По ту сторону зеркала. Зеркало Войны.

Почти год спустя. Где-то в России. Нарцисса вышла на террасу, по утреннему времени доски пола холодили босые ступни, женщина поежилась, кутаясь в платок поверх легкого летнего сарафана. Рассвет едва окрасил небо в нежно-розовый, робко начинали подавать голос лесные птахи. Но как же хорошо! Потом утро вступит в свои права, а там дети проснутся, любимый.. друзья подойдут… А пока.. пока есть время побыть сама с собой. Здесь, в укрытом от ненужных глаза поселении Листвяница, они осели. Долохов предлагал в качестве места жительства Китеж, Беловодье, Онеж-град и другие крупные маго-анклавы магоРоссии, но они отказались. Тут тоже есть все для комфортной и безопасной жизни. И в то же время больше зелени, есть где побегать детям… Да и все друг друга знают – совсем чужих не пустят. А они уже свои. Добирались, конечно, долго и трудно – магоЕвропа, конечно.. своеобразное место. Но дома – да, для нее Россия во многом была именно домом – всяко лучше. Березки.. ромашки.. васильки.. луговое разнотравье (от которого просто дурел Северус), соловьи… Как же ей всего этого не хватало в Англии! Все же русская душа – это диагноз. Все, кто прилетел с ними, нашли свое место. Они – их семья – поселились в этом доме – трехэтажном тереме с гульбищем вкруг третьего этажа и резными наличниками – лишь пару месяцев назад – до того жили в доме попроще - одноэтажном, но терема строились всем. Где руками, а где и с магией – но возводился терем быстро. Зато теперь почти привычный дом… И даже баня есть. Нарцисса улыбнулась, вспомнив знакомство мужчин – да и женщин – с баней. Лестрейнджи на вопросы только загадочно улыбались, их жены – тоже. Белла, Алиса и Джейн – мама Гермионы, и сама Гермиона были ошеломлены. Жар, пар, веники, которыми хлещут, квасный дух, когда поливают на каменку… Но потом – ровно дух бесплотный. Дамы были впечатлены. Дамы были поражены. И попросили повторить! А уж чаек на травках – не чета той немочи бледной, что в Англии произрастает, а квас – шипучий, ароматный… Короче, мужчины позавидовали и решили тоже попробовать. Люциус выпал – именно выпал из бани ошалевшим. Следом выпал Северус с отцом Гермионы, пацанва продержалась дольше. Ну а Долохов.. Он там еще столько же торчал. Потом пили квас и чай с баранками. Баня пошла на пользу всем – здоровье она многим поправила. Переступив с ноги на ногу, аккуратно оперлась на перила. Когда они добрались – был уже октябрь. Прием в школу уже закончился, но Долохов напряг связи, и четверку неразлучников, а также Вайолет приняли в Колдовстворец. Да, детей тут начинали учить с восьми лет – но лет до 12 это были общие сведения и общеобразовательные предметы. Так что сразу пять детишек отправились на учебу. Принципы были схожи с тем, что было в Хоге – но были и различия. Во-первых, родители просто отдавали детей на учебу, как только им исполнялось восемь. 1 сентября начинался год, 14 июня завершались переводные или выпускные экзамены. Были зимние и летние каникулы – а в остальное время учеба. Разделения на факультеты не было – хотя тут тоже были Основатели – числом шесть. Весь курс – все одиннадцать лет, делились на три круга: Медный, Серебряный и Золотой. Медный – с восьми до двенадцати лет, когда все дети учились вместе, Серебряный – с двенадцати и до шестнадцати, когда угомонятся гормоны и мозги встанут на место, и Золотой – с шестнадцати и до девятнадцати лет. Весь круг мальчики и девочки учились раздельно, встречаясь только на танцевальных вечерах и балах. Нарцисса такую систему принимала и одобряла. Дети были не сильно в восторге поначалу – но понемногу привыкли и втянулись. Писали письма – здесь кроме сов использовали и летучих мышей, и воронов, и других птиц или животных. Взрослые тоже понемногу находили свое место в новом мире – Грейнджеры устроились в клинику, их там вообще с распростертыми объятиями приняли. Сочетание доказательной медицины с магией было непривычно – но работало. Северус, помаявшись бездельем, пошел предлагать свои знания и услуги как зельевара – и его взял в оборот местный волхв, полагая, что нашел себе ученика. Сириус, помотавшись, тоже нашел себе место – в Стражи Грани подался, ему там тоже обрадовались как родному. Алиса, поразмыслив, решила присматриваться к местным холостякам, что всецело нашло поддержку у Нарциссы – и у Невилла. Парень взрослел – а мать все никак не могла привыкнуть к мысли, что парень уже большой. Так что он только был бы рад появлению братиков и сестричек. Впрочем, увеличением числа фамилии озаботился не только юный Лонгботтом… Нарцисса распрямилась и с нежностью коснулась выпуклого живота. Уже скоро… Малыш… или малышка родится осенью. Но похоже, что малыш – по всем признакам мальчик. Зимой были частые метели, а младшие – которым семь, проводили больше времени у друзей и подруг, давая родителям побыть наедине… – Зостудитесь, хозяюшка.. и чавой-то в рань такую встали-то? Негромкий ворчливый голос вывел Нарциссу из задумчивости. В паре шагов от нее стояла домовуха, одетая в рубаху, поневу, с яркой нарядной кикой на голове, и протягивала ей тапочки. – Зазябнут-то ноженьки белые на росе… Заругается-от хозяин твой, лапушка… – Сейчас.. Нарцисса, улыбаясь, натянула тапки, и довольно пошевелила в них пальцами. К местным домовым привыкали долго. Уж больно сильно отличались они от английских! Но привыкли. Конечно, Федотовна с Карповной, Акулька с Ивасем да Демидыч - это не целый почти полк послушных эльфов, они и поворчать могут, и поперечить, и если что не так – и кулаком стукнуть по столу, но зато вот с ними было спокойно. Приди кто со злом – аж за ворота вынесут, да так, что и дорогу позабудет. Так что Нарциссе домовые духи были ближе и понятней. – Поди, приляг, голубушка.. а мы уж с Акулькой завтрак сготовим… – Благодарствую, Федотовна. – Иди, иди уж.. Домовая махнула сухонькой ручкой. Нарцисса неспешно пошла в дом. Поднявшись по лестнице на второй этаж – где были их комнаты – остановилась посреди горницы и улыбнулась. Дом еще спал. Спал и берег своих хозяев. Тихо ступая, прошла сперва в небольшую горенку, коснулась рукой расшитого полотна, закрывавшего ростовое зеркало в резной раме. ТО не уцелело – но нашли другое… и недавно она смогла снова свидеться с подругой. Пока у них есть время. Пока. Вздохнув, нарисовала защитный знак и проскользнула в опочивальню, забираясь на кровать и улаживаясь на перине под боком у мужа. Не просыпаясь, он бережно обнял ее, согревая и оберегая. Дом. Семья. Покой и защита. Есть время разбрасывать камни. И есть время их собирать. Они соберут все до крупицы – и этот камень утянет на дно всех, кто причинил им зло… Она будет готова. Она – Нарцисса Малфой. Она – Анастасия Кравчая. И горе тем, кто встанет на ее пути.