Самая горячая малышка в Хогвартсе

Белла с трудом открыла глаза. Встретил её вновь потолок Больничного Крыла. — Как неожиданно, — пробормотала она сухими губами. Хотелось пить. — В этот раз хотя бы память не отшибло, — усмехнулась она. Что привело её сюда? Видимо, шальное проклятье. Живот внезапно скрутило с такой силой, словно в него что-то воткнули, а дальше — она ничего не запомнила, провалившись в темноту. Видимо, проклятье наложилось на месячные, оттого так сильно и ударило. Эвилин почему-то отгородилась от Беллы, и её это немного беспокоило. Почему она скрывается? Лишь осознание того, что её сестра всё ещё жива, давало ей надежду, что всё в порядке. На грани сознания мелькнула мысль, что сестра ей что-то не хочет показывать, но Белла быстро её отмела. Что такого она могла сотворить, чтобы ей не хотелось показывать это Белле? Белла приподнялась на локтях и огляделась. Она была отделена запахнутыми шторками от остальных больных, но зато замечательно слышала, как они стонут неподалёку. Это было ужасно. Кто там был — друг или враг — она не знала, но понимала, что эта искусственно развязанная вражда ни к чему хорошему не приведёт. Надо было это прекращать. Живот свело неприятной судорогой. Видимо, последствия проклятья ещё не прошли до конца. Белла вновь улеглась, с обречённым цинизмом глянув в потолок. Значит, ей тут ещё придётся провести пару дней. Раздались шаги. Белла вздрогнула и, взяв палочку с тумбочки, на всякий случай притворилась спящей — вдруг, это не к ней, а к её соперникам, а в таком состоянии её могли проклясть легче лёгкого. Накрывшись одеялом, она застыла и прислушалась к голосам. — Ну что, мадам Помфри, она в порядке? — услышала Белла голос Перси Уизли. Внезапно, очень встревоженный и без его этой чопорной министерской нотки. — Сложно сказать наверняка, мистер Уизли, — и мадам Помфри отвечала ему на удивление спокойно. Белла слышала, что мадам Помфри его из-за этого конфликта на дух не переносит, так как по указке Перси много учеников попали в Больничное Крыло с различной степени тяжести травмами. — Она была в очень плохом состоянии. Вы и так сделали всё, что могли. Не зря вы у меня на последнем курсе прошли обучение первой помощи, Перси. — Кто бы мог подумать, что это мне пригодится в жизни, — проговорил Перси негромко. Они встали неподалёку от койки Беллы, и оттого она даже могла уловить в его тоне что-то вроде… нежности? — Хотите её навестить? — спросила мадам Помфри. — Да, — ответил Перси. — Вот только я думаю, что мисс Лестрейндж тоже хотелось бы навестить её. — Если она очнулась, то это будет неплохо, — Белла напряглась и приподнялась. Что-то случилось с девочками? Причём тут Перси? Она осторожно выползла из-под одеяла, на всякий случай обнажив палочку поверх него. — Оставляю вас тогда, у меня ещё полно дел. Вашими стараниями, — сварливо добавила мадам Помфри. — О, это всё скоро закончится, я обещаю, — сказал Перси. — С чего это вдруг? — спросила мадам Помфри недоверчиво. — Пока рано загадывать, — вздохнул Перси. — Я не могу разглашать полученную мною информацию, однако, я могу вас уверить, что её вполне достаточно, чтобы прервать кровопролитие. Пока не стало слишком поздно. — Что-то вы темните, Перси, — сказала мадам Помфри. — Что вы задумали? — Говорю же, — терпеливо ответил Перси. — Я пока не могу разглашать информацию. Пока этот паззл не сложился у меня в голове в единую картину, однако, я уверен — весь этот конфликт — происки Того-Кого-Нельзя-Называть. Он всё-таки возродился. Мадам Помфри охнула и что-то выронила. — Слишком громкое заявление, Перси. Но почему же Министерство ничего не предпримет? Они что, там совсем ничего не понимают? — Вот потому-то я и не могу разглашать свои мысли до тех пор, пока мы не решим эту загадку. Надеюсь, наш новый преподаватель Прорицания мне в этом поможет, — вздохнул Перси. — Скажем так, на фоне некоторых произошедших событий… моя лояльность Министерству несколько пошатнулась. Но, умоляю, ни слова никому! — О чём разговор, Перси! — воскликнула мадам Помфри. — Ни в коем случае! Если это может помешать вашей работе… я буду молчать. — Спасибо вам. Охая и вздыхая, мадам Помфри посеменила в сторону своего кабинета. Постояв ещё пару секунд, Перси всё-таки зашёл к Беллиной кровати. Он качнул палочкой — и полог тишины сомкнулся за его спиной. Через плечо его министерской мантии была перекинута небольшая сумка. — Привет, — сказал он спокойно, кивнув на палочку в Беллиных руках. — Убери, пожалуйста. — Чёрта с два я буду тебе доверять, — проворчала