Ежи, звёзды и немного любви

На двух из трёх бумажках перед Грегом было написано одно и то же слово. Читерство? Как бы не так! Воскресный обед перетёк в воскресный ужин, а тот в небольшую семейную попойку со сказочной наливкой миссис Холмс и ещё более фантастической выпечкой Холмса-старшего. Самого старшего. От пиджака Майкрофт Холмс избавился ещё после супа, от жилетки — после третьего куска пирога, идеально натянутая рубашка бесила Шерлока, у которого никак не получалось заправить свою рубаху так, чтобы не получились складки. Про использование подтяжек Грег тактично молчал. — Я человек? — выдохнул Шерлок. — Нет. — Мы же договаривались, что загадаем животных, — напомнил Джон. — Вы оба нифига не разбираетесь в попсе и кино. Майкрофт демонстративно скривился. Зараза, всегда он так. Грег и обожал эту его гримасу, и в то же время нет-нет да относил её на свой счёт, хотя знал, что обычно она предназначается Шерлоку. — Ты должен выпить, — напомнил Джон. Играть в эту игру вчетвером было сложнее, чем вдвоём, но намного смешнее. Особенно после второй бутылки. — Я принадлежу к отряду чешуйчатокрылых? — По Майкрофту понять, что он пьян, было сложнее, чем по Шерлоку, но куда ему до Грега и Джона… — Это где змеи? Нет. Джон, твоя очередь. — Что? А… Я милый? Грег сначала поперхнулся наливкой, потом неловко пошутил, что это Шерлок должен считать Джона милым, а затем вспомнил, о чём идёт речь и поперхнулся ещё раз. — В общем-то, да. — Я мурлыкаю? — Нет! Джон пожал плечами и сделал глоток. — Шерлок? С минуту Шерлок шевелил губами и смотрел в стену, не мигая, так что все единодушно решили сделать ещё по одному глотку. — Если следовать логике игры, — занудил Шерлок, когда ответа от него уже никто не ждал, — то я должен спросить, милый ли я, получить ответ, что нет, потому что ты, Лестрейд, никогда не назовешь меня милым. Тогда я могу спросить, вонючий ли я, потому что это как раз твой уровень шуток, но скунсом я был в прошлом раунде. Вряд ли я скользкий, потому что даже мой дорогой братец почему-то не змея, хотя это очень ему подходит. Поэтому я… эээ… Лестрейд, я рыба? — Нет! — Грег захохотал. — Но это ты Джона спроси, рыбка ты ему или зайчик. Майк? — Я… зайчик? — с ужасом выдавил Майкрофт. — Кролик? Грег покачал головой, и лицо Майкрофта прояснилось. Надо спросить, почему кролик кажется ему таким ужасным. Хотя нет, ну кролик Плейбой, трусики-стринги с меховым хвостиком и длинные ушки… — Даже не думай, — посоветовал Майкрофт, на что Шерлок захохотал, а Джон подёргал бровями. — Не кролик. Джон? — Я кролик? — предположил Джон. — Ну ты знаешь, милый маленький кролик надерёт тебе уши и задними лапами выпустит кишки. — Никто из вас не кролик, — Грег усмехнулся. Ладно, вернёмся к Холмсам. — Я не рыба и не кролик, не милый, не вонючий и не змея. Возможно, я птица или насекомое, — из всей из компании только Шерлок портил всем веселье и никак не желал признавать, что это смешная игра. Майкрофт смирился ещё пять лет назад, когда Грег тоже признал его право на выбор игр и послушно ломал голову над ребусами и системами координат. А вот Шерлок всё ещё не привык, хотя Джон рассказывал, что они играли в неё раз или два, или десять. — Просто назови какое-нибудь животное, — посоветовал Джон. — Я комар. — О боже нет! Но такой же навязчивый и жужжишь, как навозная муха. Но нет, Шерлок, пей. Шерлок послушно выпил. Хотелось курить, но за вечер они уже трижды сбегали «подышать свежим воздухом», пока Джон стоял на шухере, потому что даже Грег не признавался миссис Холмс, что он курит, что уж говорить про её мальчиков... Выбираться четвёртый раз было влом. По лицу Майкрофта было видно, что ему не нравятся попытки Шерлока и Джона держаться за руки, сложив их ему на колени. Хуже было бы, если бы они полезли целоваться прямо над его головой, но Грег верил в благоразумие Джона — до третьей бутылки оно ещё живо. А после он бы и сам полез целоваться и раздражать Шерлока, который до сих пор не смирился, что у его брата может быть личная жизнь. — Майк? — Морская свинка, — предположил Майкрофт ещё с большим ужасом, чем раньше. — Я видел у тебя буклет зоомагазина, и знаю, что ты купил корм для грызунов. Об этом хотелось поговорить без Джона и Шерлока, тем более последний, судя по его острой мордочке, уже оттачивал очередную подколку. Однако Майкрофт спросил это сейчас, и ответа ждал не через день и даже не через пару часов, хотя эту сторону своей жизни, очень личную сторону, Грег не затрагивал ни с кем, кроме Майкрофта и Донован. Последняя в этом числе оказалась случайно. — Это для Эмили, её квартирная хозяйка разрешила держать животных, — пробурчал Грег, надеясь, что именно сейчас Шерлок в своих Чертогах и никого не слышит. Как бы не так. — Твоей дочери? — Шерлок, кажется, даже протрезвел на несколько промиллей. Он уже вовсю сканировал Грега, и этот взгляд был ничуть не приятнее, чем всегда. — А так вот чей волос остался на переднем сидении твоей машины. Я решил, что ты наконец-то заскучал с Майкрофтом. Шерлок почти одновременно получил лёгкий подзатыльник и сильный тычок под ребра. Грег подавил желание плюнуть ему в стакан. Хотя, если быть честным, он ожидал худшей реакции на то, что часто общается с дочерью — у Шерлока всегда была каша в голове, когда речь заходила о простых человеческих отношениях. Видимо, со временем каша дошла до нужной консистенции. — Джон? Твоя очередь. — Я собака. — Точнее. — Да ты издеваешься, столько пород! — Джон развёл руками, показывая, что не знает ответа, и выпил. — Я баран, — Шерлок махнул рукой, словно сдавался и признавал, что всё безнадёжно, его хвалёная дедукция бессильна в тупой пьяной игре. — Ты баран, но не сейчас. Шерлок демонстративно обиделся. — Я млекопитающее, — Майкрофт решил сузить круг. — Да. — Ехидна? — Нет, но уже ближе. Это были нарушением правил игры, во всяком случае, обычно Грег старался не подсказывать, но ему хотелось доиграть раунд до того, как Джон захрапит на диване, а Шерлок окончательно увязнет в пьяноанализе. — Я собака, — вспомнил Джон. Его глаза сонно моргали, и вообще он выглядел так, будто хотел спихнуть Майкрофта с дивана и сложить голову Шерлоку на колени. — На кого же из них я похож… Грег, признавайся, я мастиф? У меня брови такие же... «Английский мастиф» прочёл Грег на лбу Джона, потому что сам уже напрочь забыл, какую породу он загадал. — Ага. Шерлок вскинул голову, уязвлённый, что кто-то обошёл его в дедукции и этот кто-то Джон. Майкрофт поднял бровь, видимо, тоже не ожидал, что Джон справится раньше него. А Джон что, а Джон пьяно хихикал, читая на лбу Шерлока «Ёж», а потом на лбу Майкрофта «Тоже ёж». — Да тебе в фантазии не откажешь, приятель, — прокомментировал он.