Все пункты устава

Я даже обрадовалась сперва, когда господин Купер вызвал меня к себе. И обрадовалась ещё сильнее, когда увидела потрясающую девушку, устроившуюся в гостевом кресле. Если она выбрала пункты с шестидесятого по шестьдесят пятый, то это будет лучший из контрактов в моей жизни. Разумеется, если только она не больная на голову извращенка и не отметила пункты с шестьдесят шестого по шестьдесят девятый. — Эллисон, познакомься с нанимателем, — максимально вежливо и уважительно произнес директор, — мисс Шарлиз Гамбино, — невероятно хорошенькая белокожая брюнетка легонько кивнула, — к выполнению годичного контракта приступишь с момента прибытия на планету. Девушка встала, подхватила сумочку, прощебетала прощание и вышла в услужливо открытую мной дверь. Следуя за ней к выходу, я не отказала себе в наглости и ощупала взглядом точеную фигурку. Похоже, ни одной модификации, дамочка богата. Позволив себе ещё и короткий взгляд в коммуникатор, я мысленно застонала. Во-первых, да, она богата, если уж подарила меня на год некому Балтассаро, тоже Гамбино. Может, муж? Во-вторых, я даже представить боюсь, сколько же она выложила за оплату всех пунктов устава. И уж совсем не хочется думать, как я проживу этот год. У крохотного, наверное, прогулочного планера, внушающего уважение размером межпланетных дюз, ждал, полагаю, телохранитель самой мисс Шарлиз. Многократно, дорого и очень эффективно модифицированный, мне оставалось только мысленно облизнуться на его аугментации. Вряд ли он из наемников, нам такое не ставят. Отставной военный высших эшелонов, скорее всего, ну или был улучшен непосредственно нанимателем. Здоровяк внимательно меня осмотрел, явно еще и сканируя, а потом старым добрым методом прощупал места, где удобнее всего прятать разнообразное оружие. Я не возникала, потому что нужно еще понять, сколько свободы мне дадут и дадут ли вообще. Да и это личная охрана новой хозяйки, которая будет для меня таковой только во время полета. Усилием воли я не показала своего недовольства, когда слишком твердые для живых руки хозяйски прошлись по интимным местам. Осмотр есть осмотр. — Будет тебе, пес, полетели уже, — слегка сморщила хорошенький носик брюнетка. Модифицированный сразу же забыл обо мне, подал невысокой девушке руку, помогая подняться по трапу, помог сесть в кресло, пристегнул ее чисто символическим тонким ремешком. У ремешка оказалась очень хитроумная застежка, что я обнаружила на примере того кресла, в которое уселась сама. А у планера, как выяснилось немного позже, восхитительный противоперегрузочный компенсатор, взлет практически не ощущался. Бортовой компьютер объявил, что разрешение на прыжок получено и перелет займет пятнадцать минут. Я решила, что не буду удивляться, потому что любой мой полет до этого сопровождался ожиданием очереди на прыжок от получаса до суток. Низкорейтинговым судам бывает быстрее так, в пространстве дотащиться, чем ждать разрешения. Лучше я попробую морально подготовиться. К очередному мужику, да. Практически никто не игнорирует шестидесятые пункты при наёме, разве что только если надо будет охранять плантацию от каких-нибудь там зверожуков, месяцами не видя других людей. И почему-то именно в отношении к наемным, а потому бесправным в пределах оплаченных пунктов работникам у людей вылезает самое мерзкое, на что они и их фантазия только способны. А я вообще мужиков не очень люблю! Я больше люблю красивых худеньких девушек, нежных и кокетливых, которые любят только получать удовольствие и уж точно не причиняют боль. Я люблю вести, люблю гладкие тонкие тела, а мужиков вот не люблю, только если ласковых. Уж сколько мне