Стражи Далёкой Галактики

Энакин странно чувствовал себя в стенах джедайского храма. С одной стороны, это был его дом с тех пор, как Квай-Гон освободил его из рабства. С другой… Нет, Дарт Вейдер не принёс в себе конкретных воспоминаний, лишь страшные образы, калёным железом впившиеся в память. И, среди них, особое место занимало разорение храма. Энакин знал, что в этом будущем, которое он теперь ни за что не допустит, именно он разрушил древний дом джедаев. Потому сейчас, ступая по его коридорам, мужчине казалось, что даже статуи и стены смотрят на него с немым укором. “Мы знаем, это ты, тот, кто нас погубит”, — словно шептали они. Энакин хотел забыться, отправиться к Падме, но и там бы его поджидала чёрная тень. Он, именно он убил её. Ошибки быть просто не может… Последнее, что ещё не опорочено, это работа с техникой, благо, в ангарах и мастерских он всегда являлся желанным гостем. Потому, с самозабвенным удовольствием, джедай буквально нырнул во внутренности какого-то старого, но очень интересного корабля, надеясь, в итоге, получить для ордена ещё одну пташку. — Опачки! Джедайские сапоги! — вдруг раздалось откуда-то. — Возьму себе… В то же самое мгновение Энакина бесцеремонно выдернули за ногу наружу, грозно нависая сверху. И кто, как не Катрин, мог бы так непочтительно обращаться с другими джедаями, имея неограниченное снисхождение мастеров на мелкую придурь. Энакин, впрочем, не растерялся и схватил Катрин за руку ладонью, измазанной в машинном масле. — Опачки! Падаван! — воскликнул он, вставая на ноги. — Совести у тебя нет… — проговорила Катрин, ища взглядом, чем теперь вытереться. Насчёт “падавана” она, впрочем, тактично умолчала. Если узнает, то такое начнётся… Примерно то же самое, что было при её назначении в ученики к Каризу. Энакин вытер руки ветошью и швырнул её Катрин, сам гордо взглянув на корабль с которым возился. Это был небольшой и довольно неказистый на вид грузовоз, явно повидавший всякое за свою жизнь. — GAZ-66, — прокомментировал джедай. — Вечная штуковина… Правда, у этой малышки маршевый двигатель сдох, когда падаваном был не то что я, а скорее сам Йода. Но ничего, подлатаю… — посмотрев на девушку, он перестал ухмыляться. — Слышал про решение Совета. Поздравляю. Прежде с тобой обошлись несправедливо и я рад, что они наконец поступили правильно. — А, так ты знаешь… — Катрин закончила с руками. — Ну тогда ты наверняка должен был видеть, куда слинял самый мелкий страж за всю историю стражей. Потому, что он проходил через этот ангар перед тем, как снял с себя датчик, который я на него… Хм… Короче, я его нашла в твоих железках, предатель. Энакин не испытал и толики смущения. Совести в нём и так было не то, чтобы слишком много, а в данной ситуации он и вовсе не сделал ничего дурного. — Учитель должен следить за падаваном без подобных ухищрений, — наставительно сказал Скайуокер. — Вообще-то Кариз… В смысле… Мне кое-где подсказали, что на стражах это обычно хорошо работает, — Катрин раздражённо выдохнула. — Хватит так снисходительно на меня смотреть. Энакин ещё более снисходительно посмотрел на Катрин и цокнул языком. — В этом и заключается суть. Ты должна знать, где твой падаван. Должна чувствовать его. Потом ты наберёшься опыта, но пока тебе стоит прислушаться к мнению более опытных собратьев. Катрин многозначительно подняла тот самый датчик перед носом избранного: — Так ведь ты и нарушаешь всю дисциплину. — Я лишь сделал то, что должен был… — с нарочитым пафосом изрёк Энакин. — Асока, поначалу, тоже доставляла проблемы. