Твой голос в моей голове

Чонгук просыпаться от запаха еды, которая стоит на прикроватной тумбочке. В новой комнате светло и немного душно. Чон медленно принимает сидячее положение, а из него почти сразу стоячее. Не спеша парень подходит к окну и выглянув в него открывает. Слыша урчание живота, он решает сначала поесть, а потом уже делать все остальные дела. — Приятного мне аппетита — Чонгук принимается есть аппетитные рис с сашими и овощами, с каких пор в больнице так хорошо и вкусно кормят? Голос все ещё молчит, может Чонгук сделал что-то не так? Что-то не то сказал или сделал? — Я знаю, что ты меня слышишь — говорит пациент с набитым ртом — я не знаю, где я провинился, но прости — пустые тарелки кладутся на поднос ожидая того, кто их унесёт. На настенных часах 10:20, что значит, через полтора часа Чона заберёт Хосок, который его обследует. Найдя на стуле «домашнюю» одежду, парень тащит себя в ванную где как следует освежается. Привкус мяты на зубах, лицо выглядит куда свежее, он заправляет кровать и садиться рисовать до прихода врача. Чонгук всегда твердил и твердит до сих пор, что до хорошего художника ему как раком до луны, но шедевры, которые выводят его руки на бумаге говорят об обратном. Он не рисует красками, цветными карандашами или другими профессиональными вещим, нет, простой, самый ублюдский серый карандаш заточенный не то ножом не то зубами и похожий на палец умирающей ведьмы самое то. Отсутсвие денег на покупку карандашей получше, тот оправдывает тем, что если человеку нравиться рисовать, он будет это делать хоть кровью, потом или слезами, в принципе - правда. 12:00 — Чонгук? Готов? — в дверь стучит Хосок после чего заглядывает одной макушкой в палату. — А, да, идём — Чон прячет скетчбук с пеналом в прикроватной тумбочке и идёт к врачу. — Сначала у тебя будет небольшой тест, после чего я тебя опрошу, словно приём у психолога — Хо снова напоминает план на эти пару часов. — Хорошо — эти часы обещают быть немного скучными, но полезными. 30 минутный тест проходит «успешно» и теперь два парня сидят в кабинете Хосока и разговаривают. Чонгук не спеша открывает перед доктором душу рассказывая то, с чего начались страдания Чонгука. В школе Чон спокойный парень, на которого посматривают многие девушки. У него нет врагов, он не встревает каждый день в драки да и вообще является способным и вполне прилежным учеником. Вся проблема в его родителях, которым сын к черту не сдался. Первые 6 лет они действительно жили душа в душу, любящая семья, успешный бизнес, они имели все, что хотели. Только вот бизнес по вине отца улетел так же, как и папаша из дома. Тот увлёкся покером и другими азартными играми, где и оставил свои деньги, да и сам бизнес. После развода пошла под откос и жизнь маленького Чонгука. Вечные переезды, мамины новые связи с разными мужчинами, забивание огромного хуя на своего сына. Так как мальчишка был внешней копией отца, с каждым новом годом у матери появлялось все больше и больше неприязни к сыну. Она думает, что он будет таким же как и ее бывший муж, как сильно эта женщина ошибается. Ненависти к матери и отцу у парня нет, это больше обида, за те потерянные годы детства. Полное равнодушие к этим двоим выработались за приличные 10 лет такого же равнодушие к нему. Чонгук и рос, он всегда был одни, до того как встретил друга по несчастью Чимина и не начал слышать в своей голове Юнги. — В какой момент ты начал слышать голос? — имени Чон не говорил, то ли не хотел, то ли просто чувствовал, что пока не стоит говорить. — Это случилось три года назад, когда произошла моя третья попытка наложить руки на себя. Тогда я уже прилично изрисовал