Белла, чувствуя, как живот вновь начинает немного ныть. — Всю ту чушь, которую ты навешал на уши мадам Помфри, можешь засунуть себе в… — Эвилин тут, — сказал Перси так же спокойно. — Что?.. Где?.. — задохнулась Белла. — Откуда ты знаешь про неё? Если ты её обидел, то я тебе ухо откушу! — Во-первых, успокойся, — он присел на краешек её кровати; Белла одернула ноги к животу, всё так же не отпуская палочку. — Во-вторых, я как раз пришёл тебя к ней проводить. — Так пошли же! — Белла попыталась было встать, но Перси остановил её. Её сестра тут! Она пришла за ней! Эвилин в безопасности! Белла настолько хотела с ней увидеться — в живую — что Перси теперь показался ей лишь досадной помехой. — Для начала я хотел бы поговорить с тобой. — Мы всё с тобой обсудили, Перси Уизли! — воскликнула Белла. — Нет, — твёрдо ответил Перси, вздохнув. — Я хочу перед тобой извиниться. — Хорошо, а теперь веди меня… — Белла внезапно поняла, что именно он сказал и потеряла дар речи. — Что… что ты сказал? — Я хочу перед тобой извиниться, — повторил Перси тихо и спокойно. Белла глянула в его усталые глаза. — Что с тобой случилось? — пробормотала она тихо. — Ты… ты сам на себя не похож. Перси… — она выползла из-под одеяла, отложив палочку и, подсев к нему, осторожно коснулась его руки. — Ты чего? — Я в порядке, — он вздохнул и прикрыл глаза. — Твоя сестра случилась, вот что произошло. — Эви? — непонимающе хмыкнула Белла. — А что с ней не так? — Она мне всё рассказала, — пояснил Перси. — Она-то Обетом не связана. Белла удивлённо вытаращилась на парня. Вот оно что! Так Перси не блефовал! Он действительно всё знает! Или… не всё? — А за что ты извиняешься? — подозрительно сощурилась Белла. — За то, что считал тебя Беллатрисой, — пояснил Перси спокойно. — Но теперь я знаю, что Беллатриса — она. Я едва не подверг тебя поцелую дементора из своих эгоистичных побуждений. Я ошибался. — Вот это поворот… — пробормотала Белла тихо. Так Эви взяла всю вину на себя? Теперь Белла… свободна? Отвратительное чувство облегчения нахлынуло на неё с головой. Слёзы против воли начали струиться из-под сомкнутых век. Она не выдержала и уткнулась Перси в плечо. — Ты чего, глупенькая? — выдохнул Перси. Он чуть обернулся и заключил Беллу в объятья, поглаживая по голове и спине. — Всё будет хорошо. Мы с Эвилин со всем справимся, и Поттера освободим, и профессору Снейпу поможем… Только я пока не знаю, как. — Да… да… — Белла никак не могла остановиться, заливая Перси мантию слезами. Плакала она от облегчения и нового, нарастающего страха. За Эвилин. Теперь, когда она взяла на себя всю вину за прегрешения Беллатрисы, она была в такой опасности! Ведь теперь её преследовали не только Пожиратели, а ещё и аврорат! Только-только сменившееся на облегчение отчаяние вновь заполнило её душу. Она не может этого допустить! — Пойдём к Эви, она тут, в Больничном Крыле, — Перси помог Белле встать — живот всё ещё неприятно тянуло — и осторожно вывел её в импровизированный коридор. — Что… что она тут делает? — спросила Белла тихо. — С ней всё в порядке? — Не особо, — ответил Перси после некоторого раздумья. — Я, конечно, спас её, но ей точно ещё нужно долечиваться. Из-за того, что её ранили, ты тоже оказалась в Больничном Крыле. — Ты — спас? — непонимающе спросила Белла. Она подняла взгляд своих шоколадных глаз на Перси, и тот смущённо отвернулся. — Я спас её от смерти, — скромно сказал он. — Ты… — вымолвила Белла. — На нас… напали в Министерстве, — ответил Перси, чуть замявшись, словно пытался скрыть что-то. — Я собирался нанять её на должность преподавателя Прорицания, но в Атриуме на нас напал Пожиратель. Он в одиночку убил всех авроров, а после, ранив Эви, скрылся. Я с трудом смог скрыться с ней в её убежище, где она и рассказала всю правду о тебе… она… — Перси вздохнул. — Я думаю, что ты должна это знать. — Что?.. — выдавила Белла, вновь борясь со слезами. — Эвилин собиралась умереть, — выдохнул Перси. — Она очень просила тебе об этом не говорить, но я считаю, что ты должна знать. Ведь ты её сестра… — Нет… только не это… — пробормотала Белла, прикрыв от ужаса рот ладонью. — Она почему-то считала, что никому не нужна, — Перси подозрительно шмыгнул носом, но тут же вновь заговорил спокойно. — Поэтому я и решил взять тебя тоже к ней, чтобы ты показала ей свою любовь. — Перси… — Белла схватила смущённого парня в объятья поперёк груди и прижала к себе. — Как я тебе благодарна! — На моём месте бы так поступил каждый, — ответил Перси тихо. — Но не тот, кто знает, кто она такая, — сказала Белла.

