***
Бекки нравятся друзья брата. Худой вечно кашляющий Стив и веселая Дженни. Особенно, Дженни. У нее всегда есть лакричный леденец. А еще она здорово умеет изображать лошадку. Баки ворчит: −Джен, ты с ней спину надорвешь. Гляди, какая она уже большая. Бекки корчит брату рожицу и крепче вцепляется в плечи Дженни. Джен смеется и встряхивает головой, фыркая, как настоящая лошадь. −Да ладно тебе. У тебя милая сестра. −Милая, да… − негромко бурчит Баки. – Когда спит носом к стене. Стив сидит в сторонке со своим неизменным блокнотом. Бекки уже знает, что в его блокноте живут чудеса и диковинные звери. На день рождения Стив подарил ей рисунок дракона. Всамделешнего крылатого дракона. На шее у него сидела принцесса в пышном платье. Лошадка-Дженни цокает мимо Баки, как вдруг взбрыкивает, и Бекки с веселым визгом валится на колени брату. Баки бранится и начинает щекотать. Бекки визжит еще громче и бежит спасаться к Стиву. Стив улыбается и обнимает Бекки одной рукой, позволяя заглянуть в блокнот. Там они с Дженни. Совсем, как настоящие.***
Все девочки в классе Бекки сохнут по Баки. Бекки видит это и не может не раздуваться от гордости. Все-таки у нее самый красивый брат. Даже лучше Билли, брата Молли Джексон. И уж точно лучше Дика Смита, кузена Лоры. Звенит звонок с урока чистописания, и в двери просовывается голова Баки. Он ослепительно улыбается учительнице: −Мое почтение, миссис Честер. Миссис Честер смотрит на него поверх тяжелых очков и улыбается. −Здравствуй-здравствуй, Баки. За сестрой? −А то за кем же. Беккс, шустрей! Бекки торопливо собирает тетрадки, осторожно убирает чернильницу-непроливайку и почти бегом несется к подпирающему косяк брату. Долли Мартин крутится рядом с ним и улыбается. Баки улыбается ей в ответ и легко перехватывает портфель сестры. −До свидания, милые дамы. По классу проносится дружный вздох одиннадцатилетних дам. Бекки улыбается и, как взрослая, берет брата под руку. Баки удивленно смотрит на нее сверху вниз. −Что за новая мода? −Мне так нравится. – заявляет Бекки. Брат только качает вихрастой головой и удобнее перехватывает два портфеля – ее и свой. У выхода из школы к ним присоединяются Стив и Дженни. −По содовой? – предлагает Дженни, выдергивая из коротких волос ленточку. −Можно. – соглашается Баки. Стив кивает. Бекки переводит взгляд с брата на его друзей. −Я хочу с вами. Баки закатывает глаза. −Да кто тебя гонит. А потом торжественно вручает стаканчик содовой с вишневым сиропом. Бекки пьет медленно, мелкими глотками, смакуя. Мимо идут две одноклассницы и едва шеи себе не сворачивают, глядя на Бекки Барнс в компании взрослых ребят, друзей Баки. Бекки победно улыбается.***
−Ну, Хвостик, сознавайся. Кто? Баки бесцеремонно плюхается на ее идеально застеленную кровать и выразительно поднимает густые черные брови. Бекки недовольно морщится и кидает в него пустой коробочкой. −Понятия не имею, о чем ты толкуешь. −Да ладно? – ехидно скалится брат, подгребая под бок подушку. – Ты третий день ходишь задумчивая. А вздыхаешь так, что никаких сквозняков не надо. Так что признавайся. −Не твое дело. Бекки задирает нос и отворачивается к окну. За спиной наступает тишина. А потом вдруг сильные руки смыкаются на талии, приподнимают и валят на кровать. Брат наваливается сверху и лезет щекотаться. Бекки визжит и лягается. −Буду пытать, пока не расскажешь. −Ни. За. Что. Каждое слово Бекки сопровождает ударом ладони в плечо Баки. Брат на шлепки даже не обращает внимания. Лениво перехватывает руку сестры и ловко заматывает Бекки в покрывало. Девочка сдувает со лба прядь волос и с вызовом смотрит в смеющееся лицо Баки. −Колин О`Хара. Доволен? Баки округляет серо-голубые, такие же, как и у нее, глаза. −Этот рыжий? Ну, Беккс, ты даешь. Не думал, что тебе нравятся рыжие. −Не твое дело. Бекки, даже в коконе из покрывала, умудряется приподняться и несильно боднуть брата лбом в подбородок. Баки ойкает и отвешивает ей щелбан. −Н-да, сестрица, я-то думал… −А сам-то. – не остается в долгу Бекки. – Я слышала, как к тебе вчера ночью Дженни приходила. И ты с ней куда-то убежал. Баки мрачнеет. −Слышала, так молчи. Серьезно, мелкая, не вздумай никому говорить. −А ты не смейся над Колином. Брат кривится, как от зубной боли, вытряхивает Бекки из покрывала и протягивает ей ладонь. −По рукам, Хвостик. Бекки с торжествующей улыбкой пожимает его шершавую от мозолей руку.***
