Все пункты устава

Утром я чувствовала себя почти хорошо. Только немного ныла спина, если я наклонялась или поворачивала корпус, так что обезболивающее все же пришлось применить. Но и хорошо, что это всего-навсего трещины, а не полноценные переломы. В душевой я удостоилась парочки неоднозначных взглядов от начальника гарнизона, но решила не придавать этому значения, потому что мы с ним, вроде бы, уже прояснили все особенности моей доступности, санкционированной хозяином. Мало ли, что он там себе думает. Завтрак свой нехитрый снова пришлось торопливо проглатывать, чтобы взять у дроида красиво сервированный завтрак для мистера Балтассаро. Я все понимаю, но разве я нянька ему? Господин Гамбино ещё спал. Я тихонько поставила завтрак на тумбочку и в нерешительности остановилась. Мне уйти? В прошлый раз он сам меня прогнал. Мне подождать, может быть, пока он проснется? Или пошуметь немного? Нет, этого вот точно делать не стоит. Пытаясь разглядеть какой-нибудь сигнал, я, неожиданно для себя, увлеклась разглядыванием лица хозяина. Довольно узкое, щеки немного впалые, прямой нос, темные и густые брови. Думаю, отчасти из-за них у него такой выразительный взгляд. Высокий лоб почему-то заставляет думать, что это очень умный человек. Из официальных источников я знаю, что у мастера Бальда научная степень по биоэлектрике, но, если честно, тут пятьдесят на пятьдесят. По идее, кто-то настолько крутой должен, просто обязан быть умным, по определению. С другой стороны, "G-tech" основал не он, а с его-то средствами можно купить что угодно, включая степень. Очень двояко, очень. — Пялиться на спящих некрасиво, — негромко и слегка хрипло спросонок отметил хозяин. Я едва не подпрыгнула. Да он даже глаза не приоткрыл, откуда, блин, узнал? Вот же... — Прошу прощения, — я торопливо отвела взгляд и сцепила руки за спиной. — Что, я симпатичный? — с ухмылкой поинтересовался мужчина, медленно и осторожно потягиваясь. Теперь, по крайней мере, понятна его некоторая неторопливость и плавность большинства движений. Вопрос в другом — какой ответ правильный? — Привлекательный, — честно и без лишнего подобострастия ответила я, продолжая буравить взглядом пол. — Ради разнообразия могла бы и подлизаться, — хмыкнул хозяин, сладко зевнул, — что на завтрак? — устроившись полусидя, он похлопал по своему животу. Ну вот, опять... Но моего мнения не спрашивали, так что я с максимальной аккуратностью села на него верхом и отчиталась: — Каша, оладьи и десерт. Все равно я без понятия, что за крупа в каше и что это за маленькое разноцветное пирожное. Вряд ли ему подадут то, что он не любит. Нет, ну, наверное, очень удобно завтракать, когда для этого даже пальцем не надо шевелить. Я даже дула немного на кашу, на всякий случай, потому что она ещё действительно горячая. Хозяин неторопливо жевал и рассматривал меня. Да не пялилась я на него! Блин, а если подумает, что я его рассматривала потому, что заинтересована? Это же пиздец будет! У меня просто появилась такая возможность, вот и все! Когда я до этого с ним тут возилась и валялась, он тоже так ненавязчиво и рассеянно поглаживал меня по бёдрам, но теперь это начало нервировать. — Знаешь, Элли, — негромко сказал мастер Бальд, я положила ложку и послушно подняла взгляд, — я сегодня уезжаю с семьёй на пару дней, твой распорядок остаётся прежним, — я кивнула, — и вот я думал, что нет времени искать кого-нибудь, можно было бы и тебя трахнуть, но... — пришлось напрячь волю, чтобы не сглотнуть нервно и не начать ерзать. — Очень уж очевидно, что ты меня не хочешь. Это и злит немного, конечно, — усмехнувшись, он откинул голову и с прищуром окинул меня взглядом, — ты в моем вкусе, да, очень милая девочка, но не могу, как представлю, что это для тебя просто обязанность, аж воротит. Я все же не удержалась и сглотнула, не зная, что сказать. Извиниться? Порадоваться? Поблагодарить? Какого ответа хозяин от меня ждёт? А он ждёт, смотрит на мою реакцию и ждёт. — Прошу прощения, — все же выбрала я, опуская голову и перемешивая кашу, чтобы занять