***

Эвилин открыла глаза и улыбнулась. Её встретил потолок Больничного Крыла, и она была этому невероятно рада. Ведь это был не Азкабан, не одиночная камера рядом с Поттером в поместье, не деревянный макинтош, а, значит, всё было не так уж и плохо! Она слабо запомнила тот вечер, когда она прибыла в Хогвартс вместе с Перси. Каким-то чудом он вытащил её из квартиры — она мучалась от боли всю ночь, потому, что купленные Перси зелья перестали действовать — а после усадил в маггловскую повозку и отвёз на Кингс Кросс, к поезду. Там-то искать её ни Пожиратели, ни авроры — если они ещё остались — не догадались, и они спокойно сели в поезд. Эви рассказала Перси всё, что знала про сложившуюся ситуацию — Беллу надо было спасать. К приезду боль усилилась, и вместе с великаном Хагридом Перси доставил Эви в Больничное Крыло, представив её как нового учителя Прорицаний. Эви пока слабо представляла, как именно будет вести прорицания, но, учитывая то, что последние пятнадцать лет их вела сумасшедшая шарлатанка, она думала, что как-нибудь справится. Боль в животе поутихла. Мадам Помфри отлично знала своё дело. Жаль, что только Белла тоже пострадала, когда чёртова Тонкс воткнула в живот Эви стекло. Всё-таки, они были связаны, и оттого бедная Белла угодила в Больничное Крыло тоже. Тот факт, что где-то тут, по соседству, мучается от боли её сестра, разрывал Эви сердце. Перси куда-то пропал. И это было хорошо. Несмотря на то, что изначально Эвилин собиралась просто использовать парня лишь за тем, чтобы проникнуть в школу, после того, как он её спас от смерти, между ними что-то случилось. Что-то неуловимое и неизвестное доселе Эвилин. Что-то, схожее с тем, что было у Беллы и Поттера. Эви и сама не заметила, когда поняла, что испытывает к Перси не только благодарность. Быть может, когда он принёс скудный, но с душою приготовленный ужин и помогал ей есть? Или когда он улёгся спать на пол около неё? Или же, когда ей стало вновь больно и холодно, и он обнимал её всю ночь, согревая в объятьях на узеньком диване? Эвилин не была склонна к скоропалительным выводам. Будучи в прошлом суровой убийцей — пусть и её тенью, даже изменённой прихотью и чудовищным проклятьем Тёмного Лорда — она предпочитала холодный расчёт чувствам. Но в этом случае всё случилось настолько быстро, что она даже не успела подумать. Вот Перси просто говорит, что она ему понравилась сразу, а после — уже обнимает её, согревая. И никакой пошлости! Словно так и должно быть. Даже боль в его объятьях несколько поутихла, и Эвилин почти поспала пару часов. Осмыслив случившееся, Эвилин лишь вынесла сама себе вердикт — ей понравилось. Но повторять это она не собиралась. Она твёрдо решила вести себя с ним холодно, чтобы у него даже в мыслях не осталось ничего такого. Эвилин Адара Блэк никого не собиралась пускать себе в душу. Слишком больно. Эту маленькую чёрточку Эвилин не собиралась возвращать Белле. Она стёрла из воспоминаний Беллы все предательства. Иначе бы Белла никогда не смогла бы вновь довериться никому — как никогда не сможет довериться никому и сама Эвилин. Ведь из её памяти никто эту боль не стёр. За неплотно задёрнутой завесой послышались шаги. Эвилин на всякий случай притворилась спящей — врагов здесь было меньше, но они всё-таки были, и это стоило учитывать. Полог откинулся, и сквозь неплотно смежённые веки Эвилин увидела Перси, а с ним… — Белли! — забыв об осторожности, Эви подскочила с места навстречу сестре, но та сама кинулась ей на шею, завалив ту на кровать. — О, Эви, ты жива… — радостно просопела Белла, утыкаясь сестре в плечо. — Мне Перси всё рассказал… — Перси… — злобно прошипела Эви, глянув на парня. — Ну я же просила! — Не вини его, это я его заставила! — Белла отпустила сестру и, взяв её за руку, уселась на кровать. — Девочки… — пробормотал Перси, усаживаясь рядом. И тут же