Сбежавшая

— Бетти, открой дверь!       Джагхед стоял по ту сторону двери, встревоженный поведением девушки. Сидя на кухне, он не специально услышал их разговор, от чего сердце сжималось от каждого ее слова, которые были наполнены болью. Он это слышал. Черт, ну и зачем он согласился с этой женщиной, приводя ее в дом? Он должен был знать, что Бетти и без того сейчас сложно, а новость о ее матери окончательно ее подавит. — Пожалуйста, Бетс!       Громкие всхлипы девушки больно резали по его сердцу. Джаг не мог слушать, как та страдает, отчаянно пытался ей помочь. Кажется, жизнь Бетти сильно переплелась с его, и каждая ее проблема не могла не сопровождаться без его поддержки и помощи. Джагхед стучал в дверь, не зная, что делать. Блондинка будто не слышала его попыток попасть к ней, и это его пугало. Это не хорошо. Ей нехорошо и, как оказалось, оставлять ее одну в комнату было совсем неразумно. — Оставь меня! Оставь меня в покое! — закричала Бетти, дрожащим от истерики голосом.       Джагхед тяжело выдохнул, закрывая глаза и прикасаясь лбом к двери. Его сердце будто магнитом тянуло к Бетти, прося обнять и успокоить девушку. Но разум подсказывал, что все его попытки падут крахом, а Бетти, возможно, будет лучше остаться самой с собой.       Отстранившись от двери, Джаг неохотно отошёл назад. Как бы ему не было больно от ее слез, сейчас он ничем не сможет ей помочь. Джонс прошел на кухню, как его телефон завибрировал от пришедшего на него уведомления. Телефон оказался в его руке, и когда он увидел текст сообщения, его лицо нахмурилось. «Если Бетти будет что-то нужно, позвони. Пожалуйста, позаботься о ней»       Хотя это был неизвестный номер, Джагхед догадался, от кого это уведомление. Он сжал телефон в руках, стиснув губы в полоску.       Эта женщина, которая испортила жизнь его девочке, которая явилась к ней спустя семь лет, прибывая под статусом мертвеца ни с того, ни с всего просто приходит к ней, стараясь что-то объяснить. Он уже успел пожалеть, что привел эту Элис к Бетти.       Он тяжело вздохнул, небрежно откидывая телефон на стол. В соседней комнате все ещё слышался плач, но уже не такой пронзительно-громкий, а со временем, за которое Джагхед места себе не мог найти, прекратился совсем. Кажется, успокоилась. Прошло минут двадцать, но щелчок открывающей двери так и не послышался. Не имея сил больше сидеть на одном месте, слушая эту невыносимую тишину, Джагхед встал со скрипучего стула, медленно подходя к ее двери.       Первым делом, Джаг постучал в дверь, прислушиваясь к звукам по ту сторону. — Бетти, ты в порядке? — тихо спросил парень, услышав в ответ шарканье тапочек. Кажется, его сердце пропустило удар, когда он понял, что она сейчас откроет дверь. — Она ушла?       Будто неживой голос девушки, что больше походил на голос измученного жизнью, приглушенно раздался за дверью. — Да, ее нет, — последовал ответ Джага, не имеющего больше сил беспомощно стоять за дверью.       Раздался щелчок. Дверь скрипнула, когда Джагхед открыл её. Они стояли друг напротив друга. Она, с опухшими от слез глазами, запутанными волосами и, наверняка, с новыми следами от ногтей на ладонях.       Вид у нее был не из лучших, будто она сбежала из какого-то ужастика. Хотя, ее жизнь уже давно превратилась во второсортный триллер.       Бетти была разбита. Ее глаза блестели от слез, не от смеха. Уголки губ были опущены, лицо не показывало ничего, кроме подавленности.       Джагхед медленно подошёл к ней, будто ожидая, что та отвернется, вновь закрываясь в комнате и в себе. Но ее глаза смотрели на него, словно подсознательно умоляли о помощи. Будто крик ее души, что беззвучно летал возле его ушей. Парень вздохнул, подходя к ней на самое близкое расстояние, заключая девушку в крепкие объятия, в которых она так нуждалась. Он почувствовал, как ее руки с силой обнимали его спину, а футболка намочилась от капелек слез.       