Всего-то нужно было сказать "Люблю".

Катон. Залп пушки, оглушивший меня, убивающий все, что Мирта хранила во мне, отдавая всего меня гневу и мести. Ее больше нет рядом, а тело, лежащее на моих руках, опустошено до капли, оставаясь оболочкой моей любимой.. Последний раз я сильно, до хруста в костях обоих, прижал ее тело, аккуратно уложил ее на траву, нежно провел рукой по лицу, запоминая каждую веснушку, которую она так не любила. Резко поднимаюсь, как дикий зверь, несусь в степи, сжимая копье, что побелели костяшки. Цеп, будь проклят, сучий сын. Я найду тебя. Я сжимаю в ладони маленький нож, тот самый, который она отдала мне сегодня. Любимый нож Мирты. Мне совершенно не нужен мешок, что Цеп унес с собой, мною движет лишь месть. И я не сдамся, пока Цеп не захлебнется в своей бычьей крови. Мне больше не нужна победа, мне нужна только месть и труп Цепа и Эвердин, или Мелларка.. Лучше Эвердин, за мою девочку. Сумерки опустились на Арену, а я все шел по степям, разыскивая следы. Ночь обещала быть холодной, но останавливаться мне было не к чему. Пробираюсь сквозь заросли высоченной травы, скрывающей меня с головой. Рядом ломается ветка и я резко, по-звериному, оборачиваюсь туда. Двигаясь не спеша, обходя сухие травы, я преследовал движущегося рядом. Снова хруст сухих трав и я уже знаю, что месть близка.. Ускоряюсь, по-прежнему не издавая не единого звука, забывая порой дышать, я уже вижу мелькающую в зарослях одежду Цепа. Яркие цифры на рюкзаках выдают его, даже не оборачивающегося по сторонам. С самого начала степи принадлежали ему, Цеп выбрал правильную тактику, затаиться, пока не останутся сильнейшие.. Перехватываю копье по удобнее, и выхожу сзади. Нас разделяет какая-то десятка шагов, которую я укорачиваю. Оставалось, каких-то пять шагов, я ухватил копье, прицеливаясь и готовясь метнуть. Я делаю замах, и острая палка уже летит ему в спину, я неаккуратно отступаю на шаг, из-за чего под ботинком звучно ломается трава. Цеп незамедлительно оборачивается , отскакивая в сторону, от чего копье пролетает лишь рядом с плечом и скрывается в темноте высоких трав с оглушительным треском падая на землю. Цеп осторожен, он сверлит меня глазами, реагируя на каждое мое движение. Мы очерчиваем неровный круг, ломая заросли, готовя поле, и не сводим друг с друга злобные взгляды. Я долго мог так ходить, не зря нас столько тренируют, особенно выдержке. Иначе, я бы прибил партнера в первый же день в зале. Некстати вспоминаю, что им была Мирта. Моя выдержка, моя Мирта.. Меня переполняет злость, а Цеп больше не может ждать и срывается с места. Огромная гора летит на меня, сшибая с ног. Больно ударяюсь спиной о землю, вцепляясь ему в шею. Мы катаемся по земле, еще больше утрамбовывая кому-то из нас могилу.. Точнее ему. Я почти дотянулся до меча, как мы раскатились в разные стороны. Еще пара кругов. Теперь уже оба бросаемся друг на друга. Цеп хватает руку с мечом, но другой я разбиваю ему бровь кулаком. Он отлетает на два шага, но быстро приобретает координацию. Снова замахиваюсь мечом, но кулак приходится мне прямо в живот, я сгибаюсь, вспоминая как дышать, а мой меч уже отправлен к копью. Дыхание приходит очень быстро, и я наношу еще один удар наотмашь, не важно куда. Снова попадаю по лицу, похоже, в нос, и Цеп отворачивается, я пинаю его в колени, и мы снова оказываемся на земле. Держать его почти невозможно, и я начинаю бить его по лицу, со всей силы и не разбирая. Его лицо в крови, но он сверлит меня дикими глазами, в следующий момент, запрокидывает руку. Дикая боль чуть не расколола мою, и без того нездоровую, голову. В висках застучала кровь, теплыми ручейками полившаяся по лицу, стекавшая по подбородку, капающая на руки, и без того сильно разбитые. Цеп выкидывает окровавленный камень. Я снова бью его по лицу, все больше и больше злясь. На секунду я замираю и получаю сильный удар, приходящийся мне прямо по скуле и разбивающей ее. Снова кровь, с рыком я вцепляюсь в шею Цепа и мы катаемся по траве, не отрываясь смотря друг другу в глаза и рыча, словно дикие животные отвоевывающие территорию. Но я не защищаю.. Я мщу.. Цеп наглотался своей же крови, ручьем текущей из носа и разбитых губ, отчего его дыхание стало неровным и сбилось. С усилием в онемевших ногах, я встал, тут же кидаясь на пытающегося подняться амбала, снова наваливаясь на него и прижимая к земле. Темнота подступила совсем близко, но я хотел во всех подробностях видеть его смерть. Нож Мирты, ее последний подарок, я нежно вытащил из кармана, вертя его в руках и давая Цепу насладится отблесками мерцающего металла. Его глаза по-прежнему пылали злостью, а ноздри раздувались, выдавая учащенное злобное дыхание. -Красивый, правда?- усмехаюсь я, прикладывая нож к его огромной шее. Цеп только неразборчиво шипит, стараясь вырваться, но я крепко опираюсь ботинками на его запястья. -Мирта их любила..-усмехаюсь, чтобы скрыть нахлынувшую боль по убитой, и снова провожу холодным металлом по темной коже Цепа, оставляя небольшой порез. -Ты убил ее..-напомнил я, резко вставляя ножик между ребер противника. Цеп стонет от боли, а я лишь киваю головой, любуясь на его муки. -Нееет, неет. Не умирай, я еще не закончил..-я так же резко вытаскиваю нож, зная, какую неимоверную боль это приносит. С бешенным взглядом и открытым ртом наблюдаю, как Цеп сжимает кулаки, стараясь не закричать. Делаю еще пару надрезов на лице и груди, не прекращая лицезреть злобную мимику Одиннадцатого, сопровождающуюся хрипами и стонами. -За. Мою. Мирту.- громко отчеканиваю я, чтобы не только захлебывающейся в крови Цеп слышал, но и весь Панем знал, что никто не смеет тронуть что-то мое безнаказанно. Глаза Цепа проблескивают догадкой, а потом пониманием, а я уже сильно всаживаю нож прямо в сердце. Стоны и тяжелый хрипы разнеслись по степям, тело Цепа забилось в конвульсиях, что стало еще сложнее его удерживать. Я поднялся с Одиннадцатого, присаживаясь рядом на корточки и несколько минут наблюдаю, как он бьется в предсмертной агонии. Выбираю самую интересную мысль, посетившую мою головушку, и в хорошем захвате сворачиваю здоровяку шею. Победный залп пушки, и дождь, вместе с ночью, занял пространство Арены. Ледяные капли обжигали разгоряченную кожу, щипали раны и купали меня в собственной крови, смешиваясь с алой жидкостью и быстро сбегая по лицу, падая с подбородка. Темнота не была непроглядной, и я направился обратно. Сломанные ветки безошибочно указывали мне дорогу, даже сильнейший дождь не мог стереть следы ведущие меня к новой мести.. "Цеп мертв.. Твоя очередь.."- мысленно сказал я, даже не надеясь, что получатель поймет. Хотя, а вдруг?