отскочил, получив пинок под рёбра от Эвилин. — Эй, за что?! — Умей держать язык за зубами, — Эви оправила задравшееся одеяло, вновь скрыв под ним голые ноги и взяла сестру за руку. — Белли, я пришла. Нам нужно спасти тебя и девчонок. — И Гарри! — воскликнула Белла горячо. Эвилин нежно поправила ей белую прядь за ухо и, посмотрев в такие же ярко-шоколадные глаза, как и у неё, сказала: — И Гарри тоже. Я не знаю, как именно, но мы должны прекратить эту бессмысленную бойню в школе, а после — вывести вас из этой Лордовской секты. — Я могу отозвать своих бойцов, на это уйдёт некоторое время, — Перси всё-таки осторожно уселся на край кровати — туда, где Эви не могла до него дотянуться — и поставил сумку на пол. — Но инспектор Амбридж не поймёт. Она слишком предана Министерству, у меня не выйдет её переубедить. Значит, нам нужно её нейтрализовать. Я думаю, нам нужно вновь отправить её в Мунго — у тебя, Белла, это крайне неплохо получается. Тогда я смогу на время перехватить власть в школе, а после мы уже устроим перемирие. Даже если инспектор потом вернётся, она не сможет вновь развязать конфликт. — Ты так спокойно об этом говоришь, — заметила Белла, обернувшись на парня. — А если об этом кто-то узнает? — Если ты не заметила, я наложил заглушающее заклятье вокруг нас ещё во время разговора с мадам Помфри, — ответил Перси, принимаясь что-то искать в сумке. — Но я-то всё слышала! — А ты думаешь, я не подумал о том, чтобы ты всё слышала? — хмыкнул он, доставая три бумажных стакана из сумки. — Что там? — подозрительно принюхалась Белла. Пахло восхитительно. Эвилин чуть оживилась. — Кофе, конечно, — улыбнулся Перси, протягивая стакан Белле. — Карамельный капучино. — О, Перси, ты просто чудо… — простонала Белла, прикладываясь к стакану. Перси улыбнулся и открыл свой стакан. Эви внимательно следила за его движениями. — А мне? — спросила она. Перси посмотрел на второй стакан, который сжимал в руке так, как будто увидел его впервые. — А, ты тоже хочешь? — хмыкнул он. — Ну, ничего страшного. — В смысле?! — Ну, я тут вроде бы как для тебя старался… — начал Перси, пафосно устремив взгляд вдаль серой стены. — Я тебе спас жизнь, привёз в Хогвартс, привёл к тебе сестру, принёс кофе, и что я получил в награду? — Поцелуй прекрасной принцессы? — хихикнула Белла. — Пинок под рёбра! — патетично воскликнул Перси, едва не пролив кофе. — И это награда доблестному рыцарю? — Это ты-то доблестный?! — весело воскликнула Эвилин, откидываясь на подушки. — Да когда сказала, что я — Беллатриса, ты чуть в штаны не наложил от страха, бесчувственный чурбан! — В любом случае, — Перси с высоко поднятым подбородком отставил полный стакан с кофе на столик у подножия кровати. — Прекрасная принцесса кофе не заслужила своим плохим поведением. — Придурок, — обиженно просопела Эвилин, закрывая глаза и скрещивая руки на груди. Белла едва сдержала смешок. — Идиотка, — почти ласково хмыкнул Перси. — Ну и ну, Эви, — хихикнула Белла. — Моя сестрёнка и вправду ведёт себя не как принцесса! Разве так принцессы разговаривают с принцами? — Я, скорее, придворная ведьма, — Эвилин фыркнула и отвернулась. Перси передал второй стакан Белле. — Злобная и страшная. — Это ты-то страшная? — Белла всунула стакан с кофе в руки Эвилин. — Посмотри на себя! У тебя гладкая кожа, стройная фигура, густые волосы… все мальчишки в школе будут твоими! — Ты повторяешь слова Нарциссы для того, чтобы меня успокоить? — спросила Эвилин негромко. Она с щелчком открыла стакан с кофе — совсем такой, как в маггловском мире — и печально улыбнулась. — Я прекрасно понимаю, что никто не заинтересуется такой замарашкой, как я. Даже такой придурок, как Перси, в Министерстве не повёлся на мой спектакль! — Эх, Эви, — Белла погладила сестру по руке. — Глупенькая ты. Перси молча смотрел на сестёр с лёгкой улыбкой. Точнее, на одну.

