Broken

Феликс сказал Хану, что будет жить ещё три месяца, и не будет жалеть о жизни... Но он уже жалеет... Ещё он сказал, что сегодня умер внутри и это действительно так. Он больше не тот Ли, который хочет жить... Теперь он хочет лишь одного – умереть поскорее, чтобы не чувствовать саднящее от ран горло. (Поэтому достаёт выписанные таблетки, к которым не прикасался добрых три месяца, и глотает сразу пять штук) Закрыть глаза и заснуть в три часа ночи не даёт глупое волнение. Скоро что-то случиться, он чувствует это, и Ли искренне хочет верить, что боги смилуются за все его грехи и отправят смерть забрать остатки его души на тот свет. Но этого не происходит. Жаль... Этой ночью Ли так и не сомкнул глаз. Наутро в его комнату ворвался злой Хан, потому что, почему бы собственно и да? - Ли Феликс, ты дурак, – сказал Хан и заключил младшего в объятья. - Я знаю, – ответил Ли, обнимая Джисона в ответ. - Я знаешь, как перепугался этого сообщения? Думаю, всё – руки на себя накладывать пошёл... Я сразу к тебе рвануть хотел, но Минхо-хён сказал, что общежитие на ночь закрыто, попросил утра дождаться. Чтоб больше такого не было! - Прости меня... - Если хочешь поговорить – я всегда рядом, Ликс... Не молчи и не держи в себе – это плохо кончится... Я не хочу тебя терять, Феликс. - Я не уйду. - Нет, уйдёшь. Я не позволю этому случиться. Я сегодня же поговорю с Чан-хёном. - Нет! – возразил Ли. – Пообещай не вмешиваться. - Почему это? - Это моё дело с Крисом, – уверено произнёс младший. - Тогда сам с ним поговори, Феликс, пожалуйста, – умолял старший. - Я поговорю, но позже. У него сейчас практика и он редко появляется в институте... – выкрутился Феликс. - А, точно... Но, когда он вернётся, ты пойдёшь и выскажешься, понял? - Да, понял. Пойдём-ка мы на учёбу. Ребята вышли из комнаты и направились в институт.

***

Ли смог бегать от Бана ещё месяц. Но после бегать, причём в прямом смысле, он уже не мог, а танцевал с трудом и из последних сил. Нормально есть Феликс тоже не мог – горло саднит и всё равно пища выйдет вместе с цветами, поэтому Ли питался водой и изредка питьевыми йогуртами, и то только для тренировок. И без того худой Феликс похудел до критического состояния. Это заметил хореограф и отправил младшего к врачу, который выписал диагноз и высказал свой приговор – больше никаких танцев... Ли был расстроен. Единственная его отрада жизни была безжалостно вырвана из неё... И что теперь делать? Забирать документы и умереть на лавке в парке, потому что больше негде? Он хотел быть танцором, хотел быть хореографом. Он хотел быть... В институте поняли ситуацию и дали парню академический отпуск. Каждый понимал, что Ли больше не вернётся к занятиям... С того момента Ликс засел в общежитии. Выходил из комнаты лишь в крайних случаях, и то из здания совсем не высовывался. Джисон боялся за него, но сделать ничего не мог – Ли не пускает его к себе. Так было всегда. Когда Феликсу было плохо или больно – он закрывался и рыдал в одиночестве, никого не подпуская к себе... Хан пытался пробраться к другу. Пытался ему помочь, да хотя бы просто быть с Ли, когда тот умрёт, чтоб не один ушёл, но тщетно. Ли привык к одиночеству. Ему больше не нужен сосед. Ему вообще больше никто не нужен... А Хан не может так просто всё оставить, потому, наплевав на обещание не вмешиваться, отправился на поиски Чан-хёна.

