Глава выберет меня!

      Девушка ловко перепрыгивала высокие выступы могучих корней, хватаясь на ветки, поспешно их раздвигая, специально избирая более «тернистый» путь. Она надеялась, что, будучи маленькой и юркой, она сможет в любом случае двигаться по такой чаще быстрее своего беловолосого друга, который, нет никаких сомнений, уже пустился за ней во весь опор. Знала бы она, что он спокойно следует по верху этого непролазного бурелома на уровне крон высоких деревьев — выбрала бы путь по-легче…       Не известно, сколько она таким образом бежала, но как только смогла выйти на открытую полянку с мыслью слегка передохнуть — Раймей поняла, что у нее большие проблемы.       Она вышла прямо к стае давно почувствовавших ее приближение волков, которые, убедившись, что при девушке нет никакого оружия, принялись окружать ее в кольцо, дабы напасть…       — О, ками… — Только и могла сказать девушка, впав в ступор. У нее была с собой склянка с усыпляющим порошком, который она сама приготовила на случай, если придется запульнуть его какому-нибудь врагу в рожу, чтобы сбежать. Но, даже если она бы и успела его вытащить — помогло бы ей это средство против такого количества диких зверей?! Она явно просчиталась…       — Тобирама, спаси меня-я-я! — Что есть силы закричала она, уже краем глаза ощущая, что некоторые волки отпрянули от земли, дабы вцепиться в свою легкую добычу. Девушка сжалась, закрыв лицо руками, и почувствовала, как внутри у нее все оборвалось.       «Все… умерла… Второй раз умерла!» — с горечью думала она. И, приоткрыв один глаз, глядя мимо пальцев все еще прикрывавших свое лицо от страха, она поняла, что… летит!       — Это моя душа «возносится» на небеса?! Так что-ли?! — не могла не спросить саму себя она вслух.       — На небеса?! Ты все еще думаешь попасть в рай, после всех тех злодеяний, которыми меня мучила?! — отвечал ей голос Тобирамы прямо над ухом.       — Тобирама! Ты… — девушка повернула голову в его сторону, и не могла шумно выдохнуть, от осознания того, что он ее спас! Она так обрадовалась, что он все это время преследовал ее! И только сейчас принцесса увидела, что мужчина «скачет» с ней по веткам, удерживая ее при этом всего одной рукой, несмотря на то, что… они были так высоко над землей! Прямо у вершин деревьев!       — А-а-а!!! — Не могла не завопить девушка, обхватив Тобираму руками и ногами, нечеловеческими силами принявшись душить его шею.       — Кхх… Ты что?! — не понимал Тобирама, остановившись на одной из наиболее широких веток на своем пути, и попытался отодвинуть от себя Раймей, чтобы взглянуть ей в лицо и понять, что произошло с девушкой. Но ее тело будто окоченело, и «отлепить» Раймей от себя было просто невозможно.       — Я… Я боюсь высоты! — призналась девушка, крикнув это так громко, что Тобирама чуть не оглох на левое ухо.       — Боишься высоты?! Какой?! Эти жалкие пятьдесят метров над землей?!       Внезапно он понял, как они оба сейчас выглядели со стороны. Раймей из-за страха не понимала, что прижимает Тобираму к себе не только руками, пряча свое лицо, уткнувшись ему в грудь, но и… сцепив свои ножки вокруг него в замок. И теперь… он не мог не почувствовать сильное головокружение и бьющееся невпопад сердце из-за этого.       — Идти по низу глупо, если можно пересекать местность по деревьям, — все же совладав с собой, пытался вразумить он девушку. Знать бы ему еще, куда она направляется! Но разве она скажет?! Если бы хотела — озвучила бы это сразу…       — Если мы не спустимся — я просто потеряю сознание, пойми ты! — хоть и разделяя его доводы, не могла согласиться с шиноби Раймей.       — Вот и чудесно. Хоть полчаса передохну от твоей безрассудности! — ответил он, тут же зашипев оттого, что девушка больно потянула его за волосы. Пришлось ей уступить. И как только они оба оказались на поверхности, и девушка поняла, что ее «защитник» стоит на земле на своих двух, обессиленно упала прямо навзничь в траву, раскинув в стороны руки и ноги. Она знала, что находилась к Тобираме непозволительно близко. Но ее фобия была сильнее. Вообще, вещей, которых она боялась, было не так много. Но страх высоты — был ее вечным спутником по жизни. Оказавшись в этом мире, она была отчасти рада, что не посетит больше ни одного небоскреба в своей жизни, и не сядет ни в один самолет… Но, как говорится, не тут то было.       — Долго собираешься лежать в такой позе? — все еще стоя над ней, спросил Тобирама, скрестив руки на груди, про себя подсмеиваясь над ее видом.       — Спасибо… ты спас меня дважды… — слегка приподняв голову к нему, сказала она.       — Может, уже скажешь, что ты замышляешь? — перешел Тобирама к делу, сев под деревом неподалеку от нее.       Раймей знала, что любая ее отмазка не сработает. Но и истинную цель своего путешествия пока невозможно было сказать.       — Пока не могу. Давай чуть позже? — принялась торговаться с ним девушка, ловя на себе уничижительный взгляд Сенджу.       — Ты думаешь, мне доставляет удовольствие играть здесь в чаще с тобой в «онигокко»*? — на самом деле, ему это нравилось… Он редко развлекался из-за своей жизни шиноби, и сейчас чувствовал смутное веселье от тех испытаний, которые Раймей ему устраивала. Но он боялся, что девушка так или иначе пострадает, если сумеет провести его и сбежать. Она ведь явно задалась этой целью…       — Хм… Этот лес такой дремучий… Не думала, что тут так мрачно, — глядя на густую поросль вокруг себя, говорила девушка перевернувшись на бок, все еще лежа на земле.       — Именно поэтому общая для наших кланов деревня будет строиться приблизительно в этой области, — прокомментировал ее реплику Сенджу.       — Правда? Прямо тут? — ей нравилась природа, которая окружала поселения Сенджу и Учиха. Но одной ходить здесь было мягко говоря… опасно. Она уже дважды чуть не попрощалась с жизнью, и прямо сейчас размышляла, стоит ли ей так рисковать? Если она умрет, то… и ее доказательства правдивости перед Мадарой тоже не будут никому нужны.       «Сделаю еще две попытки. Бог любит троицу! Если снова ничего не получится — тогда признаюсь Тобираме… Может, он поймет и поможет? Хм…» — на том она уснула, уже изрядно вымотавшись к этому времени, и Сенджу, видя это, просто принялся разводить неподалеку возле ее «тела» костер, чтобы ночью девушка не замерзла. Она ведь не позволит «согреть» себя каким-нибудь другим, более приятным для Тобирамы способом…       Наутро Раймей открыла глаза, и убедилась, что ее сопровождающий еще спит.       «Это мой шанс…» — проскочило у нее в голове, и абсолютно бесшумно поднявшись на ноги, она на цыпочках принялась удаляться от Сенджу. Отойдя приличное таким образом расстояние, и, убедившись, что Тобирама все так же сидит под деревом, опустив лицо вниз, уже без опаски побежала от него дальше, предприняв вторую попытку скрыться.       «Хоть бы ничего не случилось, хоть бы ничего не случилось…» — все повторяла и повторяла она про себя, неминуемо удаляясь от места их ночной стоянки все дальше и дальше, пока не вышла к бурлящей живописной реке, где решила слегка передохнуть и умыться.       Едва переведя дух и напившись как следует, она услышала неспешные тяжелые шаги совсем рядом с собой.       — Эх, вторая попытка сбежать от тебя снова потерпела фиаско, ха-ха-ха, — поворачивая голову в сторону звука, добродушно сказала девушка, тут же осознав, что она серьезно ошиблась.       Перед ней стояла толпа разбойного вида субъектов, которые не производили впечатления, что являются шиноби, но были вооружены, и облачены в потрепанные доспехи.       Выпрямившись, она поняла, что попала в не менее опасную ситуацию, как было давеча с волками, только если в случае с дикими животными она бы умерла сразу, то тут… Было не ясно… Вид этих мужиков явно показывал, что они подошли не для того, чтобы поинтересоваться «как пройти в библиотеку»…       — Так-так-так… — сказал один из них, одноглазый и лысый, хищно улыбающийся и потирающий подбородок в задумчивости, — такая юная милая пташка случайно выпала из гнезда? Где твои родители, девочка? — с деланной заботой в голосе спросил он, подначиваемый улюлюканьем и едва прикрываемым смехом его «товарищей».       