Трофей

Яо прикасается к волосам расслабленного Первого Нефрита так, словно делал это всю жизнь. Сичень спокойно сидит на краю кровати, позволяя ему это, опуская взгляд и терпеливо снося все касания с легким налетом смущения и снисходительности. Вэнь Сюй может только восхититься – или удивиться? – тому, как быстро приглашенный адепт достиг такого уровня доверия от главы Лань, тогда как он сам потратил несколько месяцев на то, чтобы Ванцзи перестал вздрагивать от касаний. О том, чтобы Второй Нефрит был таким же расслабленным и спокойным не могло быть и речи – каждый раз Сюй все равно чувствовал, как внутри того словно стальным стержнем это его упрямство, до сих пор мешающее просто отдаться удовольствию и перестать сдерживаться. Два Нефрита Гусу Лань были не такими уж похожими, как казалось на первый взгляд. Теперь Сюй знал, что общего в них, разве что, родовые черты внешности. Прижав Ванцзи к себе спиной, Сюй опускает подбородок на его плечо, и сам тянется к завязкам на его поясе. Лань Чжань упрямо отворачивает лицо в сторону, каменеет мышцами, но все равно стоит смирно. Наедине это действие было ему хорошо знакомо, но при других, особенно под взглядом брата… Сичень действительно смотрел. Спокойно, словно его не волновало подобное зрелище, но Сюй успел заметить, как дрогнули его пальцы в попытке сжаться в кулак. Яо тоже смотрел, искоса, больше увлеченный касанием губами шеи своего Нефрита. Его ладонь прошлась по груди Сиченя, погладив сквозь одежды, а следом нырнула в ворот. Старший из братьев крупно вздрогнул, прикрыв глаза и приоткрыв рот для несдержанного выдоха. Вэнь увлеченно следил за этим действием, ощущая, как в паху сворачивает огнем предвкушение. Ванцзи определенно чувствовал его окрепшую плоть ягодицами, но продолжал изображать безучастность, лишь задышав чаще, но вряд ли от возбуждения. Сюй освободил младшего Ланя от нижней рубахи, стянув ту вместе с верхними ханьфу, оставляя пока в одних штанах. И тут же, впервые за вечер, поймал заинтересованный взгляд Мэн Яо, обращенный к необычному украшению в сосках Второго Нефрита. Вэню польстило подобное, он довольно усмехнулся и растер один из сосков в пальцах, потеребив колечко. Лань Чжань несдержанно выдохнул, чуть выгнулся в спине, отзываясь на знакомую ласку. Сюй прикусил зубами изгиб его шеи, убрав копну волос на другое плечо. И отпустил, толкая на кровать. Младший Лань чуть не запутался в ногах от неожиданности, неаккуратно упал на перину рядом с братом, тот едва успел подставить руки и придержать за плечи. Яо уже ослабил завязки на одеждах Сиченя, и, следуя примеру Вэня, потянул одежды с плеч, обнажая Первого Нефрита по плечи. Тот помог, выпутав руки из рукавов. Обернулся, чтобы получить кивок, и потянулся к неловко замершему рядом брату. Бросил короткий взгляд на Сюя, то ли с вопросом, то ли с осуждением, но почти сразу отвернулся и потянул Ванцзи к себе в объятья, прижимаясь лбом к его лбу, заглядывая в глаза. - Тише, тише, все будет хорошо, не думай об этом, - тихо шептал Сичень, очевидно, тоже отчетливо чувствуя нервное состояние Лань Чжаня. Сюй и Яо наблюдали со стороны, каждый со своих мест – ни одного из них другой не интересовал как объект для откровенных ласк, и все их внимание было сосредоточенно на Нефритах. Сиченю удалось уложить Ванцзи на спину, преодолев сопротивление каменных мышц. Нависнув сверху, он бережно гладил ладонью стройное тело младшего, не касаясь груди, вероятно, испытывая отвращение к сомнительному украшению. Ладонь не пыталась коснуться и откровенных мест, просто успокаивающе скользила по обнаженным бокам, плечам, животу. - Что бы здесь не произошло, - зашептал