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы понять её, а затем и она усвоила понимание важности дисциплины. Но зато теперь Асока стала тем падаваном, который точно не совершит какую-нибудь глупость. Катрин опустила датчик, безнадёжно покачав головой. Наивный джедай… Дураку понятно, что Асока просто научилась всё хорошо скрывать. Даже Дункан не святой и она лично приняла в этом участие. Тем временем в двери ангара также вошёл и Оби-Ван. Джедай тоже искал, но отнюдь не Рубена, а саму охотницу. — Катрин, — обратился он к ней. — Тебе нужно быть в десять часов вечера в малом зале западного блока, это на седьмом этаже. Энакин, ты тоже должен прийти. Скайуокер сперва нахмурился, а затем улыбнулся и радостно кивнул. — Само собой. Катрин вопросительно посмотрела на обоих по-очереди. — Вид у вас какой-то подозрительный, но ладно, — она подбросила датчик в руке, однако тут же отправила тот в карман. — Энакин снял мой датчик с Рубена. Новый Свет в полной вседозволенности, спокойно бродит по храму, гадает, как сильно может шарахнуть по какой-нибудь несущей стене… Прелесть, правда? — Значит, в твоих же интересах найти его как можно скорее, — наставительно сказал Оби-Ван. — Ты учитель и твой долг — следить за своим учеником. И не опаздывай, если не хочешь, чтобы снова… Чтобы снова Совет относился к ней также, как и раньше, в худшие моменты их взаимоотношений. — Да я не пришла всего один раз, — фыркнула Катрин. — И не только я, кстати. Потому что прогуливали они вместе с Йодой. — Нашла!.. — к ним метнулась прилетевшая Вспышка, которая выглядела по меньшей мере обеспокоенно. — Рубен… Он там бьётся об стену. Катрин ответила взглядом обречённого. Только не это… Неужели началось превращение в титана? — Что, прости? — учтиво спросил Оби-Ван. — Рубен телепортируется и сразу в стену! — Вспышка сильно нервничала. Катрин издала неопределённый и скрежещущий, но явно недовольный звук. — Но почему именно телепортация… Лучше бы он коленом кому-нибудь втащил… — простонала она, но тут же нашла зануду джедая и в глубине собственной души. — Ну а какого дьявола тогда его призрак летает по ангару, если этот пацан бьётся об стену? Это ведь травмоопасно, а? Вспышка замерла на несколько мгновений, после чего ошарашенно пискнула, рванув назад и даже не сообщив, где именно находится Рубен. — “Титану башка не нужна”, — вспомнил Скайуокер слова, услышанные от кого-то из стражей. — Кстати, Катрин, а ты сама умеешь телепортироваться? — Разумеется умею, — хмыкнула та. — Но в стену…

***

— Ещё попытка, — пробормотал Рубен, вставая на ноги. Он был одарённым от рождения и потому многие способности, которые открывал Свет, не впечатляли его так, как могли бы удивить разумного без подобного жизненного опыта. По той же причине использовать новообретённые разрушительные возможности Рубен пока поостерёгся, понимая, что будет сложно объяснить наставникам, зачем он сжёг тренировочный класс. А проверять регенерацию и вовсе было страшно. В конце концов, перед тем, как что-то исцелить, нужно это поранить. Таким образом, мальчик сфокусировался на том, что не было опасно для окружающих и точно выходило за рамки известных ему джедайских возможностей. Телепортация! — Вспышка, — позвал падаван, но не дождавшись ответа, пожал плечами. Подруга отлучилась, что-то бормоча, после первой же неудачной попытки. Однако Рубен не растерялся и вновь потянулся к Пустотному Свету. Тот был странным. На первый взгляд даже холодным и тёмным, но это впечатление обманчиво, ведь Свет есть Свет. Юный страж выплеснул заряд, толкая себя сквозь реальность вперёд. И, на этот раз, он верно рассчитал расстояние. — Да! — победно воскликнул мальчик перед тем, как инерция унесла его вперёд, со всего маху приложив об пол. Раздались хлопки в ладоши. Катрин, а это была именно она, всё же догадалась, куда мог пойти приученный к джедайским правилам молодой страж. В тренировочный зал, конечно же. Потому что чистый и незамутнённый чуждым учением охотник метнулся бы сразу в Горнило. — Учитель! — радостно воскликнул помятый, но счастливый ученик. — Ты видела? У меня почти получилось! Мальчик поспешно поднялся на ноги и рефлекторно отряхнул одежду, хоть в этом и не было особой нужды. — Авторство