Совместимость

      — Мама… больно… мне больно…       Занзас резко вынырнул из объятий сна и вскочил с пола. По всей комнате ощущалась сильная концентрация пламени гнева — на его памяти такого еще никогда не случалось. Он быстро залез на кровать и скинул с девушки одеяло, прикладывая руки к ее животу. В этот раз было определенно точно что-то не так. Пламя не хотело слушаться, а чтобы не навредить Тсуне приходилось действовать очень осторожно — чужое вмешательство во внутреннюю энергетику всегда было опасным делом.       Скайрини пытался аккуратно успокоить бушующий комок энергии, но тот в ответ начал сопротивляться, выделяя еще больше пламени, отчего шатенка, вцепилась руками в простынь, не прекращая повторять одно единственное слово — «больно». Ребенок вновь сжигал ее изнутри.       — Тсуна, я не могу его успокоить! Он меня не слушается! — в ужасе произнес брюнет, наблюдая за ее страданиями. — Что мне сделать?! Скажи!!! У тебя же есть интуиция!!!       Десятая честно попыталась применить свою способность, но концентрироваться ей не давала жгучая боль — она закричала, уже не в силах сдерживаться. Вариец вздрогнул и тут же зажмурился, увеличивая напор и пытаясь подавить ту силу, но от такого давления ничего не изменилось — ребенок отвечал тем же, отчего лишь только девушке становилось еще хуже.       — Нет, я не могу… это убьет ее, — нервно произнес Занзас и схватился за голову. — Что мне делать? Что мне делать? — неожиданно в голову пришла идея, но еще неизвестно какая.       Скайрини вновь положил руки на живот Вонголы и вместо подавления, начал поглощение. И если первый метод был основан на грубой силе, то второй медленно высасывал все силы из ребенка — он искренне надеялся, что только из него, а не из его матери.       — Тсуна, все хорошо, у меня получается, — произнес брюнет, стараясь успокоить девушку, которой начало становиться лучше.       — Не забирай все… оставь ему немного… — хриплым голосом произнесла Савада, чуть придя в себя. — Хватит…       — Уверена? — стиснул зубы вариец, помня, как она выгибалась на кровати в сильных конвульсиях.       — Иначе он умрет…       — Понял, — ответил Занзас и недовольно убрал руки. Была бы его воля, он бы высосал еще для пущей уверенности. — Сейчас все хорошо? Нигде не болит?       — Нет… все хорошо… — ответила шатенка, дрожа всем телом. Ей казалось, что еще чуть-чуть и ее жизнь оборвется навсегда. — Я так испугалась… — призналась она, не сдерживая слез.       — Все хорошо, успокойся, — тихим убаюкивающим голосом произнес Скайрини, вытирая ей слезы с лица. — Сейчас же уже не больно?       — Нет, но… — она всхлипнула. — Ты можешь остаться?       — Так я вроде бы никуда не ухожу, — поднял брови вариец.       — Нет, я про… Можешь побыть рядом здесь? Мне очень страшно, — Тсуна сглотнула, уже рассчитывая на отказ, но…       — Сейчас подушку возьму, — Занзас беспрекословно выполнил ее просьбу, укладываясь рядом с ней и укрывая их обоих одеялом.       — Спасибо… — прошептала Савада, неуверенно взяв его за руку. Вариец в полной мере ощутил холод и подрагивание ее ладони — она очень сильно испугалась. — Спокойной ночи.       — Спокойной ночи, — пожелал мужчина и через десять минут, когда послышалось тихое сопение, аккуратно обнял девушку, тихо добавил:       — Ничего не бойся…       — Занзас!!! Занзас!!! Открой дверь!!! Это срочно!!! — услышал вариец дикий рев у двери туалета и, тяжело вздохнув, поставил зубную щетку в стаканчик. Благо он успел почистить, прежде чем Тсуна вновь захотела в туалет.       — Можешь заходить, — зевнул Занзас, открывая дверь ванной и выходя наружу, как его остановили.       — Занзас, потрогай, он толкнулся! — радостно закричала девушка и схватила его за руку, кладя себе на живот. Только затем ей пришло понимание, что от своего возбуждения она нагло пристала к человеку. Возможно, ему такое даже не интересно. В конце концов, она неуверенно добавила:       — Если тебе интересно, конечно же…       — Ты разрешаешь? — на всякий случай узнал Скайрини, прежде чем перейти к более масштабным действиям, на что получает удивленный взгляд и громогласный ответ:       — Ты же отец, естественно!        От этого на душе становится теплее, и мужчина уже уверенно проводит рукой по ее животу, чувствуя слабое движение — и правда толкается. Он медленно присел на колени и осторожно прислонился к нему ухом, слыша какой-то характерный звук.       — Мне кажется, я слышу его сердцебиение, — впервые наверно за всю жизнь Тсуна увидела на его лице светлую улыбку.       — Будь осторожен, чтобы не ударил, — окончательно разрушив стену между ними, рассмеялась Савада и взлохматила черную макушку перед собой. Реакции на ее действия не последовало, поэтому она поняла — можно — и продолжила гладить его волосы. — Занзас, а как мы его назовем? Все-таки уже начало девятого месяца. Нужно имя, причем мужское.       — Интуиция? — спрашивает тот, уже зная ответ, но шатенка все равно решает ответить:       — Да.       — Тео, — ни секунды не раздумывая, ответил Занзас, будто уже был готов к такому вопросу.       — Это случаем не слог из имени…       — Не произноси этого вслух, — сразу же прервал ее брюнет, пойманный в ловушку ее интуицией.       — Как скажешь, — рассмеялась Десятая. — Тогда будет Тео. Мне оно тоже нравится. Кстати, а ты оказывается! — договорить ей вновь не дали, громко зарычав. — Поняла, зверь! И больше никто! — прыснула она на сценку, что разыграл перед ней мужчина, и не стала говорить свои мысли в слух.       «Но все же, ты оказался таким милым!»       …Хлоп!..       Резко пробудившись ото сна, Тсуна широко распахнула глаза и в шоке уставилась на потолок. В этот момент по ее ногам стекала какая-то жидкость. Из-за охватившей ее паники, мысли путались, и она даже не знала, что ей делать. Это определенно было оно! Оно началось!       — Занзас, — прошептала Савада, еще пребывая в неком трансе.       — Ммм? Мандарины в холодильнике… — сонным голосом ответил Скайрини, продолжая спать дальше.       — Занзас, мне кажется, что у меня воды отошли, — поделилась своими предположениями шатенка.       — Ммм? Вода отошла? У стакана ноги, что ли, появились? — произнес брюнет, спокойно погладив ее по голове, прежде чем неожиданно вздрогнуть и открыть глаза. — Как воды отошли?!       — Как-то бух! И все… — неуверенно отозвалась девушка, наблюдая за тем, как мужчина быстро подскакивает с кровати и, звоня в скорую, пытается натянуть на себя одежду. — Мне тоже одеваться?       — Так, сумку собрали! Скорая приедет через десять минут! Надо, наверное, взять еще и!       — Понятно, я одеваюсь, — сказала Десятая, понимая, что за своим бубнежом ее даже не услышали, и только хотела встать, как…       — Что такое?! — среагировал на крик вариец и немедленно обернулся на Вонголу.       — Схватки!       — Да не переживай ты так! Все рожают, и она родит! — хлопнула его по плечу Нана, что проснулась от шума из их комнаты посреди ночи.        Занзас как-то не разделял спокойствия женщины, нервно треся ногой в ожидании прихода акушера. По пути в роддом Тсуна кричала настолько сильно, как никогда во время тренировок с Реборном — это в полной мере давало понять, что она чувствовала в тот момент.       — Эй, да все будет хорошо!       — А вы откуда знаете? — спросил брюнет, волком смотря на всех проходящих мимо людей.       — Осложнений не было, почти всю беременность бегала, а не лежала, — Нана сложила руки на груди. — Все будет нормально.       — Но она кричала…       — Нервы, боли, схватки, — перечислила женщина и добавила:       — Ты бы также кричал.       — А это сильно больно?       — Да не очень, — улыбнулась Нана, и в это же время мимо них провезли орущую на пределе своих сил чужую женщину с огромным животом, отчего сомнения Занзаса в ее словах заметно возросли.       Тсуна лежала в отдельной палате с маленьким комком на руках. Было очень приятно осознавать, что девять месяцев уже позади, и у нее наконец-то появился тот, кого она так ждала несколько лет. К сожалению, вместе с этим пришел и страх — страх того, что же будет дальше.       — Тсу-чан, я вхожу! — после тихого стука в дверь в помещение вошла мама. — Боже, какой он маленький! — с улыбкой сказала она, тут же присаживаясь рядом с кроватью.       — Ага, маленький! — фыркнула Савада, держа ребенка. — Четыре килограмма с чем-то!       — О, и правда тогда большой! — Нана взглянула на лицо малыша, умиляясь. — Ты еле дотягивала до трех. Зан-кун, это определенно в тебя, потому что с нашей стороны все мелкие! Сколько ты весил при рождении?       Девушка вздрогнула и подняла взгляд, только сейчас замечая, что мама пришла не одна. Занзас не только тихо вошел в палату, но и остановился у самых дверей, не подавая признаков своего присутствия. Естественно, что его было легко упустить из виду.       — Я не знаю, — ответил на вопрос женщины Скайрини, продолжая держаться от них на расстоянии.       — Зан-кун, ну что ты как не родной? Так переживал, а теперь даже боишься подойти!       — Мама, не обязательно такое говорить.       — Нет, Занзас, серьезно! Подойди, посмотри хотя бы на сына.       Будто бы нехотя, хотя интуиция Вонголы подсказывала, что это не так, мужчина приблизился к ним и склонил голову на бок, глядя на ребенка, что пристально смотрел на собравшихся — по взгляду было понятно, что он не понимает, что происходит и кто все эти люди.       — Хочешь подержать? — спросила Тсуна, на что брюнет оторопел. — Занзас? — обеспокоенно произнесла она.       — Да все он хочет, у твоего отца такая же реакция была, — вздохнула новоиспеченная бабушка и взяла внука на руки, чтобы в следующее мгновение передать его отцу. — Ну? Как ощущения?       — З-з-зашибись… — еле выдавил из себя вариец, глядя в точно такого же цвета, как и у него самого, глаза. — М-м-можете забрать?       — Типичная мужская реакция, — рассмеялась Нана, вспоминая, что ее муж вел себя в точности, как и ее зять.       — М-мама, прошу… — поняв, что здесь ему ловить нечего, Занзас перевел взгляд на шатенку. — Т-тсуна, т-ты…       К сожалению, первому женскому смеху вторил второй…