Стоп, как ты меня назвал?

— Юнги, мы готовы к наступлению. Ждём только твоей команды! Бета Чон Хосок склонил голову перед альфой, сидящим в полевом шатре.  — Отлично. Не забудь, никаких жертв! Всех солдат, оказывающих сопротивление, усыпить и отправить в лагерь за территорией будущего купола. Плодоносные поля вокруг сжечь дотла! Они должны понять, что теперь полностью зависят от меня, пока не отдадут то, что принадлежит мне по праву!  — Вы думаете, что Ваш омега всё-таки прячется в замке?  — Я не знаю, что мне думать. Я ощущаю слабую нить связи, но не чувствую, что ему плохо. Он живёт сейчас в своё удовольствие, пока я зубами землю рою от тоски по нему. Я устал, Хосок… Если его там нет, то…  — Ваше Величество, разведчики же доложили, что в замке живёт какой-то следопыт, он должен что-то знать. Вы не должны опускать руки раньше времени.  — Да, ты прав, мой друг. Командуй полную готовность, мы выступаем через 10 минут. Хосок коротко кивнул и покинул шатёр. Альфа устало прикрыл глаза и отхлебнул воды из фляги. Перед глазами промелькнула вереница воспоминаний. Вот он видит свёрток в колыбели, из которого на него смотрят самые прекрасные глаза на свете. Вспышка в сознании, и он понимает, что теперь жить не сможет без этого крохотного существа. Зря он поделился этим с родителями… Вот отец беснуется в тронном зале, допрашивая следопыта, а затем вскрывает тому горло. Смерть папы от продолжительной болезни, что подкосила и так нестабильное психическое состояние короля. Толпы омег в покоях отца, чьи головы утром оказывались на пиках, воткнутых в стены замка. Вот отец орёт на Юнги, занося над ним меч, ведь тот отказался вести войска, чтобы стереть с земли королевство Намджуна. И, наконец, Чон Хосок, который поднимает его на ноги, вытирая окровавленный кинжал о подол своей рубашки, а за его спиной лежит труп короля. Им удалось всех убедить, что это были происки неизвестного врага, коих у старого короля было великое множество. Юнги короновали на следующее утро, а Хосока, бету, с которым альфа дружил с малых лет, он сделал своей правой рукой и командующим армией. Через неделю они уже следовали многотысячной ордой в сторону того самого королевства, но уже с другими целями. Альфа не хотел крови, он всего лишь хотел обрести собственное счастье, что тогда глядело на него из-под вороха белоснежных пелёнок. Всё прошло достаточно быстро. Войска, выдвинутые против армии Юнги, были благополучно устранены, с помощью магии усыпления, которой владел особый отряд магов. Поля сожгли, а вокруг города и деревни вырос волшебный купол, через который нельзя пройти без специального кулона. Юнги отправил большую часть своей армии на родину, оставив лишь небольшой отряд самых преданных ему людей, где был Хосок, личный лекарь и по совместительству маг Джихон и несколько десятков бравых воинов-альф. Хосок и Джихон поселились в замке, вместе с Юнги, а воинам он приказал отстроить несколько домов в черте города. Намджун и Сокджин были сбиты с толку, но уступили бразды правления альфе. Юнги был с ними учтив и вежлив, и сразу дал понять, что не хочет идти по стопам отца. С поисками следопыта тоже проблем не возникло, Юнги знал, что это гибрид, поэтому сразу приказал привести в малый зал ушастого, которого заприметил в коридоре однажды. Тэхён особо не отнекивался, когда альфа спросил его про определённого омегу. Да, тот спрятан в другом мире. Нет, пока я не могу его доставить, петля появится только через полгода. Рассказал альфе про мир, в котором живёт его омега. Впрочем без особых подробностей жизни самого Чимина, ведь и рассказать то особо нечего было. Но Юнги почему то сделал свои выводы и не очень радужные. Его омега живёт в мире, погрязшем в похоти и потреблядстве, почти 21 год. Значит он тоже мог стать таким же. Испорченным и грязным. Если это в действительности так, то… Стоит просто трахнуть его, заделать наследника и отправить обратно… Полгода пролетели незаметно. Альфа снабжал всем необходимым жителей, которые быстро адаптировались и даже не пытались пересечь стены купола. Намджун крайне редко покидал свои покои, а Сокджин пропадал на кухне, практикуясь в готовке по рецептам из мира сына. Юнги же не отказывал себе в удовольствиях. Почти все симпатичные и свободные омеги побывали в его спальне и не по одному разу. Если уж его омега, судя по ощущениям от связи истинных, живёт в своём мире довольный и счастливый, то и альфа не собирается сидеть и ждать его, как верный пёс. Такое поведение Юнги не осталось незамеченным и Сокджин высказался по этому поводу, встретив альфу в коридоре, в компании омег распутного вида. На что Юнги отреагировал очень резко. Во всех красках он описал то, что сделает с Чимином, когда тот окажется в замке, особо не стесняясь в выражениях. Старший омега был в шоке. Попытки переубедить альфу не увенчались успехом. Последовал громкий скандал, Сокджин сказал, что не допустит, чтобы его сын даже приблизился к Юнги, а альфа распорядился запереть бывших правителей в их покоях с помощью магических рун. Накануне долгожданного дня, альфа заперся в малом зале с Тэхёном и вручил ему кулон.  — Как только омега окажется в замке, пусть его встретят Джихон, Хосок и твой омега, Чонгук. Он станет личным слугой Чимина. Пусть отведёт омегу в его покои, которые, я надеюсь, уже готовы, а после я жду Чимина на ужин. Всё ясно?  — Да, Ваше Величество. Покои готовы, как Вы и приказали, я лично всё проконтролировал. Вот только… Мой омега — не слуга…  — Боже, Тэхён, ты иногда так раздражаешь… Хорошо, личный помощник. Такое звание тебя устроит?  — Более чем. Разрешите откланяться, петля откроется уже через несколько часов, у меня будут всего сутки, чтобы всё успеть. Юнги кивнул и Тэхён вышел из зала, за дверью которого его уже ждал Чонгук.  — Так я стану личным помощником омеги Мин Юнги? — Чон счастливо улыбнулся. — Надеюсь, что он миленький, я бы хотел подружиться с сыном Сокджина и Намджуна, они хорошие.  — Да, милый. Ты же видел его фотографию, как он может оказаться плохим человеком с таким цветом волос? — Тэхён задумчиво вертел в руках кулон. — Мне пора, зайчонок, петля откроется совсем скоро… Юнги сидел за столом в малом зале, накрытым на две персоны. Он знал, что омега уже в замке и он увидит его с минуты на минуты. Он нервничал. Странный парень с розовыми волосами прервал его ежедневное развлечение, а после его ухода альфа так и не смог выкинуть его милую мордашку из головы, поэтому выгнал всех своих куколок. Что-то знакомое он уловил в его испуганном взгляде, как-будто… Нет, это вряд ли Чимин, он не мог разгуливать по коридорам без присмотра Чонгука. От размышлений его отвлёк звук открывшейся двери. В его сторону шёл омега. С розовыми волосами. Тот самый мелкий потеряшка. — ТЫ???? Ох, какой же всё-таки у него милый голосок. Может всё не так уж и плохо?! — Ох, малыш, ты всё же нашёл дорогу? Больше не теряйся в моём замке, мало ли кого встретишь. — Ты… Так это ты тот самый альфа?  — Я не просто Альфа, малыш) Очень скоро я стану твоим мужем и наречённым, ну или истинным, как тебе будет угодно.  — Слышь, ты… Мачо-невъебачо… Ты мне не нравишься! Никаких свадеб не будет, тем более с непонятным и подозрительным типом! Я себя как бы не на помойке нашёл, что бы даже просто общаться с такими, как ты! Ворвался, как к себе домой, запер моих родителей, Тэхёном помыкаешь, как игрушкой!!! Ты ещё не знаешь, с кем ты, блять, связался! Я твою жопу на британский флаг порву, если ты притронешься ко мне или обидишь моих близких людей! Этот мелкий засранец издевается??? Угрожает своему альфе? Если в его мире он и может так себя вести, но не здесь. Что ж… Пора преподать ему пару уроков правильного поведения. Юнги еле сдерживался. Когда щёки омеги оказались под его пальцами, альфа мысленно простонал. Такие мягкие, так и хочется усыпать поцелуями каждый их миллиметр. Но Юнги всё ещё оплетён сомнениями, выстроенными на неправильных предположениях.  — А теперь слушай меня, малыш. Твой мелкий Чонгуки тебе всё рассказал, ведь так? И ты прекрасно знаешь, кем был мой отец. Я ненавижу его и всё, что с ним связано, но не буди во мне зверя, омега. Знай своё место! Ещё раз ты откроешь на меня свой прелестный ротик в таком ключе, я вырву твой острый язычок и скормлю твоему папаше на завтрак. Ты — мой. Через пару дней ты примешь меня, как своего истинного, хочешь ты этого или нет. Если попытаешься сбежать или что-нибудь выкинешь… Уверен, ты в курсе, что будет… А теперь иди в свою комнату и готовься к свадьбе, Чимин. Сладких снов, мой омега. — Юнги всё же не удержался и поцеловал омегу в мягкую щёчку. И, чёрт возьми, он ещё никогда так не хотел повторения столь скромного поцелуя.  — Юнги, все уже собрались в большом зале. — Хосок вошёл в комнату альфы, поправляя праздничный мундир. — Не думал, что всё же увижу твою свадьбу с истинным.  — Знаешь, а вот я не рад. Судя по его поведению, он не такой уж и милый, каким я его представлял. Да, он симпатичный внешне, но… он не из нашего мира. Я думал, что наша встреча будет особенной. Но он наорал на меня! Поднял голос на своего альфу! Тэхён был прав. Тот мир ужасен. Я… поставлю ему метку, сделаю всё, что бы он забеременел, дождусь рождения наследника и отправлю обратно. — Юнги стоял у зеркала и поправлял чокер.  — Ты знаешь, что я приму любое твоё решение, друг, но ты хорошо подумал? Ты же знаешь, что первое впечатление бывает обманчиво. Не стоило так торопиться с этой свадьбой, ты мог бы для начала узнать его получше…  — Нет, Хосок, я уже всё для себя решил. Я хочу закончить этот фарс как можно быстрее. — с этими словами альфа направился в большой зал. Когда Юнги увидел Чимина в свадебном наряде, его сердце дрогнуло. Красивый. Но тут же в голове всплыло: «Красивая пустышка». После свадебного обряда Юнги сел за стол и начал вливать себя вино, чарка за чаркой. Внутренний альфа нетерпеливо рычал, чувствуя истинного омегу, помеченного, совсем рядом. Слишком пьяный Юнги просто спустил его с цепи… Альфа пришёл в себя в своей комнате уже утром. Голова гудела, он мало что соображал. Попытки вспомнить окончание вчерашнего вечера и брачную ночь, обернулись провалом. Ноги сами довели его до большого зала, где ещё не закончилось празднование его свадьбы. Его поприветствовали громким улюлюканьем, отчего он скривился, сел на своё место во главе длинного стола и залил в себя сразу две чарки вина. Стало немного легче. Какой-то омега нагло уселся на его колени и начал ластиться. Отчего то это вызывало чувство отвращения. Перед глазами всё слегка плыло, мысли были в полном беспорядке. Ему в руку вложили что-то влажное и он разглядел лицо Чонгука. Точно, он должен был принести ему букет истинности. Рука взмыла наверх просто на автомате, раздался дружный крик, затем резкая тишина и вскрик омеги, который убрал наконец свой зад с колен Юнги.  — Ваше Величество, Вы всегда говорили нам, что не хотите быть похожим на своего отца. Вы всегда приказывали нам относиться к нашим омегам и семьям с уважением и любовью. Но как Вы можете требовать этого от нас, когда сами уничтожили своего истинного в ночь признания? — голос Хосока набатом отдавался в голове. До Юнги медленно доходило, что он совершил, возможно, самую большую ошибку в своей жизни. Спустя несколько дней альфа успел по крупицам собрать информацию о той проклятой ночи. Он выпустил Сокджина и этот поступок сам себе не смог толком объяснить. Впрочем в остальное время он продолжал себя вести, как кретин. Все смотрели на него, как на чудовище, и он соответствовал. После утренней прогулки со своим омегой, где тот опять накричал на него, Юнги заперся в своей комнате с Хосоком и пытался успокоиться.  — Он бесит меня! Он сказал, что не хочет со мной общаться! Попросил его обрюхатить и больше не подходить к нему!  — Но ты же сам этого хотел, Юнги. Чем ты теперь недоволен?  — Я всем доволен. Но изнутри меня разрывает. Я хочу, что бы этот омега смотрел на меня хотя бы с мизерной частью той нежности, с которой он смотрит на того же Чонгука. Я запутался.  — Может ты попробуешь хотя бы подружиться с ним?  — Я не почувствовал свою метку на нём, понимаешь? И меня это очень беспокоит, но ещё больше злит. Я хочу закрыть его в самой высокой башне, чтобы только я любовался этими щёчками и странными розовыми волосами… Боже, Хосок, я схожу с ума…  — Нет, просто твой внутренний альфа чувствует всё намного правильнее, чем ты. Тебе стоит хоть иногда к нему прислушиваться, мой друг. Юнги не помог разговор с товарищем. Мысли так же находились в полном раздрае. Он решил, что стоит проветриться и уже стоял на мосту у входа в замок, ожидая, когда ему приведут Гронна. Когда он увидел, что к нему бежит Чонгук, Юнги напрягся. Когда он выслушал все вопли омеги и расшифровал их, внутренний альфа чуть не взорвал ему мозг. Его Чимину угрожает опасность от другого альфы. Юнги снова отпустил поводок. Когда его омега уже был в безопасности, альфа наконец смог взять себя в руки. Он навестил омегу на следующий день, нагло умыкнул картину и теперь, смотря на неё, понимал, что попал. Он всё ещё хочет провести с омегой течку, хочет, что бы тот понёс от него. Но… отпустить после рождения наследника? Нет… Уничтожить ненависть к своей персоне? Взрастить любовь на этом же месте? Абсолютно уверенное ДА! Покопавшись в своих запасах разной магической утвари, он наконец нашёл то, что искал и довольно заурчал. Он обещал своему омеге, что они поужинают завтра… Но ждать так долго… Это невыносимо. Именно поэтому альфа, воровато озираясь, проскользнул в покои Чимина, склонился с улыбкой над его спящим лицом и воспользовался сонным порошком, что бы тот не проснулся в неудобный момент и не испортил сюрприз. Затем, закинув тело мужа на плечо, открыл портал в одно из самых красивых мест, где Юнги успел побывать и прошёл сквозь яркую воронку.