их попадалось — все узурпаторы. Грубияны, мнящие себя пупом Вселенной и обижающиеся, как же так, почему не все до единой женщины падают им в ноги. А терпеть придется. Все десять пунктов о сексе, а еще пункты с избиениями, пытками и передачей третьим лицам в пользование в рамках оплаченных пунктов. Всех пунктов! Но можно подумать еще о том, что жизнь моя после отработки с сегодняшнего дня поднялась до перспективной отметки «безбедная». Расценки у нашего легиона не слишком демократичные, а мне, как ни крути, достанется тридцать процентов! Если, конечно, я переживу этот ебаный год. Никогда не считала год большим сроком, но теперь начала. Остается только надеяться, что мистер Балтассаро будет милым и добрым. Пусть даже старикашкой, уж явно прыти не хватит на всякие мерзости. Планер мягко приводнился у частного пирса. Вряд ли перед огромным шикарным домом в колониальном стиле будет муниципальный причал, да? Следуя за мисс Шарлиз и ее охраной по вымощенной белым камнем дорожке, я украдкой оглядывалась. Камень, камень, везде камень и стекло, ничего пластикового или нанитового. Ох уж эти богачи, почему им так нравится эта безвкусная и чрезмерно монументальная архитектура времен Переселения? Память о Земле? Так они уже третье, а то и четвертое поколение переселенцев, разве что в документалках могли пресловутую довоенную Землю видеть. Широкие и высокие двойные двери бесшумно и медленно-торжественно распахнулись при нашем приближении. Это что, дерево, реально резное дерево? Хотя чего я удивляюсь… — Лотти! — окликнули откуда-то сверху. Позвали не меня и не хозяйку, так что голову я не поднимала, еле успела подавить рефлекс. А, да, она уже не моя хозяйка. — Котенок, почему ты не сказала, что уходишь? — Я летала за сюрпризом для нашего хмурого старшего, — беззаботно ответила девушка, отдавая сумку подошедшему дроиду, — где он, кстати? — Где-где, в зале, разумеется, — по полукруглой лестнице со второго этажа проворно спустился молодой мужчина, такой же темноволосый и чем-то неуловимо похожий на нее, — зайди к нему, он переживал, — молчаливый телохранитель вдруг недовольно фыркнул, — да-да, пес, но ты же не всесилен. — Можешь идти, — улыбнувшись уголком губ, мисс Шарлиз махнула узкой ладошкой, — только приготовь мне ванну. Склонив голову, модифицированный большими тихими шагами удалился. Судя по размерам дома, мне нужен будет план или хотя бы немного времени, чтобы осмотреться. Уж надеюсь, что я и в других комнатах побываю, а не только в хозяйской спальне. Повороты и лестницы я тщательно запоминала, не позволяя себе совсем уж открыто оглядываться. Девушка и тот, кого она называла Вито, шли впереди и не обращали на меня внимания, беседуя о некой нехорошей и блядовитой Женевьеве. Собственно говоря, они меня за собой и не звали, просто пошли куда-то по первому этажу, но я же не осталась бы стоять посреди холла, как идиотка. Попав в "зал", я мысленно застонала. Пусть Балтассаро зовут вот этого мужика, которого прямо у нас на глазах жутко воткнули головой в пол в эффектном броске с оглушительным хрустом. Он ведь уже не встанет. И мне не хочется, чтобы хозяином оказался крупный брюнет, голый по пояс и потому демонстрирующий винты эндоскелета вдоль позвоночника. Вот уж превосходная привычка для хозяина — проводить в тренировочном спарринге боевые летальные приемы. Как же все-таки долго — год. — Бальд! — возмущенно окликнул мистер Вито, рывком притягивая мисс Шарлиз к груди и отворачивая ее от этого зрелища. — М? — модифицированный повернул голову и дернулся к трупу, будто хотел прикрыть его. — Извини, крошка, я не думал, что ты так быстро вернешься, раз уж уходила