Джагхед гладил ее по голове и по спине, оставляя поцелуй на ее блондинистой макушке. — Тш-ш-ш, все будет хорошо, малыш, — прошептал Джаг. — Я буду с тобой. Я всегда буду с тобой, Бетс. Я обещаю.       Их объятия длились минут десять. Молча. Ведь эти действия значили намного больше, чем разговоры. Просто стоять, в крепких объятиях любимого человека, слышать стук его сердца, чувствовать его запах и просто закрыть глаза, представляя, что все хорошо. Сосредотачиваться на этом моменте, когда нет плохих людей, плохих действий. Когда все хорошо, даже, если это ненадолго.       Мысли о внезапно появившейся матери, о их недавнем и не самом удачном разговоре, который она представляла совсем иначе или не представляла совсем, засел в ее памяти на долго, отдаваясь горьким ощущением где-то под ребрами.       И, хотя Бетти понимала, что она не заслуживает счастья и поддержки от этого человека, душа отчаянно тянулась к нему, совсем не понимая правил и принципов этой жизни.       Пусть, это неправильно. Пусть, потом она будет жалеть, что привязалась к нему, но во всей этой тьме, он стал лучиком ее солнца, которое Бетти всеми силами старается удержать возле себя. Ведь любит. Сильно любит.

***

      Не очень громкая музыка наполняла помещение, под которую в углу бара девушки лёгкого поведения исполняли свои развратные танцы. Большая часть мужчин стояла там, и только блондинка, что совсем не вписывалась в интерьер своей голубой толстовской, сидела за баром, лениво наблюдая за всеобщей суетой.       В руках она держала лёгкое алкогольное пойло, так как что-то крепче Тони ей не позволила. Лёгкое опьянение овладело девушкой, и она наконец-то почувствовала облегчение и безразличие ко всему, что твориться у нее в жизни.       Полчаса назад, Джагхед ушел куда-то наверх, оставляя уже пьяненькую девушку на Топаз. А ведь Бетти тогда так хотела отвлечься и хотя бы капельку забыться. Откуда взялась ее мать, что она все это время делала, как она тогда ее нашла? Эти вопросы не давали ей покоя, и Купер хотелось промотать время назад и остановить свою истерику. Но сейчас ей все равно. Хорошая штука, этот алкоголь. — Тони, налей ещё, — Бетти поставила стакан на барную стойку, под не одобряющий взгляд розововолосой девушки, потирающей стаканы по другую сторону бара. — Девочка, нужно иметь меру, а то тебе так до алкоголика и не далеко, — со смешком сказала Топаз, убирая стакан, из которого ранее пила Бетти, замечая, что та совсем не умеет пить.       Купер закатила глаза, но перечить не стала. Ее уже клонило в сон, но она держалась на стуле, подперев голову рукой. Ее волосы противно лезли в рот, но координация движений у нее как-то странно работала, и она промахивались рукой, так и не найдя те волоски, что не давали ей покоя.       Ей стало даже смешно, наверное, со стороны, она выглядела так нелепо. Как пьяненькая дурочка. — Тони, а у тебя есть парень? — развеяно спросила Бетти, совсем не зная, что плетет. Топаз посмотрела на нее, будто бы она сказала что-то очень глупое, после чего немножко посмеялась. Разум Купер был затуманен, словно она только что проснулась, и Элизабет никак не могла понять, что так рассмешило девушку. — Бетти, да ты уже совсем пьяная. Тебя взяло со второго бокала вина, слабенькая. Сейчас позвоню Джагхеду, он тебя заберёт, — улыбаясь, сказала Тони, доставая телефон из кармана.       