Раймей стало не по себе. Она понимала, что так просто ей не скрыться от них, даже если она просто прыгнет в воду позади себя, дабы поток унес ее куда подальше. Их здесь десять человек, и, конечно, они найдут способ, как «выловить» ее и сделать с принцессой все, чего желали и даже больше. Можно было попробовать запугать их.       — Я здесь без родителей. А со своим женихом. Учихой Мадарой… — сказала она, молясь, чтобы слава о жестокости и невообразимой силе ее возлюбленного была известна этим оборванцам.       И, кажется, они и впрямь слегка смутились от этого…       — Учиха Мадара?.. Босс, это же глава клана тех «глазастых» демонов, которые распотрошили на днях Чизаку-ничана… Может, ну ее? Эту девку… — шепнул на ухо своему командиру один из них, вселяя неуверенность в последнего.       — Тц! Так я ей и поверю! И даже если она правда его девка, каким образом он узнает об этом?! Если от нее вообще ничего не останется в конце концов, ха-ха-ха!!! — снова осмелел главарь банды после непродолжительного замешательства.       Тогда Раймей быстро потянулась к своей сумке, дабы достать свой порошок, но разбойники поняли, что она собирается тем самым как-то противостоять им, и рванули в ее сторону. Раймей не ожидала, что они сразу начнут действовать. Между ней и группировкой расстояние стремительно сокращалось. И девушка поняла, что придется все же прыгать в воду… Как вдруг, прямо перед ней «материализовался» Тобирама, повернутый в сторону бандитов, сложивший руки на груди.       — Тобирама!!! — хлопнув в ладоши, воскликнула Раймей, готовая кинуться к нему в объятия. Но повернутое к ней всего на мгновение его лицо, которое она впервые видела настолько разозленным, не позволило ей ступить к нему и шагу.       «Ужас… Он так зол… Этим бедолагам конец. И мне, возможно, тоже…» — она знала, что Тобирама очень терпеливый, особенно по отношению к ней. Но понимала, что может быть сейчас она дошла до точки его «кипения»…       — Если извинитесь перед молодой госпожой, и скроетесь к черту — так и быть, я не убью вас, — сказал он великодушно, обращаясь к оборванцам в доспехах.       Разбойники, которые вынуждены были остановиться на полпути к Раймей, слыша его реплику, не могли не рассмеяться.       — Убьешь? Нас?! Ты что, слепой? Не видишь, что нас в десять раз больше!!!       — Не хочу устраивать резню перед этой девушкой, поэтому предупреждаю в последний раз, — была бы вас хоть сотня, все равно вам не выстоять против меня.       От этого утверждения (пусть оно и было сказано так сурово и пугающе до дрожи), разбойники принялись смеяться еще больше.       — Взять его! — наконец, не выдержал главарь, обнажив свой изрядно затупившийся меч. И не успел он сделать и шага, как Тобирама с невероятной скоростью сложил печати своей техники водной стихии.       — Суитон: Суирьюдан, но Дзюцу**! — В тот же миг из реки позади девушки взметнулся вверх огромного размера водяной дракон, ужасающе взревев, и, раскрыв пасть, поглотил свою «добычу».       Под крики отчаяния и мольбы простить их, преступные оборванцы были смыты в реку, уносимые неумолимым, всеразрушающим потоком стихии…       Тобираме не нужно было использовать такую сложную технику к этим несчастным разбойникам, чтобы одолеть их… Те сорок четыре печати, которые использовались для ее активации, того не стоили. Но Тобирама сделал это специально, чтобы поразить Раймей своим Суитонниндзюцу. И ему это удалось.       — Как красиво!!! Тобирама, ты можешь делать такие удивительные вещи! — от ее страха перед бандитами не осталось и следа.       — Хм!.. А ну иди сюда, гадина!!! — с силой дернул он Раймей за руку дабы хорошенько «встряхнуть» ее, чтобы мозги, наконец, вправились на место. Но девушка неправильно расценила его первоначальное желание (или не захотела понимать), и мягко прижалась к нему, обняв двумя руками.       Тобирама тут же остолбенел. Все его эмоции и чувства перевернулись с ног на голову.       Да, они были какое-то время «близки» друг к другу, и Раймей позволяла обнимать себя порой. Но… Она никогда не обнимала его сама. За исключением того случая на дереве, когда принцесса прижалась к нему в страхе (что тоже не могло сойти за ее собственное желание прильнуть к нему). Это было впервые. Сенджу опустил руки, стараясь запомнить это прекрасное чувство…