тайно. Повинуясь жесту, два дроида деловито утащили тело, а сам он направился в мою, вернее, нашу сторону, и мне сразу же захотелось жалобно заскулить от размаха его плеч. Ненавижу проклятый устав! — Можно подумать, я собираюсь падать в обморок! — пренебрежительно хмыкнула мисс Шарлиз, делая слабую попытку отстраниться. — И я не тайно уходила, просто не хотела афишировать. С днем рождения, братик. — Мне казалось, свой подарок я уже получил позавчера, — хмыкнул мистер Балтассаро, обнимая девушку вместе с мистером Вито, — но спасибо, котенок. Дай угадаю, ты побеспокоилась, чтобы мне было интересно? — В точности так, — все же высвободившись из двойных объятий, госпожа Гамбино поправила прическу, — развлекайся. Хозяин проводил ее и мистера Вито взглядом и скрестил руки на груди, повернувшись ко мне. Я очень постаралась сохранить нейтральное выражение лица. Вот лучше бы не уделял он мне такое пристальное внимание, а просто положил на дальнюю полку и забыл на год, как делают с ненужными подарками… — Девчонка — и туда же, наемница, — вдруг фыркнул он, пригладив слегка встрепанные волосы, — для борделей вас там клепают, что ли… Ладно, миленькая, пойдет, — такое ощущение складывалось, что он говорил не со мной, а с самим собой, — как тебя зовут? Не только для борделей! Я неплохо стреляю, дерусь, в конце концов, могу заменить хозяйственного дроида при необходимости! Вот почему-то сразу про бордели! У мужиков тоже шестидесятые пункты почти всегда куплены! — Эллисон, гос… — Бальд, — спокойно перебил мужчина, протягивая руку, — без официоза, — я осторожно ответила на рукопожатие, и его пальцы вдруг скользнули к запястью, меня швырнуло в центр просторной комнаты, я еле успела вывернуться и приземлиться на ноги, с трудом устояла, — как раз разомнусь. Ну вот, ещё и покалечат в первый же день. От первого захвата я увернулась, слегка подпрыгнула, уходя от подсечки, и прямо в воздухе отхватила мощнейший прямой в грудь, чудом успела подставить руки. Падение на спину выбило из меня остаток воздуха, а новый хозяин практически сразу прижал меня коленом к полу, прерывая слабые попытки подняться. — Странно, Лотти ведь знает, что я люблю спарринги, взяла бы кого-нибудь более умелого, — слегка склонив голову к плечу, мистер Балтассаро прищурился, — впрочем, неважно, — ухватив меня за воротник, он без усилий встал и так же легко меня поднял на ноги. Бедный комбинезон затрещал, но выдержал, — в восемь жду у себя в спальне. Развернувшись, брюнет двинулся на выход, а ко мне подкатил дроид и вежливо предложил следовать за ним. Я и последовала. Выходит, спальни мне все же не избежать. А получилось бы, если бы оказала сейчас достойное сопротивление? Мне так хотелось бы сказать ему, что он просто самоуверенный мудак с аугментациями на несколько классов выше и во много раз дороже. Но это просто спесь и уязвленная гордость, боец из меня, и правда, средний. Остаётся, разве что, в следующих поединках выжать из себя максимум, чтобы что-то доказать. Если, конечно, я смогу встать после этого вечера, а то хозяева бывают разные. Я без сомнений распахнула дверь, на которую указал дроид, и едва не попятилась. В небольшой комнате была одна широкая кровать. И там же был телохранитель мисс Шарлиз. Он обернулся, смерил меня взглядом и кивком пригласил заходить. Хреново. Но я всё же вошла, потому что пункт устава номер один гласит, что наниматель вправе передавать меня во временное пользование любому третьему лицу на любых основаниях. Впрочем, модифицированный по кличке пёс внимания на меня практически не обратил. На левой стороне кровати лежал комплект одежды, в левой стороне комнаты стоял небольшой