Прими себя.

и я вас не слышу, и я улыбаюсь. под вашими ветрами расправляю свой парус. пытаюсь уплыть и подальше от вас. напряжение волн — всем отказам отказ.

— Хаиру, ты в порядке? — Со мной всё нормально. Точно. Хаиру снова заходится в приступе кашля кровью — больно. Отходит от трупов, чтобы не смотреть на них, потому что сейчас это невыносимо, почти вплотную прижимается к Коори — единственному, кто сейчас рядом с ней, кто может защитить её при необходимости. Их буквально несколько минут назад загнали в угол, они мысленно попрощались друг с другом, но что-то пошло не так, и им даже удалось одержать победу, убить нападавших гулей и остаться в более-менее нормально состоянии, если его так можно назвать. Хаиру с детства учили убивать и не бояться крови, трупов, быть привеженцем жестокости и ненависти, однако, что-то пошло не так, и эта великолепная система, как никто не ожидал, дала сбой. Ей не было страшно убивать именно в азарте битвы, когда на кону собственная жизнь и жизнь дорогих тебе людей, а потом, осознавая и анализируя происходящее, впадать в истерику, которую можно скрыть ото всех, не спать ночью, терзаясь кошмарами, бессонницей и остатками совести. Она тяжело дышит из-за ранения прямо в области груди, чудом не задевшем сердце, но чувствует, что сознание сейчас точно потеряет, как и достаточно большое количество крови. –…ты меня слышишь? Хаиру!!! — Слышу… — Даже не думай тут умирать, мне одному не справиться. — Ещё гули? — Не знаю. Можешь идти? Рисковать ею сейчас — последнее дело, но у Коори нет другого выхода. И всё же, как эгоистично это не звучало, его немного утешает мысль, что они всем нулевым отрядом разделились на пары, и что Хаиру сейчас рядом с ним, пусть в полубессознательном состоянии, но он всё же может следить за ней и ухудшением её самочувствия. «Еще немного, и я вытащу тебя отсюда. Всё будет в порядке.» [Что-то удерживает сказать ей эти слова поддержки.] [Потому что хочется сказать нечто большее.] — Сзади, — она резко отбивается от атаки, здоровой рукой управляя оружием, но даже невооружённым глазом видно, как болезненно отдается любое движение. Коори прикрывает её, сам расправляясь с гулем, что скорее похож на зомби-обортня в книгах. Взволнованно смотрит на напарницу, в порыве боли вцепившуюся в его плащ. — Ты можешь идти? — Думаю, да, — она с трудом говорит, потому что рот направляется кровью: внутреннее кровотечение сделало своё дело. Обессиленно падая в его руки, девушка пытается что-то сдавленно ответить, но лишь сильнее раздирает горло кашлем. — Ничего не говори, я позабочусь о тебе, — Коори вздрагивает, когда ледяная, словно у мертвеца, рука Хаиру касается его лица, а глаза, затуманенные от боли, смотрят с какой-то странной нежностью, впрочем, они закрываются через минуту, и единственное, чем он может довольствоваться — слабый пульс, грозящий быстро пропасть. *** — Коори…? — М? — Спасибо, что спас меня тогда. На лице Хаиру — самая искренняя и добрая улыбка. Прошёл почти месяц, её раны чрезвычайно быстро зажили, и теперь она вновь приступила к работе, решив не отсиживаться дома. [Это было глупо.] [Потому что он, черт возьми, за неё беспокоится.] — Да что ты, не стоит… — Я ведь и правда умереть могла… — Пока ты моя напарница, ты не умрёшь, — резко прерывает её Коори, потому что все эти разговоры о смерти настораживают и делают почти физически больно. [Он просто боится её потерять.] [Её потерю он не перенесёт.] — Ты боишься, что я умру? — она своей неспешной походкойпоходит к нему, с любопытством глядя в фиалковые глаза, правда, для этого приходится привстать даже на небольших каблуках из-за разницы в росте, но это значения не имеет. — Не надо обсуждать смерть, — уклончиво отвечает он, немного смущаясь из-за того, что Хаиру своими мягкими движениями опускает руки на его плечи, чтобы теперь уж точно казаться одного роста. Губы, которые так хочется поцеловать… — Хорошо… — Хаиру слегка игриво на него смотрит, прежде чем их губы соприкасаются в поцелуе. [Они точно не перенесут потерю друг друга.] [Потому что они любят.]

что вы сделаете мне — вы упадете в пропасть, чтобы сгореть в огне…