себе руки лезвием, и когда я потерял сознание, от потери крови и переутомления я услышал его. Было темно, страшно и больно, в этот момент я услышал его голос, который меня успокаивал рассказывая истории, которые в тот момент казались словно какой-то ниточкой спасения. Когда я проснулся в больнице, то каким то образом чувствовал его присутствие, словно на тебя смотрят, но ты один. Он разговаривал со мной так, словно мы давно знакомы, она заботится и беспокоится обо мне — о Юнги у Чона только тёплые воспоминания, Мин всегда помогал ему как в школе так и в повседневной жизни. — Ты можешь допустить то, что влюбился в него? — тут Чонгук задумался, не то, чтобы он думает о том, гей ли он, нет, но, влюбиться в голос в голове? — Нет, он просто хороший собеседник, он всегда заботиться обо мне, даже если он просто голос. Правда вот...как только я пришёл в больницу, он пропал и теперь мне немного грустно и...непонятно — Чонгуку действительно непонятно почему Юн решил оставить его в такое нелёгкое время. — Как ты думаешь, это нормально то, что ты слышишь этот голос? — Понятное дело, что это ненормально. Только нездоровые люди слышат подобное, мне ещё повезло с тем, что голос, который слышу я очень дружелюбный. Многих такие голоса на необратимые поступки призывает — Чон усмехается, ребёнку понятно, что ненормально голоса в голове слышать. — Хорошо, понятно, на сегодня тогда все, ты хорошо постарался — Хосок кладёт записи на свой стол и проводит Чона в незнакомую ему палату. — Нам надо взять у тебя кровь на анализ, чтобы знать как разные препараты подействуют на тебя — врач достаёт все нужные вещи. — Мне нужны какие-то препараты? — дожили, парню всего 17, а ему уже что-то пить надо. — Пока нет, в случае обострения какого либо приступа или если тебе внезапно станет плохо, мы будем знать что тебе давать можно, а что нет — здоровье Чона очень крепкое, поэтому сдавать кровь или какие нибудь другие анализы ему почти никогда не приходилось. Чонгук удивляет Хосока, он совсем не такой больной, которых он привык видеть тут. Адекватно мыслит и разговаривает, также адекватно оценивает происходящее, что он вообще тут забыл? 20:30 — Ей, Чонгук, чего грустный такой — два друга стоят у главного входа в больницу и курят. — Не знаю, Юнги уже второй день молчит, я не знаю где я провинился — Чон выпускает белый дым в небо. — Да ладно, может потом объявится, не волнуйся — Чимин тушит и выбрасывает окурок, ему следует и младший. — Ого, смотри, кто это — из чёрного Мерседеса, который 3 минуты назад припарковался недалеко от главного входа выходит приличный и красивый молодой человек с белыми волосами.

За несколько часов до этого

—Директор, вы уверены, что хотите встретиться с пациентом раньше срока? — медсестра второй раз переспрашивает мужчину. —Мисс Луи, да я уверен, не заставляйте меня повторять — врач немного зол, он не любит повторять. — Хорошо, я поняла, через пару минут пришлю вам его данные и медкарту— девушка кладёт трубку и пересылает все нужные документы. /на следующий день/ Сидя в первом классе самолёта мужчина рассматривает документы, некоторые из которых ещё прошлым днём распечатал. — Даже не удивлён, что мы встретимся — мужчина ещё немного изучает пациента, после чего откладывает ноутбук со всем рабочим материалом и расслабляется в кресле. По прилету в Сеул у аэропорта врача ожидает чёрная машина, на которой тот едет к месту работы. У дверей больницы он видит двух парней, один из которых и является его пациентом. — «Так рано курит, нехорошо - нехорошо, хотя о чем я, сам в лет 16 покуривал» — мужчина осматривает парней, после чего направляется к себе в кабинет.

