Осень в Нью-Йорке

Мы делаем ужасные вещи, когда смешиваются любовь и ненависть, вещи, за которые потом себя корим. — Похититель Теней (Марк Леви)

      Терминал аэропорта встречал потоками людей, которые улыбались и плакали. Атмосфера встреч и расставаний, волнительных ожиданий делала это место особенным. Мишель старалась не терять самообладания, но легкая ноющая боль в пальце возвращала к событиям этого утра.       Господи, помоги мне разгрести все это!       Цифровое табло бессердечно оповещало о том, что самолет Дэвида благополучно сел. Мишель, нервно кусая губы, обхватила себя за плечи. Страх сковывал мысли, в груди нестерпимо жгло.       — Привет, любимая! — радостный и знакомый голос вывел ее из нервного ступора.       Дэвид подошел к ней и нежно поцеловал в висок.       Лучше бы ты меня пристрелил, честное слово. Я недостойна ни тебя, ни этого поцелуя.       — Привет, милый. Может, заедем куда-нибудь на ланч? Я угощаю, — Мишель заглянула в зеленые глаза и быстро отвела взгляд.       — Нет, я угощаю. И да, я ужасно голоден во всех смыслах, — низким голосом произнес Прайс, целуя шею Мишель.

***

      В кафе они вошли, держась за руки. Немногочисленные посетители и аромат свежесваренного кофе немного успокаивали. Они сели за столик у окна и сделали заказ.       Мишель не решалась начать разговор, поэтому просто смотрела в окно, грея руки о чашку с какао. Дэвид тоже был чем-то обеспокоен, но старательно не выдавал себя.       — Милый, я хотела спросить тебя.       — Да?       — Какие планы на Рождество? — Что? — Мишель нервно выпалила первое, что пришло в голову. Все, что угодно, лишь бы нарушить эту гнетущую тишину.       — Не поверишь, как раз хотел с тобой об этом поговорить, — Дэвид самозабвенно наслаждался панкейками.       Вот бы мне сейчас так же — просто наслаждаться блинчиками.       — Оно уже завтра, так что не буду отступать от первоначального плана, — Дэвид улыбался искренне и тепло. Улыбкой с этими ямочками, которые 2,5 месяца назад очаровали и пленили ее. Сейчас же Мишель не могла думать ни о чем, кроме того, как она скажет Прайсу: им нужно сделать перерыв, потому что она охренительно запуталась, потому что ураган «Брэндон» снес их тихую гавань ко всем чертям. И она была не против.       — Помнишь, я рассказывал, что босс устраивает рождественскую вечеринку каждый год? Сотрудники, их семьи, постоянные клиенты фирмы — такой теплый междусобойчик. Я хочу, чтобы мы пошли вместе. В конце концов, ты же не можешь встречать Рождество в одиночестве?       — Черт, я совсем забыла, что ночью Молли улетает с классом в Прагу. Нужно успеть помочь ей собрать сумку.       Ты даже не вспомнила о родной сестре. Браво, Мишель. Что у тебя за каша в голове? Соберись!       — Да, я согласна, — на автомате ответила Мишель.       — Сегодня мне нужно будет еще помотаться по городу, поэтому, малыш, ты не против еще немного подождать меня? Обещаю, завтрашний вечер тебя не разочарует, — он посмотрел в глаза Мишель и накрыл своей ладонью ее руку.       Не могу обещать тебе того же, Дэвид.       Сердце Мишель ушло в пятки при виде его доброго и ласкового взгляда.       Всю дорогу до ее дома в такси они целовались. Мишель еле сдерживала слезы, осознавая последствия всех ее предыдущих и будущих решений. Возможно, она целовала Прайса в последний раз.

***

      Поздним вечером Мишель сидела на кухне в одиночестве за тем самым столом, на котором она, забыв о морали, отдавалась рукам и ласкам Брэндона.       Тишину нарушил звук входящего сообщения.       «Ты рассказала ему?»       «Еще нет. Брэндон, не торопи меня, пожалуйста»       На другом конце города телефон Брэндона летел в стену, разбиваясь вдребезги.

***

      Суетливый Нью-Йорк в канун Рождества еще больше походил на шумный муравейник. Толпы людей в торговых центрах, километры упаковочной бумаги, цветастые коробки и разноцветные огоньки украшали витрины магазинов и кафе.       Всеобщая радость еще больше усугубляла состояние Мишель, которая ночью не сомкнула глаз. Мысли потоком неслись и не отпускали ни на минуту. Дэвид — абсолютно идеальный человек, с доброй душой и открытым сердцем. Надежный, заботливый, любящий, обаятельный, умный — мечта любой девушки. За таких выходят замуж, заводят собак, покупают дом, рожают детей, готовят завтраки и ездят за город на уикэнд.       А Брэндон — это Брэндон. Никогда не знаешь, что выкинет в следующую секунду. Он — живой огонь, к которому летят глупые мотыльки. Если жить, то на полную катушку, если гореть от страсти, то до тла. Мишель почему-то сравнила его с танго — танцем, где проживаешь историю от всепоглощающей любви до сжигающей в пепел ненависти. Никаких полумер.       Долбаный фаталист, черт тебя дери.       Остаток дня Мишель провела, подготавливаясь к вечернему выходу.

***

      Множество мужчин и женщин в вечерних нарядах прохаживалось по лобби гостиницы. Отовсюду звучал смех и непонятные Мишель финансовые термины. Мужчины жали друг другу руки, женщины хищно изучали обстановку, сжимая в наманикюренных пальцах фужеры с шампанским.       Мишель стояла у высокого столика, Прайс нежно обнимал ее, стоя сзади. Он взял ее руку, поцеловал и попросил повернуться. Сердце Мишель сделало очередной кульбит, она еле вздрогнула, но обернулась.       — Милая, знаешь, Рождество — это особенный праздник для меня. Я всегда верил, что в этот день мы должны быть с самыми близкими и любимыми людьми, — его голос немного дрожал. — За эту неделю я понял, что не хочу больше просыпаться без тебя.       Она стояла, слушая Дэвида, как вкопанная, и нервно сглатывала подступающие слезы.       — Только не говори, что… — она в панике перебила Прайса.       — Выдохни, родная. Нет, это не предложение. Пока нет, — он хитро прищурился и, как ни в чем не бывало, продолжил. Он держал руку Мишель и ласково перебирал пальцы.       — Я хочу, чтобы вы с Молли переехали ко мне.       Нет, нет, нет! — Мишель кричала внутри себя.       Она шумно выдохнула, аккуратно убрала руку из ладоней Дэвида и скрестила их на груди. Мишель ожесточенно кусала нижнюю губу, а глаза бегали.       — Дэвид, я хотела с тобой поговорить еще в день твоего прилета, но все не решалась и откладывала. Я была не до конца откровенна с тобой.       Прайс немного пошатнулся и взглянул на девушку серьезным взглядом.       — Что ты имеешь в виду?       — Когда мы встретились, я находилась в небольшом раздрае после не сложившихся отношений. Я рассказывала тебе о группе танцоров, с которыми мы ездили в Европу на конкурс.       — Какое это отношение имеет сейчас к моему вопросу? — нетерпение и тревога сквозили в словах Дэвида.       Мишель облизнула высохшие от нервов губы и тихо продолжила.       — Один из них — сейчас твой клиент, — Мишель тщательно подбирала слова для самой страшной фразы. Приближающая фигура высокого блондина заставила Мишель вжаться. Он выглядел не как обычно: черный костюм, дорогие часы и слепая ярость во взгляде.       — Брэндон?! — вскрикнула Мишель.