руки. — Так и знал, — довольно хмыкнул Бальд, легонько шлёпнул меня по заднице, — на самом деле, это и для меня удобно, ты не подлизываешься и не изображаешь вселенскую страсть, — ухватив меня за подбородок, он притянул меня поближе и поцеловал. Едва не обзавелся кляксой горячей каши на голом животе, сумасшедший... — продолжай в том же духе, детка. — Как скажете, — пробормотала я, возвращаясь к кормлению. И после утренней тренировки, на которой мы вместе растянулись и немного пробежались, хозяин, на самом деле, куда-то умотал вместе с братом. Пёс, понятное дело, был с госпожой Шарлоттой, и мне от безделья хотелось взвыть. Конечно, отдых всегда в радость, но спать не хотелось, да и за целую жизнь службы я привыкла, что днём обязательно либо работа, либо поддержание формы. Это казалось максимально, до невозможности глупым, но я пришла на вторую тренировку в зал. Чувствовала себя идиоткой, потому что ну ведь нет Бальда в доме! Но все же пришла. Почему-то очень страшно было нарушить распорядок, он ведь отдельно подчеркнул, что я должна его соблюдать. Лучше уж я побуду дурой в своих и чужих глазах, зато не разозлю того, кто вполне может меня в тонкий блин раскатать и обозвать это спаррингом. Пока что отношения у нас складываются прекрасные, меня ни к чему ужасному и болезненному не принуждают, в целом, так что я не собираюсь все портить. Мне тут ещё целый год с ним взаимодействовать, надо вести себя хорошо, как примерная и послушная наемница. От нечего делать я даже немного растянула ноги, как утром. Ребра ещё доставляли некоторый дискомфорт, так что их я решила беспокоить минимально. Помаялась ерундой полчаса и все же пошла обратно в комнату. Думаю, этого вполне достаточно. Разогретыми мышцами я сильнее ощутила, как же холодно в комнате, по сравнению даже с коридором. Вряд ли обошлось без дополнительной регуляции температуры, на улице гораздо теплее. Какое же тут все странное! Чуть позже меня пришел и пес, зыркнул из-под бровей и полез искать что-то на полках. Ну и ладно, мне-то что. Я и не шевельнулась, праздно развалившись на кровати. Потемнело так резко, что я села и с сомнением коснулась век — не ослепла ли? Но тихо зашипела потерявшая энергию вентиляция, и я успокоенно вздохнула — просто перебои с электричеством. Наверное, повезло инженерному персоналу, что Бальда и Вито дома нет, мне кажется, они бы такое не потерпели. Рядом приглушённо застонали. Это пёс, что ли? Ударился в темноте? Я нашарила коммуникатор, но экран оставался темным, и в глухом помещении все ещё было без разницы, открыты глаза или нет. — Все норма?.. — меня сильно ухватили за щиколотку, и я от неожиданности вскрикнула и лягнула горячую лапу. Стон повторился, более возмущенный. — Ты больной, что ли, так меня хватать? — он перебрал руками по моей ноге, продвигаясь повыше, и вдруг почти рухнул рядом, уткнувшись лицом мне в бедро. А если ему стало плохо? Коммуникатор вместе со всей энергией выключился бы только от электромагнитной вспышки, вдруг у него какие-то аугментации тоже отключились? Они должны работать на биоэлектричестве тела, но все же. — Если тебе плохо, похлопай меня по колену. Я почувствовала, как он помотал головой, крепко обнимая мою ногу обеими руками. Ладно, вроде бы, не помирает. Я осторожно нащупала его голову и положила ладонь на затылок. Он вздрогнул, но только прижался посильнее. Учитывая, что его называют псом, такое внимание к моей ноге... Кхм... Отставить грязные пошлые шуточки! Пёс что-то проворчал себе под нос, я не расслышала и наклонилась поближе. — Я боюсь темноты, — снова тихо, но уже разборчивее сообщил он. Я не удержалась и прыснула, — не отпускай. Кто бы мог подумать, такой здоровый мужик, весь прокачан для боя, а боится темноты! Но явно боится очень серьезно, а фобии я уважаю, так что милосердно погладила его по голове. Не переставая, впрочем, хихикать. — Тут часто так бывает с энергией? — поинтересовалась я, чтобы и самой было не скучно ждать, когда включится хотя бы аварийное питание, и его немного отвлечь. — Не должно было, — прошептал