Глава III.«Я ответственно отнесусь к своей работе, только ты ещё пожалеешь о своих словах!»
20 сентября 2020 г., 00:00
Неделю спустя
Лето заявляло о своих правах температурой +32, заставляя горожан как можно меньше времени проводить на улице и мечтать о том, чтобы пошёл дождь, но, если некоторые об мечтали, то в кабинета начмеда назревала гроза. Всё началось с пациентки Альбины Федотовой, которая поступила в отделения Филатовой три дня назад, и последние обследования которой было не очень хорошим. — А теперь с начала и по сути, — попросил Земцов, глядя на Лизу, которая зло смотрела на Ищук. — Последние УЗИ Федотовой показало, что у плода врождённый порок сердца, — сообщила блондинка, переводя взгляд на мужчину. — Подождите, Елизавета Юрьевна, — начмед мотнул головой. — Но анализы Альбины были хорошими и ничего об этом не говорили. — Платон Ильич, Вы не хуже меня знаете, что ВПС любой врач узист обнаружит ещё на 16 неделе беременности, но, как я понимаю, это никто не заметил, — женщина замолчала. — Это сейчас Вы на меня намекаете? — с ухмылкой поинтересовалась Милана. — К Вашему сведению, я в этой больнице больше Вашего работаю! — Я не на что не намекаю! — Лиза пристально посмотрела в карие глаза. — Я думаю, как спасать ситуацию! — А я, по-Вашему мнению, пришла сюда просто так? —закипала Ищук. — Милана Николаевна, прекратите! — процедил Платон. — Елизавета Юрьевна, Вы ничего не говорили Федотовой? — Нет. — Так, — начмед вздохнул. — То, что мы упустили этот момент с ВПС, это факт, но сейчас нужно решать, что делать дальше. Какая у неё неделя? — Тридцать вторая. Сразу после родов ребёнку нужно будет делать операцию, иначе шансов на то, что он будет жить, нет никаких. — Рабочая неделя началась просто отлично, — буркнул он, прекрасно зная, что ждёт впереди. — Так, Елизавета Юрьевна, скажите мужу Федотовой, что я хочу с ним поговорить, а Вы, Милана Николаевна, можете идти, пока. Милана поднялась и, круто развернувшись, ушла. Филатова удивлённо взглянула на погруженного в свои мысли Земцова и тоже ушла.***
— Я смотрю, отношения с Ищук у тебя не заладились? — догнала Лизу в коридоре старшая медсестра. — Мне не привыкать, — махнула рукой блондинка. — Вита, ты мужа Альбины Федотовой не видела? — В палате, возле жены сидит, — рассказала Полупанова. — А что, случилось что-то? — Пока нет, и надеюсь, что не случится, — ответила Елизавета и направилась в указанном направлении.***
Белый, словно мел, муж Альбины Федотовой с ужасом слушал Платона и боялся спросить самое главное. Этот вопрос был страшным, как и ответ на него. — Мой ребёнок — умрёт? — наконец спросил мужчина, держа дрожащей рукой стакан с водой. — Нет, — сразу откликнулась Лиза. — Мы с коллегами сделаем все возможное. — Я сегодня буду говорить с кардиологом, — подтвердил Земцов. — Нужно надеяться на лучшее. — Надеяться, — повторил будущий отец. — А если эти надежды себя не оправдают?***
Кардиолог Виктор Матвеевич Варницкий ещё раз просмотрел анализы, а потом снял очки и потёр глаза. — Платон Ильич, это результаты последнего обследования? — Да, — кивнул Платон. — Виктор Матвеевич, что Вы можете сказать? — Платон Ильич, Вы сами видите, что сложившееся картина оставляет желать лучшего, но даже из самой сложной ситуации можно найти выход. Вы готовьте эту пациентку к родам, а я позвоню своему однокласснику. Он сейчас работает в кардиоцентре, думаю, что он согласится проконсультировать ребёнка. — Спасибо, Виктор Матвеевич, — поблагодарила Филатова. — Пока не за что! — улыбнулся Варницкий. — Елизавета Юрьевна, — позвал начмед, когда в кабинете остались одни они. — Вы просите за Милану Николаевну. — Платон Ильич, Вы стали личным адвокатом госпожи Ищук? — она выгнула бровь. — Мне её прощение погоды не изменит, так что не берите близко к сердцу. Просто некоторые люди умеют признать свои ошибки, а некоторые до последнего отрицают свою вину. Только и всего. Я пойду, пациентки ждут. Платон кивнул. Кажется, его новая заведующая была прямо линейная, и он пока не знал, хорошо это или плохо.***