Настоящее время

— Может врач какой-нибудь, выглядит важно, да и портфельчик не о переезде сюда говорит — важный человек осматривает Чонгука и Чимина с ног до головы и проходит мимо. — Видел как он нас осмотрел, жуть — Чим укутывается в свою куртку провожая незнакомца взглядом, у него уже какая-то неприязнь к нему. — Он неплохо выглядит — Чонгук словно пропускает мимо ушей слова Чимина осматривая отдаляющуюся фигуру. — Ты серьезно? Он нас только что взглядом в радиоактивный пепел не превратил — Чим не понимает, как Чон так спокойно отреагировал на этот взгляд. — Ладно, пиздуй домой, а то мне уже холодно — Чон легко бьет Пака по плечу. — Ладно, ладно, кстати, завтра я не смогу прийти, мать затеяла дикую уборку всего дома, думаю не успею к тебе свои булки притащить — Чонгук дует губы кроличьими глазами смотря на Хёна. — Ладно, позволяю один день прогулять. Ты и так ко мне каждый день приходишь —парни смеются и ещё немного поговорив расходятся. Чонгук идёт к себе в палату мечтая о ужине. Перекус в виде яблока не удовлетворяет его голод. — О Чонгук, искал тебя — Намджун подходит к пациенту останавливая его. — Не хочешь поужинать вместе? Поговорим заодно — Чон активно кивает ухватываясь за урчащий живот. — Ты единственный пациент в этой больнице, которому можно так спокойно разгуливать по больнице и даже есть в столовой — Джун смеётся идя с младшим на кухню, в которой до чертиков вкусно пахнет. — Вах, этот запах, у меня уже слюнки текут — взяв лапшу с мясом парни садятся за столик у окна. — О чем вы хотели поговорить? — разламывая палочки спрашивает Чон. — Давай на ты, а то неловко как то — Джун мило улыбается. — На счёт твоего лечения, главврач решил, что заявится к тебе пораньше, а если быть точнее, то завтра вечером. Он внезапно решил «как можно скорее начать твоё лечение» — Намджуну немного непонятно такое резкое решение друга, но сказать что-то против тот не может, директор и глава больницы как никак. — Ого, у меня что-то серьёзное? И почему сам главврач и по совместительству директор больницы, решил лечить мальчишку вроде меня, разве нет пациентов с куда серьезными проблемами? — Чон недоумевал вместе с Намом. — Да не то чтобы, наши с Хосоком предположения, у тебя обсессивно компульсивное расстройство, которое появилось на фоне причинения себе вреда. Это пока догадки, нам нужно мнение главврача — Чон с набитым ртом слушает Джуна, который говорит ему какие-то непонятные термины его болезни. — Звучит сложно — не то, чтобы Чонгуку все равно на его болезнь, просто он не хочет вдаваться в подробности того, что ещё не подтверждено. Они немного говорили во время трапезы, так как есть хотелось жутко, оба парня ели последний раз только утром. Поблагодарив повара за еду, молодые люди направляются в палату Чонгука. — Надо повязку на твоей руке поменять — у входа в «хоромы» Чона говорит Нам. Зайдя в комнату Чонгук замечает на прикроватной тумбочке оригами в виде зайчика, кто его оставил? С недоумением парень идёт к врачу, который за 5 минут обрабатывает и перевязывает руку. — Намджун, знаешь кто оставил это? — младший показывает белого бумажного зайчика. — О...не знаю даже — врать у Нама получалось не очень, но и говорить о его догадках ему нельзя. — Хм, ладно, спасибо за ужин, проведённый не в одиночестве — Чон кладёт маленькую игрушку на столик. — Да не за что, можешь в любое время заходить на кухню и есть там, тебе разрешено — Ким прощается с пациентом и покидает палату. 23:30 Чонгук сидит на кровати и рисует непонятные картины. Ему нравится заниматься творчеством, на бумагу он может перенести все свои мысли и идеи. Он также пытался вообразить Юнги и уже не раз за все их знакомство рисовал его. Начертить образ по голосу очень сложно, но Чон старается и выходит очень даже неплохо. — Почему ты молчишь? Я сделал что-то не так? Если да, то скажи, я признаю, что тупой и не понимаю — он искренне не понимал в чем проблема. Немного поникшим парень умылся и лёг в тёплую постель. К его счастью, сон ждать долго не пришлось. — «Просто ожидай, крольчонок»

