Клянись, что ты никому не расскажешь об этом

      Всю ночь Вика не могла сомкнуть глаз. Из-за всей этой бешеной вереницы приключений с Кристиной Панфиловой, Кавериным и «Gemini» недосып уже начинал входить в привычку. Кузнецова была дико уставшей после всего, что произошло за последние дни, и снова пришла на завтрак самой первой, на этот раз уже совершенно ничего не ожидая и не желая.       Глаза в буквальном смысле слипались от переутомления, и девушка почти клевала носом в тарелку, лениво ковыряясь ложкой в каше и периодически поднося ее ко рту.       Где-то через пару минут в столовой появились Даша с Андреем, а ещё примерно через такое же время за стол рядом с Викой приземлились и Макс с Ромой. На мгновение в компании воцарилась тишина, но уже очень скоро Павленко поспешил ее нарушить: — Давайте отправим эту фотку в полицию? И пусть они там сами разбираются, чьи это номера, кто кого убил… А? — А если менты купленные? — Морозов поспешил оспорить предложение. — Может, просто разместим эту фотографию в интернете? — к разговору подключилась и сама Кузнецова. — Вика права, — тут же поддержала Даша. — Полиция может все замять. А если мы ее разместим в интернете, то привлечём к себе внимание и тем самым хоть как-то себя обезопасим. — Если поднимется шумиха, они просто побоятся нас трогать… — согласился Андрей. — Так давайте прямо сейчас ее пошлём! — подхватил Рома. — Как? Ложкой и тарелкой? — Морозов снова возразил. — Вечером. Все вечером.       В дверях столовой в этот момент показалась учительница начальных классов. Тут же окинув Авдеева разочарованным взглядом, она тяжело вздохнула и двинулась в сторону стола, за которым обычно сидели преподаватели.       Андрей стыдливо опустил взгляд в тарелку, что не осталось без внимания Старковой: — Это из-за ключа? — Угу. Идиотская история вышла, — подтвердил Авдеев. — Подойди, извинись. — А я уже извинялся. — Лично, Андрей. Не в кабинете директора. Лично перед Анной Михайловной. — Хорошо, я попробую, — парень встал из-за стола и тут же направился к месту, где расположилась учительница.       Морозов с Павленко вскоре закончили с приемом пищи и тоже покинули девушек. Они отправились в свою комнату, чтобы наспех доделать домашку по математике. — Н-да… — протянула Даша, глядя на то, как парни выходят из столовой. — Мы, конечно, идиоты. Это ж надо было так повестись. — Они ещё и так все рассчитали… — подтвердила Вика. — Если бы они позвали нас всех, мы бы что-нибудь заподозрили. Но они вызвали нас по одному.       Старкова сначала согласно закивала, но уже через долю секунды резко переменилась в лице: — А тебе кто SMS-ку написал? — Макс, — Кузнецова ответила непринужденно, но все же поспешила отвести взгляд от лица подруги. — Макс? — Да. Он написал, что хочет поговорить, и я подумала, что, может быть, о вас, — на самом деле примерно на это Вика и рассчитывала, поэтому ей даже не пришлось врать. — М-м-м… — протянула Старкова. — И ты мне ничего не сказала? Молодец, Вик. Шушукайтесь дальше по углам со своими тайнами. А мне можешь вообще больше ничего не рассказывать. — Знаешь, что, Даш… — Кузнецова начинала выходить из себя. — Если бы ты сама меня хоть иногда слушала, ты бы поняла, что я вообще-то пытаюсь поговорить с тобой. Но ты же носишься двадцать четыре часа в сутки с Андреем, а меня как будто совсем не существует! Чтобы ты знала, я просто хотела поддержать Макса, а тебя, по-моему, это сейчас не очень-то и интересует.       Старкова недобро прищурилась, посмотрев в глаза Вике, и тут же надулась, отвернувшись от подруги. — О чем болтаете? — по-видимому, уладив свои разногласия с Анной Михайловной, за стол снова приземлился Авдеев. — Да ни о чем! — бросила Старкова, резко поднимаясь с места и тут же устремляясь в сторону выхода. — Что это с ней? — Андрей удивлённо вскинул брови. — Не обращай внимания, просто у нас с Дашей произошёл небольшой конфликт, — Вика устало вздохнула, смотря вслед уходящей подруге.       