Баки находит ее на чердаке, который им как-то показывала Дженни. Молча забирается по лесенке, садится рядом и обнимает вздрагивающие плечи. −Мама волнуется. Бекки шмыгает носом, пытается успокоиться, но снова вспоминает Колина под ручку с Мэгги и опять начинает плакать. Баки тяжело вздыхает и тянет сестру ближе, позволяя спрятать лицо у себя на груди. Бекки сжимает в кулаках его рубашку и дает волю слезам. Баки мягко гладит ее по спине и шепчет на ухо: −Ну будет тебе, Бекки. Что случилось, маленькая? Не надо так горько плакать. Бекки, я тоже сейчас заплачу. От Баки пахнет мазутом, табаком и еще черт знает чем. Он теперь целыми днями пропадает в доках. Когда Бекки попросилась с ним, матушка так раскричалась, что аж страшно стало. −Колин… − сквозь всхлипы выдавливает Бекки. – Я его видела сегодня… С Мэгги под руку. Он на меня так глянул… Плечи брата под ее руками каменеют. Но ладонь все так же мягко гладит по спине. Баки прижимается щекой к волосам Бекки и говорит на ухо: −Придурок он, вот кто. Не бери в голову, Беккс. Ты у меня лучшая. Самая красивая, самая умная. −Ты так говоришь, потому что мой брат. – укоризненно бросает Бекки. Баки тихо смеется. −Вот глупая. Да когда же старший брат младшей сестре что-нибудь хорошее скажет? Так не бывает. И Бекки против воли смеется тоже. А на следующий день видит в школе Колина. С громадным синяком под глазом. При виде нее Колин втягивает голову в плечи и шмыгает прочь.***
На своем выпускном Бекки танцует с Питером Брайтом, когда лопатками чувствует чужой взгляд. Оборачивается и радостно улыбается. В дверях стоят Баки, Стив и Дженни. Баки улыбается и показывает поднятые большие пальцы. А когда она подбегает, обнимает, приподнимает над полом и кружит. −Официально заявляю. У меня самая красивая сестра. Бекки смеется, обнимает брата за шею и целует в гладкую щеку. Дженни улыбается и говорит: −Вы так похожи. Стив авторитетно кивает: −Почти близнецы. Бекки отцепляется от Баки и пристально, будто в первый раз, оглядывает лицо брата. Морщит носик и отвечает: −Я все равно красивее. −Вот зараза мелкая. – пораженно выдает Баки, отступая на шаг. – Ну погоди у меня. −Потанцуй со мной, Бак. – смеется Бекки, хватает брата за руку и тянет в зал. Баки закатывает глаза, но послушно подхватывает сестру и кружит под музыку из хрипящего патефона. Бекки с огромным удовольствием замечает, что на них смотрят. Почти шеи сворачивают. В груди разгорается привычный детский восторг и почти влюбленность в брата. Такого взрослого, красивого. Музыка стихает, и Баки легонько отталкивает сестру от себя. −Дальше блистай сама, Беккс. Бекки шутливо бьет его кулачком в плечо и упархивает обратно к вытаращившему на них глаза Питеру.***
На Бруклин опускаются густые сумерки. Бекки выходит с проходной и зябко обнимает себя за предплечья. К вечеру ощутимо похолодало. Курившая под фонарем фигура поднимает голову и оказывается Баки. −Привет, Беккс. −Привет. Баки бросает окурок и снимает с себя пиджак. Бекки благодарно кивает и кутается в теплую, пропахшую табаком ткань. −Ты же Дженни обычно встречаешь. Баки передергивает плечами, берет сестру за руку, чего не делал с детства, и тянет за собой. −Джен сегодня засветло управилась. Бекки мысленно вздыхает. Из-за Дженни Форсайт дома разгорелся такой скандал, что хоть прочь беги. Что Баки и сделал, переехав к Стиву. −Что случилось, Бак? – тихо спрашивает Бекки. Брат вновь дергается, как от укола булавкой, и крепче сжимает ее ладошку в своей натруженной рабочей руке. −Война случилась, Беккс. −Война уже давно случилась. – парирует Бекки. – С