***

Воскресенье прошло очень скучно, тестов и опросов не было, поговорить особо не с кем. Гаджетов для развлечения не было, в больнице они запрещены, оставалось только сидеть в библиотеке и что-то учить, что ещё делать. До добрых 6 вечера Чон сидел один в библиотеке изучая сложный язык - английский. Он всегда хотел хорошо владеть этим универсальным языком, но раньше не было ни мотивации ни времени на его изучение. Все эти стремные времена давались Чонгуку в школе на абу, он до сих пор не понимает как получил высший балл в табеле, вставляя в текст напротив “I has” и “He have” до последнего не понимая в чем ошибка. Сейчас на часах 20:20, Чонгук принимает душ приводя свою физиономию в порядок. Он не любит чувствовать себя грязным. Запах ванили разносится по ванной легко переходя в основную палату. В помещении свежо и даже прохладно, короткий рукав спальной футболки к сожалению не сильно греет парня. Подойдя к окну он закрывает его и несколько минут смотрит на пустующие улицы, как хочется снова погулять и подурачиться с Паком. — Да? — из мыслей о прогулках с другом его выводит стук в дверь. В палату входит тот самый мужчина, которого он видел вчера с Чимином. На нем чёрная водолазка под горло, такие же чёрные брюки и туфли с белым больничным халатом поверх. Белоснежные волосы слегка спадают на лисьи чёрные глаза, которые осматривают Чона. Серебряные очки с тонкой оправой придают мужчине некого шарма. Он выглядит вполне привлекательно. — Здравствуйте...? — Чон не знает что говорить, это тот самый главврач, о котором говорили Намджун с Хосоком? — Ну привет, Чонгук — сердце забывает как стучать, зрачки становятся шире, голова слегка кружиться. Чон опирается о подоконник позади него. Как это? Что это? Совпадение? — Что...? Ты... — Чон широкими глазами смотрит на мужчину, который кладёт руки в карманы. — Было ожидаемо, что я встречу тебя именно тут — главврач подходит к парню останавливаясь в метре от него, тот чувствует приятный запах ванили. — ...Хах-ха, это ведь... твой голос меня сюда привёл — пациент смотрит прямо в чёрные глаза, которые с таким же любопытством рассматривают темно-карие глаза напротив. — Игнорировал бы его, как делал это я — врач поправляет очки. — Кому ты врешь, ни черта ты не игнорировал. Ты сам начал со мной говорить в тот день — Чону не нравиться, когда ему врут, особенно такие люди. — Ладно-ладно, успокойся, я даже не пытаться это делать. Ты слишком интересный — врач не стесняется быть откровенным. — Что-ж, рад живому знакомству, Чон Чонгук — он протягивает руку пациенту. — Взаимно...Мин Юнги — Чон замечает, что он выше доктора, это заставляет его улыбнуться. В процессе общения Чонгук узнает, что Юнги 27 лет и пост директора больницы ему достался от его отца. Живет мужчина один в достаточно большом доме. В принципе все остальное Чон уже знает, как никак он 3 года «дистанционно» общался с ним. Так же как и Юнги, он знает мальчишку как 5 пальцев. — Я представлял тебя совсем другим — Мин сидит на стуле рассматривая друга. — Я тоже, думал ты какой-нибудь хилый эмо-мальчишка, который плачет под грустные песни — парни смеются, ну-да ну-да, именно такой Чонгук и есть. — Я всегда представлял тебя достаточно солидно. Твой хрипловатый голос делает тебя солидным — Чон достаёт свой скетчбук и даёт Юнги. — Ты был близок — Мин усмехается переворачивая страницы творения пациента своими тонкими и длинными пальцами. Юнги догадывался, что они встретятся именно тут и нигде больше. Он и не думал, что так привяжется к мальчишке за эти 3 года и будет волноваться за него, как за себя любимого. Вообще Юнги черствая и одинокая натура, работа, дом, работа, дом. Друзей таковых нет, Намджун и Хосок единственные, и то чаще только по работе общаются. Как он вообще Чонгука слышать начал, так и не понял. 