этого приёма приписывают варлокам, но как-то раз я видела боевую группу из шести телепортирующихся титанов, — проговорила Катрин, идя вдоль стены. — Вообще Варлоки имеют схожие с джедаями идеи, больше других опираясь чисто на Свет, поэтому они заметно на вас похожи. Охотники отличаются тем, что мы воспринимаем Свет как инструмент, обращая его в оружие, а само оружие в Свет. Ну а титаны направляют Свет на самих себя, тогда как инструментом становятся они сами, — Катрин остановилась. — И лучше не ищи в этом какую-то аллюзию на ситхов, если не хочешь сойти с ума. Это совершенно другая школа. Воспринимай Свет как ремесло. Варлоки — учёные, охотники — кузнецы, а титаны — воины. Рубен несколько раз кивнул, слушая слова Катрин. Прежде, узнавая что-то о стражах, он воспринимал это как нечто постороннее, пусть и интересное. Нет, конечно же мальчик позволял себе фантазировать, представляя самого себя стражем, одним из воинов Странника, живущих на такой далёкой и загадочной Земле. Но теперь, став одним из них на самом деле, он совершенно по-новому воспринимал даже ту информацию, которую уже слышал прежде. — Но разве не все стражи являются воинами? — спросил Рубен. — Мы не республиканская армия, чётко следующая любым приказам, — проговорила Катрин. — Да, мы защищаем Землю, но мы живём на руинах прошлой цивилизации и наши порядки, порой, довольно размыты. А вот оборону Последнего Города основали как-раз титаны, воины. Варлоки и в самом деле наши учёные, но с ними порой сложно. Ну а охотники… У нас широкий профиль, вроде вольных исследователей руин и, ты не поверишь, мы бываем отличными дипломатами. Хотя, я думаю, что это не наша заслуга, а скорее отражение проблем общества… — Катрин понимала, что пока не стоило учить его премудростям о том, как продать варлоку информацию подороже, провернуть успешную контрабанду алкоголя, а также умыкнуть себе один ящик и, вместе с эликсни, предаться возлияниям. — Стражей корректнее было бы сравнить с мандалорцами, со всей этой их клановостью. Рубен снова кивнул, как губка впитывая знания. Он надеялся, что ничего не упустил. — Но я же могу телепортироваться? — вернулся он к тому, с чего начался разговор. — Ведь это приём варлоков и… Не то, чтобы он беспокоился какого-то особого стражеского надзора, который покарал бы его за попрание традиций. Но всё-таки могли иметься и объективные причины для подобного разделения умений. Быть может, такое сочетание плохо влияет на восприимчивость к Свету? — Из-за того, что ты джедай, ты мыслишь фактически как варлок, поэтому тебе их техники могут даваться легче. Тебе вообще все техники будут даваться легче из-за твоих способностей и подготовки, — Катрин усмехнулась. — Но только бойся титанов с мозгами охотников, Рубен, бойся их как чёрт ладана. Потому что никто другой не мог быть их прародителем. — Говоря по правде… Я хочу быть охотником, — набравшись смелости, сказал Рубен. Он и сам не понимал причину собственного волнения. У Катрин просто нет причин, чтобы отказать ему в таком вопросе. — Да я знаю, — с лёгкостью, присущей её характеру, ответила девушка, приближаясь к нему. — Ты всю жизнь провёл в этом храме. Разумеется, ты захочешь стать охотником и исследовать мир. Рубен просиял. Теперь оставалось дело за малым… Научиться быть охотником. — Учитель, я вот ещё что хотел спросить… — вместо этого произнёс он. — Крутой шмот? — Катрин иронично скрестила руки на груди. — И большая пушка! — ещё сильнее обрадовался мальчик. Именно про это он и хотел спросить. — Так ты моим учеником или стражем хотел быть? — хмыкнула девушка. — А где же тот маленький юнлинг, который везде ходил за мной словно тень? Неужели ты хочешь пушку гораздо сильнее, чем световой меч? Рубен смущённо опустил взгляд. Слова Катрин, подобно стреле, попали в цель. — Я… — он замялся, пытаясь скорее сам осознать свои порывы, нежели оправдаться. — Просто