Семь лет
Солнце, обычно в это время пребывающее в зените и беспощадно палящее, сегодня трусливо пряталось за быстро гонимыми ветром облаками цвета кожи слона, как бы намекающими, что в скором времени можно ожидать дождь. Не то, чтобы я видела слонов своими глазами, но на картинках в книжке, которую мне подарили мама с папой на день рождения, эти величественные животные напоминали собой именно облака перед грозой - такие же серые и огромные. - Джейн! Я почувствовала, как кто-то настойчиво тряхнул меня за руку, и, переведя взгляд с неба на стоявшего рядом мальчика, встретилась с голубизной его нетерпеливых глаз. - Побежали скорее! Гейл перехватил меня за руку и, настойчиво потянув на себя, побежал к берегу моря, что я только и успела дернуться за ним, споткнувшись о собственные ноги. - Подожди! - пискнула я, попутно снимая на ходу сандалии, стараясь не упасть. Стоило только ступням коснуться раскаленного песка, маленькие искорки начинали плясать в глазах, но друга это, судя по всему, даже не беспокоило. Он без единой гримасы боли бежал боcиком по горячему песку навстречу соленой воде, словно зачарованный, гонимый невиданной силой под спину. - Ты знала, что ракушки хранят в себе воспоминания моря? - спросил Гейл, когда мы, по колено в воде, искали причудливые камушки в песке на ощупь. - Правда?! - удивлённо округлила я свои до наивности большие детские глазки. - Ну конечно! Если приложить ракушку к уху, то можно услышать шум моря. Мальчик словно по волшебству выудил из воды огромную спиралевидную ракушку, как если бы та сама охотно легла ему в руку, появившись из морских глубин, и, приложив палец к губам, приставил находку к моему уху. Немного прислушавшись, я уловила еле заметный шепот, доносившийся прямо из самой раковины - тихий, но в то же время оглушительный. Словно кто-то шепчет и кричит одновременно на непонятном никому языке. Друг довольно улыбнулся, заметив, как радостно засверкали мои глаза. - Вау! И правда! Гейл, откуда ты узнал об этом? - Море сказало, - загадочно протянул он и прижал ракушку к сердцу с такой нежностью, словно та была самой дорогой вещью на свете. Тем же вечером, поделившись вновь приобретенным секретом с родителями, я, расстроенная, стояла возле небольшого домика на утесе и нетерпеливо стучала в дверь, пока та с неприятным скрипом не отворилась. - Гейл, ты ужасный врун! - со слезами на глазах и с предъявой в голосе сразу же выпалила я, стоило только увидеть заспанное лицо друга. Тот удивлённо - ещё в силу сонного состояния - склонил голову набок, потирая глаза тыльной стороной маленького кулачка. - Это ещё почему? - Мне папа сказал, что то был не голос моря, а шум крови в ушах! Я недовольно закусила губу и уставилась на мальчика в ожидании объяснений. - Много твой папа знает! - немного обиженно отозвался он. - С ним море не разговаривает, конечно он видел ситуацию в силу своего восприятия мира. Тогда я ему поверила и перестала злиться. Может потому, что была мала, глупа и наивна. А может, я просто хотела считать этого загадочного ребенка особенным, не таким, как все люди в нашем прибрежном городке. Ведь он действительно казался другим, непохожим на остальных, а потому и вызывал восхищение далеко не у всех...Десять лет
