Другие

Тибет, Камар-Тадж, 10:53 утра.       Рыжие локоны Ванды взлетели от порыва ветра, маленькими ласковыми змейками тычась в лицо, забиваясь в рот и нос. Максимофф раздражённо вздохнула и собрала волосы на затылке, закрепив их браслетом, блеснувшим алым в игривых лучах солнца.       — Сконцентрируйся, Ванда, — сказал Доктор Стрендж, не глядя отбивая очередную попытку любвеобильного Плаща погладить того по щеке. — Но для начала успокойся. Твой разум должен быть чист, не позволяй порыву вести тебя. Управлять своей волей должна ты, а не эмоции.       Ванда прикрыла глаза, попытавшись собраться с мыслями. Очередная неудача злила, раздражала, как чесавшийся укус комара под коленкой. Она медленно вздохнула и также медленно выдохнула. Повторила это ещё раз, и ещё, пока не почувствовала, что злость уходит, оставляя после себя ясность ума и где-то глубоко досаду на саму себя. Но с этим она разберётся позже. Сейчас ей необходимо сосредоточиться.       — Вот так, — с едва заметной улыбкой кивнул Стрендж. — А теперь представь себе место, в котором хочешь оказаться. Вспомни его, детали, которые помогут тебе точнее его нарисовать в своей голове.       Ванда помнила это место. Оно часто преследовало её во снах, где они с Пьетро, ещё юные, гуляли по лесу, сбежав от настырной охраны. Они могли гулять долго, наслаждаясь свежим, морозным воздухом и запахом елей, наблюдать за белками, что рыжими всполохами мелькали между зелёных веток, собирать шишки, вдыхая их аромат. Они играли в снежки, — конечно, игрой это назвать было нельзя, так как в Пьетро Ванда никогда попасть не могла, уж слишком быстр он был, но его улыбка для неё была самой главной победой, — лепили снеговиков, украшая их камнями и теми самыми шишками. А потом они непременно возвращались обратно, пробирались в свои комнаты и — она была уверена, Пьетро тоже, — тихо хихикали с этой маленькой шалости. И не получали выговоров, только внимательный, цепкий взгляд кого-то из руководства, когда они на следующий день появлялись на тренировках.       Почувствовав боль, немного остывшую, но всё такую же яркую, как и прежде, Ванда постаралась отойти от воспоминаний и сфокусироваться лишь на месте. Ей так хотелось вновь пройтись по знакомому лесу, проследить за белками, скрывающимися на высоких деревьях. Они столько лет жили там, в этом пропитанном злобой месте, что на какое-то время оно стало домом. Немного не таким, как это представлялось когда-то, но домом.       Она представила его, этот лес, снег под ногами — в это время года он точно уже должен выпасть, — белок в ветках, шишки под деревьями. Картинка в голове почему-то была смазанной, и, как бы Ванда ни старалась, чётче не выходило. Решив, что так и должно быть, она кивнула, и Доктор Стрендж заговорил вновь:       — А теперь выпусти магию. Очерти круг перед собой, представь место, в которое тебя перенесёт портал.       Ванда, цепляясь за ускользающую из-под век картинку, выставила перед собой руки и позволила алым всполохам соскользнуть с пальцев. Магия отозвалась в теле, точно ласковая кошка обдавая её теплом, будто шепча — можно больше, нужно больше. Она позволила магии стать сильнее и очертила круг перед собой.       — Молодец, — раздался голос позади Ванды, и Плащ погладил её по спине. — Не хочешь пройти сквозь него?       Ванда открыла глаза. Перед ней кружили по кругу алые искры, сливаясь в один ручеёк, а внутри круга был виден снег и могучие стволы сосен и елей. Завороженная, она шагнула в портал, ощутив от перехода лишь поток тёплого воздуха, и сразу же почувствовала, как кусает за щёки мороз.       Сверху падал снег, крупными хлопьями оставаясь на одежде и коже и похрустывая под ногами. Где-то ухнула сова, шорох крыльев разрезал ночную тишину. Ванда стянула браслет с волос, позволяя кудрям спрятать уши и щёки от кусачего мороза. Она смотрела на лес и внутри что-то воспротивилось.       Позади хрустнул снег и возле неё выросла фигура Верховного Мага Земли. Он обвел лес взглядом, едва заметно нахмурившись.       — Это то место, которое ты представляла?       Ванда беспомощно огляделась вокруг, пытаясь понять, что же за чувство не давало ей покоя.       — Да, это оно, но в то же время нет, — наконец, через минуту смогла она сформулировать это, — Что-то не так.       Лес, снег, шишки — всё было то же, как и тогда, когда они с Пьетро сбегали сюда, в этот маленький мирок детства и веселья. Но в тоже время что-то неуловимо поменялось: то ли деревьев стало больше, то ли воздух был не тот, то ли запах елей был слишком ярким.       Доктор Стрендж поднял руки перед собой и замер на несколько секунд, творя свою магию — не всегда такую заметную, как у неё, Ванды, но такую же завораживающую. После он несколько раз моргнул и пораженно взглянул на девушку.       — Кажется, ты немного перестаралась и открыла портал в другую параллель.       Ванда нахмурилась.       — Параллель?       — Параллельный мир, Вселенная, одна из многих в Мультивселенной, — снисходительно пояснил Стрендж и развернулся к порталу. — Пойдём, нужно возвращаться назад, пока мы не столкнулись с кем-то из этой Вселенной…       Его прервал град пуль откуда-то сверху. Ванда выставила руки перед собой, и пули застревали в алом тумане её магии, струившемся с пальцев. Кто-то дёрнул её за плечо и она потеряла концентрацию, отчего магия, словно та же кошка, испуганно вернулась обратно в её тело. Она чувствовала, как по лицу стекали тонкие ручейки растаявшего под летним тибетским солнцем снега.       Оглянувшись, она увидела всё также величественно возвышающийся Камар-Тадж.       Доктор Стрендж зачесал волосы назад, убирая с них остатки снега, а позади него Плащ вертелся в разные стороны, пытаясь стряхнуть с себя противную холодную воду.       — Нам стоит поработать над твоим умением распределять силу. Начнём сейчас же.       Максимофф, вздохнув, кивнула.       А на следующий день Ванда, стоя перед дверьми в кабинет Верховного Мага Земли, едва сдерживала дрожь в руках.       — Да, Ванда? Что ты хотела? — спросил Стрендж, не отрываясь от книги перед собой. Плащ приветственно помахал ей из-за его спины.       — Мне кажется, я обронила браслет в параллели.