3 года назад, у Юнги была сильная депрессия, которая развилась от однообразной и серой жизни, в отчаянии он начал просто в пустоту говорить какую-то чушь, которая в последствии стала частью жизни Чонгука. Его удивлению и страху не было предела, когда тот услышал ответный, нежный голос 14 летнего мальчишки, который вывел его из болота и о котлом он продолжает заботится. — Как себя чувствуешь? — спустя несколько минут молчания спрашивает врач. — Благодаря тебе намного лучше — появления Юнги в живую несомненно обрадовало Чона. — Какое откровение, крольчонок — Юнги упираете локтем о спинку стула и кладёт на него голову. — Я не...стой, так это ты оставил бумажного кролика? — — Какой догадливый мальчик — это их первая встреча, а Юнги уже не смущается таких словечек. — Не в падлу такими прозвищами звать? — Чону непривычно, что его зовут подобными именами. — Ни капельки, знаю, что тебя такие имена раздражают, а я люблю раздражать людей и тебя в особенности — Юнги не знает, как относиться и что чувствовать при пациенте, его поведение наверняка странное. Вроде он простой мальчишка со своими проблемами, но что-то в нем его зацепило. Что именно? — Нравится раздражать меня? Вот как, сахарок — Чон ухмыляется наблюдая за реакцией Юна, кто-кто, а вот он ненавидит прозвища. — Осторожно, дорогой мой, я могу начать злиться — Мин поправляет белые пряди. — Что ты мне сделаешь, кнопочки вызова медсестры у меня наготове — Чон смеётся показывая на красные кнопки. — Ты сдашь родного дядю Юнги? — Мин корчит смешную рожицу, от чего младший заливается смехом. Несколько часов они продолжали беседу рассказывая ещё больше историй из жизни. Иметь такого собеседника вживую куда интереснее, чем в голове. Возможно это немного педофильно со стороны Юнги, но до чего Чонгук красивый в свете тусклой, настольной лампы. Чёрные пряди, которые отросли до середины ушей изящно спадали на лицо. Худые пальцы поправляют их каждый раз, когда те мешаются. Темно карие глаза светились, хотя в помещении достаточно темно. Маленький шрамик на щеке делает из Чона совсем маленького ребёнка, коим он не является. Хочется обнять этот комочек и никогда не отпускать, заботясь о нем до самой смерти. Так, стоп, что за мысли? Это нормально, что 27 летний так думает о парнише, который на 10 лет младше него? — Ладно, уже поздно, детям в такое время надо спать — Мин поднимается и надевает белый халат, который висит на спинке стула, пора заканчивать до того, пока в голову не пришли ещё более странные мысли. — Ну да, пожилым людям тоже нужен покой, езжай домой — эти двое вообще не чувствуют разницу в возрасте и стебут друг друга так, словно они одногодки. — Поосторожнее со словами, я твой лечащий врач как никак — Мин трепет сырые волосы пациента и идёт к выходу. — Спокойной ночи, завтра увидимся — Юнги махает рукой Чону и выходит направляясь в свой кабинет. — Юнги! Ты уже здесь — вышедший из палаты маленькой пациентки Хосок немного пугает Мина. — Да, нового пациента навещал — они не спеша идут к лифту. — Как он? Как оцениваешь его состояние? Наши догадки с Намом, ОКР на почве самоповреждений — молодой врач даёт бланк пациента Юнги, заваливая информацией. — Я тоже об этом думал. Пока остановимся на этом диагнозе, нам надо дальше его осматривать — врачи заходят в кабинет главврача. — У тебя сегодня последний день? — Юн надевает пальто и собирает чемодан. — Да, прям повезло в ночную смену отрабатывать. За то целых две недели отпуска — У Хосока уже давно не было таких длинных выходных. — Отдохни там как следует, тебе всего 24, угробишь здоровье, буду чувствовать себя виноватым — парни выходят из кабинета и идут к выходу. — Да ладно тебе, куда вы без меня, в отличии от некоторых, я нормально питаюсь, нормально сплю и отдыхаю — Хо не то чтобы намекает, но он намекает. — Так все, язык устал разговаривать —парни посмеялись и распрощавшись у выхода разошлись. Хосока ждёт вся ночь впереди, которую он должен порядочно и добросовестно отработать, а вот Юнги ждёт его пока прохладная постель о которой он мечтает с самого пробуждения.