Гармония

От автора: Спасибо вам, дорогие читатели, что оставляете комментарии и обсуждаете мою работу, так как это иной раз наводит меня на мысли о дальнейшем продолжении сюжета. — Итак, нам предстоит решить, что мы можем сделать в данной ситуации, — канцлер Палпатин нахмурился и с надеждой в серых усталых глазах посмотрел на собравшихся в просторном кабинете джедаев. — Зачем они вообще туда полетели? — Асока посмотрела на мужчину, одетого в длинную бордового цвета мантию из плотной ткани, и ощутила легкую неприязнь, каждый раз возникающую рядом с главой Республики. — Согласен с падаваном Тано, — темнокожий Мэйс Винду задумчиво прищурился, пристально всматриваясь в выглядящего искренне расстроенным положением дел канцлера. — Для чего двум сенаторам Республики было посещать планету, подконтрольную Конфедерации независимых систем? — Насколько мне известно, у Сенаторов Органы и Мотмы на Чалакте проживали старые друзья, имеющие отношения к их семьям, — вмешался в разговор Оби-Ван, стоявший рядом с Асокой и по обыкновению завернутый в свой длинный коричневый плащ. На лице магистра невозможно было прочесть ни единой эмоции, настолько он казался безмятежным, но падаван ощущала встревоженные нотки, окружающие мастера, через Силу. — Магистр Кеноби, вы верно осведомлены, — Палпатин переплел пальцы рук в замок и с улыбкой кивнул джедаю. — Их визит на планету Чалакта не был связан с Сенатом и Республикой, всего лишь частное посещение без привлечения внимания. Однако… — мужчина прервался и недовольно поджал губы, как видно, не совсем одобряя действия сенаторов. — Планета находится под контролем Сепаратистов, и наших сенаторов взяли в плен. Разумеется, узнав, кто именно попал к ним в лапы, генерал Киссон, командующий базой, потребовал выкупа от Республики. Асока резко выдохнула, услышав последние слова канцлера, и скрестила руки на груди, ощущая расползающееся внутри раздражение. — С каких пор Сепаратисты берут в плен сенаторов, которые являются неприкосновенными для обеих сторон? — девушка покачала головой и скривила губы, уже представляя себе, какой личностью являлся этот генерал Киссон. — Не припомню, чтобы частные полеты в системы Конфедерации были запрещены. Это наглость! Палпатин бросил быстрый одобрительный взгляд на молодую возмущенную тогруту, от которой веяло искренним недоумением и энергией юности, видящей все в слишком насыщенных тонах. Оби-Ван еле слышно выдохнул и предупреждающе положил руку на острое плечо девушки, которая, как и Скайуокер, никогда не могла обойтись без излишне эмоциональных комментариев. — Придется выплатить выкуп, — магистр Винду брезгливо скривился, всем своим видом явно выказывая отношение к ситуации. — Лишь бы не как в прошлый раз, когда графа Дуку нам предлагали пираты, — весомо заметил Кеноби, поглаживая подбородок, в его чертах так же можно было прочесть легкое недовольство. — Необходимо действовать крайне деликатно, мы не можем рисковать жизнями сенаторов. — Разумеется, — канцлер обеспокоено выдохнул и сделал несколько шагов вдоль комнаты, словно это помогало ему снять напряжение. — Заняться этой миссией должен крайне дипломатичный человек. Магистр Биллаба родом с этой планеты, мы могли бы попросить ее. — Не выйдет, — Оби-Ван покачал головой и слегка нахмурился, уже догадываясь, кого отправят на злополучную планету. — Деппа была послана на Харуун-кэл, Сепаратисты не оставляют попыток захватить этот мир. Пока она доберется до нас, в случае успешного выполнения предыдущего задания, пройдет слишком много времени. Не уверен, что стоит медлить с вызволением сенаторов. — В таком случае, выбор очевиден, — Палпатин с легкой, полной надежды улыбкой повернулся к магистру, оставляя свой выбор на тяжело вздохнувшем джедае. — Предлагаю отправить на миссию генерала Кеноби и его юного падавана. Уверен, они легко справятся со столь деликатной проблемой. Оби-Ван с надеждой повернулся к Мэйсу, но тот лишь пожал плечами, словно говоря, что ничего не мог поделать против прямого приказа канцлера, и обреченно кивнул главе Республики, понимая, что его вновь отправляют в самый центр проблем. Палпатин выглядел довольным тем, как разрешилось дело, и его улыбка стала только шире: — Вам будет передана необходимая для выкупа сумма. Надеюсь, что в этот раз мы не наткнемся на очередную интригу Сепаратистов. Я полностью доверяю вам, генерал Кеноби, вы знаете, что делать. Мэйс Винду и Оби-Ван низко поклонились обнадеженному канцлеру, сверкающему серыми глазами, под которыми залегли изможденные тени, и направились к выходу. Асока следовала чуть позади, когда ее отвлек неожиданный вопрос главы Республики, сделавшего шаг к юной ученице. — Похоже, у вас новый наставник, падаван Тано? — в голосе мужчины звучало искренне сожаление, и девушка вспомнила, что он был хорошим другом Скайуокера, как говорил последний. — Вы правы, канцлер. Мне временно назначили нового Учителя, — падаван недовольно сжала кулаки, не собираясь распространяться о причинах, повлекших такое решение Совета, перед политиком, который не был причастен к делам джедаев. — Вы, как и ваш предыдущий Учитель Энакин Скайуокер, не терпите несправедливости, — со вздохом посетовал Палпатин, дружески пожимая плечо застывшей тогруты, которая с недоумением смотрела на разговорившегося канцлера. — Ох уж этот юношеский максимализм. Но вынужден признать, иногда он оказывается быстрее мудрой зрелости. Простите меня за долгие рассуждения, юная ученица. Асока вгляделась во все еще не старое лицо политика, на которое падали яркие лучи со стороны окна, высвечивая глубокие морщины вокруг рта и лучистую паутинку окружающую глаза и показывающую, что ранее этот человек много улыбался. Палпатин выглядел так, словно пытался наладить с ней доверительные отношения, но девушка не могла взять в толк, чем же привлекла внимание главы Республики. — Я с удовольствием буду наблюдать за вашим обучением, падаван, — канцлер вежливо кивнул тогруте, всем своим видом излучая доброжелательность. — Если вам когда-либо понадобиться любая помощь, вы можете смело обращаться ко мне, моя дорогая. Девушка расширила глаза и с удивлением посмотрела на хитро подмигнувшего ей Палпатина, а затем спохватилась и низко поклонилась. — Благодарю вас, канцлер. Для меня это большая честь, — ее неприязнь быстро улетучилась, уступая место настороженному недоумению, однако у нее не было времени, чтобы продолжить странную беседу. — Асока! — донесся до падавана зычный голос Оби-Вана, заметившего, что ученица не последовала за ним на выход из кабинета. — Мне пора, прошу меня простить, — падаван виновато пожала плечами, ожидая разрешения канцлера. — Да, разумеется, — Палпатин одарил ее прощальной светлой улыбкой. — Да пребудет с вами Сила, как говорят джедаи. Тогрута быстрым шагом покинула просторный кабинет, чуть не столкнувшись на выходе со стражем, облаченным в длинные алые одеяния, и присоединилась к непривычно задумчивому Оби-Вану, который окинул ее мимолетным нечитаемым взглядом серых глаз.