он еще тише, так, чтобы его слышал только младший брат, отчаянно отрицающий необходимость предстать перед братом в еще более непотребном виде. – Это все не важно. Я люблю тебя. И всегда буду любить. Лань Чжань вздрогнул, смаргивая непрошенную влагу с глаз, пораженный этими тихими словами и мягким тоном в самое сердце. Словно оттаяв, он взглянул в лицо старшему брату, взглядом пытаясь передать, что он тоже любит того. И ради их общего спокойствия готов потерпеть. Вэню эти перешептывания, которые различить не удалось, не нравились, и, присев рядом, он потянулся к лицу своего Нефрита, оттеснив Сиченя плечом, чтобы прихватить тонкие губы поцелуем. Боковым зрением Сюй успел заметить, что Яо оттянул главу Лань к себе, чтобы одарить той же лаской. Они условились еще в самом начале этого занимательного вечера: ни один не касается чужого пленника. Только Нефриты могут прикасаться друг к другу. В глазах Яо проскальзывала ревность, и только такое условие смогло ее успокоить. Ванцзи заметно расслабился, и даже приоткрыл рот навстречу, впуская чужой язык, слабо отвечая. Сюй одобрительно погладил его по бедру и ухватил пальцами пояс штанов, потянув те вниз, избавляясь от них. Лань Чжань вспыхнул краской на кончиках ушей, дернулся предотвратить это, и сам же себя одернул. Рука Яо скользила в нижних штанах старшего брата, пока они увлеченно целовались. Сюй бросил на них мельком взгляд, в который раз поражаясь отзывчивости старшего. Невольно возникали мысли – был бы тот таким же отзывчивым в его руках? Но пока лучше обратить внимание на того, кто уже принадлежит ему. Вэнь выудил из складок бутылек с маслом, смочив пальцы. Лань Чжань отвернул лицо в бок, но понятливо согнул ногу в колене, отставляя в сторону. Сичень снова тянется к брату, укладывается рядом, прижимается губами к щеке, челюсти, плечам. Яо нехотя отпускает его, оглаживает вдоль бедра, и садится ровно, только наблюдая. Сюй ловит его взгляд, молча предлагая флакон с маслом, не понимая, в чем заминка, но адепт отрицательно качает головой и снова обращает внимание к Нефритам. Вэнь не настаивает. Вместо этого он растирает масло на пальцах и вгоняет сразу два внутрь Лань Чжаня, наблюдая как тот хрипло выдыхает и чуть выгибается, скорее от неожиданности и дискомфорта, чем от боли. Сичень перехватывает его ладонью поперек торса, целует в шею, обласкав кадык, прижимается губами к ключицам. Ванцзи робко приобнимает его рукой за плечи, и слабо сжимается внутри. Сюй скользит пальцами в проходе, неторопливо разминая мышцы, скорее для того, чтобы растянуть ласки, чем испытывая в этом необходимость. Прошло еще недостаточно времени с их прошлого соития, чтобы мышцы сомкнулись тугим кольцом и мешали проникновению. К двум пальцам добавляется третий, Сюй наблюдает за хмурым лицом младшего, за тем, как поджимаются его бедра и крепнет член, вопреки стыду и смущению. Сичень как раз осторожно опускает ладонь к паху, чтобы погладить пальцами головку, снова целуя брата в щеку. Ванцзи удивленно ахает, вскинув взгляд на старшего, и тот мягко улыбается, неторопливо и аккуратно обвивая своими длинными пальцами член Лань Чжаня, помогая ему достичь твердости уверенными ласками. Сюй видит - для старшего такие игры не впервой. И даже за неделю вряд ли бы он смог привыкнуть и наловчиться. Вэнь вспоминает, каким невинным и смущенным был Ванцзи, когда впервые оказался в постели с ним, и самодовольно усмехается. Пальцы проскальзывают внутрь до последней костяшки, и покидают горячее нутро вовсе. Мышцы сжимаются, ощущая пустоту, младший Лань вскидывает на Вэня растерянный взгляд. Сичень тоже смотрит, снова обнимая младшего поперек