***

После занятий Джисон нашёл Бана, и попросил его отойти поговорить. - Феликс болен, – без промедлений произнёс серьёзным тоном Хан. - Что? – переспросил Чан. - Знаешь такую болезнь ханахаки? Не знаю как в Австралии, но в Корее она довольно распространена. Это когда любовь безответна и... - Я знаю, Джисон, знаю. – Ответил Бан. - Так вот, из-за тебя, он теперь может умереть, – смотря прямо в глаза старшему, произнёс Хан. - Он влюблён в меня? Что я могу сделать? Я не могу ему помочь в этом... - Просто поговори с ним. И прекрати его ненавидеть – это даст ему время и уменьшит боль. - Но я не могу... - ПЕРЕСТУПИ ЧЕРЕЗ СВОИ ПРИНЦИПЫ, ГЛУПЫЙ ХЁН! ФЕЛИКС МОЖЕТ УМЕРЕТЬ УЖЕ СЕГОДНЯ! ТЫ ТАК СИЛЬНО ХОЧЕШЬ ЕГО СМЕРТИ? ТЫ ТАК СИЛЬНО ЕГО НЕНАВИДИШЬ? – крикнул возмущённо Хан, но затем постарался успокоиться. – Ты просто... Просто... Я даже не знаю... Знаешь что... Как ты думаешь, с кем встречается Чанбин-хён? - Причём он здесь? – недоумевая, произнёс Крис. - С кем он встречается? – повторил свой вопрос младший. - Я не знаю, но у него точно есть девушка... - Да, и имя её – Хван Хёнджин... Чан-хён, ты либо слепой, либо тупой и я не знаю, что из этого страшнее. А ещё, так к слову, я тоже встречаюсь с парнем. - Что? – удивленно переспросил Бан. - Его зовут Минхо, – проигнорировав старшего, продолжил Хан. - Но у тебя же есть девушка... Была... - Я бисексуал, Чан-хён. Когда ты меня последний раз с девушкой видел? - Год назад?.. - Полтора, Хён. Прошло полтора года, я год уже с Минхо встречаюсь, полгода живу вместе с ним, но ты, конечно же, этого не знал... - Но ты мне не говорил! – возразил Чан. - А что было бы, если сказал? Ты бы меня как Феликса возненавидел? Просто за то, что я люблю человека своего пола? В чём твоя проблема, Чан-хён? Их прервал зазвонивший телефон Джисона. - Смотри – это Минхо. – С улыбкой произнёс Хан. – Тебе повезло, Хён, но я ещё не закончил. Прекрати мучать Ликса, он и так на грани, – бросил напоследок младший, выходя из комнаты и отвечая на звонок. А Чан(наконец) задумался, а за что собственно он ненавидит всех представителей меньшинства? Из-за одного придурка, испортившего психику ребёнку... Из-за детской травмы, как бы банально это не звучало, ведь всё тянется из детства... И Бан сам понимает, что с Ли перегнул немного... Ладно, много... Хороший парень ведь, Чану с ним хорошо, они понимали друг друга, и ему нравилось жить с ним в одной комнате... Но что он может сделать? Полюбить Феликса? И как он вообще не заметил того, что Хан и Чанбин встречаются с парнями? Он же столько плохого наговорил про них, пусть и думая, что они не такие... А оно вон как вышло... Что они испытывали в такие моменты? Вероятно, боль и обиду... А Крису от всех этих мыслей хочется забиться в угол и плакать... Как можно быть таким придурком? Решив, что сегодняшней ночью он точно не уснёт, Чан решил, что поедет домой и обо всём хорошенько подумает... "Как перестать быть гомофобом?" вбил в строчку поиска Чан и наткнулся на несколько статей по этому поводу. Ему просто нужно понять причину и высказать её кому-то. Чан считает себя трусом... Он не может высказаться никому, не может поделиться этой тайной, не может отпустить. Но если он хочет спасти Ликса, то должен, нет, обязан рассказать об этом. На ум приходит только Хан, поэтому парень берёт телефон и набирает номер младшего.