Кажется, только что и так непростая ситуация усложнилась ещё больше. Из-за тесного общения Кузнецовой с Морозовым между девушками с каждым днём все больше разрасталась пропасть. Несомненно, Вике очень хотелось рассказать Старковой о том, почему она стала проводить так много времени наедине с Максом, но сделать этого она не могла хотя бы потому, что это был не ее секрет.       Однако из-за тайны Морозова, которая по сути Вику уже давно никак не касалась, ее отношения с Дашей с каждым днём впускали в себя все больше холода, недомолвок и обид. Кузнецова начинала с ужасом осознавать: рано или поздно ей придётся выбирать между Максом и лучшей подругой.       Авдеев тут же подскочил из-за стола и помчался успокаивать Дашу, а Вике больше ничего не оставалось, кроме как с тяжёлым грузом на душе продолжить приём пищи в гордом одиночестве. Совершая все действия на автомате и стараясь освободить голову от лишних мыслей, девушка с горем пополам смогла впихнуть в себя завтрак и, взглянув на время, осознала, что до первого урока оставались считанные минуты.       Покидая уже почти опустевшую столовую, где продолжала суетиться лишь уборщица, Кузнецова на мгновение успела задуматься о том, что Маша, возможно, симпатична Максу, и именно поэтому он ей постоянно хамит. Морозов всегда так поступал с девушками, которые ему нравились.       Но Вика все же поспешила убедить себя в том, что сделала поспешные выводы, и направилась к кабинету математики, где ей предстояло столкнуться с ещё одной проблемой — Дмитрием Валерьевичем, отчего настроить себя на что-то менее негативное становилось ещё сложнее. Зайдя внутрь аудитории, девушка с досадой обнаружила, что Даша села с Андреем, а Макс — с Ромой. Это означало, что ей теперь ещё и сидеть придётся одной, весь урок чувствуя на себе внимательные взгляды Каверина.       Вика уже и сама не понимала, было ли всё происходящее действительно подозрительным, или это её бурное воображение разыгралось на почве испуга, затмевая здравый разум паранойей. Однако Кузнецовой казалось, что весь урок математик испепелял ее своим смертоносным взором, умудряясь угрожать, даже не произнося при этом ничего, что хоть как-то касалось истории с «Пифагором». По ощущениям Вики занятие продлилось не сорок минут как обычно, а как минимум часов шесть. Но долгожданный звонок все же прозвенел, и девушка пулей вылетела из аудитории, изо всех сил стараясь больше ни секунды не находиться в обществе Каверина.       Быстрым шагом двигаясь по школьному коридору, Кузнецова вдруг ощутила чьё-то грубое прикосновение к своему плечу. Она непроизвольно вздрогнула и резко обернулась, не зная, в какую сторону лучше бежать. Но облегчение наступило незамедлительно. Перед ней стоял не хладнокровный убийца-математик, а всего лишь Макс — её главная причина для разногласий с лучшей подругой. — Вика, что с тобой происходит? — тут же задал вопрос Морозов, внимательно изучая лицо девушки. — А что со мной происходит? — Кузнецова попыталась скрыть очевидное, стараясь не сталкиваться взглядами с парнем. — Ты весь урок так пялилась на Каверина, аж позеленела вся… Мне уже казалось, ты вот-вот коньки отбросишь. — Послушай, Макс, — Вика сдалась, наконец посмотрев на парня. — Этот человек угрожал мне, и я больше чем уверена, что эта история с собаками — его рук дело. Что ты мне предлагаешь делать? Притвориться, что ничего не произошло, а Каверин — простой безобидный математик, да? Мне выйти к доске порешать задачки, может быть? Или вообще записаться к нему на факультатив, м? Если честно, я вообще поражаюсь вашему всеобщему спокойствию. Вы второй день ведёте себя так, будто жизнь прекрасна: Тёму не убили, Савелича тоже, да и вообще в этой школе не происходит черт знает что, в подземелье не было трупов пропавших детей, за нами не гонялись ни собаки, ни психи с пистолетами.       Кузнецова старалась говорить спокойно, но на эмоциях получалось громко. Из-за этого Максу приходилось постоянно озираться по сторонам, чтобы удостовериться, что их никто больше не слушает. — Не знаю, как тебя, но меня все это как минимум настораживает, — девушка резко развернулась и тут же направилась к кабинету истории, покидая общество Морозова.       