торса, прижимаясь своим к его боку. Выглядят они вдвоем, так близко, с разметавшимися по кровати волосами и припухшими от поцелуев губами, удивительно хорошо. Но Сюю кажется неудобной эта позиция, и он тянет Ванцзи за руку к себе, вынуждая сесть, а потом и привстать на колени. Сиченю приходится отпустить его из объятий, взгляд старшего не выглядит довольным, но его тут же отвлекают - теперь самого Сиченя опрокидывают спиной на кровать, пока Яо нависает над ним и втягивает в рот кожу на груди, оставляя след, а следом накрывая губами сосок. Сюй разворачивает Ванцзи спиной к себе, чтобы тот тоже мог смотреть, как его брат неровно выдыхает, возбуждаясь от ласк ловких пальцев. И пока Лань Чжань увлечен зрелищем, Сюй медленно, чтобы ощутить каждый миг, проталкивается меж его ягодиц, потянув за бедра ближе, насаживая на себя до упора и замирая так на долгие секунды, пока его взгляд скользит по стройным бедрам Сиченя, с которого только что стянули нижние штаны. Мэн Яо кусает Сиченя на внутренней стороне бедра, вынуждая дернуться, гладит ладонями вдоль боков. Вэнь перехватывает своего Нефрита поперек живота, неторопливо толкаясь внутрь, не сводя глаз с разворачивающегося зрелища. Ванцзи напряженно сжимается, крепче обхватывая его внутри, хрипло выдыхает и опирается рукой на ладонь Вэня. Немного отклонившись вперед, делая проникновение чуть глубже, он встречается взглядом с Сиченем как раз в тот момент, когда в того проталкиваются пальцы. Яо очень аккуратен, но немного резок - вероятно, его собственное терпение, и без того изрядно натянутое, давало трещины. Сичень прикусывает губу, жмурясь, но разводит ноги шире, позволяя. Ванцзи, внезапно, склоняется еще ниже. Сюй не мешает ему, только укладывает вторую ладонь на бедро, не позволяя соскочить с плоти, и с удивлением смотрит на то, как Нефриты осторожно целуют друг друга. Еще больше удивления вызывает то, что Ванцзи сам был инициатором этого. Упершись ладонью в плечо брата, он склонил свое лицо к его и осторожно прижался к чужим губам своими, мягко лаская, вспоминая, как это делал Вэнь. Сичень не стал противиться, приоткрыл рот, негромко простонал младшему в губы. Сюй толкнулся в нутро, заставляя Ванцзи немного съехать, разорвать поцелуй. Вышел почти полностью, оставив внутри только головку, отвлекшись на то, чтобы посмотреть, как растянуто колечко мышц вокруг его члена, и толкнулся снова. Нефритам приходилось сосредоточиться на том, чтобы снова поймать губы друг друга, их дыхание смешивалось, и через пару секунд языки обвились вокруг друг друга, пока Лани были полностью увлечены этой лаской. Яо хлопнул ладонью по бедру Сиченя, скорее ради привлечения внимания, чем ради боли. Вэнь потянул своего Нефрита выпрямиться, отстраниться от брата, чтобы не мешать Мэн Яо взять свое. Тот только сосредоточенно кивнул в подобии благодарности, потянул главу Лань за плечо, вынуждая перевернуться на живот и сместиться так, что тот почти упирался лбом Ванцзи в живот. Возбужденная плоть младшего Ланя проехалась по щеке Сиченя, пока Сюй двигался внутри, вынуждая двигаться и Лань Чжаня. Ванцзи крупно вздрогнул, покраснел, но раньше, чем успел что-нибудь сделать или попытаться отстраниться, был обласкан мягкими губами. Сичень оперся на локоть одной руки, поймав другой ладонью член брата, и прижался к нему ртом. Отвернулся на несколько секунд, замирая всем телом - Яо прижался своими бедрами к бедрам Первого Нефрита, толкнувшись в его нутро, распирая своим членом изнутри. Замер, позволяя привыкнуть. Склонился над напряженной спиной, прихватил кожу между лопаток зубами, лизнул вдоль позвонков. Старший хрипло простонал, расслабляясь, и сам