Стоп, как ты меня назвал?

Альфа ворвался в свою комнату, словно ураган. Перевернув стол, он начал крушить всё, что попадалось под руку. Он не мог успокоиться вплоть до следующего дня. Ему на глаза попалась картина, которую он когда-то нагло забрал у Чимина. Он уже занёс над ней руку с ножом для писем, как его остановил тихий голос за спиной.  — Ты снова это сделал? — Хосок стоял в дверном проёме и спокойно смотрел на погром.  — Сделал что? — альфа не мог успокоиться, только рычал.  — Взял своего омегу силой?  — Нет. Но я был очень близок к этому… Хосок, я действительно так похож на него? На своего отца?  — Нет, Юнги, ты никогда не был на него похож. Твой папа приложил слишком много усилий для того, что бы этого не случилось. Что с Чимином?  — Я не знаю. Я уже был готов взять его, но увидел тот проклятый букет у него на тумбочке. Я не смог… Я сбежал…  — Что ж, возможно это к лучшему. Я попросил Джихона привести Чонгука к твоему мужу. Думаю, что ему сейчас необходимо присутствие близкого человека. Ты не думаешь, что его папу тоже стоит выпустить? — Хосок поднял стол и поставил его на место.  — Что ты сделал??? — Юнги угрожающе начал надвигаться на друга. — Я приказал, чтобы к покоям Чимина никто не приближался, кроме Джихона и меня. Никто, понимаешь?  — Остынь, альфа. Если тебе наплевать на эмоциональное состояние твоего мужа, то мне нет. Он тоже мой правитель и ему я буду так же верен, как и тебе. — Хосок напрягся и выпрямился, когда Юнги подошёл к нему вплотную, глухо рыча. Их спор прервал Джихон, без стука вошедший в комнату.  — Ох, какой беспорядок. Юнги, ты не альфа, а маленький, несносный поросёнок. Держи. — с этими словами он протянул Юнги свёрток.  — Это что?  — Распакуй и сразу всё поймёшь. Юнги медленно развернул «посылку» и разгладил холст. На картине, на фоне знакомого цветочного поля, были изображены они с Чимином в профиль, смотрящие друг на друга с улыбкой и державшиеся за руки. В переплетении пальцев был изображён букет истинности, нежно-розового цвета. Юнги долго всматривался в каждую деталь, затем сложил холст и разорвал пополам, затем ещё раз и ещё, пока под его ногами не образовалась кучка мелкой трухи.  — Ты что делаешь? — хором вскрикнули Хосок и Джихон. — Чимин же нарисовал это от всей души, это видно.  — Мне не нужна его душа. Сколько осталось времени до петли в его мир? — Юнги устало сел на пол.  — Чуть меньше 10 месяцев.  — Джихон, убери купол сегодня же. Сними все заклинания с дверей в этом замке. Собирайте наших людей, завтра на рассвете, мы возвращаемся домой.  — Ты серьёзно так просто сдашься? Юнги, это же твой истинный, ты не сможешь без него долго, зачахнешь от тоски!  — Мне плевать. Он меня боится и ненавидит. Вы не видели, с каким ужасом в глазах он на меня смотрит. Я сам виноват во всём.  — Но он же уже сделал первый шаг к вашему примирению.  — После того, как ты на него надавил, я уверен. Рассказал жалостливую историю о бедном альфе, который рос с ужасным отцом, да? Мне не нужна его жалость. Мне нужна была его любовь, искренняя и чистая, но я растоптал её, не дав прорасти даже маленькому росточку.  — Юнги, ты же понимаешь, что за все эти месяцы на границах этого королевства было неспокойно. Только благодаря твоему влиянию, соседние правители ведут себя тихо. Как только мы вернёмся к себе, королевство начнут раздирать на части. Армии у них сейчас нет, войско разбрелось кто куда. Былое уважение к Намджуну и Сокджину со временем тоже стёрлось. Мы оставим их тут умирать! — Хосок с тревогой смотрел в глаза друга. — Ты принял на себя огромную ответственность за жизни тысяч людей. Так будь добр, неси это бремя до конца. На данный момент ты — правитель этих и своих земель, давай это так и оставим. Подбери сопли с пола, усмири свою гордость и поговори со своим мужем, когда у него кончится течка. Юнги шмыгнул носом и поднялся на ноги. Поблагодарив своих товарищей, он закрыл за ними дверь и прилёг на кровать, с сожалением поглядывая на то, что осталось от творения его омеги. Чимин сидел на кровати и разбирал корзинку, собираясь перекусить, когда дверь в его спальню открылась и к нему в объятья кинулся Чонгук.  — Боже, Чимин-и, я так по тебе соскучился…  — Гук-и, я тоже очень сильно соскучился, но не мог бы ты… Ты меня сейчас раздавишь, как тот банан, на котором я сейчас лежу…  — Извини) Чонгук разжал руки, помог Чимину сесть и тот ворча пошёл переодевать рубашку.  — Как проходит твоя течка, Чимин?  — Всё хорошо, Джихон мне дал отличный настой, он очень хорошо помогает.  — А разве Юнги не приходил к тебе? — Чонгук захрустел яблоком, сидя на кровати.  — Да, он был тут вчера. Но ничего не было… — Чимин не стал вдаваться в подробности, вышел из гардеробной и сел рядом с другом. — Он быстро ушёл, наверное появились более важные дела.  — Для альфы не существует дел важнее, чем течка истинного) Уж я то знаю) Они проболтали до вечера, всё так же сидя на кровати. Чонгук рассказывал последние новости из деревни, забавные случаи с Тэхёном и о новых магазинчиках, открытых в городе. Чимин почти всё время улыбался, изредка вставляя свои комментарии в длиннющий монолог Чонгука. Казалось, что всё начинает налаживаться. Чонгук пришёл и на следующий день, и приходил всю неделю, пока у Чимина шла течка. Как же омега обрадовался, когда в очередное утро проснулся без боли в животе и с прохладным лбом. Течка закончилась. Он поднялся с кровати и вышел в гостиную. На диване, попивая чай, сидел Юнги собственной персоной. Чимин удивлённо ахнул и присел на диван, стоящий напротив.  — Выглядишь хорошо. Надеюсь, что чувствуешь себя так же. — Юнги поставил чашку на столик и улыбнулся омеге.  — Да, спасибо, ты тоже выглядишь… Неплохо…  — Я хочу поговорить с тобой. Мне очень важно знать одну вещь… Тэхён уже говорил мне, но я хочу услышать этот лично от тебя. В твоём мире… Ты… У тебя были отношения? — альфа смутился от своих же слов.  — Нет. Я был занят учёбой и рисованием. Со мной пытались познакомиться девушки, даже парни. Но я просто не был заинтересован в отношениях. — Чимин смущенно сжимал в руках подол своей рубашки.  — Вот как… Ты должен знать, что я искренне раскаиваюсь, что взял тебя тогда… силой… И тот раз, когда у тебя началась течка… Прости меня, я чувствую себя просто ничтожеством, когда думаю о том, что ты испытывал в те моменты. — голос альфы дрожал, а глаза бегали по комнате, боясь сфокусироваться на Чимине. А точнее на тех эмоциях, которые проявлялись на его лице.  — Тебе понравилась моя картина? — омега решил перевести тему на что-то менее болезненное для них обоих.  — Да, она была очень красивая…  — Была?  — Она стала жертвой моей бездумной несдержанности, прости… Я постараюсь загладить свою вину сегодня вечером, если позволишь. Мы могли бы прогуляться в город, зайти в твою любимую лавку.  — Ах ты, несносный альфа, картина то в чём виновата? Я рисовал её всю ночь! Знаешь что?! Одной лавкой ты не отделаешься! Готовься расстаться с львиной долей своей казны, мой дражайший супруг. — на лице Чимина расплылась хитрая и довольная улыбка, а глаза превратились в узкие щёлочки. Юнги умилился с такого вида, согласно кивнул и направился в свою комнату, чтобы переодеться. Через несколько часов альфа умолял своего супруга вернуться уже домой, так как количество пакетов в его руках превышало уже все мыслимые и немыслимые нормы. Вдоволь отведя душеньку с помощью шоппинга, омега всё же решил заглянуть в последний магазинчик, который находился в самом дальнем углу торговой площади. Альфа решил подождать его снаружи и перевести дух. В лавке царил гнетущий полумрак и лёгкий беспорядок. Судя по всему здесь продавались товары для знахарства. Чимин медленно шел вдоль полок, уставленных баночками с различными порошками. С потолка свисали пучки засушенных трав. Внимание омеги привлёк симпатичный венок, висящий над пустующим прилавком. Чимин решил, что тот неплохо будет смотреться в его комнате над камином. Он вежливо кашлянул, после чего из-за прилавка почти что выскочил высокий, грузный мужчина, недовольного вида.  — Чего тебе, омежка? — Чимина обдало волной перегара.  — Я бы хотел приобрести этот венок. — омега ткнул маленьким пальчиком в понравившуюся вещь.  — Он не продаётся!  — Ох, тогда извините… Я пойду, пожалуй, ещё раз извините за беспокойство. — Чимин уже развернулся, но его грубо схватили за руку выше локтя.  — Он не продаётся за деньги, милашка, но если мы договоримся, то я могу его отдать тебе взамен за маленькую услугу. — продавец мерзко ухмыльнулся. — Я только вчера открыл свою лавку, ты мог бы подарить мне поцелуй в честь этого события…  — Отпустите меня, пожалуйста, меня снаружи ждут… — он не успел договорить, как его грубо прижали к потному телу и уже пытались залезть языком между пухлых губ. Чимин отчаянно вырывался, но у мужчины хватка была очень крепкая. Как только он отстранился, чтобы перевести дух, омега громко вскрикнул. Через секунду чужие руки исчезли с его тела, а продавец был придавлен к полу телом альфы, который оглушительно рычал, выпустив клыки.  — Ты сейчас подписал себе смертный приговор, ублюдок! Ты посмел тронуть своими грязными руками омегу своего правителя… Я отгрызу тебе все части твоего тела, которыми ты к нему прикасался. Чимин, выйди на воздух… Омега выбежал из лавки и растянулся на мостовой, споткнувшись о пакеты, стоявшие у входа. Он медленно поднялся и просто стоял и смотрел на свои разодранные руки и колени, пока из лавки позади него доносились крики и рычание. В какой-то момент всё затихло, а на его плечи опустилась тяжесть знакомых рук.  — Малыш, ты поранился?  — Да… Я такой неуклюжий… Что в своём мире, что в этом… Что ты сделал с тем мужчиной?  — Дал понять, что никто не смеет трогать самого драгоценного в моей жизни человека. — Юнги взял руки омеги в свои и осторожно осмотрел. — Пойдём домой, я обработаю твои ладошки. В комнате раздавались тихие всхлипывания и мягкий шёпот альфы.  — Ты же уже большой омега, а это всего лишь царапины, которые уже почти затянулись, не реви. — Юнги отложил в сторону салфетку, смоченную лечебным настоем и приобнял омегу за плечи.  — Я не реву…  — Ты залил своими соплями мне всю рубашку.  — Я постираю…  — Не стоит, малыш… Просто улыбнись, это будет лучшей компенсацией) Чимин слегка отстранился, посмотрел альфе в глаза и широко улыбнулся, стирая одной рукой остатки слёз с щёчек.  — Чимин, я не хочу, чтобы ты выходил из замка без моей метки. Ты из-за этого влипаешь в неприятности регулярно. Ты мог бы просить Чонгука, что бы он приносил тебе всё, что тебе нужно или…  — Так поставь мне метку. — Чимин несмело взял альфу за руку.  — Ты же знаешь, что она исчезнет, поэтому это не лучшая идея…  — Я не уверен, что это произойдёт, давай попробуем, пожалуйста. Юнги недолго сомневался. Он аккуратно отогнул ворот рубашки Чимина, наклонил его голову и прильнул губами к шее. Выпустив клыки, он вонзил их в тонкую кожу, оставляя чёткую отметину. Нежно зализав место укуса, он оставил кроткий поцелуй на шее, совсем рядом с ушком Чимина и прошептал: — Пойдём, я помогу тебе лечь спать, уже поздно. Омега кивнул и Юнги, подхватив его на руки, понёс ценный груз в спальню. Он уложил Чимина в кровать, накрыл одеялом и направился на выход. Омега окликнул его у самой двери.  — Спокойной ночи, Юнги.  — Сладких снов, малыш. Утром омега стоял у зеркала и с интересом осматривал шею. Метка так и не исчезла.