* * *

Асока с восторгом, который не проходил и после десятков посещений космического пространства, вглядывалась в глубокую черноту за широким иллюминатором в их с магистром просторной каюте звездолета, несшего джедаев в сторону планеты Чалакта. Перед взором переливалась розоватыми всполохами незнакомая тогруте туманность, в центре которой виднелась золотистая полоска, волнами вплетающаяся в общий орнамент. Корусант остался далеко позади, и в данный момент корабль вышел из гиперпространства перед блокпостом, разграничивающим Центральный и Средний регионы, так что пока их борт не осмотрят на наличие контрабанды и не проверят документы, они должны будут оставаться пришвартованными к местной станции. Тогрута потерла усталые глаза, которые напоминали, что ей следовало больше времени уделять собственному отдыху, и услышала позади легкий шорох отодвигаемой створки двери. В отражении стекла падаван заметила уверенно шагнувшую в комнату фигуру Оби-Вана, который отлучался, чтобы поговорить с капитаном звездолета. — Асока, — позвал ученицу мужчина, присаживаясь на стул с высокой спинкой, стоявший возле просторного рабочего стола, так как каюта была оборудована для комфортной работы. — Я хочу отдать тебе кое-что. Девушка обернулась к сосредоточенному и даже мрачному джедаю, пытаясь предположить, о чем шла речь, и подтащила ближе второй стул, опускаясь на него напротив магистра. — Вам не нравится предстоящая миссия, Учитель Кеноби? — поинтересовалась тогрута, всматриваясь в появившуюся между широкими бровями тревожную складку. Оби-Ван слегка улыбнулся одними кончиками губ, что было практически незаметно в его короткой бородке, а затем весело хмыкнул, расслабляя напряженные плечи. — Такие сделки практически всегда оборачиваются серьезными неприятностями, — джедай опустил руку в глубокий карман плаща, тяжелыми складками стекающего до самого пола, и достал оттуда длинную стеклянную колбу, наполненную отливающей зеленью жидкостью. — Возьми. Тогрута протянула ладонь и с осторожностью сжала хрупкий предмет, не совсем понимая, что именно находилось внутри, но предположения, появившиеся в голове, оказались верными, когда магистр продолжил серьезным тоном: — Это антидот к тому препарату, который испытывали на тебе и Энакине. Он не был испробован на живых существах и надеюсь, что не пригодится, но после происшествия на Харуун-кэле нам следует быть осторожными. Асока замерла на месте, осознавая, что старший джедай говорил об угрозе со стороны доктора Олиота, цели которого так и оставались до конца неясными, ученый успешно скрывался от Республики, не оставаясь надолго на одном месте. Она быстро спрятала хрупкую колбу в маленькую сумочку на поясе, где уже находился страшный препарат, лишающий одаренных их способностей, и обугленная пластиковая карта, выпавшая из кармана неудавшегося убийцы. — Считаете, что Олиот может напасть на кого-то из джедаев, попытавшись использовать в качестве оружия препарат, лишающий связи с Силой? — падаван передернула плечами, вспоминая неприятные ощущения, когда тело было лишено привычных способностей. — Совет не исключает такой возможности, — Оби-Ван не выглядел напуганным, но казался крайне обеспокоенным происходящими событиями, которые не были подвластны джедаям. — Когда мы посещали столицу Харуун-кэла, я поговорил с местными жителями. Тот погибший мальчик был с другой планеты, но среди корунов пропали несколько ребятишек. Очевидно, они были вывезены ученым с их родного мира. Тогрута сильно сжала челюсть, ощущая волны гнева и ненависти, поднимающиеся в душе, когда поняла, что Олиот не просто продолжал свои эксперименты, но еще и переключился на детей, не всегда способных дать достойный отпор взрослому исследователю. Это порождало внутри желание бросить миссию в процессе и кинуться на поиски человека, несущего прямую угрозу для Республики и непосредственно для всех одаренных существ. — Спокойнее, падаван, — Кеноби одарил ее укоризненным взглядом, но в глубине серых глаз виднелось понимание. — Твои эмоции слишком явно проступают на лице, у меня нет необходимости даже прибегать к Силе. — Простите, Учитель, — Асока выдохнула, понимая, что наставник был прав, но не могла взять под контроль тяжелой волной поглощающие ее чувства, не после того, как она видела столько кошмарных вещей, сотворенных, несомненно, гениальным доктором. Оби-Ван хмыкнул, наблюдая за девушкой, и сбросил свой тяжелый плащ, оставляя коричневую ткань висеть на спинке стула, а сам пересел на прохладный слегка вибрирующий пол, скрещивая ноги. Тогрута заметила приглашающий кивок и опустилась рядом с магистром, поднимая на него взор голубых глаз, наполненных тревогой. — У меня не выходит справиться с эмоциями, — девушка виновато прикусила губу и опустила голову вниз, словно признавая поражение. — Ты пытаешь подавить свои чувства, мой падаван, — спокойно заметил мужчина, легким движением проводя по отливающим рыжиной волосам. Асока удивленно заморгала, услышав объяснения наставника, не совсем понимая, как ей следовало в таком случае действовать, так как Энакин никогда особенно не волновался по поводу эмоций, которые периодически захватывали его самого с головой. — Я действую неправильно? — тогрута нахмурилась и потерла пальцами переносицу, стараясь не показывать своего недоумения, ей не хотелось подставлять своего бывшего Учителя, показывая, что он уделял недостаточно внимания обучению падавана. Кеноби тяжело выдохнул, прекрасно ощущая, что юная тогрута не понимала, что он требовал от нее, так как перед глазами мужчины стояло бледное гневное лицо Скайуокера, который будучи рыцарем не мог справиться со своими демонами, чего уж говорить про его ученицу. Джедай с легкой ноткой грусти вспомнил наставления, всегда высказываемые