Lifehack: Help, Tips and Guidance how to improve all aspects of your life

«Слушаю, Рамлоу!» – голос хриплый спросонья врывается в сознание Стива, и он тут же, распахнув глаза, садится в кровати, готовый ко всему. - Охолонись, принцесса, это всего лишь телефон! – растрепанный и хмурый Брок успокаивающе гладит его по плечу, заставляя откинуться обратно на подушку. – Сейчас вернусь. Как был голый, мужчина поднимается и шлепает босыми ногами в ванную. Теперь до Роджерса доносятся лишь обрывки фраз: «Достал? Что с ценой? Ты не охуел? Больше, чем договаривались я платить не собираюсь. А теперь послушай меня…». На этом Рамлоу плотно закрывает дверь, отсекая Стива от невольно подслушанной беседы, оставляя его наедине с распирающим любопытством и самыми мрачными догадками: контрабанда, наркотики, нелегальная торговля оружием или, того хуже, людьми? Как спросить об этом самого Брока он не представляет. А тот, закончив беседу, возвращается в постель с совершенно непроницаемым лицом. - Все в порядке? – вопрос дежурный, но промолчать Стив просто не в силах. - Ага! – бурчит Рамлоу. – Все идет по плану. И раз уж мы оба проснулись… - он кидает на партнера красноречивый взгляд, скользя по обнаженной груди и ниже, отчего Стив вспыхивает стыдливым румянцем. Он никак не привыкнет к чужой жадности и прямоте, от которых в мгновение сохнет во рту и тяжелеет в паху. Брок длинно лижет подвернувшееся предплечье, украшенное бледным росчерком шрама, и Роджерс тут же покрывается мурашками с головы до пят. - Есть настроение потрахаться, – то ли спрашивает, то ли утверждает Рамлоу, запуская загребущую ладонь под одеяло, накрывая еще расслабленный член Стива. - Бро-ок! – едва слышно выдыхает Роджерс, выгибаясь навстречу нехитрой ласке, плотнее притираясь к шершавой коже. - Давай-ка погромче, принцесса! – хрипло мурлычет Рамлоу и свободной рукой откидывает одеяло. От осознания собственной наготы Стив смущенно прячет пылающее лицо в сгибе локтя, а Брок тем временем в несколько уверенных движений приводит его пенис в состояние уверенного стояка. - Ты мой леденечик! – воркует Рамлоу, склонившись над бесстыдно прижимающейся к животу головкой. – Иди к папочке, папочка сделает тебе хорошо! Он звонко целует самый кончик, невесомо трогает языком отверстие уретры, из которого тут же появляется капелька вязкой терпкой смазки. Брок слизывает ее и снова целует с влажным пошлым причмокиванием. - Детка, да ты течешь! Стив замирает, не в силах ни сказать, ни сделать хоть что-то. Ему стыдно и в то же самое время хочется, чтобы губы Рамлоу туго обхватили его член, хочется одним резким движением ворваться в этот грязный рот, протолкнуть до самого горла, почувствовать каждым сантиметром вибрацию от задушенных стонов. Но он не двигается, только комкает в кулаке хрустящую простыню. Брок тем временем укладывается между его бедер, раздвигая их своими мощными плечами. - Какой вид! – с благоговением произносит мужчина, пожирая взглядом тяжелые яйца. – Я, блядь, душу готов продать, лишь бы каждый день просыпаться именно здесь. - Прекрати! – еле слышно шепчет Стив. Он весь полыхает от стыда, краснота широко разливается по шее и груди. Рамлоу, посмеиваясь, опускает голову, трется носом об опрокинутый на живот член, вылизывает каждое яичко, по очереди втягивает их в рот. От возбуждения, сильного, накатывающего волнами, не оставляющего ни единой связной мысли, у Стива судорожно поджимаются пальцы на ногах. Он в голос выстанывает имя партнера, приподнимает бедра, подаваясь навстречу жадному рту. Когда же Брок принимается щекотать кончиком языка чувствительную нежную кожу под самыми яйцами, Роджерса выгибает так, что, кажется, он слышит глухой хруст поясничных позвонков. - Тише-тише, детка, я только подбираюсь к самому сладкому! – Рамлоу легонько поглаживает ладонью напряженное бедро, и Стив послушно опускает задницу на простыню. – Давай, принцесса, перевернись на живот! Роджерс на миг каменеет, а Брок хохочет: - Да не бойся, трахать не буду, а то после такого жениться еще придется! - Не смешно! – чеканит Стив, но все-таки перекладывается, и взору Рамлоу предстают две упругие полусферы. От такого зрелища его рот мгновенно наполняется слюной, которая разве что не капает на простыню. Брок тяжело сглатывает, склонятся над мускулистой задницей и прихватывает зубами белую кожу. Стив вздрагивает и стонет в подушку, а Рамлоу тут же, будто извиняясь, нежно зализывает наливающийся синяк. Он покрывает укусами и поцелуями каждый квадратный сантиметр, расцвечивая полушария алыми следами. Внизу живота у Стива от этого все горит. Он до боли трется пульсирующим членом о простыню, невольно раздвигает бедра шире и вскрикивает, не в силах сдержаться, когда Брок чуть сильнее закусывает кожу. - Прости, детка, увлекся! – тут же шепчет Рамлоу и, в противовес собственным словам, завороженно обводит кончиками пальцев место укуса. Он ощущает дикую, какую-то первобытную жадность, это собственническое чувство, пустившее корни под ребрами после рассказа о чертовом Баки. Любовью они во сне занимаются, ага! А с ним что, потрахушки? Да