Она приземлилась за первую парту и тут же уткнулась в конспект, стараясь отвлечься от четкого ощущения взглядов Макса и Даши, устремлённых прямо ей в спину. Кузнецова понимала, что подруга снова видела их вместе, и вся картина в ее голове наверняка могла стать ещё красочнее, чем за завтраком. Вика хотела бы поговорить со Старковой, но не знала, с чего вообще можно было начать разговор. И если честно, в принципе не понимала, к чему Даша устраивает все эти сцены ревности, если сама бросила Макса и закрутила роман с Авдеевым.       Вскоре прозвенел звонок на урок, и в класс зашла Нелли Алексеевна. Поприветствовав десятиклассников, она стала рассказывать что-то о репрессиях во времена Советского Союза. Через какое-то время Вика даже смогла сосредоточиться на теме занятия и отвлечься от посторонних мыслей. Порой учеба и правда спасала её. — Итак, рисуем таблицу, — учительница взяла в руки маленький кусочек мела, и стала что-то чертить на доске, но почти сразу же поняла, что ее затея безуспешна. — Юля, сходи, пожалуйста, за мелом, — оглядев класс, Нелли Алексеевна заострила внимание на явно скучающей Самойловой.       Блондинка с недовольным видом поднялась с насиженного места и вальяжной походкой покинула аудиторию. — Итак… — учительница хотела было продолжить лекцию, но так и не смогла этого сделать.       Уже через долю секунды Самойлова влетела обратно в класс и прижалась к двери, высматривая что-то в щель. Казалось, будто ее снова кто-то преследует. — Юля, в чем дело? — поинтересовалась Нелли Алексеевна.       Блондинка отрешённо окинула класс совершенно пустым, ничего не означающим взглядом, так и не ответив на вопрос. — Юля, ты мел принесла? — не сдавалась историчка. — Э-э-э… Я не нашла, — очнулась, наконец, Самойлова. — У завхоза возьми. — Я не пойду, — твёрдо отрезала блондинка, приземляясь обратно на своё место. — Что значит «не пойду»? — А то и значит. Я вам не девочка на побегушках. Если вам надо, идите сами.       Вика усмехнулась. Порой характер соседки действительно ее удивлял. — Что ты сказала? — учительница оторопела, скрестив руки на груди.       Но развернувшейся в кабинете комедии не суждено было продолжиться. Через пару секунд обоюдного молчания участниц спектакля прозвенел звонок с урока. — До свидания, — с недовольством произнесла Нелли Алексеевна, все ещё продолжая стоять неподвижно в момент, когда Юля покидала аудиторию.       На выходе из класса Вика все ещё продолжала смотреть на Самойлову с плохо скрываемым интересом. Да уж, одноклассница смогла поднять ей настроение. А ко всему прочему, не могло не радовать ещё и то, что впереди оставался лишь один единственный урок литературы, после которого наступят долгожданные выходные. Вдобавок занятие вёл Виктор Николаевич. Хоть убейте, но Кузнецовой этот преподаватель сильно импонировал, и она ни за что бы не поверила, что именно он занимается всей этой ерундой, которая происходит в «Логосе». Не может такой открытый, отзывчивый и доброжелательный человек оказаться одним из этих подонков.       Поляков вёл свой урок, диктуя ребятам важную на его взгляд информацию об античной мифологии, и Вика впервые за последние несколько дней, наконец, смогла полностью сосредоточиться на теме. Виктор Николаевич не вызывал такой тревоги как Каверин со своим «Пифагором» и даже не давал никаких поводов для подозрений как Нелли Алексеевна с картинами Филонова. Он просто находился в классе и никак не связывал тему урока с найденными уликами, отчего жить становилось хоть немного, но все-таки проще. — Вик? — из сосредоточенного состояния девушку вырвал Рома, сидевший справа. — Слушай, а как ты сможешь в эту базу зайти? Ну… Чтобы номер машины пробить?       «Боже мой, я сегодня хотя бы часик смогу об этом не думать? Я что, так много прошу?» — успело пронестись в голове у Кузнецовой, прежде чем она ответила: — В интернете полно программ. Думаю, с этим проблем не будет. — А если менты решат, что мы просто прикалываемся? — Павленко никак не унимался. — Любая экспертиза покажет, что это фото настоящее, — Вика заговорила чуть громче, ничуть не скрывая своего недовольства, что не осталось без внимания преподавателя. — Рома Павленко, — произнёс Виктор Николаевич, подойдя чуть ближе. — Ты уже выбрал миф для реферата? — Миф? — подскочил с места Ромыч. — Выбрал. Этот… Как его… — Незнайка на Луне! — донёсся с последней парты насмешливый шёпот Харитонова, и по классу тут же прокатилась волна хохота. — Дидона и Эней, — нашёлся с ответом Павленко.       Вика посмотрела на Андрея, стараясь уловить в его лице реакцию на выбор друга, но не успела, потому что почти сразу прозвенел звонок. — Что ж, ладно, урок окончен, увидимся с вами на следующей неделе. Рефераты жду до субботы, — настроение Виктора Николаевича, казалось, тоже внезапно переменилось. Преподаватель закончил занятие без привычной теплоты в голосе. — Пойдёмте тогда сразу в библиотеку? Поищем там книжки с этими мифами? — предложил Павленко на выходе из аудитории.       Ребята единогласно закивали и тут же направились большой компанией обыскивать полки с книгами. — Слушай, Ромыч, где ты нарыл про этого Додона? А то я что-то тут вообще ничего не могу найти… — неподалёку от ребят с потерянным видом стоял Славка Харитонов. — Вот, возьми. Это мифы о Геркулесе, — Вика достала с полки одну из пыльных книг и передала в руки однокласснику. — А о манной каше там нет? — спросил Слава. — Издеваешься? — Геркулес — это Геракл, — рассмеялась девушка. — Но если хочешь, я себе заберу. — Почему нельзя как во всех нормальных школах скачать с интернета? — устало вздохнул Харитонов, снова забирая книгу. — Да вообще, ужас какой-то, — саркастично ухмыльнулась Вика, разворачиваясь обратно к друзьям.       На секунду ей показалось, что она уловила на себе недовольный взгляд Макса, но парень тут же отвёл глаза, как только заметил, что Кузнецова тоже смотрит на него. Вика приземлилась за один из библиотечных компьютеров и стала искать в интернете базу данных, по которой можно было бы пробить номер машины со злополучной фотографии, пока Морозов с Павленко о чем-то активно переговаривались. Девушка их не слушала. — Я нашла базу по Москве и Московской области, — озвучила она спустя несколько минут поисков, снова привлекая к себе всеобщее внимание. — Черт, я так и знала. Номер не зарегистрирован. — Значит, фальшивка, — заключил Макс. — Да. Но мы все ещё можем выложить эту фотку в интернет. Пойдёмте скорее, — подключился Павленко.       Ребята моментально поднялись с мест и направились в комнату парней, где компьютер Кузнецовой теперь хранился почти круглосуточно. — Сейчас загрузим фото сразу на несколько сайтов и будем ждать, — произнесла девушка, присаживаясь за письменный стол у окна и открывая крышку ноутбука. — Подожди, Вик, что это за фигня? — обратился к подруге Рома, когда устройство было выведено из спящего режима. — Ее тут раньше не было, я точно помню. — Скрытая папка, — пояснила Кузнецова, увидев на экране новый файл с названием «И.И.» — Интересно, что же там такого Панин спрятал? Открывай скорее, — попросил Андрей.       Внутри загадочной папки оказалось несколько фотографий. Вика щелкнула по первой попавшейся, и на экране перед ребятами предстала женщина на вид примерно лет тридцати пяти, довольно приятной наружности. Она улыбалась и держала в руках букет цветов. — Кто это? — тут же заинтересовался Павленко. — Женщина какая-то, — констатировал Макс. — Да ладно… — стало ясно, что Авдеев узнал ее. — Это моя мама!       Вика начала листать находившиеся в папке фотографии. Та же самая женщина была изображена и на всех остальных снимках. На последнем фото мама Андрея стояла на палубе яхты рядом с мужчиной, который, судя по всему, являлся Авдееву отцом. На несколько мгновений повисла тишина. Андрей заметно занервничал и прошёл вглубь комнаты, зарываясь пальцами в волосы, а потом резко повернулся обратно к ребятам и почти прокричал: — Что это все значит, кто-нибудь мне объяснит?! Моя мама что, подопытный кролик?!       