Звонкий хлопок от соприкосновения тела со шкафчиком заставил обернуться всех детей, находившихся в школьном коридоре. Высокий худощавый мальчик, упираясь рукой в синий металлический шкафчик, попытался подняться на ноги, но вновь был повален на пол ударом в живот. - Хватит уже строить из себя крутого, ты, безродный выскочка! - темноволосый мальчик пренебрежительно сплюнул на пол в сантиметре от руки распластавшегося бедолаги. Ещё трое парней радостно загоготали, полностью поддерживая своего негласного лидера. - Эй, придурок, выйди уже из моря на землю! Достал строить из себя невесть кого... - Что тут происходит?! Я решительно растолкала руками зазевавшихся одноклассников и, увидев лежавшего на полу друга, стиравшего с губ красноватую жидкость светлым рукавом школьной формы, перевела злобный взгляд на хулиганов. - Марсель, ты что творишь?! - зашипела я, угрожающе приближаясь. Парень немного стушевался и словно визуально стал меньше. - Джейн, прекрати уже таскаться с этим ничтожеством! - ревниво воскликнул брюнет, отступая слегка назад, чьему примеру последовали и его приспешники. - Он же псих ненормальный, повернутый! Постоянно в море торчит и строит из себя такого загадочного, что аж тошно! - А ты что, завидуешь? Кажется, я уже говорила тебе оставить Гейла в покое! - Но он тебя недостоин! - Не тебе решать, с кем мне дружить! Или ты думаешь, что я буду общаться с такими негодяями, как ты, бьющими тех, кто слабее? Мальчишки пристыженно зашушукались, а глаза Марселя наполнились такой неописуемой обидой и злостью, что даже покраснели от напряжения. И как он мне только мог нравиться в садике?.. Тут неожиданно прозвенел спасительный звонок, и дети с шумом начали разбегаться по своим классам, совершенно утратив интерес к только что произошедшей драке. Брюнет в последний раз недобро зыркнул на мальчика, до сих пор лежавшего на полу, и, бросив "Ещё увидимся", поспешил убраться подальше, прихватив с собой свою свиту. Стоило только нам остаться наедине, как я тут же бросилась к другу, плюхнувшись рядом на колени, помогая тому сесть и облокотиться спиной на ящики. Из его губы сочилась кровь, а на левой скуле уже потихоньку начали прорисовываться очертания будущего синяка. - Боже, Гейл, ты в порядке? Сильно досталось? - Бывало и хуже, - выдохнул парень и, поймав мой рассерженный взгляд, мило улыбнулся, несильно ущипнув меня за щечку. - Нечего тут лыбу давить! - я недовольно щёлкнула друга по носу, получив в ответ радостный смешок. Ну как можно на него после этого злиться? - Вот скажи, чем ты им так не угодил? - Они просто ещё неразумные дети. - Они твои ровесники, вообще-то, - скептически подметила я, помогая тому подняться. - Я просто не понимаю, чего они к тебе прицепились! - Ты просто нравишься Марселю, а я постоянно с тобой, вот он и сердится. Я осторожно взглянула на Гейла исподлобья, старательно выискивая во взгляде синих глаз хоть капелюсеньку, похожую на ревность, но взгляд друга оставался беспристрастным - впрочем, как и всегда. Я еле заметно выдохнула и, посильнее перехватив мальчика под руку, повела в медпункт. - Глупости не говори. Он просто идиот. - Как знаешь, - усмехнулся Гейл, наблюдая за моим притворно-равнодушным выражением лица. Мне всегда казалось, что он без особых усилий читает истинные чувства людей, видит их насквозь. Как-то раз, уличив меня во лжи, он сказал, что вода никогда не врёт. Тогда я не особо поняла, что он имел в виду, пока не прочитала в книжках, что мы состоим на восемьдесят процентов из воды. И с тех пор я никогда больше не лгала Гейлу, старательно скрывая истинные эмоции. Из воспоминаний меня выдернула рука друга, перехватившая меня поудобнее за плечо. Он лучезарно улыбнулся, что пришлось прятать лицо, чтобы не выдать алый румянец, появившийся на моих щеках. Если бы я видела сейчас Гейла, то заметила бы, как поползли вверх уголки его губ. Он сжал пальцы на моем плече и быстрее заковылял к медпункту, назидательно бросив: - Мы так на урок и до конца дня не попадём. - Заткнись.