Чудила

Всеволод распахнул глаза и весь сморщился. Опять это неприятное тёплое чувство под задницей... – Ма-а-ам! - позвал он, тяжело сползая с кровати. – Да ну серьезно, опять?! - раздалось в ответ с кухни. В мальчишескую комнату влетела женщина средних лет, вся красная то ли от праведного гнева, то ли от жара сковородок. – Сколько можно, Севка, тебе же уже пятнадцать! - сокрушалась она, стаскивая постельное белье. – Я не специально... Прости, ма, я в душ. Сева оставил мать наедине с мокрым насквозь бельём и скрылся за дверкой ванной. День обещал быть не очень... Нет, не то чтобы у Севы были проблемы с нервами, или даже с почками, просто с ним такое случалось. Врачи пожимали плечами и отравляли к психологам, психологи указывали в обратном направлении, и так по кругу. Точнее, по линии. В конце концов Сева смирился со своей судьбой обоссанца. Правда, мама не очень смирилась. «Ну да», - говорила она, - «Мне же больше делать нечего, как стирать постельное через день». – Куплю тебе пеленки, будешь спать как младенец, - ворчала мама, докладывая в Севину тарелку блинов. – Ма. – Вали давай, в школу опоздаешь. Ма легонько хлопнула его полотенцем по голове и снова отвернулась к плите. Сева незаметно вытер масляные пальцы о стул и выскользнул в прихожую, по пути подхватывая портфель. – Пока ма, я потопал, - бросил он в дверях, - Люблю тебя! Парнишка вылетел из подъезда родной девятиэтажки и остолбенел. С неба летели небольшие, но явно ощутимые капельки. Ну вот, ещё и дождь. Хотя чему удивляться? «Осень всё-таки!», заключил Сева и смело шагнул из-под подъездного навеса навстречу стихии. В школу он вбегал насквозь мокрый и совершенно несчастный. Первым уроком была матеша, а с ней у Севы всегда было не очень. Одна радость - на математике к нему подсаживалась отличница Олечка Шишкина, и старательно разжевывала непонятливому мальчишке материал, как козочка. А снисходительная классная Земфира Ивановна закрывала на это глаза, стараясь не портить хорошисту оценки. С остальными предметами он же справлялся! – Привет, Сев, а ты чего мокрый? - спросил поравнявшийся с ним одноклассник. – Если ты, Дань, не заметил, на улице идёт дождь. – Я имел ввиду... – Не задавай глупых вопросов. - отрезал Сева, входя в класс и занимая свою почетную третью парту со стороны окна. Олечка тоже вошла в класс и, заметив пригорюнившегося Всеволода, мило улыбнулась. Она села рядом, поправила очки на носу и изрекла: – Как ты мог забыть зонт? Там же как из ведра. – Да я чего-то не заметил... – Если дождь не кончится, обратно можем вместе пойти, - Олечка протянула Севе пачку одноразовых платочков. – Ты просто золотце, Олька, и совсем не коза! Оля сначала было растерялась, но потом снова улыбнулась и вытащила тетради. Всеволод с Олей жили в двух домах друг от друга, и, хоть и не сильно, но всегда дружили. Сева даже был у неё как-то раз на дне рождения лет в девять... Словом, почти родня! Прозвенел звонок, но всегда пунктуальная Земфира Ивановна в класс почему-то не вошла. Одноклассники, послушно посидев пять минут, плюнули и всё-таки начали галдеть. Девчонки тут же собрались в кружок и принялись о чём-то шептаться, а парни схватились за мел - нецензурные словечки сами себя на доске не напишут, знаете ли. Прошло сначала десять минут, потом ещё пять, и вот урок уже подходит к концу, а учитель так и не возник. – Нет, ну как так можно! На минуту вас не оставишь, сразу начинается вакханалия! Вслед за этими словами дверь в кабинет все-таки распахнулась, разгоняя школьников отдачей по местам. Влетела завуч, сверкая глазищами. Ну, или это от очков бликовало. У неё в руках была стопка оценочных журналов, которыми она принялась махать в разные стороны, для острастки, видимо. – С Земфирой Ивановной случилось несчастье, - начала она «издалека», - Там то ли авария, то ли трубы прорвало, но итог таков, что ближайшие три месяца она проведёт в больнице, а может даже больше. Класс ахнул. Это ужасное событие могло изменить всё! Как минимум расписание. – И что, математики больше не будет? - прозвучал откуда-то полный надежды мальчишечий голос. – Ага, щас, не будет, - завуч насупилась, - Учителя на замену мы уже нашли, и завтра он уже ведёт уроки, в том числе и у вас! Так что домашнее на сегодня превращается в домашнее на завтра. А сейчас, откройте учебники и читайте главу, на которой остановились. И не шуметь. - заключила она и пулей вылетела из кабинета. «Тоже мне превращение, сегодняшнее в завтрашнее», задумался Всеволод. – Слышал, Сева, как тебе не повезло? - спросила вдруг соседка по парте. – Почему это? Математики же нет. – А вдруг тот учитель жутко строгий и наставит тебе плохих оценок? И плакал твой аттестат без троек, - резонно заметила она. Всеволод побледнел. А ведь и правда, вместо добрейшей души Земфирочки Ивановны может появиться злобное кикиморное нечто, жрущее отличников на завтрак. Вдруг стало страшно за Олечку. Домой Сева шел всё-таки один и полный раздумий о завтрашнем дне. Настолько полный, что застелило глаза, иначе как бы он ещё столкнулся на абсолютно пустой улице с высоченным мужиком в костюмчике? – Аккуратнее, молодой человек, - сделал замечание мужик, продолжая свой путь. – И вам не хворать, - ответил Сева ему вслед, улыбаясь. Забавный мужик, сам-то тоже его не заметил, а все равно наругал. «Из Москвы, наверное», подумал Сева и потопал дальше. Дом встретил привычной пустотой. Мама ушла на работу и вернётся только поздно вечером. А это значит что? Правильно, можно смотреть мультики без наушников. Всеволод, как взрослый ответственный человек, сам погрел себе оставленный заботливой мамой супчик, сам его скушал и даже помыл тарелку собой. Ладно, не помыл, но зато замочил. Включил диснеевский мультик на стареньком ноутбуке, устроил попу на кровати и... Чего-то все равно не хватает. Сева хлопнул себя по лбу. Какой мультфильм без чипсов? Неинтересный. Подросток снова натянул обувь, прихватил немного денег из карманных и вылетел из квартиры. Хруст заветной упаковки в руках грел душу. А вот тело в одной тонкой футболке и домашних шортах - не очень. «Осень все-таки!», второй раз за день проносилось в голове Севы, но было плохо понятно из-за стука зубов. У самого подъезда его окликнули. – Извините, не подскажете, это пятый дом? - услышал Сева знакомый голос. – О, москвич! - узнал он мужчину в костюме. – Простите? – Говорю, дом пятый, а подъезд второй. Который первый - выбирайте сами! - быстро сказал Сева, хлопая подъездной дверью прямо перед носом незнакомца. Мужчина заоглядывался. И правда, ни на одном из трёх подъездов не было указано, где какой. – Ладно, шучу, - высунулась довольная морда из-за закрывшихся секунду назад дверей, - Первый слева! Морда снова исчезла. – Какой чудила, - вырвалось у мужчины. – Сам такой! - раздалось сверху.