тобой что? Баки вдруг замирает, как вкопанный, смотрит на сестру. В потемках не разобрать выражения его лица. Только глаза блестят. −Я записался добровольцем, Беккс. А Джен сестрой милосердия. Бекки ахает и прикрывает ладонью рот. Баки кривится. −Вот только сырость разводить не надо. С этим матушка прекрасно справится. Бекки ожесточенно трясет головой, а потом не выдерживает и обнимает брата. Баки высокий крепкий, Бекки едва достает ему до плеча. Теплые руки обхватывают ее плечи. К волосам привычно прижимается щека. −Ну чего ты, Беккс? Все будет хорошо. Я вернусь. Джен проследит. −На нее вся надежда. – старательно выговаривает Бекки. – У Дженни единственной из вашей троицы есть мозги. Баки коротко надтреснуто смеется и крепче прижимает сестру к себе. −Ох, Бекки-Бекки. Я когда-нибудь говорил, что люблю тебя? −Нет. – сердито отвечает ему в грудь Бекки, чувствуя, как бешено колотится под рубашкой сердце брата. Баки хмыкает. −Значит, скажу сейчас. Я так люблю тебя, Беккс. Другой сестры и пожелать нельзя. Слезы все-таки текут. И у сестры, и у брата.***
Когда Баки женится на Дженни, Бекки улыбается и чувствует, как вскипают в глазах непрошеные слезы. Это все слишком красиво и слишком трогательно. То, как смотрят друг на друга новоявленные супруги Барнс. Как Дженни мягко улыбается и прижимается к сильному плечу Баки. Как Баки касается губами ее волос. Бекки обнимает их обоих и не может отделаться от неприятного холодка в груди. Холодок ширится, когда она смотрит на одетого в форму брата, когда провожает их с Дженни на вокзал. А зимой 44-го приходит извещение о гибели сержанта Джеймса Бьюкенена Барнса. И холод становится вечным. Дом словно умирает, тускнеет, пусть Баки и не жил с семьей последние годы. Сильно сдает папа, появляется седина в волосах у мамы. Весной Бекки налетает на Мур-стрит на женщину в пальто. И не сразу узнает в ней Дженни. Худую измученную Дженни, которая смотрит будто сквозь нее. А еще у Джен под пальто отчетливо заметен круглый живот.***
На своей свадьбе Бекки хочется плакать. Потому что рядом с ней нет никого, кроме Дженни с Пи Джеем. Холодной злой зимой умер отец. Мама пережила его всего на месяц. Дженни гладит ее по спине, как когда-то делал Баки, и Бекки с силой прикусывает щеку. Баки… Он тоже не видит главного дня в жизни младшей сестры. А ведь когда-то торжественно обещал выдать ее за лучшего парня в Бруклине. Оливер, конечно, лучший. Но это не отец ведет Бекки к алтарю. Не брат улыбается одобрительно. Только смотрит недетски серьезными глазами маленький Пи Джей. И улыбается как всегда одетая в черное Дженни. Бекки смаргивает слезы и заставляет улыбнуться и себя.***
Баки смотрит серьезно, как-то устало. Будто только что закончил делать какую-то долгую и трудную работу. −Ты прости меня, Беккс. Я все безнадежно пропустил. Я опоздал. Бекки пытается улыбнуться, но почему-то не получается. Тянет ладонь к его щеке, но не может оторвать руку от кровати. −Где ты был, братик? −Далеко, Беккс. Очень далеко. Прости меня. Он опускается на колени перед ней, сжимает ее ладонь в своих – теплой и холодной – и касается кисти мягкими губами. −Прости меня, сестренка. −Это ничего, братик. Это ничего. Бекки улыбается и закрывает глаза. Она так устала. Брат ласково гладит ее седые волосы. Утром старшая внучка Тесса заглядывает в комнату бабушки. Бабушка Бекки лежит на кровати, чему-то мечтательно улыбаясь посиневшими губами. Тесса всхлипывает и зовет маму. Мама прибегает, обнимает и выводит из комнаты. Гладит вздрагивающие плечи и шепчет: −Тише, милая, тише. Бабушка ушла, как и хотела. Туда, где ее ждут. Тише, Тесси. Не плачь, родная. −Дедушка Баки ждет? – спрашивает Тесса, вытирая глаза. Мама с улыбкой кивает. −Да, дедушка Баки. Он давно ждет сестру. Не надо плакать. Они наконец-то встретились. Тесса оглядывается на бабушкину комнату. В приоткрытую дверь видно портрет мальчика, держащего на руках маленькую девочку. Баки и Бекки Барнс. Брат и сестра. Тесса улыбается.