Совместимость

      С момента родов прошло шесть месяцев, а с момента приезда Тсуны в Намимори — уже целый год и один месяц. Она честно не понимала, как ей удавалось скрывать ребенка от хранителей все это время, но что-то подсказывало ей, что скоро наступит конец этой идиллии — терпеть длительное отсутствие своего босса они уже не могли.       — Занзас, можешь принести чай? — шепотом попросила Савада, качая кроватку малыша, чтобы он уснул.       — Как обычно? — таким же шепотом произнес Скайрини, что стоял рядом, глядя на ребенка, что уже как несколько часов назад должен был спать.       — Да, зеленый.        Брюнет кивнул и максимально бесшумно покинул комнату, чтобы не вырвать малыша из полусна. Девушка же осталась уставшей рукой качать кроватку, молясь, чтобы он наконец заснул и дал поспать уже им. Три часа ночи, мать вашу! Ну вот что ему не спится?!       — Твой чай, — протянул ей кружку быстро вернувшийся мужчина и, когда она взяла, уже двумя руками взял свое кофе, делая глоток.       — Не уснешь же потом!       — Ты всерьез веришь, что это исчадье ада даст нам поспать нормально даже одну ночь? И это после того, как прошло полгода? — фыркнул вариец, без страха попивая свой горячий напиток.       — Это все твои дьявольские гены! Я всегда хорошо спала и ночью, и днем! Я была просто ангелом!       — Я заметил, — фыркнул Занзас и добавил:       — Ты и сейчас хорошо спишь и ночью, и днем, — в голове сразу предстала картина, как Десятая незаметно уснула днем, когда присела покушать за телевизором.       — Потому что я устаю бодрствовать, когда бодрствует он! — сверкнула глазами Тсуна, понимая, что он там ей припомнил.       — Все-все, не злись, — Скайрини коснулся ее руки, что чересчур быстро начала трясти колыбель. — Ты можешь идти спать, а я сам справлюсь.       — Ты уверен? — осторожно спросила Савада, боясь того, что ей померещилось.       — Да, можешь идти спать, если хочешь. Я и сам хорошо справ… люсь… — еле договорил брюнет, потому как девушка, больше не слушая его, подошла к кровати и, просто плюхнувшись на нее в позу морской звезды, начала храпеть. — Ну… спокойной ночи тогда… — он посмотрел на малыша, что от отсутствия тряски вновь открыл глаза, глядя на него, и вздохнул, раскачивая колыбель: — Почему ты не можешь быть как мама?       — Тсуна, вставай! Тебе звонят, а я его только уложил!!!       — А? Что? — еще не очнувшись ото сна начала Тсуна, но, услышав заветное слово «уложил», тут же открыла глаза. — Быстро! Где телефон?!       — Под подушкой, я глушу звук, потому что иначе он не выключается, а если сбросить, то будет пиздец!       «Хранители» — тут же догадалась Савада по концовке предложение и молниеносно достала телефон, в таком же темпе принимая вызов — звука не было, идеально сработано. Она быстро поднялась с кровати и поспешила покинуть комнату, чуть не врезавшись в дверь, благо ее схватил за шиворот, остановив от столкновения, а потом спокойно выпустили наружу, предварительно открыв дверь.       — Доброе утро всем! Что так рано звоните? — бодрым голосом сказала шатенка, что в данный момент совершенно не вязалось с ее внешним видом.       — Джудайме, уже обед!!!       — Обед? — нахмурилась Тсуна, спустившись на кухню и увидев часы. — Черт, я их обоих без завтрака оставила…       — Что вы говорите?       — А? Ничего! Говорю, что только проснулась. Ты даже не представляешь, какая у меня сегодня бессонница была. Ладно, так что вы хотели?       — Зверек, мы все посоветовались и решили, что твой отпуск пора заканчивать! — громко произнес Кея, из-за чего телефон в срочном порядке пришлось убирать от уха. — Мы уже устали ждать тебя. Прошел уже год!       — Ку-фу-фу, и если ты к нам не приедешь, то приедем уже мы!       — Тсуна, это и правда уже долго, — пожаловался Ямамото, перехватив телефон. — Мы посмотрели уже билеты и готовы вылететь завтра, если ты не вернешься!       — Так, стоп, стоп! — вздрогнула девушка, присаживаясь на диван. — Не надо никуда прилетать! Можно мне еще времени?       — ЭКСТРИМАЛЬНО нет! — крикнул Рехей, больше не желая мириться с отсутствием босса. — Либо вы летите к нам завтра, либо уже мы к вам!       — Ребята, дайте мне еще немного времени! Мне же вещи собрать надо! Попрощаться со всеми! — нервно прикусила губу Тсуна. Вот и настал тот день, которого она так боялась.       — Зверек, ты все время почти сидела дома! Не ври, что с кем-то общалась! Мои подчиненные следили за тобой! Собрать чемодан за один день не проблема, особенно с учетом, что вещей у тебя немного, так что не надо выкручиваться!       — Но Кея! — хотела закричать шатенка, как ей на плечи легли чужие руки.       — Возвращайся, тебе уже и правда пора, — услышала Савада и резко обернулась.       — Подождите секунду, мне мама что-то говорит! — она прикрыла динамик телефона рукой, чтоб не было слышно. — Занзас, как домой? Тео всего несколько месяцев!       — Полгода, уже хорошо, — спокойно ответил вариец, обходя диван и садясь рядом с ней. — Мне кажется, что тебе надо возвращаться. Нельзя больше скрывать наличие ребенка, да и тебя в мире мафии давно не видно, а это чревато последствиями. Пусть лучше хранители и Вонгола узнают о Тео первыми, чем кто-то еще. Поверь, хоть в Вонголе для ребенка опасно, но в Намимори ему еще опаснее, ведь здесь как таковой нет охраны. Если что-то случится в Италии, то можно мобилизовать все силы, а тут такой возможности не будет.       — А как же ты? Как я поняла, ты отдаешь ребенка мне, а сам?       — Меня лучше оставить в секрете, потому что тогда ребенок превратится не только в рычаг давления на Вонголу, но и на Варию, — ответил мужчина так, будто это для него ничего не значило. — Я вернусь обратно в Рим. Патлатый мусор уже наверняка заждался и будет кричать, что даже у вас на Сицилии будет слышно, — фыркнул он.       — Может ты заберешь ребенка? Ты же любишь его даже больше, чем я, — прикусила губу Тсуна, вспоминая бессонные ночи, которые тот провел вместе с ним, когда он болел или просто так. Да даже при взгляде на него глаза Занзаса начинали излучать тепло!       — Гонишь? Где я тебе возьму грудное молоко? А Вария? Ты хочешь поместить ребенка туда, где живут психи?!       — О, а раньше кто-то говорил, что это мои хранители того! — усмехнулась Савада, на что брюнет закатил глаза.       — Твои того, но не совсем того, — объяснил тот, на что она не выдержала и рассмеялась. — Короче, выгоднее тебе. Да и охрана Вонголы лучше и больше, чем у Варии.       — Да, с этим не поспоришь… — покачала головой девушка. — Может тогда будешь приезжать?       — Раз в месяц, возможно. Под прикрытием дел Варии возникнуть проблем не должно, — задумался мужчина, на что уже Десятая нахмурилась.       — Что-то слишком редко… Может я смогу что-то сделать?       — Был бы благодарен, — коротко ответил вариец, чутким слухом улавливая шорох наверху, а так как Наны вновь не было дома, не сложно догадаться, кто это. — Он проснулся, я пойду.       — Хорошо… — тихо ответила Тсуна, чувствуя вину за то, что Занзас вскоре не сможет видеться со своим собственным ребенком нормально.       Савада тяжело вздохнула и поднесла телефон с уже начавшими волноваться хранителями к уху, нехотя сообщая о своем решении. И хоть на том конце воцарилось счастье, ей было совсем не радостно — она уже успела привыкнуть к такой жизни. Неужели все снова изменится? Как-то не хотелось…       — Джудайме, мы отправили вам билеты, поэтому собирайтесь! Завтра заберем вас с аэропорта!       — Да, спасибо… пойду собираться… Всем пока! — не дожидаясь ответа, она выключила телефон и обессиленно откинулась на спинку дивана.       — Тсу-чан, Зан-кун, а почему вы так неожиданно собрались уехать? — спросила Нана, что сидела с внуком, пока молодые собирали чемоданы.       — По работе. У нас обоих закончился отпуск и нужно возвращаться обратно, — вздохнула Тсуна, еле закрывая чемодан со своими вещами и понимая, что одного будет мало — еще нужно взять вещи и игрушки Тео.       — Жалко, конечно… А когда вылетаете?       — Завтра, — недовольно ответил Занзас. — То есть уже сегодня ночью, в два.       — Вы, получается, здесь последний день? Может, мне стоит приготовить что-нибудь? А то вы выглядите грустными.       — Мама, вам кажется, — Скайрини спокойно закрыл свой чемодан и поставил его в прихожей, чтобы не мешался. — Тсуна, тебе помочь?       — Не надо, я сама, — Савада встала и пошла в каморку под лестницей за вторым чемоданом, а мужчина со вздохом опустился на диван и посмотрел на сына.       — И все-таки вы какие-то странные!       — Мама, прошу, не начинайте…       — Мам, такси уже подъехало, поэтому думаю, что нам пора, — произнесла Тсуна, вставая из-за стола.       — Согласен, — Занзас поднялся следом.       — Подождите, но вы же даже нормально не поели! — Нана посмотрела на все блюда, что она приготовила в такой спешке и которые остались почти нетронутыми.       — Ма, у нас и правда самолет уже скоро…        Женщина посмотрела на дочь, ее жениха и тяжело вздохнула. Проблемы с аппетитом были определенно не от нехватки времени, но Тсу-чан так отчаянно переводила стрелки, стараясь что-то скрыть, что ей не хотелось лезть в ее дела.       — Ладно, но может хотя бы сфоткаемся вместе? Столько были вместе, но так и не сделали совместное фото. Это быстро, к тому же, неизвестно когда мы еще встретимся. Может снова через несколько лет…       Савада вздохнула, понимая, что мама давит на жалость, но не стала препираться:       — Хорошо, давай сделаем фото.       Нана будто только этого и ждала. Она немедленно вытащила фотоаппарат, который должен был пылиться на чердаке, из шкафа — сразу видно, готовилась — и с улыбкой показала на диван, напротив которого можно было хорошо зафиксировать камеру и поставить на таймер.       — Зан-кун, а ты куда пошел? — краем глаза заметила женщина, как зять решил тактично удалиться.       — Вы же фотографироваться собрались, так я пока вещи в машину отнесу.       — Зан-кун, это же семейное фото!       — Так я поэтому и не мешаю, — брюнет честно не понимал, что от него хотят.       — Но ты же тоже член семьи!       — А? — в голове варийца возник трудный мыслительный процесс, после которого он к сожалению издал еще одну гласную:       — Я? — и снова впал в состояние транса.       — Зан-кун, — начала было женщина, как Тсуна вручила ей внука и отправила на диван, сказав, что сейчас они придут.       Девушка уже приготовилась к фотографии, как услышала разговор своей матери с Занзасом. Не зная, чем это может закончиться, она немедленно поспешила вмешаться. Она, конечно же, не ожидала уже от него ничего плохого, но вот не могла предсказать его реакцию.       — Занзас, если ты не хочешь фотографироваться с нами, то давай я скажу маме, что ты не очень любишь это делать? Хоть мы и считаем тебя членом семьи, но ты ничего не обязан и… мама же не в курсе наших обстоятельств… — Савада подняла голову, чтобы услышать ответ, но увидела лишь, что лицо варийского босса сделалось полностью безэмоциональным. — Я тогда скажу маме, — восприняв это, как отказ, сказала она.       — Подожди! — стоило Десятой развернуться, как ее схватили за плечо. — С какого я стал членом вашей семьи?!       — Времени или черта? — неуверенно спросила Тсуна, прикусив губу.       — Можешь сама выбрать на какой ответить.       — Ну… так само собой получилось как-то… Ты же всегда помогаешь мне и маме, и в какой-то момент мы начали считать тебя своим, — задумалась девушка, а затем добавила:       — Мама, думаю, тебя приняла еще при встрече, иначе бы не сказала называть ее так.       — И это все? — поднял бровь Скайрини, на что удивилась уже Савада:       — А разве нужно еще что-то?       — Эй, вы сами говорили, что спешите! Может еще тогда покушать время найдете? — вдруг вмешалась Нана, отчего пара вздрогнула.       — Ма, понимаешь, Занзас не очень любит фотографироваться, поэтому…       — Поэтому вашей дочери понадобилось время, чтобы уговорить меня, — договорил за нее мужчина и спокойно прошел к дивану, садясь рядом с матерью девушки. — На улыбку можешь даже не надеяться!       — Зан-кун, да ладно тебе уже смущаться! Улыбнешься, куда деваться! — улыбнулась Нана, придвинувшись к нему ближе и положив руку на плечо. — Тсу-чан, ставь таймер, пока я его держу!       — Сейчас! — рассмеялась девушка, быстро выполняя просьбу матери и возвращаясь на место… почти.       Все случилось мгновенно. Первая секунда — Тсуна быстро бежит к дивану и спотыкается о тапочки, что кто-то поставил на пути. Вторая секунда — она падает прямо на диван, но в полете ее ловят чьи-то руки. Третья секунда — осознание того, что произошло и почему Занзас неожиданно стал так близко. Четвертая секунда — понимание того, что ничего не исправить и надо хотя бы улыбнуться в камеру. Пятая секунда — вспышка, после которой раздается смех мамы.       — Пожалуй, это фото я вставлю в рамку и выставлю в зале!       — Мама, давай перефоткаемся? — жалостливо попросила Тсуна, понимая, какая картина получилась.       — Кому-то ехать нужно! — с улыбкой сказала Нана, передавая ребенка на руки дочери. — Давайте, давайте! У вас самолет скоро!       — Мааааа!!! Ну, пожалуйста!!! Давай переснимем!!!       — Тсу-чан, ну это же ты упала ему на колени. Зачем делать новое фото только из-за этого? К тому же, все хорошо получились, даже Занзас улыбнулся! — проверив кадр, сказала она.       — Еще бы он не заржал… — буркнула Савада и посмотрела на варийца. — До сих пор ржет…       — А кто-то до сих пор сидит, но я помалкиваю, — усмехнулся Скайрини, нагло взлохматив прическу ошарашенной девушки, и прошептал на ухо. — Ты же не забыла про самолет?       — Да идите вы! Оба! — надулась шатенка и специально осталась сидеть на месте, будто так и должно быть.       — Ты точно ничего не забыла? — спросил Занзас уже в аэропорту Рима.       — Я несу только Тео, а ты уже рюкзак со всем необходимым для него, так что это я должна спрашивать, — фыркнула Тсуна, полностью забыв про свои былые обиды и как ее подставили дома. — Кстати, вон мои чемоданы.       Скайрини посмотрел в направлении, что указывала шатенка, и одним быстрым движением снял с дорожки сразу два чемодана, поставив рядом с собой. Буквально через несколько секунд появился и его — больше у них ничего не было.       — Возьми этот, он легче, — произнес брюнет, дав ей самый маленький чемодан, а сам взяв на себя остальные.       — Да, они же все на колесиках, так что без разницы, — улыбнулась Тсуна, катя его в сторону выхода. — Кстати, Тео хорошо спал в самолете, даже не кричал не разу!       — Мне кажется, ему понравилось, что мы никуда не отходили от него столько часов, что он почувствовал себя в безопасности и поэтому заснул, — ответил ей мужчина. — Надеюсь, ты сделала, о чем мы говорили?       — Да, я запечатала его пламя, как это сделали когда-то мне, — посмотрела она на сына, что открыл глаза и сейчас глядел на нее. — Прости, малыш, но нельзя, чтобы кто-то знал об этом.       Чем дольше они шли, тем быстрее приближался выход и тем труднее Тсуне становилось идти. Да, она все это время делала ту же работу, что и в Вонголе и фактически сейчас менялось только ее место пребывания, но она так не хотела возвращаться в семью. Она уже привыкла просыпаться с ощущением чужого тепла рядом, готовить завтрак, обед, ужин Занзасу, что в это время сидел с ребенком или помогал ей, когда тот спал, а потом вновь засыпать, чувствуя его присутствие и следующую за этим безопасность.       — Мы пришли, — остановился вариец за углом от выхода, чтобы их не было видно с той стороны. — Ты пойдешь первой, а я через десять минут. Вот рюкзак и чемодан, — передал он ей вещи. — Думаю, ты сможешь пройти так три метра, прежде чем тебя встретят.       — Да, это не составит труда, — ответила Тсуна и осталась стоять на месте.       Скайрини ничего не говорил и не торопил девушку. После года совместной жизни, ему не хотелось расставаться с ними обоими. Во-первых, он не был уверен, что после ее готовки сможет вернуться к обычному рациону в Варии. Во-вторых, никто не будет храпеть ему на ухо, когда он будет засыпать. В-третьих, если что-то случится с Тео, он будет далеко, чтобы помочь.       — Я… — одновременно начала пара и тут же вздрогнула.       — Ты первый!       — Нет, давай ты!       — Я?! Впрочем… — Савада вздохнула. — Я буду очень сильно скучать.       — Я тоже… тоже уже привык к тебе и… — договорить ему не дали, врезавшись прямо в грудь и обняли до хруста в ребрах. — Не реви, иначе Тео тоже заплачет.       — Я не реву! — заявила девушка и тут же отстранилась, доказывая это. — Я так прощаюсь!       — Прощаешься? Что-то не припомню, чтобы ты раньше со мной так прощалась, — фыркнул он и, не слушая ее возмущенные вопли, обнял ее в ответ.       — Ура, Джудайме! Вы прие… ха… ли…       Хранители в количестве шесть штук стояли около выхода прилетевших из Японии в Италию в ожидании своего босса. Но когда шатенка наконец-то показалась в зоне их видения, то всех ждал огромный сюрприз. Все внимание в миг обратилось к ребенку в ее руках.       — К-к-как?.. Нет, к-к-когда?.. — произнес Гокудера, на что Тсуна пожала плечами.       — Как-то когда-то, да и сейчас мне рассказывать, что ли? — улыбнулась Савада. — Может сначала поможете с багажом? А я по пути расскажу про Тео?       — Д-да… к-к-конечно… — как оказалось, заикаться начал не только Хаято.