стол и демонстрировал пустые внутренности маленький шкафчик, было свое точечное освещение. Но почему же тогда кровать общая? Забив на панику по поводам, которые нельзя исправить, я расстегнула комбинезон, выбралась из него и аккуратно сложила, сунула на полку. Форменные ботинки отправились туда же. Двигать руками было больно, ныла и ушибленная грудь, но блокираторы пока спасали. Ходить мне здесь предлагалось в обтягивающих брюках, мягкой спортивной обуви и тонкой лёгкой футболке. Втискиваясь в неразношенную синтетику брюк, я оценила качество плотной ткани и количество удобно расположенных кармашков для мелочей. Пришлось присесть на край постели, повернуться спиной к потенциальной угрозе, но уже плевать. Надо просто пережить этот год, а потом останется всего два с половиной до свободы. Рядом со мной что-то плюхнулось на покрывало, я едва не шарахнулась в противоположную сторону. Это оказался баллончик геля от гематом и ушибов. — Пригодится, — тихо и мягко сообщил модифицированный. Видимо, все же ждёт меня беспросветная жопа. Но можно узнать, насколько она глубока. — Спасибо, — подняв средство, я встряхнула баллончик и выдавила немного на пальцы, — он сильно злой? — Немного несдержанный и слишком сильный, — лаконично ответили из-за спины. Ладно, это уже немного обнадеживает. Немного, но хоть как-то. Растирая прохладный гель по груди, я прикрыла глаза. И толку вот хозяину бороться со мной? Разве не интереснее, когда противник равный или превосходящий? Так ведь никакого роста не будет. Хотя не исключено, что в его эндоскелет загружены боевые алгоритмы, расти ему незачем, да и некуда. Коммуникатор подсказал, что до назначенного мистером Балтассаро времени осталось всего двадцать минут. Стало неуютно где-то в животе, но я только тряхнула головой, встала и натянула футболку. Вечно так с этими межпланетными перелетами — вот только что было утро, а уже почти восемь вечера. Но стоит ещё соблюсти приличия, раз уж у меня будет сосед по комнате. — Я Эллисон, кстати, — повернувшись, я обнаружила, что мужчина уже разлёгся на своей половине с закрытыми глазами, заложил руку за голову, будто собирался спать. — Пёс, — буркнул он, не шевельнувшись. — Эм... Это имя? — все же уточнила я, потому что было немного любопытно. Имена бывают всякие, это может быть и какое-то слово на другом языке. — Нет, просто пёс, — вздохнул модифицированный, явно пытаясь почти отсутствующей интонацией намекнуть, что я мешаю ему заснуть. Надоедать дальше я не стала, тихонько выскользнула за дверь. Там все ещё стоял тот дроид, который привел меня сюда. Он опять пригласил следовать за ним и целеустремлённо двинулся не в ту сторону, откуда мы пришли. Коридоры были совершенно пусты. Создавалось впечатление, что это какие-то технические пути, потому что там, где меня вели в "зал" все было не в пример богаче украшено. Но я старательно запомнила путь, которым мне явно придется ходить довольно часто. Я убедилась в своей теории, когда дроид открыл одну из дверей и вывел меня в широкий, отделанный камнем коридор, ещё и украшенный картинами и всякими предметами роскоши по типу статуэток и ваз с живыми цветами. Но при этом не было ни ощущения излишней вычурности, ни перегруженности. В меру и со вкусом. До назначенного времени оставалось десять минут, так что я не стала заходить в указанную дроидом комнату. Остановившись у окна, я прищурилась на заходящее солнце. Вокруг дома были почти бескрайние ухоженные газоны с клумбами и дорожками, площадки для какого-то спорта, беседки. Дальше виднелся слегка синеватый лес. — Быстро ты, — с трудом подавив порыв нервно дернуться, я повернулась к бесшумно