Брок в лепешку готов расшибиться, чтобы и с ним у Роджерса была любовь. Пораженный, Рамлоу на миг отстраняется. Распростертый на постели Стив, уткнувшийся в подушку с инстинктивно вздернутой вверх, изукрашенной засосами задницей – это любовь? - Еб твою налево! – шипит Брок и с удвоенной силой принимается целовать и вылизывать подставленную пятую точку, с силой тиская каменно-твердые полушария, впиваясь пальцами, раздвигая, открывая доступ к тугому кольцу мышц. На пробу Рамлоу касается его языком, и по длинному выдоху Роджерса понимает – тому нравится. Очень нравится. Партнер под ним ерзает, дышит сорванно, и Брок принимается жалить стиснутый анус самым кончиком языка. - Господи, Брок, Бро-ок! – оторвав красное лицо от подушки стонет Роджерс. – Я сейчас… я-ах! Стив вдруг напрягается всем телом, демонстрируя идеальный рельеф мускулов, крупно содрогается и кончает, пачкая простыню под собой. - Стиви, детка! – бормочет Рамлоу, переворачивая безвольно обмякшего мужчину, слизывая терпкие белесые разводы с живота, обсасывая опадающий член. – Сладкий, какой же ты сладкий! Он трется пахом о первое попавшееся – ногу Роджерса, размазывая по ней предэякулят, и спускает, плотно прижавшись к ней. «Словно блядский пес!» - мелькает в мыслях, и Брок щерится в улыбке, откидываясь на спину рядом с приходящим в себя Стивом. - Ты когда-нибудь расскажешь мне? – похрустывая зажаренным беконом, Рамлоу не сразу понимает, что Роджерс его о чем-то спросил. - Чего? – переспрашивает он с набитым ртом. - Ты расскажешь мне, чем занимаешься? А то эти странные звонки в 4 утра, конспирация твоя, знаешь ли, наводят на определенные мысли. – Стив отпивает кофе и отставляет чашку в сторону, давая понять, что уйти от разговора у Брока не получится. - Принцесса, это не то, чем кажется, поверь мне. - Значит, не скажешь? – скрестив руки на груди, Роджерс выжидающе смотрит своими охуенными голубыми глазами. Умеет же, паршивец, дожать! - Почему? Я не преступник, мне скрывать нечего. Безобидная торговля антиквариатом. А ты, детка, поди, нафантазировал уже себе хуй знает что! Стив недоверчиво хмыкает. Представить себе Брока, разбирающегося в вазах династии Цинь не хуже, чем в моделях штурмовых винтовок, ему сложно. Два этих образа никак не желают стыковаться. - Доказательств потребуешь? – в ореховых глазах Рамлоу сверкают огненные искорки веселья. - Сарай покажешь? – Роджерс собирает со стола грязную посуду и относит в мойку. - О, ты, Стиви, наблюдательный! - Сила привычки, - он пожимает мощными плечами и отворачивается к раковине. – Наследство военного прошлого. Легкость, с которой Стив произносит это, может обмануть кого угодно, но не Рамлоу. - А что мне за это будет? - Брок хитро прищуривается, надеясь, что получится переключить Роджерса на более позитивный лад. Когда Стив оборачивается от мойки с пенной губкой в одной руке и недомытой тарелкой в другой, Рамлоу понимает, что все сделал правильно. Нежные розовые губы улыбаются, и их хочется немедленно попробовать на вкус. Брок облизывается, не разрывая зрительного контакта. - Ненасытный! – несердито бросает Роджерс и снова отворачивается. - Да, я такой! – вкрадчиво произносит Рамлоу и поднимается со стула для того, чтобы мгновение спустя оказаться за спиной у Стива. – Против сути, блядь, не попрешь, хоть как раскорячься! Жадные ладони оглаживают бугрящиеся мышцы, мнут плечи, спускаются ниже по позвоночному столбу на такую притягательную задницу. - Ты ее с утра и так всю истерзал! – фыркает Роджерс. - И мне все мало! – согласно кивает Брок, утыкаясь в обтянутую хлопком спину лбом. – Ладно, детка, за сарай в жопу дашь? Полпути к этому мы уже вроде преодолели. - Зависит от того, что я там увижу. Как Стив умудряется сохранять хладнокровие, когда у Рамлоу уже внутри все кипит, Брок в душе не ебет. - Э нет, принцесса, на это ведутся только идиоты. Условия сделки таковы – я показываю тебе свою сокровищницу, а ты открываешь для меня задний проход, идет? Не бойся, папочка не причинит тебе боль! Роджерс спокойно домывает чашки и убирает их на полку и только потом поворачивается к мужчине. - А я и не боюсь. Идет, цена меня устраивает. Телефон на столе пищит, разрушая волшебство момента. - Вот ведь блядство! – вполголоса, но от всей души ругается Брок. – Надо ехать, но ты, детка, знай, что если бы не неотложные дела, трахал бы ты меня сейчас прямо на этой гребаной раковине. Стив притворно закатывает глаза, а Рамлоу для закрепления эффекта потирается своим стояком о его пах. - Как же ты с этим поедешь? – Роджерс не отпускает, втискивает между ними свою огромную ладонь, мнет выпуклость на мягких домашних штанах, и Брок не может сдержать стон. - Хочешь помочь, так не дразни – дрочи как следует! – Поддев резинку штанов большим пальцем, Рамлоу спускает их вместе с трусами на бедра, толкается в заботливо подставленный кулак. Ему хватает нескольких уверенных движений в теплый нежный плен Стивовой руки, чтобы брызнуть спермой прямо на футболку партнера. - Так, все, я уехал! – натянув штаны, Брок салютует Роджерсу и, подхватив телефон, выскакивает из дома.