Старкова тут же подскочила с места, подошла ближе к парню и осторожно усадила его на кровать: — Получается, что этот адвокат следил за твоими родителями…       Всеобщее удивление внезапно прервал сигнал, раздавшийся из ноутбука Вики. Из чата с математиком в Блабере пришло новое сообщение. — Опять этот «Пифагор»? — обратил внимание Рома. — У них в нашей комнате камеры что ли?! — Что будем делать? — задала вопрос вновь перепуганная Вика.       Однако не успел никто из друзей ответить на него, как Авдеев снова подорвался с места и поспешил открыть сообщение Каверина, опережая всех остальных.       «Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним. Ха-ха-ха! Ваш друг А.П.» — тут же высветилось на мониторе. — И что он хотел этим сказать? — озвучил Макс. — Тварь. Это Панин, — понял Андрей.       В следующее мгновение компьютер Вики стал издавать непрерывные звуковые сигналы, а на экране всплыло окошко удаления файлов с жесткого диска. — Черт! — воскликнула девушка, быстро щёлкая пальцами по клавиатуре. — Этот Панин прислал нам вирус! — Так сбрось его! — негодовал Авдеев. — Не получается! — Вик, ну сделай что-нибудь, он же удаляет все! — стала паниковать Даша.       Морозов понаблюдал за тщетными попытками все исправить ещё пару-тройку секунд, после чего захлопнул крышку ноутбука и приземлился обратно на кровать под протестующие крики друзей. — Так будет лучше, — спокойно ответил парень.       Андрей тут же выскочил из комнаты, вслед за ним тотчас вылетела Старкова, а затем и Рома, оставляя Вику наедине с Морозовым. — Макс, отдай мне ноутбук, — попросила девушка.       Парень неспешно протянул ей устройство обратно в руки, не произнося ни слова. Кузнецова опять включила компьютер и печально заключила: — Скорее всего все файлы стёрты. Мне нужно время.       Морозов окинул одноклассницу безразличным взглядом, после чего резко поднялся с кровати и тоже покинул комнату. Вике больше ничего не оставалось, кроме как забрать ноутбук и уйти обратно в свою спальню. На самом деле она не очень любила одиночество, а в их комнате сейчас находилась хотя бы Самойлова.       Зайдя внутрь и приземлившись на кровать, Кузнецова тяжело вздохнула. Сначала все делают вид, будто все отлично, и ей кажется, что ее одну вообще что-то в этой жизни заботит, а потом все разом психуют и убегают, хлопая дверями, как будто это она в чем-то виновата. Да уж, хороши друзья, ничего не скажешь.       Прокрутив в голове все произошедшее ещё несколько раз, Вика снова встала с кровати и переоделась в более удобную одежду, а потом опять открыла ноутбук и стала упорно пытаться восстановить удаленные файлы. За этим занятием девушка провела несколько часов, но все попытки оказались безуспешными.       Ближе к ночи в комнату влетела злющая Старкова и тут же упала на свою кровать, нырнув с головой под одеяло. От вида подруги в таком состоянии сердце Вики сжалось, и она уже хотела было поинтересоваться у Даши, что произошло, но вовремя вспомнила о том, что с утра они поругались, а сейчас могут поругаться ещё сильнее, если она начнёт допрашивать Старкову.       Ещё примерно через час окончательно сдавшись с восстановлением файлов и понимая, что жутко устала, Кузнецова прекратила попытки исправить ситуацию. Её соседки по комнате уже спали, а свет в комнате был выключен. Однако в голове Вики сейчас было слишком много мыслей, чтобы последовать примеру одноклассниц.       Не зная, чем ещё можно себя занять на ночь глядя, девушка стала бесцельно проводить время в соцсетях, просматривая посты в ленте и лайкая чужие фотографии. Так прошло ещё минут пятнадцать или двадцать. А потом её спокойствие нарушил раздавшийся по двери тихий стук. На секунду Кузнецова напряглась, прислушиваясь к ночной тишине, чтобы убедиться в том, что у неё не едет крыша на почве переутомления, и это не было слуховой галлюцинацией. Однако стук повторился чуть более настойчиво.       