мечи есть у всех джедаев. И я должен был свой вот-вот сделать… А джедай-страж пока только один, и это ты. — Рубен, броню под тебя подгоняет призрак, как и пушку. Но стража делает стражем его Свет. А это уже плавно перетекает именно в то, чему тебя учили как джедая, — Катрин вздохнула. — Для брони и оружия мне нужно достать материалы. Рубен поспешно кивнул. Он был ребёнком, мальчишкой тринадцати лет, и конечно же хотел себе крутую броню и ещё более крутую пушку. Что уж, в этом смысле его мотивация мало отличалась от того, что было в голове большинства юнлингов во время сборки первого меча. Это уже потом, намного позже, джедай понимает истинную ценность и важность своего оружия. — Можно спросить у службы снабжения? — предположил Рубен. — Но для меча мне нужен кристалл… Я ещё не успел отправиться на Илум. Катрин задержала на нём взгляд в коротком приступе паники. Она же не знает, что ей делать, да? Однако подавила эту глупую мысль. Нет, она знает всё, что ей знать нужно… Потому, что уже была там прежде, со своим учителем. — Рубен, давай так, если ты останешься собой, нормальным собой, то тогда я смогу спокойно сосредоточиться на материалах, — попыталась она привести в порядок то, стремительно катилось в хаос. — Никто не отправит тебя воевать без брони и оружия, уж поверь. Рубен серьёзно кивнул, задумавшись над её словами. — Ты беспокоишься, что силы стража изменят меня? — осторожно спросил он. — Или ты говоришь о последствиях… Встречи с Треллом. — Трелла Свет изменил. Хотя и в лучшую сторону… — проговорила Катрин. — Но тогда я не понимаю, — совсем запутался тот. Тягостные мысли о Трелле заставили задуматься и на собственный счёт. Да, он не стал учеником тёмного джедая, но точно ли он сможет быть тем, кем желал, или Тьма уже посеяла незримые семена в его душе. — Рубен, — Катрин чуть наклонилась к нему, уже достаточно восстановившись, чтобы создать на своей руке проекцию голубя. — То же самое, что и с Силой. Это не оружие. Подходи к Свету более творчески, ведь он способен создавать и даже возрождать. Она пересадила птицу на плечо мальчика, который с удивлением заметил, что от той исходило какое-то приятное тепло. Что-то такое, что напомнило ему момент, когда Кариз сам привёл ещё не понимающую своих мотивов на его счёт Катрин, и та пыталась рассказать юнлингу о своём мире, своей истории, с помощью Света. Только вот сейчас… Сейчас ему показалось, что она не просто не приложила к этому таких усилий, но ещё и намеренно вызвала нужные ей ассоциации. Взгляд сам собой встретился с зелёными глазами Катрин. Нет, ему не показалось. У неё не было такого же точно дара, но был другой, в чём-то похожий, чтобы говорить на языке Рубена. Мальчик коснулся пальцами призрачной, полупрозрачной, но вместе с тем осязаемой птицы. Теперь, глядя в глаза учителя, он почувствовал, как напряжение, державшее его эти дни, наконец ослабло, пусть и не исчезнув до конца, но всё-таки дав свободно вздохнуть. — Я чувствую, — произнёс он, стараясь вложить в эти слова нахлынувшее на него понимание. — Спасибо, Катрин. — Поэтому, Рубен… — проговорила та. — Я бы хотела видеть того будущего стража и одновременно джедая, который в двенадцать лет полез на крышу, чтобы спасти оттуда гигантскую ящерицу. Рубен решительно кивнул. То, как он смог спровоцировать Совет на изгнание, было смешно, но всё-таки и противно. Катрин была права, он должен быть джедаем и стражем, соединяя в себе лучшее от обоих путей, чтобы найти свой собственный, похожий на тот, которым идёт она сама, а не пускаться во все тяжкие, собирая пороки. — Я не подведу, учитель, — пообещал он. — В таком случае, буду надеяться, что ты не найдёшь красный кристалл для своего меча, — не пряча нотки веселья, ответила Катрин, коснувшись рыже-красной макушки. — Очень злой ситх-панк… — На Иллуме они в основном синие и зелёные, — беззаботно ответил мальчик. — Шанс