пес, шумно сглатывая, — наверное, напали. Нихрена себе! И он так просто об этом говорит! А как же его подопечная? Он же должен ее защищать! Ломиться к ней! Двери должны были заблокироваться, но, если уж ему надо, думаю, выломал бы. Заодно и до света в коридоре добрался, ещё день. — А мисс Шарлиз? — напомнила я. — На свидании в городе, — коротко ответил он. Оу, ну... Нападающие либо знатно проебались, либо так и хотели, чтобы хозяев не застать. Мало ли, может, данные какие-нибудь похитить хотят или прототип. Если это вообще нападение. — Одна, что ли? — нет, ну а как его ещё успокоить, если не о хозяйке спрашивать? С другой стороны, он может начать только сильнее нервничать ещё и из-за нее. — С внешней охраной, — буркнул пес, немного повернул голову, чтобы мои поглаживания были более удачными, — хотя я бы не помешал. Раздражённо фыркнув, он стиснул мое бедро ещё сильнее, я зашипела и огрела его по затылку. Хватка сразу немного ослабла, и на том спасибо. Странный такой, как может третий лишний не мешать на свидании? Свет включился так неожиданно, что мы оба вздрогнули. Пес сразу подскочил, смущённо нахмурился и буркнул, что оторвёт мне голову, если я кому-нибудь расскажу. Ну ладно ему, я не такая ведь. Но все равно это мило и слегка нелепо. Пришло письменное оповещение, что ситуация в доме под контролем, но персоналу, не входящему в гарнизон, лучше не покидать свои комнаты до следующих распоряжений. Ну и ладно, не очень-то и хотелось, все равно идти некуда. Подразнить, что ли, соседа? Любопытно же. — И давно у тебя эта фобия? — я плюхнулась обратно на подушку и заложила руки за голову. — Всегда, — явно без особого желания ответил пес, возвращаясь к копошению на полках. Ну вот, а я думала, будет какая-нибудь захватывающая история о психологической травме. Что ж, нельзя сказать, что я получила некоторую защиту. Но, надеюсь, он будет мягче и терпимее со мной, боясь, что я разболтаю его секрет. Позорище ведь, хотя и понятное. Но и приставать к нему я перестала, а то нарычит ещё. Поскольку мы живём в одной комнате, о хороших отношениях с ним тоже надо позаботиться. Или хотя бы о нейтральных. Не пойму его, то ворчит, то вторым одеялом укрывает. Вечером, соблюдая режим, я отправилась в спальню хозяина. Мелькнула мысль, что можно было бы и остаться там на ночь, постель шикарная, но не стоит. Стоит быть аккуратнее, потому что мастер Бальд слегка напоминает дикое животное, ну или мне только кажется, что его урчание от любого неверного движения может превратиться в рычание. Нерешительно оставшись у дверей, я прислонилась к стене. Это не спортивный зал, чтобы я могла тут шляться, как вздумается, это личная комната хозяина. Вздрогнув, когда завибрировал коммуникатор, я открыла сообщение. Причем от Бальда. Пунктуальность — хорошая черта, детка. Так, я была права, он следит каким-то образом. И почему мне кажется, что сейчас будет неприятное дерьмо? Открывай тумбочку, второй ящик, как ты помнишь. Сглотнув, я послушно обошла кровать и открыла средний ящик. Даже и не знаю, насколько... Насколько расслабленно я смогу себя почувствовать, зная, что он смотрит. В прошлый раз из-за завязанных глаз я быстро о нем забыла, а вот такое нематериальное наблюдение уже из головы не выкинешь. Выбирай, какой нравится. Но без повторов. Ну приплыли. Как раз тот, что мне нравится, был в прошлый раз. И это единственный фаллоимитатор адекватных размеров и внешней текстуры. Ладно, что-нибудь не очень толстое надо выбрать, на длину плевать, мне ведь контролировать глубину и темп. Ох, детка, облом. Появились дела, так что завтра поиграем, иди к себе. Я даже и не поверила сразу, что пронесло. Чудо какое-то, не иначе! Но и внешне изображать радость я не стала, вернула все на места и тихонько, без лишней спешки, вышла в коридор. Ложась спать после сытного ужина и горячего душа, я решила, что это был хороший день. Халявный такой, спокойный. В целом, я бы даже весь контракт так описала, по крайней мере, пока что. Даже последствий нападения я так и не заметила, а заговаривать с