Осторожно подобравшись к двери и тихонько ее приоткрыв, Вика облегченно выдохнула, разглядев снаружи силуэт Морозова, который, кажется, прятал что-то за спиной. — Макс, ты меня напугал! — прошептала Кузнецова, тут же выскользнув из спальни и плотно закрыв за собой дверь, чтобы не разбудить соседок. — Что ты здесь делаешь? — Увидел тебя в онлайне и понял, что ты не спишь, — парень улыбнулся. — А ты почему сам не спишь? — Вика понимала, что Морозов что-то задумал.       Так и было. Уже в следующую секунду Кузнецова осознала, что Макс никогда не перестанет ее удивлять. Парень внезапно упал перед ней на одно колено и вытащил из-за спины небольшого мягкого медвежонка, протягивая его со словами: — Кузнецова Виктория Сергеевна, согласны ли вы составить мне компанию в ночной прогулке вокруг школы, а то мне одному будет скучно? — Макс, ты такой дурак, честное слово, — девушка тихо рассмеялась. — Ну хорошо, пойдём. — Это тебе, кстати, — Морозов поднялся с пола, продолжая протягивать Вике игрушку. — По какому это поводу? — Да просто так.       Кузнецова просияла. Да, возможно, этот поступок совершенно ничего не значил для самого Макса, но для неё он значил очень много. В такие моменты, когда Морозов не грубил, а вот так вот мило улыбался, глядя ей в глаза, и делал всякие забавные глупости, в душе снова и снова просыпалась надежда на то, что рано или поздно сердце Макса непременно растает. — Спасибо, — не в силах сдержать эмоции, Кузнецова расплылась в широкой улыбке. — Идём? — удостоверился парень, не отводя взгляда от её лица. — Да, только положу сейчас твой подарок, — Вика осторожно проскользнула в комнату, где поставила игрушку на прикроватную тумбочку.       Выйдя обратно в коридор, девушка снова увидела Морозова и, кажется, снова покраснела, что не осталось без внимания самого Макса, который тут же заулыбался, подхватывая одноклассницу под руку и медленно подводя ее к выходу из жилого блока.       Прохладный апрельский ветерок прошёлся по коже Кузнецовой, когда они оказались на улице. Вика непроизвольно поежилась и почти мгновенно пожалела о том, что не додумалась заодно прихватить из спальни куртку или хотя бы какую-нибудь легкую кофточку. Макс выпустил руку одноклассницы из своей хватки и приземлился на ступеньки школьного крыльца, после чего многозначительно взглянул на Вику, понимая, что та не спешит следовать его примеру. Через несколько секунд молчаливого зрительного контакта Морозов похлопал по бетону рядом с собой в приглашающем жесте, и девушка все же присела рядом, снова поморщившись от холода. Макс вытащил из кармана пачку сигарет и неспеша подкурился в абсолютной тишине, пока Кузнецова внимательно наблюдала за его действиями. После первой затяжки парень решился заговорить: — Слушай, Вик, а ты чего на каникулах делаешь, не решила ещё? — Я? Ну… — на секунду девушка замялась, не ожидая такого вопроса. — Да как всегда, поедем с родителями на дачу, наверное. В общем, ничего интересного. — Понятно, — Морозов слабо улыбнулся, снова втягивая в легкие ядовитый дым. — Я просто предложить хотел, может, захочешь выбраться на пару денёчков? У Ромыча в июне день рождения будет, мы тусу хотели устроить у него на коттедже. Винчик, кинчик и все такое… — То есть ТЫ сейчас приглашаешь меня на РОМИН день рождения? — Ну типа того, да. — Слушай, я думаю, это Роме стоит решать. Но в целом я не против. Если мама отпустит, конечно. — Да отпустит она тебя, куда денется, мы ж не первый год с тобой знакомы. А с Ромычем я сам поговорю. — Да как-то неловко… — Да ну, ты брось, он против что ли будет? Нет, конечно.       Вика снова замолчала, наблюдая за действиями Морозова и заодно обдумывая его слова. Как же с ним порой бывает тяжело общаться… В один момент он может ругаться матом и посылать на три буквы всех, кого встречает на своём пути просто потому, что у него плохое настроение. А уже через пару часов он как ни в чем не бывало улыбается, дарит мягкие игрушки и приглашает на чужие дни рождения. Ну что ж за человек такой этот Максим Морозов? — Макс, — неожиданно для самой себя вслух произнесла Вика. — М? — парень повернул голову и посмотрел на неё. — Да так, ничего… — Кузнецова снова поспешила спрятать взгляд, потому что не успела придумать, что сказать.       