8
21 ноября 2020 г., 20:06
Возвращаешься к тому, с чего начинала.
С трудом разлепляешь глаза. Тело ломит так, будто тебя вновь убили. Почти убили.
В последнее время твоя жизнь только из этого и состоит. Каждый день что-то идет не так, и каждый раз твое тело пронзает нестерпимой болью.
В такие моменты ты думаешь о том, что зря все это начала. Зря вызвала его, сама того не осознавая. Заключила сделку с темной стороной, о существовании которой ты и не подозревала ранее. Все это наваливается снежным комом, тяжестью и горечью оседая в груди.
В комнате ужасно воняет гарью, и кажется, ты тоже вся будто пропиталась дымом. Нехотя тянешь руку к тумбочке, хватаясь за колокольчик.
— Не нужно. Я здесь, — черный дым ползет по комнате, сгущаясь посередине, будто из пустоты рисуя образ демона, — я приглядывал за вами, госпожа.
— Налей мне ванну. Я хочу отмыться от запаха дыма.
— Как скажете, госпожа.
Чонгук снова растворяется в воздухе, а ты думаешь о том, что стоит ему сказать, чтобы нормально передвигался. В смысле, как человек.
Тебе, на самом деле, много что есть сказать Чонгуку. Его вчерашняя выходка взбесила не на шутку, так что предстоит долгий, серьезный разговор.
— Ванна готова, госпожа.
Горячая вода принимает тебя в свои объятия, наконец даруя комфорт и тепло. Но мысли все еще не отпускают твою голову от бесконечных переживаний. Они будто пчелиный рой, жужжат не останавливаясь, заглушая все вокруг.
— Выйди, Чонгук. Я же знаю, что ты здесь, — устало откидываешься на спинку ванной, почти полностью погружаясь под воду, когда видишь лицо демона, что нависает над тобой.
— Как вы узнали? — парень хмурит брови, оглядывая тебя с головы до ног.
— Можешь назвать это шестым чувством. Но раз уж ты здесь, нам нужно серьезно поговорить.
Демон смотрит на тебя с презрением, горделиво усаживаясь на бортик ванной, когда ты встаешь из нее, оборачиваясь в белое махровое полотенце.
— Твои методы… Они мне не подходят. Мне не нравится, как ты ведешь себя, и то, как ты действуешь. Я заключала сделку не для этого.
— Что ты имеешь в виду? — слышишь утробный рык за своей спиной. Он слишком близко, ты чувствуешь его дыхание на влажной коже и кровь стынет в жилах, — говори.
— Я хочу разорвать контракт. Ты нарушил наши договоренности. Тебе больше нет здесь места. Уходи.
— Бедная моя лебедка… Все еще не понимаешь, с чем имеешь дело? Думаешь, можешь так просто разорвать контракт с самим Асмодеем? *
Его руки гуляют по твоему телу, оставляя на нем темные разводы. Такие, будто демон рисует по твоему телу черной краской. Он мажет ладонями по бедрам, забираясь пальцами под полотенце, окрашивая его в черный.
— Ты не спрячешься от меня, маленькая, слабая лебедка. Птичка решила улететь от пантеры?
Чонгук языком мажет по шее, зубами цепляя мочку уха, слегка прикусывая и шумно вздыхает.
— Твоя душа прекрасна. Если бы я мог описать тебе то, как ты пахнешь… Ты бы удивилась, что я все еще не сожрал тебя.
— Ты не можешь.
Оборачиваешься лицом к демону и застываешь. Перед тобой стоит уже не тот Чонгук, в человеческом обличье. Его тело покрыто темными вороновыми перьями, с которых будто стекает черная краска. Глаза отливают кроваво-красным, а на руках огромные черные когти, которыми, кажется, можно вспороть шею даже не моргнув. Демон улыбается, глядя на тебя.
Улыбается, глядя на то, как ты срываешься и бежишь из поместья.
