Всего-то нужно было сказать "Люблю".

Катон. Как же я ненавижу ожидание! Вот сил нет! Даже чертова выдержка совсем меня покинула.. Как и Мирта.. Я затаился у Рога, ожидая прибытия оставшихся трибутов. Эвердин и Мелларк, наверняка, уже видели прекрасную голограмму ,с фотографией Цепа, в числе покинувших Игры, а значит, остались только мы.. За спиной громом раскатился выстрел пушки, я обернулся, оглядывая местность и себя, мало ли чего можно не заметить в раздумьях. Я злобно усмехнулся. Надеялся увидеть фото Двенадцатых, но небо синими лучами являло фотографию рыжей девчонки. Я на пальцах пересчитал всех павших, особенно убитых мной, и, правда, не досчитался одного. Точнее одной, спасибо Двенадцатым за упрощение моей задачи.. Хотя я все больше и больше понимал, что на фиг мне не нужна, эта чертова, победа. Мне нужна Мирта, единственная Мирта, которой меня лишили... У меня могло бы быть все, что я так желал раньше, но без нее мне больше ничего не нужно.. Из раны на голове опять потекла струйка крови, заставляя желать, чтобы головная боль наконец прекратилась. Обычно я не обращаю на нее внимание, но когда рана опять открывается- мир словно лопается на куски. Я прислонился спиной к стене Рога, к этому времени уже теплой, для только наступившего утра, старясь унять головокружение. Ожидание бесило меня больше всего в этом мире, особенно ожидание чего- то неприятного, от чего хочется убежать, но я не могу. Удобно устроившись у стены, я прикрыл глаза, поддаваясь блаженной дремоте, в те редкие моменты, когда голова не разлеталась на куски и прекращало тошнить. Сон реально помог. Помог попасть в западню.. Голова все равно кружилась, но мысли и действия мной контролировались. Глаза мне пришлось открыть из-за теплого воздуха, потоками обдувающего мое лицо.. Я, нехотя жмурясь и вертя головой, посмотрел перед собой туманным взглядом. Разум моментом прояснился, когда сфокусировался на огромном сером переродке, стоящем на против, и внимательно смотревшим мне в глаза. Теплым воздухом оказалось его дыхание. Я без резких движений, что меня самого удивило, начал перемещаться по стене, подбираясь к удобным уступам. Переродок по-прежнему не сводил с меня темных, карих глаз, не двигаясь, следя за каждым моим движением. Я сделал несколько шагов, под его пристальным взглядом, когда переродок с воем кинулся прочь. Я бы мог успокоиться, если бы не увидел причину его бегства. Переродок, еще больше и сильнее первого, с темной шерстью, и такими же глазами, полными гнева, бежал на меня. До выступа оставалось совсем немного, когда тяжелая когтистая лапа саданула мне по ребрам. Я ухватился за край и, обжигая руки, забрался на крышу. Переродок ходил вокруг моего убежища, вставал на задние лапы, стараясь дотянуться и иногда издавая оглушительный вой на всю Арену. Снова огромная лапа заскрежетала когтями по металлу, когда я всадил в нее маленький нож, который был со мной, который был ее.. К крови Цепа добавилась кровь переродка, и я невольно обратил внимания, что она такого же цвета. Переродок взвыл, хромая на трех лапах, стараясь не опираться на раненую, я уже не обращал внимания, пока из леса не донесся ответный вой. Я, скользя ногами по еще сильнее нагревающемуся металлу, переместился за возвышающуюся часть рельефной крыши. Со стороны леса, откуда доносился вой, послышались человеческие голоса и мне удалось лицезреть картину "Спасающиеся Двенадцатые". Можно бы было и с улыбкой понаблюдать, как хромающий Мелларк обгоняет свою возлюбленную, но новое нападение моего разъяренного друга, заставило меня подняться на ноги и быстро придумать план.