Однако Макс вдруг взял девушку за предплечье, чем заставил её снова переключить внимание на его лицо. На какое-то мгновение их взгляды встретились и в полной тишине изучали друг друга пару-тройку секунд. Морозов снова заговорил первым: — Ты чего, замёрзла что ли? Дрожишь вся. — Есть немного, — тихо ответила Вика. — Ну ёлки-палки, чего сразу-то не сказала? — Макс быстро расстегнул на себе кофту и тут же протянул ее однокласснице, по-прежнему не разрывая зрительного контакта. — Спасибо, — девушка смущенно улыбнулась, надевая одежду Морозова.       Вике сразу же стало тепло. И не только потому, что кофта была действительно тёплой. Она ко всему ещё и принадлежала Максу. На ней сохранялось тепло его тела, и она пахла им. Её Максом. — Вика, приём? — парень щелкнул пальцами перед лицом Кузнецовой, вырывая ее из приятных мыслей. — Слушай, я знаю, что тебе страшно из-за Каверина. Я это вижу. Я вообще-то хотел тебя отвлечь, и видимо не очень получилось все-таки. Но я обещаю тебе, что с тобой ничего плохого не случится. Я этого не допущу. Обещаю, слышишь?       Макс одной рукой притянул девушку ближе к себе, и Вика тут же нырнула в его объятия, стараясь не упускать ни единой секунды этого момента. Ей бы хотелось просидеть так целую вечность, в объятиях любимого человека, который дал слово, что защитит ее от всех ужасов, что происходят в этой чертовой школе. Но умом Кузнецова все же понимала, что это невозможно. Да и в целом Макс так общается с ней только из-за той злополучной ночи, когда он совершил убийство, а Вика по чистой случайности наткнулась на него первой. Несомненно, они стали друг другу намного ближе за последние недели, но это ведь не отменяет того, что сердцу Макса никто не может приказать любить ее. Она для него — всего лишь друг, который поддержит в трудную минуту, выслушает и даже поможет спрятать орудие убийства, но совсем не та девушка, в которую можно влюбиться. Все мысли Макса сейчас наверняка заняты другой — ее лучшей подругой, которая теперь с ней из-за этого не разговаривает. Какая ирония. — Та-ак! — на этот раз ход мыслей Вики прервал голос дворника. — Кого я вижу, Морозов! Опять правила нарушаешь? Ещё и девчонок за собой увлекаешь! Ты время видел? Хулиган! — Все-все, извините, дядь Семён, мы уже уходим! — Макс поднял обе руки в поражении и тут же вскочил со ступенек. — Пойдём, Вик.       Девушке ничего не оставалось, кроме как тоже встать с насиженного места и, следуя примеру парня, скрыться от укоризненного взгляда Семена Андреевича внутри школы. — Господи, ну ни минуты покоя, хоть на стенку лезь уже, — недовольно прошептал Макс, когда они вдвоём оказались в холле Логоса. — И не говори, — тяжело выдохнув, подтвердила Кузнецова.       К своим комнатам поднимались молча. Вика сама не знала почему, но все же ощущала, что ей стало намного легче после разговора с Максом. До этого она даже не догадывалась, что ей для большей уверенности в себе нужен всего-то лишь надежный человек рядом. И Морозов, кажется, вполне подходил на эту роль. — Спокойной ночи, Вик, — ласково произнёс Макс, чуть замедляя ход, когда они оказались около спальни девушек. — Спокойной ночи, — улыбнулась в ответ Кузнецова.       Парень ещё раз задержал свой взгляд на однокласснице, после чего развернулся окончательно и направился дальше по коридору. — Макс, стой! — опомнилась девушка. — Кофта. — Да ерунда, потом отдашь, — отмахнулся Морозов, ещё раз одаривая Вику мягкой улыбкой, и тут же скрылся за поворотом.       Почти бесшумно, изо всех сил стараясь никого не потревожить, Кузнецова проскользнула обратно в свою комнату и тут же нырнула под одеяло. Она заснула практически моментально, уже не думая о Каверине и не мучая себя навязчивыми мыслями о его угрозах.