Муки творчества. Сказание о том, как Цаца фанфик писала.

– Если бы у меня было больше информации, я бы мог выдвинуть теорию о закономерности его трансформации. Для проведения экспериментальных исследований в строгом соответствии с рамками исследуемого предмета или, в данном случае, существа, понадобится предоставить неопровержимые доказательства, даже, я бы сказал, комплекс доказательств, подтверждающих, что полученные результаты (совокупность фактов, закономерности, возможности, вероятности) всегда тождественны для определенного класса объекта при выбранных экспериментальных условиях...       Я завороженно смотрю на Намджуна, не понимая ни единого слова из его мегазаумной речи. Джун активно жестикулирует, время от времени поправляя сползающую с его плеча тушку спящего Шуги, а я радуюсь наличию у того длинного пушистого хвоста, прикрывающего половинки тощего голого зада. Нам великолепен. Видя выражение моего лица, он пустился в подробные объяснения, пытаясь донести суть вопроса до благодарной аудитории. Джун не знает, что это выражение лица появляется у меня автоматически, когда я ничего не понимаю, но не хочу показаться полной дурой. Если вы видите, что у меня очень умное лицо – знайте, я вообще не в теме. - …обоснованный выбор подходящих критериев и показателей, применимых к планируемым экспериментам...- продолжает агитировать меня Нам.       Даже если он будет рассказывать о способах деления на ноль, я могу слушать его вечно. Ну как слушать…смотреть. Рассматривать, как шевелятся его губы, как он нетерпеливо убирает пальцами пряди светлых волос, лезущих в глаза, как подбрасывает на плече мешком висящее тело, устраивая его поудобнее. Как же он прекрасен. - …я, конечно, не уверен, что в настоящих условиях это возможно, но такой опыт был бы мне даже интересен. Так как? Согласна? - Конечно – уверенно отвечаю я. Кто бы ещё знал, о чем вообще речь... – Я за любой кипишь, кроме голодовки. - Суть практического метода заключается в совпадении полученных практических результатов с теоретическими предположениями. Основной акцент в работе надо направить на выявление соотношения исходного объема материалов с условиями их практической апробации и конечным результатом эксперимента. - Намджун, умоляю тебя, говори на нормальном человеческом языке, – я всё-таки роняю маску интеллектуала, который вовлечён и оппонирует. – Из всего, сказанного тобой, поняла процентов тридцать. Пожалуйста, переведи. - Чтобы вычислить закономерность трансформаций гибрида, для начала нужно рассчитать процентное соотношение кот/человек. Если коротко, я предлагаю собрать больше информации путём проведения практических экспериментов. А Тэха куда подевался? – внезапно встрепенулся Джун, оглядываясь назад. - Джун, он минут десять, как ушел. Мы решили забрать обратно тот розовый халатик у Джинов, и он вызвался сходить за ним. Ты так увлёкся идеями исследования кота, что ничего вокруг не замечаешь. - Послали козла за капустой... – вздохнул Нам. – Там же Фон Ким! Мы теперь его тут до смерти ждать будем. - Может, пойдем заберём его, а? – с надеждой спрашиваю я.       Сама не знаю почему, но мне ужасно хочется оттянуть время до похода к Намджунам. Я не понимаю, что со мной происходит. Я обожаю Намджуна. И если я когда-нибудь решу завести себе мужчину, он непременно будет похож именно на Намджуна. Так почему я так не хочу туда идти? Но желание оттянуть этот момент просто непреодолимо. - Ну…пойдем, если хочешь, – пожимает плечами Джун, бросив на меня подозрительный взгляд, видимо что-то подозревая. – А то таскать на плече этого голого засранца – такое себе удовольствие.       Я облегчённо вздыхаю, убеждаясь, что Намджун – просто сокровище. Он что-то там себе подозревает, но природная деликатность не позволяет ему спросить напрямую. Я бы и рада ответить на его вопросы, вот только я сама не знаю ответы. Но Джун молча потакает моим заскокам. Нам приходится поменять траекторию движения и немного вернуться назад, по дороге обсуждая методы вычисления процентного соотношения кот/человек у одного отдельно взятого гибрида.       Удручённого Тэху, с какой-то блестящей розовой вещью в руке, мы встречаем уже на середине пути. Его лохматая голова поникла, а чёрные очи бездумно глядят в пол. Нас он замечает только после того, как Нам берёт его за локоть. - Тэха, ты в порядке? – обеспокоенно заглядывает он в чёрные глаза. - Я… я да. – Тэха трясёт черной гривой, смахивая тяжкие думы. – Вот. – говорит он, протягивая мне розовый пиджак в блестящих пайетках. – Джин сказал, что он всё равно ему в плечах жмёт. Владельца халата я не нашел. - Он тебя всё ещё динамит? – понимающе спрашиваю я. - Вообще игнорит, – вздыхает цыган. – Чёрт упёртый!       Нудист на плече Нама завозился, просыпаясь. - Какого хера ты меня тащишь, как ёбаный мешок с картошкой? – слышится недовольное шипение из-за спины Джуна. – Я тебе, блять, щас всю жопу исполосую! - В рамках проводимого исследования, – говорит Нам, опасливо оглядываясь назад, – предлагаю провести один из экспериментов. Прямо сейчас мы проверим на исследуемом объекте утверждение, что коты всегда падают на четыре лапы. Внимание, хоп!       Лёгким движением плеча он сбрасывает свою ношу, которая, не оправдав возложенных на неё ожиданий, ничком шмякается на пол, даже не попытавшись выставить руки для аммортизации. - Результат эксперимента отрицательный. Прошу занести это в протокол. Минус один в колонку «Кот». – спокойно констатирует Джун, глядя на лежащее ничком тело. - Шуга, ты не ушибся? – заботливо интересуюсь я. – Тут Тэха для тебя курточку раздобыл, чтобы ты прикрылся, ну, и чтобы не мёрз – подаю ему руку, чтобы помочь подняться. - Теперь тебе всю жизнь придётся оглядываться, обмудок.. – шипит Шуга, злобно натягивая розовую куртку, даже не взглянув на неё, и испепеляя Намджуна взглядом. Одёрнув полы куртки, он выпрямляется и смотрит на наши изумлённые лица. - Что? – агрессивно спрашивает он, рассматривая нас по очереди и пытаясь понять причину нашего внезапного паралича.       А причина для паралича вполне себе имеется. Куртка оказывается укороченного варианта. И теперь перед нами стоит злобный Шуга в расстёгнутой блестящей розовой куртке, заканчивающейся чуть ниже талии, сверкает голой задницей и нервно дёргает хвостом. Он оглядывает свой новый прикид, пару раз оборачиваясь вокруг оси, и с гадким удовлетворением смотрит на нас. - Ну охуеть. В этом-то я точно не замёрзну. – он со свэг-понтом поднимает воротник куртки. – Теперь всегда так буду ходить. Тройной фэйспалм за третий столик!