подкравшемуся хозяину, — давай, заходи. Раздевайся, я сейчас. Сам брюнет скрылся в ванной, а я осталась стоять у дверей. Просторная спальня, огромная кровать с жутковатым кроваво-красным бельем. А из больших окон вид на озеро. Начать я решила с брюк, они уж очень тугие, пока не размялись, так что вытряхивалась я из них с усилиями и пыхтением. Уж господин Гамбино вряд ли бы оценил эту комическую пантомиму. Стянув и футболку, я осмотрела грудь. Наливался цветом болезненный синяк, но все кости целы, это уже хорошо. Сложив одежду, я пристроила ее и обувь на полу у изножья кровати, чтобы не попадалась на глаза и под ноги. И, не зная, куда себя деть, присела на краешек постели, сложив руки на коленях. По крайней мере, так мне видно озеро. — Не умеешь ты предлагать себя, — вынес вердикт хозяин, а я не стала к нему поворачиваться. Да, не умею и не хочу, — какое-то недоразумение мне Лотти привезла. С другой стороны, даже немного забавно, — поджав было губы, я торопливо их расслабила, когда мистер Балтассаро обошел кровать и опустился передо мной на корточки, — я не насильник, детка, но и не святой, — теплые руки коснулись икр и мягко скользнули на бедра, — давай договоримся, ты будешь послушной, а я не буду на тебе срываться, — не веря своей удаче, я только кивнула, — мне все равно, чем и с кем ты будешь заниматься, но в десять утра и в три дня ты должна быть в зале, в восемь — здесь, даже если меня нет дома, понятно? — я снова кивнула, уставившись ему в плечо и старательно игнорируя гладящие по бедрам ладони. — Хорошо. И, если уж ты у нас недотрога, выбирай. Поднявшись, он выдвинул средний ящик прикроватной тумбочки. Я заглянула и все же поджала губы. Целая коллекция фаллоимитаторов, из самых разных материалов, со всякими отростками и всех размеров. Он импотент? Было бы неплохо, наверное, но такие мужчины обычно обижены на весь свет и озлоблены. Все же решившись, я аккуратно достала средних размеров силиконовый член, без всяких усиков и выступов, обычный, человеческий, самый безобидный. И хорошо, что мне позволили выбирать. А то в уголке там лежало нечто изогнутое, фиолетово-зеленое и поистине огромное. Подняв взгляд на хозяина, я увидела только какую-то снисходительную насмешку. Ну да, что поделать, не люблю я, когда в меня ракетную дюзу загоняют! Мужчина легонько толкнул меня в плечо, опрокидывая на подушки, а сам уселся в кресло и сплел пальцы в замок, наблюдая за мной с вежливым вниманием. Я поерзала, чувствуя, что краснею. Но разве так не будет лучше всего для меня? Даже если это временно, пусть. Уж точно без боли, лишь немного унизительно. — Ладно, давай сделаем повеселее, — вздохнул он, заметив мое смущение и нерешительность. Открыв теперь уже верхний ящик, он достал тюбик лубриканта и что-то темное. Я не сразу разглядела, но и не понадобилось, когда черная ткань плотно накрыла мне глаза. Я мгновенно потерялась, только ощущала под собой кровать и слышала рядом его. Меня снова откинула на спину теплая и слегка шершавая ладонь, на живот брякнулось продолговатое и увесистое, а ещё холодное нечто. Я вздрогнула от резкого щелчка, и тут же на живот и ниже пролилась практически ледяная густая смазка. Дыша через раз, я все прислушивалась. Больше никаких звуков не было, словно хозяин растворился. И можно представить, что его вообще здесь нет. Нельзя затягивать, иначе он может передумать. Нащупав на себе фаллос, я хорошенько вымазала его в лубриканте, стараясь ещё и согреть. С мастурбацией у меня никогда не было проблем, вот и сейчас надо просто расслабиться. Холодная смазка в промежности раздражала, так что я сперва скользнула туда пальцами. Привычно раздвинула