размеренным спокойным тоном, которые доносил до него Квай-гон, и улыбнулся девушке. — Суть не в том, чтобы подавить эмоции. А в том, чтобы взять их под контроль, падаван, — Оби-Ван расслабился и позволил теплым волнам Силы окружить его тело. — Пропусти свои эмоции сквозь каждую клеточку, прочувствуй их сполна, а затем отпусти. Асока прикусила губу и неуверенно скривилась, не до конца осознавая, как выполнить то, чего хотел от нее магистр, но затем устало выдохнула и попыталась погрузиться в медитацию, прикрывая глаза. Однако в голове бродило столько мыслей, которые словно кричали на всю каюту, прося обратить на них внимание, что тогрута бессильно застонала, ударяя кулаком в пол. — Что тебя беспокоит сильнее всего? — Кеноби внимательно смотрел на расстроенную неудачей ученицу, которая сжимала и разжимала кулаки. — А то вы не знаете! — она понимала, что говорила грубо, но ничего не могла поделать с разъедающими душу эмоциями, от которых было так трудно отрешиться или пропустить через себя, как советовал старший джедай. — Со временем ваши отношения с Энакином придут в норму, — Оби-Ван одарил девушку обнадеживающим взглядом. — Я знаю, о чем говорю. Когда я сам был падаваном, то однажды решил покинуть Орден. Тогрута вскинула голову, ошеломленно уставившись на улыбающегося джедая, по-прежнему спокойно сидевшего в позе лотоса с абсолютно прямой спиной. — Когда я понял, что ошибся, мне пришлось долгое время доказывать Совету и моему Учителю, что я был достоин продолжить обучение в Храме, — мужчина прикрыл глаза, словно в данный момент просматривал свои старые воспоминания, и слегка скривил губы. — Как вам это удалось? — нетерпеливо спросила Асока, жадно вглядываясь в безмятежное с правильными чертами лицо Кеноби. — Терпение и время помогли мне. И воля случая, — магистр пожал плечами и махнул рукой ученице. — Как на счет совместной медитации? Падаван согласно кивнула мастеру и выпрямила плечи, стараясь сосредоточиться на окружающей их спокойными волнами Силе, однако мысли продолжали мучить девушку, словно пытаясь взорвать ее голову. Но через мгновение Асока ощутила сияющее присутствие Оби-Вана, который, будто призрачной уверенной рукой отводил в сторону негативные эмоции, поглощающие юную ученицу, и давал ей возможность побыть среди умиротворяющих волн, наполняясь исцеляющей энергией жизни, проходящей через каждую клеточку тела. Тогрута послала теплую волну благодарности своему временному наставнику, мысленно слыша его светлый смех, который эхом отдавался в пространстве, а затем замерла, обнаружив что-то еще, что полностью привлекло ее внимание. Краем сознания падаван заметила до боли знакомое присутствие, неровное мерцание, слишком ярко режущее глаза своей нестабильностью и импульсивностью даже через Силу. Кеноби, сидящий рядом с ученицей, недовольно что-то пробормотал и обреченно выдохнул, так же замечая подозрительный сверкающий огонек, который он узнал бы из тысячи других в любой ситуации. — Энакин, — Оби-Ван произнес только имя, посылая зов бывшему ученику, означающий, что присутствие того раскрыто, и можно было показаться перед строгими очами магистра. Асока вынырнула из медитативного состояния и резко распахнула глаза, пытаясь понять, что она чувствовала, узнав о нахождении на звездолете отвергнувшего ее наставника. Она растеряно повернулась к Кеноби, который закатил глаза к потолку, словно ожидал подобной выходки от неуравновешенного джедая, а затем поднялся с пола, одергивая светлую плотную тунику.  — Без паники, — мужчина помог подняться напрягшейся всем телом тогруте, которая не была уверена в том, во что могло вылиться появление на звездолете Скайуокера, по идее обязанного оставаться в Храме до официальной реабилитации перед Советом. Через пару минут через открытую створку двери внутрь проникли звуки торопливых тяжелых шагов, отражающихся от металлических светлых стен звездолета, заставляя Асоку сделать несколько успокаивающих вдохов, надеясь, что нынешняя встреча с бывшим наставником не выльется в скандал. Она вспомнила недовольные искры, загоревшиеся во взгляде Энакина, когда Оби-Ван назвал ее своим падаваном, и мысленно взмолилась, чтобы мудрый магистр на этот раз не пытался ставить психологические эксперименты над молодым эмоционально нестабильным джедаем. Скайуокер на мгновение остановился на пороге каюты, взглядом обхватывая уютную обстановку помещения и застывшие фигуры Кеноби и Асоки, которые в свою очередь безмолвно сверлили взглядом слегка ухмыляющегося мужчину. — Отличная у вас каюта, — Энакин сделал несколько шагов по комнате, провел кончиками пальцев по гладкой поверхности стола, бросил мимолетный взгляд сквозь иллюминатор, из которого открывался отличный вид на красивую туманность, а затем совершенно обыденно присел на стул, словно он находился здесь с самого начала полета. — Уж точно лучше багажного отделения. Прибудем на Чалакту рано утром, пока что не выбиваемся из графика. Асока во все глаза с недоверием следила за каждым движением Учителя, лицо которого сохраняло непривычную невозмутимость и спокойствие, будто этого человека подменили, если сравнивать с предыдущими днями, когда Скайуокер всем своим видом показывал ненависть ко всему окружающему миру. Девушка все еще могла ощущать нотки боли, волнами окутывающие высокую фигуру джедая, но прежнее темное давящее облако бесследно исчезло, но ученица догадывалась, что временное затишье не было постоянным, так как слишком мало времени прошло со смерти Падме. — Асока, кажется, мои глаза подводят меня, — Оби-Ван опустил на плечо девушки тяжелую успокаивающую ладонь и с полуулыбкой смотрел на старательно сохраняющего невозмутимый вид бывшего ученика. — Я вижу Энакина, который совершенно точно остался в Храме по приказу Совета. Падаван