кем-то из гарнизона не рискнула бы. Примут ещё мое любопытство за флирт, да ну нахрен такое. Хотя интересно ведь, кто и зачем нарывался. Пес пришел, тихо переоделся и спокойно улёгся на краю. Вот его можно было бы расспросить, но он так безапелляционно спать улёгся, что как-то даже неловко приставать с этим. И все равно я не пойму, зачем нас поселили вместе. Чтобы я помогала ему со страхом темноты бороться? Хихикнув, я прикрыла глаза. И эта тусклая подсветка сразу становится прямо необходимой, то-то он не выключает ее на ночь. Ночью я проснулась от того, что меня кто-то обнял. Брыкнулась и обнаружила, что это пес, зараза. — Ты замёрзла, — проворчал он, силой подгребая меня поближе. И я осознала, что, в самом деле, вся дрожу, — не бойся. Глубоко вздохнув, я прикрыла глаза, пытаясь принять решение. Казалось бы, ну укрыл бы меня, как и в тот раз, в чем проблема? С другой стороны, глаза слипаются, он не просто теплый, а лихорадочно горячий, да и раньше ведь не проявлял всяких нехороших наклонностей. — Что, хотел бы приставать к другой даме? — хмыкнула я, решив, что просто устроюсь поудобнее и досплю до утра. А мужчина, не открывая глаз, улыбнулся. Это была такая неловкая, дрожащая и горькая улыбка, такая красноречивая, что я невольно устыдилась своей бестактности. — Прости, я... — Нет, ты права, — шепнул он, плотнее закутал меня в одеяло, — спи. Да с меня весь сон слетел! Ну должна же была догадаться, как могла так тупо пошутить? Ох, бедный песик... Меня разбудила тихая возня. Ещё было слишком рано для подъёма, но пес куда-то собирался. Махнул мне, то ли чтобы отстала, то ли чтобы не беспокоилась, ну я и заснула опять, куда ещё деваться. Зато с огромным удовольствием после завтрака растянулась на тренировке, тестируя, насколько хорошо зажили ребра. А зажили они отлично, совсем не беспокоили. Да и вчера я почти весь день провалялась, это тоже явно помогло регенерации. Возвращаясь в комнату уже почти в одиннадцать, я потирала немного ноющее плечо и предвкушала, как потрачу почти весь день на развлекательных порталах. После прошлого контракта этот кажется практически идеальным, я и не делаю толком ничего, и не мучают, и не извращается никто. Если бы только не внушающий некоторые опасения хозяин, конечно. — Эллисон, — окликнули сзади. Голос был немного знаком, и я сразу напряглась, но все же остановилась. Повернуться не успела, меня уже нагло обняли со спины, — привет, сладкая, — я узнала начальника гарнизона и дернулась вперёд, пихая его локтем, но он не пустил, — ну, не буянь. Не могу перестать думать о тебе... Издав этот сомнительный комплимент, он лизнул меня в шею. Я рывком приподняла плечо и с удовольствием услышала, как клацнули его зубы. — Ваше внимание мне все ещё не слишком интересно, — спокойно ответила я, стараясь звучать уверенно, — отпустите. Хмыкнув, сильный, как назло, мужчина ловко меня скрутил и потащил куда-то по коридору, как арестантку. Я пыталась вырваться, но и вывихнуть плечи очень не хотелось. А все встречные либо ухмылялись, либо равнодушно отводили взгляд, ну не сукины ли дети? Меня втолкнули в небольшую комнату, я потеряла равновесие и больно упала на колени. Это уже хреново... — Как надумаешь стать покладистей, постучи, — великодушно озвучил правило ебливый мудак. Дверь закрылась. В абсолютной темноте я кое-как встала, слыша только свое дыхание, ощупью осмотрелась. Жесткое нечто, отдаленно напоминающее узкие нары в казарме аванпоста, ёмкость с водой и пустая ёмкость. Снаружи не доносилось ни звука, так что смешок получился уж очень громким. Если этот высокомерный идиот думает взять меня измором, то не на ту напал. Здесь есть вода, есть, на чем лежать. Голод я легко терплю, темнота меня, в отличие от пса, не пугает. Однажды меня наказали, причем даже не за мою провинность — я неделю провисела почти голая, привязанная к ветке дерева. Меня жрали местные насекомые, ветром било о ствол так, что кости трещали, мочило ледяным дождем и обжигало солнцем, а каждый проходящий мимо имел возможность кинуть в меня камень. Или, если