губы, нежно поглаживая, и неожиданно осознала, что хозяин смотрит, аж дернулась. Ладно, ладно, неважно, его здесь нет, его здесь нет... Гладя себя, я очень старалась вообще не думать. И в то же время просчитывала, как он отреагирует на каждое мое действие. От приятных прикосновений мне быстро стало жарко, даже не пришлось включать имитационную аугментацию. Прикусив костяшку, чтобы не застонать, я с оттяжкой огладила снизу вверх и легко придавила клитор. Больше ждать не хотелось — подхватив скользкий фаллос, я приставила его ко входу и покрылась мурашками. Создавалось ощущение, что я засовываю в себя кусок льда, только упругого и нереально идеального по размеру. Согнув для удобства ноги, я мягко потянула его назад, сжимаясь и сглатывая стон. Накрыв свободной рукой грудь, я втолкнула член до конца, невольно прогнулась. Ухватившись за него удобнее, нашла подходящий темп, немного приподняла таз — и уже не смогла сдерживать стоны. Особенно сильно с ума сводила звенящая тишина, в которой прекрасно было слышно скользкое хлюпанье разогревшейся смазки. Возможности побаловать себя не было уже очень давно, так что оргазм подкрался быстро. В порыве я обеими руками вжала в себя фаллос, заскулив от восхитительного ощущения абсолютной наполненности. Плотный и тяжёлый, он выскользнул сам, стоило только мне расслабленно опуститься на постель. И полную тишину, нарушаемую только моим тяжёлым дыханием, буквально разорвал негромкий хлопок. И ещё один, и ещё. С трудом сев, я стянула ткань с глаз. Мистер Балтассаро спокойно сидел в кресле, довольно улыбался и неторопливо аплодировал. — Весьма неплохо, — он поднялся, тяжело опираясь на подлокотники, — похоже, любовница из тебя будет лучше, чем боец. Иди искупайся. Покорно наклонив голову, я встала, едва удержалась на подломившихся ногах и скользнула в ванную, прихватив фаллоимитатор. Тут тоже все было из камня, стекла и металла, роль ванны исполнял небольшой бассейн. Но я просто включила теплый душ, смыла с себя пот и лубрикант, стараясь не намочить волосы, обмыла и обтерла дезинфектантом силиконовый член. В спальне оказалось, что хозяин уже забрался под тонкое одеяло и закрыл глаза. Тихонько вернув на место в коллекции его игрушку, я максимально быстро и тихо впихнулась в одежду и вышла. В этот раз штаны натянулись лучше, через пару дней вообще будут как вторая кожа. Тяжело вздохнув по пути в выделенную мне комнату, я потерла лицо, но не стала останавливаться. Неплохо. Пока что. Может, он и правда импотент, раз просто сидел и смотрел. Пусть так и будет дальше. Последний поворот я перепутала, но быстро сориентировалась по дверям и, вернувшись назад, все же нашла нужную комнату. Ни единого человека я так и не встретила, только двоих дроидов видела в гибернационных нишах. Пёс спал. Не понимаю, почему он не сказал мне свое имя, может, не доверяет. А может, у него действительно нет имени. Тихо раздеваясь и складывая в шкафчик вещи, я обнаружила там ещё один комплект формы и мягкие серые вещи, видимо, для свободного времени. В них я и оделась на ночь. Спать, конечно, тянуло, после оргазма-то, но жаль, что я не попала на ужин, завтрак был уже давно. Уж надеюсь, тут голодом не морят. Аккуратно пристроившись на краешке кровати, я закрыла глаза. Мелькнула мысль побунтовать и лечь на полу в знак протеста, но это глупо, от этого только я и пострадаю. Уж надеюсь, он не будет ко мне приставать. Никому, кроме хозяина, я позволять всякие интимные вещи не собираюсь. Хозяину бы тоже не позволила, но тут уж меня не спрашивали. Короткий вышел день, но невыносимо длинный. Впрочем, ничего. Я со всем справлюсь. Три с половиной года осталось.