найти что-то другое минимален… Хоть тебе это и удалось. — Уж точно не минимальнее, чем шанс стать стражем, — протянула Катрин. Солнце клонилось к закату, а назначенное время было всё ближе. У закрытых дверей малого зала Катрин уже ждали. Кариз, в этот день сменивший свой привычный наряд на традиционное одеяние, приветливо кивнул ученице. — Ты вовремя, — произнёс забрак. — Я не опоздала, — проговорила та. — Верно, — согласился учитель, с почти отеческим интересом разглядывая Катрин. — Для тебя это не будет сюрпризом, ведь Совет уже озвучил своё решение, но всё-таки. Сегодня вечером ты станешь рыцарем джедаем. Катрин вопросительно посмотрела в ответ, хотя в её взгляде, скользнувшем по одежде джедая, было видно нарастающее понимание. — Не думала же ты, что у нас совсем нет никаких ритуалов? — чуть лукаво улыбнулся Кариз. — Не бойся. Мы не ситхи и смысл посвящения не в том, чтобы ты что-то доказала. Ведь ты уже доказала, что достойна, своими поступками. Катрин бросила осторожный взгляд на дверь, но затем кивнула. — Просто… Доверься Силе, — посоветовал Кариз. Дверь зала открылась, но за ней была лишь чернота, не считая небольшого участка пола, освещённого лучами заходящего солнца. Катрин, на секунду колебнувшись, поняла, что промедление будет излишним, делая первые шаги вперёд. Она действительно редко могла предсказать, что ей следует ожидать от джедаев. В отличие от стражей, джедаи, не обладающие их бессмертием, не имели привычки стремиться проживать каждый день так, словно желали забыть предыдущий. Двери закрылись за спиной Катрин и двух других джедаев, зашедших следом. На какое-то время зал погрузился в кромешную темноту, но затем синхронное включение световых мечей разогнало её, создав круг света, в центре которого находилась Катрин. Она узнала этих джедаев. Часть из них являлась членами Совета, присутствующими сейчас в храме, но не только они. Григ, Энакин, Арно и, разумеется, Кариз, само собой были тут. Рамас Натандем и Куара Фалоне, из числа тех, кого они спасли на Авлисе. Мастер Заваз, который когда-то по достоинству оценил помощь троицы стражей, и другие, для присутствия которых имелись большие или меньшие причины. Катрин обвела их взглядом, чувствуя, что сейчас она мало чем отличается от юного Рубена. — Подойди, падаван, — торжественно произнёс Йода, стоящий на специальном возвышении. Задержав на нём взор, Катрин прошла несколько шагов вперёд, повинуясь какому-то порыву и встав на одно колено, но вместе с тем чувствуя, что так должно быть и что так было задолго до неё. Гул мечей словно усилился, а Йода воздел своё оружие. — Катрин, — произнёс он и, выдержав паузу, добавил. — Виктория. Правом Совета, — его меч опустился над её плечом, замерев там. — Волею Силы, — меч вновь поднялся вверх, чтобы затем вновь опуститься, но уже над другим плечом. — Нарекаю тебя джедаем. Рыцарем Республики. Что-то внутри Катрин замерло, но лишь на короткое мгновение. С самого начала всё к этому шло, и хотя она сталкивалась с сопротивлением, его же порождала её собственная природа, которой потребовалось время, чтобы измениться. Стражи не привыкли меняться, они привыкли к грубой силе, стоять до последнего, тогда как джедай действует гибче и мягче. Всё так просто, но какой же сложный путь пришлось проделать, чтобы прийти к этой мысли. Настолько, что дошла только одна из трёх, и лишь когда пришлось перестать бороться, чтобы наконец почувствовать, что ей здесь и в самом деле место. Мечи джедаев погасли. Ритуал был завершён. — Поздравляю! — первым поздравил её Кариз. Чувствовалось, что он хочет сказать больше, но эти слова подождут. Не всё учитель хотел говорить в присутствии Совета. Следом и другие джедаи, один за другим, выражали свою радость и поддержку в том, что теперь она стала одной из них. Больше не просто страж, больше не ученик с непонятным статусом, а джедай, без всяких оговорок.