***

— Итак, Эвилин Адара Блэк, — Альбус Дамблдор поднял голову от своих записей на застывшую перед ним в скромной мантии девушку. Мирно тарахтели разнообразные приборы и механизмы, назначение которых Эви не знала, феникс на насесте чуть качнул головой и принялся чиститься. — Да, директор Дамблдор, — ответила Эвилин тихо, с трудом сдерживая желание оправить короткую мантию с плеча Беллы — всё-таки она была ей маловата. — Как ваше самочувствие? — Уже лучше, директор, — улыбнулась Эвилин. — Это радует, — сказал Дамблдор, откладывая перо. — Вы были ранены во время того чудовищного нападения в Министерстве? — Да. — Вы видели нападавшего? — Он был в золотой маске и чёрной мантии, — пожала плечами Эвилин. — После ранения мистер Уизли смог меня спасти, и я не видела ничего более. — Ужасное нападение, — вздохнул Дамблдор. — Я потерял там старого друга. Кингсли Шеклболта. Знаете такого? — Мне очень жаль, директор, — Эвилин помотала головой. Ей, разумеется, жаль Кингсли не было. — Я в Британии недавно, так что никого тут не знаю. — Я категорически против того, чтобы Министерство вмешивалось в дела школы, буду откровенен, — сказал директор, сверкнув своими очками-половинками. Эвилин почувствовала присутствие чужого разума в своей голове, но тут же подсунула ему заранее заготовленную обманку — несведущая в этом Эви потратила на её изготовление не один час и теперь отчаянно надеялась, что глава Хогвартса не распознает обман. Она была готова к тому, что в таких непростых условиях Дамблдор попытается её проверить. — Я понимаю, директор, — кивнула Эви, словно случайно разрывая зрительный контакт. Дамблдор вздохнул и поднялся с места. — Однако, в свете нынешних событий, я вынужден строго относиться к подбору персонала, — он вышел из-за стола и сделал пару шагов навстречу Эви. — Я просто искала работу, и мистер Уизли мне любезно предложил попробоваться в Хогвартс… — пробормотала Эви, поднимая взгляд. — Я всё равно хотела чаще видеться с сестрой, а тут — такая классная возможность. Я не могла её упустить! Она не сказала ничего, что бы не соответствовало правде, так что, Дамблдору было не за что зацепиться — и не было повода копаться в её голове дальше. И вправду, к огромному облегчению Эви, Дамблдор добродушно улыбнулся и, не разрывая зрительного контакта, вышел из её головы. Эви почувствовала себя грязной, но виду не подала. — Что же, — он качнул головой; колокольчики в его бороде зазвенели. — Сделайте же мне предсказание, или же хотя бы предскажите, что будет в ближайшем будущем. — Пророчества не делаются просто по желанию, и вы это прекрасно знаете. господин директор, — улыбнулась Эвилин, вновь опуская взгляд на его бороду. — Но будущее я могу предсказать. — Прошу вас. — Школу ждут непростые времена, — сказала Эви тихо. — Скоро один из преподавателей попадёт в больницу, но все будут только рады этому. А тот, кто её замещает, прекратит конфликт, который она развязала. Но козни того, кто возродился, уже разрушают школу изнутри… — Достаточно, — оборвал Эвилин директор. Он пристально посмотрел на неё. Улыбка с его лица исчезла, оставив лишь усталость. — Вы приняты на испытательный срок, Эвилин. — Спасибо! — воскликнула Эви горячо, делая книксен. — Всё же рекомендую вам пару дней ещё провести в Больничном Крыле, пока ваша рана не заживёт. — Конечно, директор! — Дай Мерлин, чтобы ваши предсказания сбылись, Эвилин… — пробормотал Дамблдор негромко.