Последние полдня прошли более менее спокойно. Лиза старалась не пересекаться с Миланой, а сама Милана ходила злая, и именно такой её застал Платон, когда женщина собиралась домой. — Ты уже собралась? — мужчина вошёл в кабинет. — А Вам до этого есть дело, Платон Ильич? — Ищук спрятала губную помаду в сумку и повернулась. — Что на этот раз? — поинтересовался он, видя, что женщина зла и раздражительна. — Что на этот раз? — переспросила шатенка. — Земцов, ты издеваешься? Ты сегодня вместо того, чтобы поставить эту выскочку на место, сделал меня виноватой, хотя я здесь работаю больше, чем она. — Эта выскочка заметила то, что пропустила ты! — отчеканил мужчина. — Ты понимаешь, чем это все может закончиться?! Милана, я прошу тебя ответственные относиться к своей работе, а иначе, — он запнулся, а потом смерил её взглядом и ушёл. — Значит, так Вы заговорили, Платон Ильич? — прошипела красавица. — Я ответственно отнесусь к своей работе, только ты ещё пожалеешь о своих словах!***
Лиза находилась в ординаторской и заваривала себе чай. Сегодня ей предстояло первое дежурство. Женщина налила напиток в чашку и, сев на диван, открыла анализы Федотовой. — Елизавета Юрьевна? — удивился Земцов, заглянув в ординаторскую, в которой горел свет. — Вы что, ночевать здесь собрались? — Собралась, — кивнула Филатова. — У меня сегодня дежурство. — А, — начмед улыбнулся. — Тогда хорошего дежурства. — Спасибо, — Лиза дождалась, пока в коридоре стихнут его шаги, и погрузилась в чтение медицинской карты.***
— Елизавета Юрьевна, Елизавета Юрьевна, проснитесь, — молоденькая медсестра Женя осторожно пыталась разбудить заведующую родильного отделения. Лиза распахнула сонные глаза и сначала даже не поняла, где она и что происходит. Кажется, она уснула, читая карточку. Да, даже крепкий чай не помог. — Елизавета Юрьевна, у Федотовой истерика! Воды отошли, — сообщила Женя. Лиза подскочила и вышла из ординаторской. За ней спешила Женя. — Что с ней произошло? — на ходу расспрашивала Лиза. — Муж к ней пришёл, ну, а потом понеслось. Она всю палату разнесла. Горе муж стоял возле палаты и было видно, что он всю ночь пил. — Что Вы ей сказали? — налетела на него Лиза. — Так это, — мямлил мужик. — Женя, готовьте родзал и Земцову звоните! — приказала заведующая. — А Вы, — обратилась она к нерадивому папаше. — Испаритесь отсюда, если не хотите, чтобы я сорвала на вас злость. Идиот! — бросила она, исчезая за дверью разгромленной палаты, где с Альбиной находились медсестры.***
Когда начмед появился в родзале, то по глазам своей коллеги понял, что ситуация ухудшается. — Я вижу, Ваше первое дежурство решило сюрприз преподнести? — Земцов осмотрел роженицу. — Ага. Муж у неё тот ещё, но сейчас не об этом. Платон Ильич, у неё родовая деятельность слабая. Шейка матки не открывается, — обрисовала картину Лизв. — Вижу. Нужно делать кесарево. Ждать мы не можем, — скомандовал он. Лиза молча с ним согласилась.***
— Поздравляю Вас, — Лиза и Платон сидели в кабинете последнего спустя несколько часов. — Девочку скоро смогут перевести в кардиологический центр. Кардиохирург Аверин говорит, что в ближайшее время будет сделана операция, и все будет хорошо, — он протянул ей чашку чая. — Это хорошо, — устало улыбнулась женщина. — Но сейчас я хотела бы поехать домой и отдохнуть. — Конечно — конечно, — спохватился он. — Вам вызвать такси? — Не нужно, — Лиза поднялась. — Я забрала машину из сервиса и ещё, — вспоминала она. — Простите меня за тот случай. Просто все так навалилось. — Елизавета Юрьевна, я все понимаю и не злюсь. До завтра! — попрощался Земцов. Филатова вышла из кабинета и направилась в ординаторскую, не заметив Миланы, которая стояла вместе с пациенткой и видела, откуда вышла её коллега.***
Вернувшись домой, Лиза приняла душ и сразу отправилась спать, но сон потревожил звук капающей воды. Открыв глаза, блондинка сначала подумала, что дождь, которого все так ждали, пошёл, но, увидев воду, которая капала с потолка, её сон прошёл мгновенно. Запахнув халат, сунув ноги в тапочки и схватив ключи от квартиры, Лиза бросилась на верхний этаж. — Эй, открывайте, — она отпустила звонок и начала стучать. — Алле, Вы меня слышите? Откройте, Вы меня заливаете! Послышался звук поворота ключа, и женщина приготовилась выговорить гневную тираду за то, что не успела она пожить в новой квартире с ремонтом неделю, как её затопили, но, увидев человека, который вышел из квартиры, все слова ушли, оставляя удивление. — Платон Ильич? — Елизавета Юрьевна? — не менее удивлённым голосом произнёс Земцов, никак не ожидая увидеть заведующую родильного отделения под своей дверью в одном халате…