Бетти, не одобряюще, нахмурила брови, а безразличие, что она чувствовала секундой ранее, заменилось некой напряжённостью. — Не надо ему звонить. Не звони! — язык немного заплетался, и девушка с серьезностью в голосе наблюдала за действиями ее подруги. — Почему? Вы поссорились? — спросила Тони, сбита с толку ее просьбой, после всего, что блондинка рассказала ей о их отношениях с Джагом. Бетти даже уведомила Топаз о той ночи и о их поцелуе. Но все же, она поставила телефон, присаживаясь на стульчик, ожидая объяснений, от немного растерявшийся Купер. — Нет, все хорошо, просто... — начала Бетти, подбирая правильные слова, чтобы из-за опьянения не сболтнуть какую-то глупость. — Он такой идеальный. Все время мне помогает, поддерживает, я даже живу у него и ничем не могу ему отплатить. Это не правильно. — Девушка, подперев голову рукой, невнимательно водила пальцем по стойке бара, открывая Тони ту одну причину, по которой она чувствовала себя как на иголках уже не первый день. Ведь она у него жила только потому, что тогда он ее сбил, и она должна была быть у него только на период лечения. А сейчас? Почему он ее не выгнал из дома, почему помогает? А она ему даже ничем помочь не может, кроме дел по дому. — Джагхед и кроме меня имеет много хлопот. Не хватало только того, чтобы он бегал за мной, как за младенцем. А я не младенец, Тонс, я взрослая, независимая женщина, — пьяно возмутилась Купер, смотря на подругу, что немного двоилась в ее глазах. — Думаешь, я не заметила, что он все время в дома, вместо того, чтобы быть на работе? Наверняка он боится оставлять такую психичку одну. И ничего кроме жалости, он ко мне не чувствует. Какая же я жалкая. — Эй, эй, эй, девочка, что за бредни ты несёшь? Это алкоголь на тебя так действует? Ты серьезно думаешь, что ты не нравишься Джагхеду? Я видела, как он на тебя смотрел, — сказала Топаз чистую правду. Бетти посмотрела на нее, легко хмыкнув, показывая, что ее слова совсем наивны. — Ты ему нравишься. Даже очень, если он так волнуется за тебя. Я его знаю с пяти лет и поверь мне на слово, такой, как он, не возился бы с тобой просто из-за чувства жалости или вины. Глупенькая, у тебя есть причины для волнения и поважнее, а Джаг тебе помогает, ведь так ведут себя с дорогими людьми, не так ли? — Но ведь он не сказал. Он не ответил на мое глупое признание, — развела руками, все ещё оставаясь убежденной, что слова ее подруги — полный бред. — Но если это не так, тогда почему он тебя поцеловал? Почему остался в ту ночь? Бетс, ты закрываешь глаза на очевидные факты.       Бетти покосилась на свою подругу. Ее слова заставили задуматься, хотя, ей это тяжело удавалось из-за неразборчивости в голове, что было вызвано алкоголем. Но смысл в ее словах был, и, кажется, именно этих слов ей не хватало. Купер благодарно посмотрела на Тони, собираясь ее обнять, как всегда, но на ее плечо легла чужая, мужская ладонь, что заставила ее сесть на место. — Привет, блондиночка. — Что за..? — непонимающе произнесла она, немного напуганная грубыми действиями к ней. Она обернулась, когда увидела то, что заставило ее колена задрожать, а глаза испуганно расшириться. — Дылда, какого хрена? Отпусти ее! — возмущённо сказала Топаз, переходя через стойку к своей подруге. Она знала о том инциденте.       Бетти резко скинула его руку со своего плеча, морщась от этого уже знакомого запаха перегара. Она встала со своего места, переходя на сторону к подруге, а воспоминания того вечера въедалось в ее память. — Да не бойтесь, крошки, я только поговорить, — сказал этот мужчина прокуренным голосом. Выглядел он устрашающе, со своим ростом и маленькой, козлячей бородкой. А его взгляд узких глаз, пугал не меньше, чем злобный оскал на его лице, когда тот увидел как испугалась Бетти. — И о чем же? — совсем не дружелюбно спросила Тони, пока Бетти стояла за ее спиной, не имея сил смотреть на это лицо. Из-за опьянения, Бетти не могла здраво мыслить, поэтому и сказать чего-то приличного тоже не могла. Сейчас она полагалась только на подругу.