***

- Да я эту тряпку у них еле выпросил! – оправдывается цыган. – Джины над своим шмотьём трясутся, как Кощей над златом. - Тэха, он не может так ходить, – уговариваю я цыгана, поглядывая на абсолютно довольное лицо Шуги, блистающего в своем новом прикиде. – Ну придумай что-нибудь. Попроси у своего Фон Кима, что ли… Вот он, повод, Тэха! Не просто попялиться пришёл, а по делу.       Тэха встрепенулся. Выражение лица «потому что это мысль!».       В «джинную» мы заходим уже как к себе домой. Цыган проскальзывает внутрь, тихонько прикрыв за собой дверь. Скрестив пальцы, слежу за происходящим через стекло.       Вот он подходит к Фон Киму, который одаривает его снисходительно-вопросительным взглядом. Цыган немного тушуется, но что-то говорит ему, наклонившись к самому уху. Затем он отстраняется и заглядывает мужчине в глаза. Фон Ким какое-то время просто смотрит на него, а затем благородно снимает с себя расшитый золотом камзол и протягивает цыгану. Тэха на секунду замирает с широко распахнутыми глазами, и, не глядя на камзол в вытянутой руке, впивается в Фон Кима жадным поцелуем, обхватив его лицо руками и вжимая тело в стену. Руки Фон Кима, сначала безвольно повисшие, теперь обхватывают спину цыгана, не выпуская камзола. Тэха разрывает поцелуй так же внезапно, и, выхватив камзол из рук офигевшего Фон Кима, покидает комнату.       Я украдкой вытираю слезу. Вот ради таких моментов и стоит писать все эти фанфики.       Нам с трудом удаётся убедить Шугу расстаться с розовой курткой. Он шипел и плевался, посылал нас нахуй бессчётное количество раз. Общими усилиями, угрозами и убеждениями куртку стащили и подали длинный камзол. Когда камзол был застегнут на все две пуговицы, недовольное выражение лица Шуги сменилось на гадостно-счастливое.       Ой, да ебись оно все конём. Ну и что, что пуговицы на камзоле застёгиваются только на талии, ну и что, что полы от этой самой талии расходятся в стороны, абсолютно ничего не прикрывая. Жопа-то, конечно, прикрыта, а спереди… ой, да чего я там не видела. Главное, что Шуга доволен.       Намджун, сотрясаясь от смеха, просит отпустить его на время, чтобы восстановить психическое здоровье. Мы благородно его отпускаем.       Придётся выбирать Намджуна без Намджуна.