не сумела сдержать веселый смешок, слетевший с губ, но затем осеклась, напугавшись, что ее неловкая реакция могла вызвать недовольство Скайуокера, выгнувшего правую бровь и строившего из себя саму невинность. — Я взял на себя ответственность отправиться с вами, Учитель, — мягко заметил джедай, быстрым движением руки проводя по спутанным кудрявым волосам и пожимая плечами. — Вы же не хотите, чтобы я умер от скуки? Оби-Ван тяжело выдохнул, прекрасно осознавая, что они уже давно покинули Корусант, и вернуть обратно нарушившего указания молодого мужчину не представлялось возможным. — Энакин, ты нарушил прямой приказ Совета… — Я не доставлю вам неприятностей, магистр Кеноби, — голубые глаза с искренностью в глубине серьезно смотрели на старшего джедая, хмурящего брови. — Я посетил палаты целителей, как вы мне советовали, и вполне контролирую свои эмоции. Но заточение в Храме вгоняет меня в…уныние. Кеноби устало потер лоб, на котором собрались мелкие полоски морщинок, когда мужчина нахмурился, и попытался просканировать состояние бывшего падавана сквозь Силу, чтобы понять был ли он с ним честен. Однако сияние Скайуокера было по обыкновению невероятно ярким, указывая на неординарные способности, и мерцающим, но в нем не виднелось ни искорки ненависти или гнева, только глубокая, тянущая печаль, которая все еще пронизывала каждую клеточку тела и сознания молодого генерала. Асока с сомнением покосилась в сторону замершего на месте Энакина, не понимая, как ей следовало вести себя и обращаться к бывшему наставнику, ведь, несмотря на то, что он спокойно разговаривал с Кеноби, джедай все еще продолжал старательно игнорировать юную тогруту, которая обхватила себя за локти, неосознанно пытаясь отстраниться от неприятных чувств, вспыхнувших в сознании. — Что ж, — Оби-Ван бросил быстрый взгляд на напрягшуюся ученицу, а затем вновь посмотрел на невинно улыбающегося бывшего ученика, и с его губ сорвался стон, выказывающий, насколько магистр был счастлив оказаться в подобной ситуации меж двух огней. — Эта миссия обещает быть занимательной.

* * *

— Слишком просто, — проворчал Энакин, сверля недовольным взором темноволосого молодого генерала Киссона, одетого в необычный светло-бежевого цвета китель, резко контрастирующий с его смуглой кожей. — Тебе не кажется, что он что-то скрывает? Асока закатила глаза, буквально всем телом ощущая мощные волны недоверия, идущие от джедая, темным силуэтом застывшего рядом с ней в то время, как Оби-Ван вел неторопливую учтивую беседу с главой Сепаратисткой базы на планете Чалакта. Плененные сенаторы уже были перемещены на их звездолет, оставалось лишь уладить формальности с оплатой, чем и занимался в данный момент магистр. — Не смотрите на него так, рыцарь Скайуокер, — прошипела тогрута, краем глаза замечая, как дернулся от непривычного и холодного обращения ее бывший наставник. — Если возникнут неприятности, Учитель Кеноби не погладит нас по голове. — Вот увидишь, что я прав, — мужчина ехидно выгнул правую бровь и сверкнул голубыми глазами, продолжая упрямо смотреть на холеного чалактанского генерала. Асока ткнула невыносимого джедая локтем в бок, в душе ощущая накатывающие волны радости от того, что бывший Учитель наконец-то начал обращать на нее внимание и вполне спокойно разговаривал, не показывая и следа гнева или раздражения. Однако он все еще оставался холодным и отстраненным, четко проводя грань между ними, доказывающую, что прежние отношения не были возможными после всего произошедшего. Девушка все еще чувствовала свою вину за то, что случилось с Падме, несмотря на уверения магистра Кеноби в обратном, и понимала, что Энакин в этом вопросе был согласен с ней, иногда показывая взглядом, что не простил юную тогруту. — Можем идти, — Оби-Ван поравнялся с напряженными фигурами Энакина и Асоки, махнув рукой в сторону выхода. — Миссия выполнена. — И это все? — падаван с удивлением покосилась на выглядящего задумчивым магистра, который несильно потирал переносицу, словно пытаясь сложить в голове кусочки рассыпающейся мозаики. — Как-то это странно. — Я постоянно обращался к Силе, чтобы сканировать намерения генерала Киссона, — старший джедай передернул плечами, будто названный персонаж был глубоко противен ему. — Не похоже, чтобы он замышлял какую-то подлость. Судя по всему, им и правда нужны были деньги, из-за чего и произошло похищение сенаторов. — Ерунда какая-то, — Скайуокер недовольно оглянулся назад, окинув последним тяжелым взглядом слащавого сепаратистского генерала, радостно потирающего руки, и первым прошел на выход. — Начинается, — устало прокомментировал Кеноби, устремляясь вслед за бывшим учеником, стремящимся нарваться на очередные неприятности. Улица встретила их затянутым тучами пасмурным небом, слегка отливающим лиловым цветом из-за уникальной смеси газов в атмосфере. По вытянутой площади, уложенной светлой брусчаткой, перемещались чалактанцы, одетые в изумительно красивые длинные одеяния из легких летящих отрезов тканей разных расцветок, словно сшитых из отдельных лоскутов, но при этом гармонично соединяющихся в один узор. Женщины носили высокие сложные прически, заплетенные из густых темных волос, а мужчины наоборот позволяли длинным прядям свободно струиться по спинам и быть стянутыми легкими ремешками. Чуть левее от обыкновенного бетонного административного здания высились удивительные архитектурные сооружения с множеством арок, барельефов и ажурных вкладок, отливали темной позолотой покатые крыши куполов. Дроидов на улицах было мало, как и воздушного транспорта, так что если бы не близость космопорта, можно было представить, что ты находишься на одной из планет древности, когда технологии еще не были настолько развиты. Асока с восхищением крутила