о том, что сегодня их с Поповым рабочий день закончится аж в три часа дня, заставляла бодриться. Парочка подошла к шатену и поздоровавшись, быстро побежала на проходную. А Антон стоял. Просто стоял, держа в руках тлевшую сигарету. А всё почему? Потому что скоро приедет Арсений, улетевший десять минут назад им за вкусным зелёным чаем из ресторана за углом. Хотелось дождаться его прямо у входа, обнять и поблагодарить. Хотелось, но не моглось. Как минимум, обнять уж точно не выйдет. Попов не поймёт. Всю ночь коллеги проторчали в кабинете, обсуждая самые неожиданные темы, которые только могли появиться в голове. То фильмы, то футбол, и даже мультики. Разговоры по душе, казалось, сближали с каждым сказанным словом, и это отчасти пугало Антона. Но, заканчивать тот диалог он не хотел. Не каждый раз увидишь такого расслабленного и искреннего начальника, ведь так? Наконец, на горизонте появилось чёрное BMW, из которого вышел такой же сонный начальник с двумя большими пластиковыми стаканчиками. Шастун выбросил мысли и воспоминания о прошедшей ночи и слабо улыбнулся подошедшему через минуту Попову: — Спасибо, Арс. — Пожалуйста. — яркая, солнечная и нежная улыбка заставила отвести взгляд. Сзади послышались знакомые шаги: — Эй, слоупоки! Ну кто бы сомневался: Добровольский. Попов резко повернулся и изменился в лице, с такой молниеносной скоростью, что даже Шаст оторопел от неожиданности. Брюнет поправил фуражку: — И тебе здарова, Паш. Как оно? — Прекрасно, а у вас? Антон выкинул дотлевшую сигарету и взял из рук Арса стаканчик чая. Глотнув и убедившись, что он и вправду ахуенный (как бы сказал он сам), заговорил: — У нас ничего интересного. Ждём выходного сильнее чем Новый Год. Добровольский весело засмеялся: — Что, насколько сильно? — Ага-а-а… — устало подтвердил Попов. Паша поправил на себе пиджак, блеснул погонами и тоже подкурив сигарету, выдохнул дым в сторону Антона: — Топай тогда, сержант, машину заводи. Отпускаю вас пораньше, только сначала твоего начальника задержу на разговор. Шастун радостно и активно (насколько это возможно конечно) закивал и быстрым шагом пошёл в сторону парковки. Попов настороженно посмотрел на друга и сделал несколько глотков из стаканчика: — С чего вдруг такая доброта, Паш? — А просто так. Смотреть на вас страшно, — пожал плечами тот. — У тебя мешки под глазами такие, что я там патрульную машину поставить могу: никто не заметит. Да и выспаться нужно, перед планом. — Каким планом? — Арсений сжал губы. — А таким, который я в скором времени придумаю. Рыжий ночью объявлялся. Кража со взломом была, за ним шестое отделение носилось вчера. Не поймали, но опознали. Брюнет напрягся: — А нас нельзя было вчера поднять по этому делу? — Нельзя. — быстро оттараторил Паша. — Вам и так с ним видеться ещё не раз, как мне кажется. — Что украл-то? — Попов сделал ещё глоток чая и устало повернулся в сторону Антона. — Оружейный взорвал. Снайперки, пяти калашей, штук семь пм макарова и глушителей как не бывало. Слишком упорно он к чему-то готовится. Арсений не отрывал взгляда от напарника, но продолжал разговор: — Ладно, разберемся. Сейчас ты прав, надо выспаться. Антон открыл дверь авто, кинул в салон фуражку и пиджак, выпрямился, потянулся и повернувшись на пятках, облокотился спиной о корпус черного зверя. Зажмурившись от ярких солнечных лучей, засунул руки в карманы и откинул голову назад. Арсеньевская полицейская рубашка обтягивала слишком сильно, поэтому каждый изгиб тела был виден очень отчётливо. Худощавые, но мускулистые руки напряглись, грудь вздымалась от глубоких вдохов и выдохов. А Попов, как раз таки, дышать перестал. Добровольский, как истинный джентльмен, сделал вид что не заметил подобной залипаловки, но хватило его лишь на пару секунд: — Арсений? — Мм? — снова глоток из стаканчика. — Арсе-е-ений? — Мм? — Арс! — смешливо буркнул Паша. Попов обернулся: — Да что? Говори, я ж слушаю, блять. Друг скорчил серьёзное лицо и попытался не замеяться: — У тебя привстал. Арсений поперхнулся, закашливаясь и бегая глазами то в сторону коллеги то в сторону Антона: — Что?! Кареглазый мужчина громко засмеялся, толкнул брюнета локтём и подмигнул: — Хороших выходных, говорю. До встречи. Попов всем видом показал свою ненависть к шутке, к Добровольскому на данный момент, и молча кивнув, пошёл в сторону автомобиля. «А ведь и правда привстал» - злился тот, поправляя и натягивая свой пиджак пониже.