Трофей

Мэн Яо удалось заманить в ловушку еще и главу Не, но просить за него никто не стал. Да и отец уже не позволил бы. Не Минцзюэ был брошен в темницы, но жизнь ему сохранили. Хотя Жохань частенько бывал у него в камере. Отрицать, что Яо - удивительно хорош в своих манипуляциях, было бы просто глупо. Сюй стал обращать на него внимание не только из-за Первого Нефрита, находящегося у него в собственности. Они иногда проводили время в разговорах или совместных обсуждениях военной тактики. И, кажется, наигранная покорность в голосе Яо начала таять, сменяясь ответным интересом. Вопрос победы ордена Вэнь уже не был вопросом как таковым - так, делом времени. Вопрос, на деле, обстоял только с орденом Юнмэн Цзян, находившимся дальше всех и меньше всех пока вовлеченным в войну. Все остальные великие ордена уже, считай, принадлежали ордену Вэнь: Гусу Лань не посмеют сопротивляться, пока их Нефриты в плену, в частности и их глава; орден Не так же не станет ничего предпринимать, пока Минцзюэ развлекает Жоханя в темницах. А Цзини всегда были слишком трусливы, они не станут противиться неизбежному. Поэтому Сюй легко завершал военные кампании против более мелких орденов, как цепной пес сторожил границы и иногда наведывался с проверкой в другие ордена. Мэн Яо тоже был увлечен планированием военных походов, а также применял свою смекалку в изобретениях для отца. А вечерами они возвращались к своим Нефритам. Орден Цзян вскоре предпочел сдаться без боя, сразу после разговора по душам с их главой - Цзян Фенмянем, человеком осторожным и привыкшим плыть по течению. И церемонию принесения обетов не стали откладывать, организовав почти сразу же, чтобы раз и навсегда закрыть вопрос о покорности орденов и главенстве Вэней. Вэнь Сюй подал Ванцзи его драгоценную заколку для волос, которую убрал когда-то подальше в ящики после того, как выходил едва живого Нефрита после выходки младшего брата. Лань взглянул на вещицу как на что-то опасное, но все же взял. На нем были одежды в цветах и орнаментах ордена Гусу Лань, присланные на днях из Облачных Глубин по его личному запросу. За время, что Лань Чжань провел в Цишани, они оба, кажется, отвыкли от того, что тот может выглядеть так... Возвышенно. Почти все эти месяцы Ванцзи убирал волосы просто лентой в простую прическу, и носил простые одежды без знаков отличия. А теперь снова выглядел под стать Второму Нефриту Гусу Лань. Сюй коснулся пальцами его скулы, погладил по щеке, поймал спокойный взгляд и улыбнулся. Может, Ванцзи и выглядел прежним, но таким уже не будет. Лань, словно прочитав его мысли, медленно глубоко вдохнул и прикрыл глаза, склоняя голову в бок, прижимаясь ближе к ласкающим лицо пальцам. Все правильно. Сегодня все эти одежды - не больше, чем часть официальной церемонии. Уже вечером он снова окажется без них, в этих комнатах, на этой кровати... Потому что никто не собирается никуда его отпускать. В зале собрались почти все участники церемонии. Не хватало только самого главы ордена Вэнь. Лань Ванцзи пришел в зал подле Вэнь Сюя. Тот остался неподалеку от трона, а Лань Чжань направился в ту часть зала, где ровными рядами стояли адепты его родного ордена. По пути к нему присоединился старший брат, только что подошедший вместе с Мэн Яо. Они оба приблизились к возглавляющему адептов Лань Циженю, коротко склоняясь перед ним, неловко отводя взгляды. Едва ли дядя и все прочие не догадывались, на каком положении Нефриты находятся в Знойном Дворце. А если и не догадывались - слухи определенно донеслись до них. Уж местные слуги точно знали все, что положено и не положено. Поэтому стоять рядом с дядей и другими было как-то неправильно. Словно Ванцзи способен одним своим присутствием, грязной и испорченной сущностью, оскорбить заветы ордена. Но того требовала церемония. Все же Сичень до сих пор глава ордена, а Ванцзи - наследник. И на самом деле Лань Чжань был рад увидеть, что дядя и другие в порядке. Цижень оглядел обоих племянников нечитаемым взглядом, сдержанно кивнул и отступил в сторону, позволяя занять место в общем строю. Пока остальные подтягивались и ждали Вэнь Жоханя, Второй нефрит коротко скользнул взглядом в сторону остальных орденов. Орден Не возглавлял Не Хуайсан - Не Минцзюэ так и не выпустили из темниц. Младший Не был бледен и тих, задумчиво прикрывался веером и не обращал внимания на остальных. Беззаботнее всех выглядели Цзини во главе с Гуашанем, кажется, нисколько не удрученным вынужденным подчинением ордену Вэнь. Юнмэн Цзян находился дальше всех, но Ванцзи все равно смог различить сквозь толпу их главу и его наследника Цзян Ваньина. Сердце неожиданно пропустило удар - среди адептов Юнмэна не было Вэй Усяня. Его бы точно было сложно не заметить. Или поэтому его и оставили дома? В тайне надеясь, что ничего серьезного не случилось, Ванцзи быстро отвел взгляд, ощутив на себе встречный интерес. Когда Жохань, наконец, занял свое место на троне, Лани первыми двинулись вперед, чтобы совершить поклоны и принести клятвы. Лань Чжань старался ни о чем не думать и игнорировать обращенное к нему внимание, молча опускаясь на колени и прижимаясь к полу лбом, так же молча возвращаясь на свое место. Ни какие мысли все равно не изменят положения. По окончанию церемонии к ним подходит Мэн Яо - Сиченю позволили вернуться в орден, в Облачные Глубины. При условии, что Мэн Яо отправится с ним надзирателем. И Лань Ванцзи останется в Знойном дворце. Они не разговаривают. Лань Чжань молча кланяется брату, тот склоняется в ответ и на этом все кончается - Ванцзи может только сделать глубокий вдох, пройтись последним взглядом по адептам своего ордена и развернуться к ним спиной, направляясь к давно поджидающему его Вэнь Сюю. Теперь это его новая жизнь.