головой, забыв про свое напряжение от присутствия рядом Скайуокера, и в очередной раз дивилась тому, что мир, находящийся под командованием Сепаратистов, оказался таким обыденным и нормальным без толп патрулирующих улицы дроидов и летающих в небесах истребителей. Вся эта планета дышала древними традициями, сочной зеленью, радующей привыкший к металлу и камню глаз, размеренными эмоциями жителей и миром, словно война была лишь иллюзией. — Не верится, что идет война, — тогрута глубоко вдохнула чистого воздуха и широко улыбнулась, ощущая непривычную расслабленность. — Прекрасно понимаю твои чувства, мой падаван, — Оби-Ван одобрительно кивнул рассматривающей местные достопримечательности девушке и бросил хитрый взгляд в сторону недовольно скривившегося Энакина, который с ноткой ревности покосился на них, но затем внезапно нахмурился и резко остановился, прикрывая глаза и к чему-то прислушиваясь. — Что-то не так? — Кеноби прикоснулся рукой к локтю напрягшегося всем телом джедая. — Я ощущаю мощное возмущение в Силе недалеко от нас, — Скайуокер распахнул свои голубые глаза и сжал челюсть. — Энакин, мы не можем покидать пределов отведенного для нас пространства, иначе наши действия будут восприняты, как военная угроза, — серьезным тихим голосом предупредил магистр, пристально вглядываясь в задумчивое лицо бывшего падавана. — Эта планета входит в Конфедерацию независимых систем, мы не на территории Республики! — Простите, Учитель, — молодой мужчина резко развернулся на пятках и рванул в сторону, быстро скрываясь в узком переулке среди ярко одетой людской толпы. — Да что же это… — Оби-Ван не смог договорить предложение до конца, так как его перебила Асока, которая среагировала на автомате, словно это была ее очередная знакомая миссия. — Похоже, не только я не слушаюсь приказов! Я за ним, присмотрите за сенаторами, Учитель Кеноби, — девушка бросилась следом за скрывшейся темной фигурой бывшего наставника, опираясь на ощущения в Силе, чтобы не потерять его, и обнаружившей, что мужчина был прав насчет возмущения. — Не поубивайте друг друга! — успел крикнуть вслед магистр, даже не надеясь, что эти сорвиголовы услышат его. Тогрута с трудом лавировала среди местного населения, взглядом уже выцепив знакомую кудрявую макушку Скайуокера, который бежал гораздо быстрее благодаря своим длинным ногам и высокой фигуре, затянутой в темную тунику, от которой отскакивали встречающиеся на пути люди. Девушка нечаянно задела какой-то прилавок с фруктами и на бегу крикнула извинения, ощущая легкую волну совести, пробежавшую по телу. Асока не совсем понимала, зачем сорвалась на бег и решила догнать Энакина, прекрасно осознавая, что он мог о себе позаботиться, но какое-то внутреннее предчувствие не дало ей остаться на месте, а тело так вообще среагировало машинально, привыкнув работать в связке со Скайуокером, зная, что импровизация частенько спасала им жизнь в бою. Падаван заметила, как молодой джедай резко остановился перед длинным двухэтажным зданием, построенным из светлых каменных блоков, и не успела затормозить, врезавшись носом в широкую спину. Ученица тут же отскочила в сторону, морщась от саднящей боли и виновато пожимая плечами, словно ожидала резкого окрика от мужчины, чье лицо недовольно скривилось. — Вы что делаете, рыцарь Скайуокер? — все же прошипела она, когда не дождалась никакой реакции. — Мы же на чужой территории, с которой ведем войну! — Я не звал тебя с собой, — резко отрезал Энакин, складывая руки на груди. — И мне не нравится, когда ты так называешь меня, Шпилька. Асока вздрогнула, услышав знакомое прозвище, которое он не использовал с той самой страшной ночи, когда погибла Падме. А затем гневно фыркнула, ощущая волны раздражения, вызванные ребяческим поведением бывшего Учителя. — А меня бесит эта кличка! — тогрута оскалилась и посмотрела в наполненные холодным удивлением голубые глаза. — Как у собачонки. Скайуокер несколько секунд сверлил ее взглядом, на виске размеренно билась синяя венка, а губы оставались плотно сжатыми в тонкую линию, но затем плечи джедая расслабились, и он шумно выдохнул. — Я понял тебя, Асока. — Взаимно, Энакин, — имя само собой слетело с ее губ, так как она не могла заставить себя называть джедая наставником, как прежде. Девушка отвернулась в сторону и не видела, как вздрогнул всем телом Скайуокер, но затем взял себя в руки и приказал: — Прислушайся к Силе. В этом здании есть одаренный, — мужчина рукой указал вперед, между бровями пролегла озабоченная складка. Тогрута послушно прикрыла веки и погрузилась в отрешенное медитативное состояние, сканируя пространство вокруг и разглядывая каждую мерцающую точку, которыми виделись ей живые существа. Она окинула внутренним взором все здание впереди, но не смогла обнаружить причины, по которой Сила вокруг вихрилась взволнованными, наполненными страхом вихрями, оставляющими горький вкус на языке. — Я не могу понять, — девушка покачала головой, продолжая осматривать местность, и вдруг наткнулась на огонек, сверкающий и пульсирующий более ярко, чем остальные, выдавая свою одаренность. И что-то казалось подозрительно знакомым в этом отчетливом присутствии, что заставляло вспоминать нижние уровни Корусанта и залитое кровью из раны на виске бледное лицо Баррисс. Асока резко распахнула глаза и удивленно охнула, внезапно понимая, отчего сияние казалось таким знакомым, потому что она уже встречалась с этим чувствительным к Силе. Девушка поморщилась, когда перед глазами промелькнули кадры, на которых она старалась отбиться от внезапного нападения в грязном переулке, а позади жались к друг другу испуганные маленькие юнлинги, по собственной глупости сбежавшие из Храма и попавшие в неприятности, прямо в лапы к охотникам за наживой. В голове высветился