поддался навстречу проникновению, снова вернув внимание к плоти брата. Приоткрыл рот, впустил внутрь, обхватил губами. Лань Чжань выгнулся, на инстинктах поддавшись навстречу. И неожиданно громко утробно простонал, так чувственно, что все трое вздрогнули от неожиданности и прокатившего по телу удовольствия. Сюй впился зубами в плечо младшего Ланя, замирая внутри, чтобы не излиться раньше времени. Сморгнул пелену с глаз, разжал зубы, прижался поцелуем к шее за ухом, поймал в рот мочку, постепенно принимаясь снова покачивать бедрами. Лань Чжань поджимал живот, снова опираясь на придерживающую поперек торса руку Вэня, замер на месте, запрещая себе поддаваться вперед или назад, опасаясь навредить брату резким движением. Рвано дыша, он часто жмурился, дрожа всем телом от неожиданно острых и таких приятных ощущений, которые дарил ему брат. Сдержать реакции получалось с трудом, и пока он был сосредоточен на том, чтобы не двигаться, с губ сами собой слетали стоны. Куда тише, чем в первый раз, когда он совершенно не ожидал такого, но все таких же отчетливых. Сичень прикрывал глаза, ласкал языком и губами темную головку, часто отстраняясь, чтобы отдышаться, сбиваясь с дыхания из-за движения Яо в его теле, осторожных, но требовательных, вынуждающих немного прогибаться в спине в ответ на каждый толчок. Яо был аккуратен, но слишком увлекался, отдаваясь страстям, и быстро набрал быстрый ритм, мешая Сиченю сосредоточиться на доставлении удовольствия брату. Взять в рот не получалось, но Сичень все равно гладил Ванцзи ладонью и иногда скользил вдоль длины языком, удовлетворенный тем, что Лань Чжань, наконец-то, немного отпускает себя и, наконец, сосредоточен на удовольствии. Сюй погладил ставшего поддатливым младшего Нефрита по груди, ущипнул за соски, заставляя дернуться несколько раз. Перевел взгляд с увлекательного зрелища в виде ласкающего член ртом главы Лань на лицо Ванцзи. И довольно усмехнулся, глядя на то, как затуманился и поплыл темный взгляд, как приоткрылись подсохшие от частого дыхания губы. Чувствуя, как дернулся его собственный член от такого переизбытка красивых образов, Сюй переступил коленями, утягивая Лань Чжаня чуть в сторону, чтобы тоже опрокинуть его в колено-локтевую и ускорить темп до быстрых резких глубоких толчков. Младший Нефрит ткнулся лбом в простыни, сжимая те в пальцах. Прогнулся в спине, зажавшись внутри, тоже ощущая подступающий оргазм. Сюй с силой прижимался к его бедрам своими, немного протаскивая по кровати, шумно дыша и крепче стискивая пальцы на бедрах, пока удовольствие не обожгло изнутри и не выплеснулось потоком семени глубоко внутрь младшего Нефрита. Опустившись на его напряженную спину грудью, Сюй обхватил его поперек торса и уронил их обоих на перину боком, чтобы снова можно было видеть вторую пару. Так и не выйдя из Лань Чжаня, Вэнь обхватил его истекающий смазкой член и принялся быстро ласкать, пока они оба смотрели на то, как Яо быстро входит в Сиченя. Накрыв его собой, Яо зарывался лицом в густые шелковые волосы, прижимался ртом к позвонкам на шее, часто двигая бедрами и ладонью, обвитой вокруг члена первого Нефрита. Сичень тихо постанывал, прикрыв глаза, покусывая губы, переступал коленями по покрывалу и едва заметно поддавался назад. Ванцзи сжался, выгнулся, прижавшись спиной к груди плотнее, и тихо излился в ладонь Вэня на пол минуты раньше того мига, когда семя старшего Нефрита брызнуло на простыни. Яо замер внутри почти в тот же миг, пару раз коротко толкнулся и вышел. Сюй удовлетворенно выцеловывал плечо своего обмякшего в неге Нефрита, думая о том, что идея провести вечер в общей постели была просто замечательной.