***

В пабе, куда их пригласил Кариз, было тихо. Однако не в том смысле, что висела тишина, вовсе нет. Разумеется, здесь играла музыка, а за другими столиками о чём-то оживлённо болтали посетители. Но всё-таки здесь ощущался покой. — Проклятье, — произнёс Дункан. — Когда мы спорили, кто из нас первым станет рыцарем, я не думал, что это произойдёт так. — Ну, зато теперь у Кариза только один официальный падаван, — с усмешкой отметил Энакин. — Всё снова по правилам, да? Оби-Ван лишь фыркнул на эту ремарку. Теперь, видя Дункана и Катрин, сидящих рядом, он окончательно убедился в своём предположении. Интересно… Как давно это произошло? — Катрин, кстати, пришла вовремя, — как бы невзначай произнёс Оби-Ван. Энакин закатил глаза и раздражённо фыркнул. — Ты мне это до конца жизни будешь припоминать? — спросил он. Да, Скайуокер опоздал на собственное посвящение в рыцари. Ну и что с того? Будто пунктуальность — это главная добродетель на всём белом свете. — Зато на посвящение в стражи нельзя опоздать, — протянула Катрин, грустно глядя на кружку с алкоголем, а затем уже на Кариза. Забрак, вернувшийся к привычному образу, покачал головой, ответив девушке грустной полуулыбкой, и беспардонно забрал кружку себе. — Не стоит, Катрин, не стоит, — произнёс он. Дункан, в это самое время ополовинивший свою кружку пива, на всякий случай пододвинул её к поближе. Девушка раздражённо выдохнула, подперев голову рукой. — Трелл что-нибудь говорил про Алексу? — спросила она. — Ничего нового, — ответил Оби-Ван. — Только то, что сказал сразу. Совместный план Хаттов и сепаратистов, где первые желали её уничтожить, а вторые заполучить себе. Меня больше смущает то, что с момента последнего обращения, про этих “ситхов” ничего не слышно. — Можно даже сказать, что Алекса тоже является жертвой, — задумчиво произнёс Энакин, теперь по-новому глядящий на подобные вещи. — Конечно, это не отменяет её собственных ошибок, но пока ничего откровенно враждебного она не совершила. — Кроме нападения на Сенат, — напомнил Оби-Ван. — Не верю, что подобную атаку сделала она, — возразил Энакин. — Алекса импульсивна, но не настолько… — Глупа, — подсказал Кариз. — Алекса больше не во Внешнем кольце, — вдруг проговорила Катрин, словно что-то вспоминая, но тут же встряхнув головой. — Мне бы образец того её льда… Оби-Ван нахмурился, искоса взглянув на Кариза, чтобы увидеть, как изменился его взгляд. — Катрин… — вкрадчиво произнёс её учитель. — Для чего тебе нужен этот лёд? — Изучить? — вопросом на вопрос ответила Катрин. Кариз отодвинул опустевшую кружку и наклонился вперёд, опершись локтями о край стола. — А теперь подумай ещё раз, точно ли это хорошая идея, — негромко сказал он. — Изучение явления, которое Алекса впервые продемонстрировала, ступив на тёмный путь. Катрин несколько секунд хмуро смотрела в ответ. — Нет, — проговорила она, сдавшись. — Это может быть плохой идеей. Взгляд Кариза смягчился и, улыбнувшись, учитель кивнул. — Мы — джедаи. Есть вызовы, которые мы должны принимать без сомнений. Но некоторые вещи… Я не призываю к невежеству, однако иногда исследования несут слишком большой риск, или требуют цену, которую мы просто не можем заплатить. Оби-Ван тоже кивнул, соглашаясь с его словами. Магистр был посвящён в большее число тайн Ордена и знал, что реальная его позиция не столь категорична. Однако Катрин лишь сегодня стала рыцарем, а пример куда более твёрдой, если не сказать, твердолобой в своих убеждениях Алексы склонял чашу весов к тому, что подобные исследования не будут санкционированы. — Почему ты думаешь, что Алекса вернулась из Внешнего кольца? — задал второй вопрос Кариз. — Я… — Катрин замялась. — После