образ зеленокожего невысокого мальчика миккианина с длинными отростками на голове и испуганными круглыми глазами насыщенного карего цвета. — Я знаю его! — из горла падавана вырвался радостный крик. — Это юнлинг, которого похитили на нижнем уровне. Кажется… Шак. — Значит, мы идем верным путем, — Скайуокер кивнул широко улыбающейся тогруте и сделал шаг вперед, подходя ближе к незнакомому мужчине, стоявшему неподалеку и что-то читающему на компактном датападе. — Прошу прощения, — джедай ослепительно улыбнулся и слегка склонил голову в приветствии, стараясь стоять так, чтобы не было видно его световой меч, висящий на поясе. — Я заблудился. Не подскажете, что это за здание? Чалактанец неторопливо дочитал строчку и медленно поднял голову, встречаясь взглядом с нетерпеливо переминающимся с ноги на ногу Энакином. — Это исследовательский центр, молодой человек, — в голосе незнакомца звучало абсолютное равнодушие. — Прошу меня извинить, я занят. Однако Скайуокер не возражал и отступил в сторону, давая пройти сосредоточенному мужчине вперед, вновь уткнувшемуся в голубовато светящийся экран. — Идем внутрь, — бывший наставник махнул рукой в сторону центрального входа, предлагая поторопиться. У Асоки не осталось выбора, так как джедай не собирался ждать, пока она договорится со своей совестью, и направился вперед. Тогрута тихо бормотала себе под нос ругательства, моля Силу о том, чтобы местные жители не обращали внимания на двух подозрительных личностей, в которых легко можно было опознать джедаев. Но, возможно, не просто так ее бывшего Учителя называли Избранным, любопытные взгляды людей, словно соскальзывали с их фигур, стоило вообще обратить внимание на странную парочку, состоящую из тогруты и человека. Внутри исследовательский центр оказался гораздо больше, чем казался снаружи, и имел собственную посадочную платформу для звездолетов, что было видно на одной из эвакуационных схем, висевшей на светлой стене. Всюду виднелись фигуры в основном чалактанцев, одетых в стандартные лабораторные халаты белого цвета, как и в остальных мирах, но иногда встречались родианцы с их удивительными темными огромными глазами, стройные женщины твиллечки и даже один неприятный на вид с серой кожей неймодианец. К ним подошел местный представитель охраны, затянутый в украшенную цветным орнаментом броню, и с длинной темной косой, в которую были вплетены металлические шипы, словно прическа являлась оружием, на широком поясе перемигивались красными индикаторами два длинных бластера. Однако мужчина не успел даже задать вопрос, когда взвинченный Скайуокер быстро поднял руку и настойчиво произнес: — Ты не хочешь расспрашивать нас. Ты пойдешь к стойке администрации и заведешь разговор с одной из твиллечек. Ты не видел ничего подозрительного. Мужчина послушно повторил сказанные фразы, поддаваясь мощному влиянию молодого джедая, и размеренной походкой направился в сторону стойки, за которой приветливо улыбались красивые сотрудницы, встречая посетителей. — Ты не можешь вечно отводить взор от нас, слишком много людей вокруг, — прошипела Асока, с беспокойством оглядываясь и поднося руку ближе к успокаивающей рукояти светового меча. — Не дергайся, — мрачно заметил Скайуокер, начиная двигаться в сторону узкой лестницы, ведущей на, судя по всему, подземные этажи, скрытые за металлической серой дверью. На лбу мужчины блестели маленькие капельки пота, выдававшие усилия, прилагаемые для отвода глаз. — Открой дверь! Асока вышла вперед и быстро спустилась по бетонным ступеням, оказываясь возле необходимой двери, а затем подняла, руку сосредотачиваясь и настраиваясь, чтобы почувствовать элементы электронного замка, тихо попискивающего и перемигивающегося цветными огоньками. Она провела рукой, словно пытаясь обнаружить невидимую нить, и тут же раздался благодатный щелчок, означавший, что дверь поддалась. Падаван ступила в открывшийся взору светлый коридор, слегка согнув ноги и держа ладони на оружии, однако впереди было пусто, только противно мигала одна из потолочных ламп, готовая в любой миг перегореть. Вокруг стояла глухая тишина, от которой бежали противные мурашки по позвоночнику, словно они оказались в бункере. — Ступай вперед, Асока! — Скайуокер слегка толкнул ее ладонью по спине, заставляя сдвинуться с места, дверь позади с тихим шорохом вернулась на место. — Можешь обнаружить юнлинга? Тогрута подавила поднявшееся внутри раздражение на бесцеремонное поведение бывшего Учителя, понимая, что он точно так же был обеспокоен происходящим, как и она, и прислушалась к внутренним ощущениям, стараясь понять, в какую сторону следовало двигаться. — Сюда, — падаван решительно направилась вперед по ярко освещенному коридору, стены которого были выкрашены в светлый цвет, продолжая замирать на каждой развилке, словно ожидая, что из-за угла на нее выпрыгнет дроид или, по меньшей мере, какое-нибудь чудовище, которое просто обязано было водиться в каждой подземной лаборатории. — Ты уверена в направлении? — Скайуокер сам просканировал пространство, сомневаясь в том, что падаван вела их верным путем. — Зачем спрашиваешь, если все предпочитаешь делать самостоятельно? — огрызнулась Асока, ощущая легкую обиду, появившуюся от недоверия бывшего наставника к ее способностям, чего ранее он никогда не показывал. — Здесь, — девушка остановилась возле очередной металлической серой двери, закрытой на электронный замок, и провела рукой, отпирая препятствие. Их взору предстали абсолютно пустые светлые бежевые стены, бетонный пол, в центре которого расположился маленький круглый коврик, небольшой деревянный столик прямо напротив выхода и массивные двухъярусные силуэты кроватей, расположенные по периметру. На одной из коек падаван заметила скорчившуюся маленькую