подобрее, ком грязи. Вот где были ужас, боль, страх и унижение. А это так, маленький отпуск. Учитывая, что через пару дней уже вернётся хозяин. Вряд ли эти кадровые перестановки с ним согласованы. Или, может быть, пес хватится, хотя сомневаюсь, что у него есть полномочия командовать гарнизоном. У мисс Шарлиз вот есть, однозначно, ну нужно ли ей это будет? Подумаешь, разок вместе чай пили. Я валялась на койке, отдавливая себе то правый бок, то левый. Спала. Думала о всяком, строила планы на будущую свободную жизнь. Осталось ведь всего три года. Год на этом контракте, ещё один точно потом перепадёт. Заработать я должна уже неплохую сумму, особенно с учётом этого контракта. Наверное, стоит раскошелиться на консультацию финансиста и часть денег вложить. Купить, что ли, акцию "G-tech"?.. Мне было сложно сказать, сколько прошло времени. Просто дверь открылась, и я зажмурилась, закрываясь рукой от света. — На выход, — скомандовал незнакомый голос, — есть, купаться и к мастеру Бальду в спальню, бегом. Несмотря на слабость от голода, я постаралась выполнить указание как можно скорее, потому что мне и самой безумно хотелось в душ. Даже больше, чем есть. Хорошо хоть, что коридоры пустые, не хотелось бы с кем-то встретиться. За окнами было темно, ярко светили луны. Но душевая была открыта, в столовой меня ждала порция ужина. И пса в комнате не было. Убедившись, что выгляжу прилично, я пригладила слегка распушившиеся после мытья волосы и поторопилась к хозяину. Тихонько постучала в дверь спальни и вошла только после позволения. Господин Гамбино уже явно собрался спать, но не выглядел сонным. И все казалось немного сюрреалистичным, я умудрилась быстро отвыкнуть от беготни и разговоров. Будто это только сон. — Элли, детка, иди ко мне, — мастер Бальд похлопал по постели рядом с собой, и я послушно прилегла. Обнял меня даже, на плече у себя пристроил, — как себя чувствуешь? Даже и не знаю. Вроде бы, все хорошо, а до сих пор мерзко и будто бы есть хочется. — Нормально, — шепнула я, прикрывая глаза. Мистер Балтассаро Гамбино гладил меня по голове. Ласково поглаживал, не ероша волосы. То ли успокаивающе, то ли чтобы сделать приятно. Как питомцу, которого чешут за ухом. Но мне все равно нравилось. — Не понимаю, что было сложного в том, чтобы просто ему дать разок, — хмыкнул хозяин, поглаживая другой рукой ещё и по лопатке. Нет, это возмутительно. Да, я наемница, но это не значит, что я вещь! Ну, то есть, значит, да, что мной можно распоряжаться, как вещью, но... У меня ведь тоже есть какие-то чувства, он точно в курсе? — Я не хотела, — осторожно, надо подобрать интонацию так, чтобы он не решил, что я с ним спорю или решила перечить, — и вряд ли бы все ограничилось одним разом. — О, детка! — смешливо фыркнул Бальд, и я немного расслабилась, раз уж он не злится. — Поверь, он бы почувствовал себя распоследним говном, трахая тебя без отклика, и вряд ли бы ещё полез, такое никто не любит. Ладно бы боялась и вырывалась, но ты же будешь молча терпеть, я прав? Да, он прав, но все равно звучит мерзко. И даже не знаю, насколько правдоподобно, мужчина должен лучше понимать мужскую хищническую психологию. Но, все же, торговать собой мне кажется отвратительным. — А разве вы бы так хотели? — тихо спросила я. Осознала, что надо уточнить, а то ещё подумает, что я о себе возомнила невесть что и решила, что господин Гамбино может меня ревновать, но не успела. — Ради какой-то выгоды? Легко, — ухмыльнулся он. И, в целом, я ни капли не удивлена, — просто вокруг нет женщин, которые могли бы предложить мне что-то такое, ради чего стоило бы переступить через себя, — ну да, он сам выбирает, больше чем уверена, к тому же, вряд ли ему кто-то может отказать, — другое дело, что гордость и твердость характера тоже очень важны. Ты умница, — похвалил, так ещё и в лоб чмокнул, нихрена себе. Мне пришлось остаться с хозяином, исполняя роль подушки для объятий с подогревом. И почему-то я снова почувствовала себя виноватой перед псом, раз уж ему снова придется спать одному. Или нет...