Трелла, когда я ещё была… Джедаи, и так не склонные к шуму, обратились в слух. Сила открывала им многие тайны, но вопрос того, что происходит за чертой, не смотря ни на что, оставался для них загадкой. — Да? — осторожно спросил Кариз. — Когда я была мертва, то это было… Не как обычно, — Катрин покачала головой. — Потому что обычно ничего нет. — Ты что-то видела? Катрин осторожно кивнула. Кариз, с глубоким вздохом, тоже кивнул. — Мы будем внимательны, — пообещал он. — Это не обязательно, Алекса невероятно громкая, — произнесла Катрин. — И скоро я дам ей повод стать намного… В общем, у меня сейчас в наличии крошка страж, броня которого должна быть в безупречном состоянии. Её нельзя делать из дешёвых компонентов. Однако стоит это всё как космический корабль. Без учёта оружия… — Ты хочешь попросить помощи у Алексы? — ужаснулся Энакин. В это мгновение в воздухе появился какой-то странно воодушевлённый Прометей. — Если я попрошу помощи у Алексы, то главной валютой стану я сама, а заодно и Рубен, — хмыкнула Катрин. — Нет, Энакин, всё гораздо проще и по справедливости. Она положила планшет на стол и джедаи поняли, что перед ними ничто иное, как банковский счёт Алексы. И этот банк не то, чтобы был в Республике официальным и даже разрешённым. — Я, пожалуй, воздержусь от комментариев, — выразил общее мнение Оби-Ван. С одной стороны, грабёж — это плохо. Но, с другой… Грабить ситха, который до этого ограбил саму Катрин, которая, в свою очередь, сколотила капитал на честном воровстве из бюджета? Звучит довольно этично. — Прометей, сними сумму, которую она у меня украла, но последние цифры счёта оставь прежними, чтобы они не сразу поняли, что произошло, — сказала Катрин. Призрак вошёл в сеть и, спустя мгновение, сумма заметно уменьшилась. Хитро улыбаясь, охотница притянула планшет назад к себе: — Вот теперь Талхейм сможет отблагодарить меня по-настоящему. — А причём тут Талхейм? — спросил Дункан. — Да потому, что теперь я буду хранить всё это в драгоценностях. Кто сможет украсть с Талхейма блестящие камешки? — Катрин, пребывающая на пике своего коварства, тут же осеклась. — Только… Рубену не говорите. Кариз усмехнулся, не то от мыслей про Рубена, не то от осознания наглости плана его ученицы. — Алекса будет в ярости, — отметил Энакин. — Алекса всегда в ярости, — фыркнула Катрин. — Если хочет меня удивить, пусть присылает к нам Джека с извинениями и с украденным голокроном. В этот момент, со стороны бара, к ним подошёл кто-то ещё, оставив там несколько пустых пивных кружек. Некто большой и почему-то казавшийся знакомым. Однако же, когда Катрин подняла взгляд, ей потребовалось приложить определённые усилия, чтобы сдержать крик отчаяния и удивления. — Короче… Прости меня, мелкая, я полный засранец, — в глазах Джека читалась бездонная тоска. Кариз закашлялся, подавившись напитком, пока остальные джедаи замерли, словно статуи самих себя. — Что ты здесь делаешь?.. — Катрин встала со своего места. — Судя по всему, пришёл вовремя, чтобы тебя поздравить, — усмехнулся Джек. На этих словах он достал какой-то предмет, завёрнутый в чёрную ткань, чтобы поставить тот на стол, прямо перед Оби-Ваном. — Это возвращение на Светлую Сторону? — спросил магистр, осторожно прикоснувшись к ткани, чтобы снять ту. — Не. Это голокрон, — непрошибаемо ответил Джек. Внутри, полностью целёхонький, находился тот самый голокрон, украденный стражами. Оби-Ван сделал большой глоток из кружки. Он больше не хотел задавать вопросов, чувствуя подступающую мигрень. Тем более, теперь ему предстояло объяснить остальному Совету, каким образом Джек вернулся назад. И желательно сделать это без формулировки: “Сидим мы, значит, в баре…”