фигурку, обхватившую тонкими запястьями колени и с отчаянием что-то бормотавшую себе под нос. Асока бросилась вперед, опускаясь на колени перед дрожащим маленьким миккианином, глаза которого лихорадочно блестели, а светлые простыни сбились в неуютный комок под сгорбленной спиной. — Шак? — тихо позвала тогрута, мягко прикасаясь кончиками пальцев ко лбу мальчика, который показался ей неправильно горячим. — Энакин, у него жар. Джедай настороженно осматривался в комнате, прикрыв за собой дверь, словно пытался обнаружить еще спрятавшихся детей, но смог найти только маленького плюшевого червяка, выглядывающего длинным хвостом из-под тонкой простыни на верхней кровати. — Шак, ты можешь встать? — спросил Скайуокер, опускаясь рядом с ученицей и всматриваясь в широко распахнутые, полные страха карие глаза. — Что с тобой сделали? — Р…р…рыцарь Скайуокер? — с трудом смог выговорить хриплым голосом юнлинг, поднимая голову выше и внезапно осознавая, что перед ним не галлюцинация. — Падаван Тано? — Да, это мы, — Асока сглотнула комок, образовавшийся в горле, когда увидела слезы, тонкими дорожками побежавшие по исхудавшему лицу ребенка. — Мы заберем тебя отсюда. Тут был кто-то еще? Миккианин вздрогнул, услышав вопрос, и судорожно выдохнул, но затем наткнулся на две пары обеспокоенных голубых глаз и еле слышно ответил: — Было много детей. Но их забрали для экспериментов. Они не возвращаются, обычно, — Шак закрыл лицо маленькими ладонями и надрывно всхлипнул. — Они не такие как я, не могут чувствовать Силу. Тогрута яростно зашипела, внезапно осознавая, кто мог привести в ужас ребенка, выросшего в Храме Джедаев и обученного выживать с пеленок. Она переглянулась с Энакином, в глазах которого постепенно разгоралась искра ненависти. — Ты думаешь о том же, о чем и я? — мужчина нахмурил широкие брови и сжал руки в кулаки, стараясь не позволять себе с головой окунуться в расползающуюся по телу злость. — Олиот! — кивнула Асока, вновь поворачиваясь в сторону изможденного юнлинга. — Шак, ты можешь идти? Мальчик отвел руки от лица и попытался подняться, опустив босые ноги на холодный пол, однако первая же попытка с треском провалилась, и ребенок повалился вниз, быстро подхваченный сильными ладонями Скайуокера. — Попробуй обратиться к Силе, она даст телу необходимую энергию, — посоветовал молодой джедай, стараясь передать уверенность юнлингу своим спокойным сосредоточенным тоном. Но Шак вместо того, чтобы ободриться и постараться войти в медитативное состояние, внезапно обреченно опустил голову вниз, длинные отростки, поникли, словно показывая внутреннее состояние мальчика. — Я не могу. Они что-то сделали со мной. Лицо Энакина страшно побледнело, но в его руках находился испуганный дрожащий ребенок, о котором необходимо было позаботиться, так что он одним движением поднял его с пола, и закинул тонкие кисти себе за шею. — Мы не можем вынести его так, — запротестовала Асока, с сомнением окидывая взглядом бывшего Учителя. — Привлечем слишком много внимания. — И что ты предлагаешь? — прорычал сквозь зубы мужчина, настороженно прислушиваясь. — В нашу сторону двигаются дроиды. Похоже, на входе стояли камеры. — Это было очевидно! — тогрута скривила губы, так же слыша гулко отдающиеся в длинном коридоре металлические клацанья, возникающие, когда ноги жестянок соприкасались с бетонным полом. Девушка прикусила губу и достала из маленькой сумочки на поясе пробирку с мрачно блеснувшей зеленоватой жидкостью. — Это антидот против той дряни, которая блокирует связь с Силой. Но его еще не испробовали на живых существах. Я не знаю, какой будет реакция. — Нам надо прекратить действие препарата, если хотим вытащить его отсюда живым, — Скайуокер махнул рукой. — Давай уж, с побочными эффектами будем разбираться позже в Храме. Если это разработали наши целители, значит, по крайней мере, он останется жив! У падавана не было выбора, кроме как подчиниться прозвучавшей в голосе бывшего наставника стали, и Асока, сделав глубокий вдох, сняла колпачок с обеих сторон колбы, с одной стороны которой неярко блеснула длинная игла. — Быстрее! — яростный рык Энакина, заставил девушку подскочить к Шаку ближе и задрать длинный рукав просторной туники наверх, чтобы воткнуть шприц в худенькое плечико мальчика. Тогрута надавила на небольшой поршень, и зеленоватая жидкость попала в вену, проникая внутрь организма миккианина, заставляя того, испуганно захныкать. — Не переживай, скоро тебе станет лучше, — шепнула она пребывающему в прострации юнлингу и решительно сняла с пояса мечи, активируя гудящие лезвия. Скайуокер поднял свободную живую ладонь вперед и с помощью Силы раскрыл дверь, за которой виднелась плотная шеренга дроидов серии B-1. Им не дали сделать даже шага, тут же открывая сплошной огонь, состоящий из красных смертельных зарядов, на что Асока лишь хмыкнула, уверенными движениями отражая лучи обратно отправителям, которые мгновенно падали на пол с уничтоженными микросхемами. Тогрута махнула рукой, отправляя в полет к дальней стене коридора нескольких противников, и разрезала еще троих быстрыми взмахами зеленого лезвия. — На выход! — Энакин повернулся в сторону выхода, ведущего к лестнице, откуда они спустились в длинный светлый коридор, не обращая внимания на искрящиеся остатки дроидов под ногами, когда девушка удивленно вскрикнула, привлекая его внимание. Из соседней галереи показалась знакомая высокая фигура седовласого мужчины, завернутая в белый лабораторный халат и окруженная плотным строем жестянок. Грязные зеленые глаза ошеломленно сверкнули, заметив замершие силуэты джедаев и маленького миккианина на руках у Скайуокера, лицо которого постепенно превращалось в яростную маску. — За ним! — первой крикнула Асока, бросаясь в сторону доктора Олиота, что-то