***

У Намджунов тихо и уютно. Наставленные по всему периметру стопки книг разной высоты напоминают масштабный проект Манхэттена. Намджуны увлечённо читают, делая пометки, загибая кончики страниц, что-то пишут в блокнотах, задумчиво покусывая дужки очков и отхлёбывая из чашек с отбитыми ручками. Окутанные властной аурой Намджуны–вершители судеб ведут переговоры, вальяжно откинувшись в креслах и потягивая коньяк из дорогих бокалов. Намджуны элегантны с любым цветом волос, но отмечаю, что Джуны-блондины – моя слабость. Мужчина мечты. Встретить такого в жизни так же реально, как поймать единорога. Из груди вырывается тяжкий вздох. - С Намджуном, думаю, легче всего будет, – беззаботно радуется своему скорому освобождению Тэха. – У оригинала такой набор отменных качеств, что авторы редко корректируют стандартные настройки. Тебе осталось только выбрать характер. Ты уже решила, кто он у тебя будет, герой или антагонист? Намджуны шикарны в роли антагонистов. Благодаря харизме, какие бы гадости они ни делали, читатель их всё равно любит. Природное обаяние, дар убеждения, ямочки на щеках есть у каждого из них. Выбирай! – цыган делает широкий жест профессионального продавца в гипермаркете. – Давай я пока в папках покопаюсь.       Ямочки…Я смотрю на них сквозь стекло, и они все прекрасны. Я в растерянности. - Ким Намджун, 28 лет, библиотекарь, тихоня. Если тебе требуется кем-то помыкать, то он как раз подойдёт. - подаёт голос Тэха. - Давай дальше. - Ким Нам Джун – глава преступной группировки… - Следующий. - Ким Намджун, 26 лет, тренер по плаванию, пишет диссертацию по философии... – я заинтересованно поворачиваю голову. – Предпочитает работать с детьми, занимается восточными единоборствами… - Вот это интересный экземпляр. - …всегда бросается на защиту слабых, любит аквариумных рыбок. Аллергия на кошек. - Давай следующего – вздыхаю я.       Выбор Намджунов невероятно большой, и я люблю их всех. Но сердце молчит. Если с другими персонажами я разрывалась, желая забрать их всех, то тут я не хочу никого. Как так? Издаю ещё один вздох тяжелее стокилограммовой штанги. - Тэха, я не понимаю, что происходит. Я всегда знала, какой должен быть мой Намджун. И вот сейчас я здесь, и моё сердце молчит. Я не знаю, что делать…хоть плачь. - Хочешь поговорить об этом? – Шуга, как всегда, материализуется из ниоткуда. – Сейчас мы всё устроим.       Он сдвигает в ряд несколько стульев и укладывает на один из них маленькую подушку. Затем ставит ещё один стул напротив и усаживается на него, нацепляя на нос очки и доставая откуда-то из недр камзола блокнот и карандаш. - Иди скорее, пока я не умер тебя ждать. – выжидающий взгляд поверх очков.       Нетерпеливо поводящий пушистыми ушами на макушке психотерапевт в расшитом золотом средневековом камзоле, сидящий голым задом на стуле, закинув ногу на ногу, нетерпеливо постукивает по блокноту кончиком карандаша. Мдауш. Нельзя заставлять его ждать.       Я укладываюсь на произвольную кушетку. Удивляться чему-либо больше нету сил. - Итак, расскажи нам, каким ты видишь того самого Намджуна. – самоназванный доктор готовит блокнот и слюнявит карандаш. - Ну…Понимаешь, Намджун…для меня он самый идеальный идеал мужчины. Это мужчина, за которым ты чувствуешь себя, как за каменной стеной. Он уравновешен и не бьется в истерике. Он принимает взвешенные решения. Он не взваливает на тебя свои проблемы, а забирает твои проблемы себе. И это – самый секс, понимаешь? Не стальные мышцы, не попа орехом, а слова «не беспокойся, солнце, я всё решу». И ты не беспокоишься, потому что знаешь, как бы ты не набедокурил, он прикроет. У него замечательное чувство юмора, с ним не соскучишься. У него отличное чувство стиля, хотя он выглядит невероятно даже в грязной майке и старых драных джинсах. Он терпеливый, как медведь из мультика «Маша и медведь», раз до сих пор не прибил Шугу за его выходки. Он очень милый, и даже запах керосина его абсолютно не портит. А ещё у него странное хобби. Он коллекционирует дверные ручки… - Я уплываю в своих мыслях, уставившись в потолок. - Это очень тяжелый случай... – мой психотерапевт снимает очки, устало потирая глаза, а потом смотрит на меня, как на безнадежно больную. – Мне сразу говорить всю правду, или пока можно не всю? - Давай, док, не щади меня. – вздыхаю я, уже зная свой диагноз.