быстро командовавшего дроидам. Доктор и его свита не стали вступать в неравный бой с яростной тогрутой и следовавшим по ее пятам мужчиной, а кинулись наутек, стараясь добраться как можно быстрее до запасного выхода, выводящего прямиком на взлетно-посадочную платформу. Девушка старалась дотянуться до ненавистного силуэта с помощью Силы, но ее концентрации мешали периодически стреляющие в них дроиды, а Энакин был сосредоточен на том, чтобы не уронить и не покалечить юнлинга, тихо попискивающего в стальных объятиях джедая. Как только они всей дружной компанией оказались на свежем воздухе под открытым пасмурным небом, истекающим легкими каплями теплого дождя, бывший Учитель быстро опустил Шака на землю, взмахом руки приказывая Асоке присмотреть за еле держащемся на ногах юнлингом и кинулся вперед, намереваясь догнать спешащего к уже готовому взлететь шаттлу Олиота. Тогрута затравленно огляделась, подхватывая за локоть шатающегося миккианина, лицо которого покрылось подозрительными светлыми пятнами, ярко выделяющимися на зеленой коже. Платформа была пустынной, но девушка осознавала, что если ее бывший наставник проберется в корабль, то окажется среди сепаратистов в одиночестве. Иногда в пылу битвы, он совершенно отрешался от реальности, бросаясь из крайности в крайность. — Энакин! — крикнула ученица, не надеясь, что мужчина поведет ухом, услышав ее голос. Она хотела было оставить Шака возле нагроможденных высокой кучей металлических ящиков, когда ощутила сильное волнение в Силе, заставившее ее напряженно нахмуриться и оглядеться. Однако вокруг по-прежнему не было дроидов, те продолжали плотным строем окружать седовласого ученого, медленно, но верно пробирающегося к шаттлу, с висящим на хвосте Скайуокером, размахивающим световым мечом. Внимание тогруты привлекли невысокие фигурки шестерых детей, окруживших ее и юнлинга плотным кольцом. Незнакомцы были одеты в такие же длинные светлые туники, как и Шак, у человеческих представителей волосы спутались неопрятными прядями, а один мальчик твиллек надсадно кашлял, но на всех бледных худых личиках горела страшная решимость, словно они были загипнотизированы. Медленно, словно во сне, дети вытянули ладони вперед, и Асока застыла на месте, чувствуя, как Сила внутри живого круга сгущается так, что становилось невозможно дышать. Она успела схватить юнлинга за хрупкое запястье, когда их тела взмыли вверх на несколько сантиметров над землей, захваченные в жесткие тиски невидимых крепких нитей. Тогрута внезапно четко осознала, что если дети пожелают и все вместе потянут в разные стороны, она и маленький миккианин, так и не успевший стать падаваном, окажутся разорваны на части безумной энергией, пронизывающей пространство вокруг. И это знание настолько ужаснуло девушку, не раз оказывающуюся на пороге смерти, но никогда не представляющую, что может погибнуть от самой Силы, которая всегда оказывалась союзником, а сейчас обернулась врагом в лице неизвестных измученных детей, до сих пор не ощущавшихся одаренными. Она бросила отчаянный взгляд в сторону Энакина, который остановился чуть впереди, угрожая доктору Олиоту голубым росчерком меча, плавящиеся остатки дроидов покрывали землю под их ногами. — Ты проиграл, генерал Скайуокер, — спокойным голосом заметил седовласый исследователь, кривя губы в язвительной усмешке. Правой ногой он уже ступил на трап шаттла, готовый запрыгнуть внутрь, и стоял вполоборота, понимая, что если джедай захочет, то легко разрубит его пополам. — Придется выбрать: или я, или она. Мужчина резко обернулся и побледнел, когда заметил парящие фигуры тогруты и мальчика миккианина в центре круга, образованного жутковатыми маленькими детскими силуэтами с горящими непонятной решимостью глазами. Молодой джедай яростно зарычал и поднял руку, готовый вытянуть вперед под лезвие меча рассмеявшегося хриплым смехом Олиота, на желтоватой коже которого проступил довольный румянец. — Не успеешь, джедай. Твоя драгоценная ученица и юнлинг будут разорваны на части той самой Силой, которой вы так поклоняетесь. Асока слышала каждое пропитанное радостным злорадством слово пожилого исследователя и глотала обреченные слезы, которые выступили на глазах. — Хватай его, Энакин! — она не могла сдвинуться с места, но сумела выкрикнуть то, что по ее мнению обязан был сделать бывший Учитель, так как ее жизнь не стоила ничего по сравнению с количеством спасенных существ, если Олиота обезвредят. Рядом надрывно заверещал Шак, из носа которого потекла тонкая струйка голубоватой крови, когда энергия, окружившая их тела, стала еще более сильной. Тогрута не успела осознать того момента, когда яростно рычащий Скайуокер отбросил Олиота внутрь шаттла взмахом руки и одним невероятно длинным прыжком оказался рядом со схватившими их детьми, замахиваясь гудящим световым клинком. — Нет! — девушка широко распахнула глаза, моля мужчину одуматься. — Только не так! На что джедай шумно втянул в себя воздух и мощным толчком только рукой оттолкнул одного из детей, разрывая цепь, из-за чего Сила, удерживающая падавана и юнлинга над землей, растворилась в пространстве. Асока упала вниз, больно ударившись плечом о бетонную поверхность, и тут же перевернулась на колени, взглядом отыскивая скорчившегося рядом без сознания Шака. Она успела, используя свои способности, дотянуться до мерцающего огонька мальчика, с облегчением понимая, что он был жив, и просто отключился от перенапряжения. Ее внимание привлекли жуткие звуки хриплого дыхания, идущие со всех сторон, и тогрута осознала, что дети, только что чуть не разорвавшие ее на части, ничком лежали на холодной земле с выгнутыми спинами, а их лица были искажены болью и страхом, от которого сердце опускалось в пятки. — Так же, как тогда с Аларой, — шепотом заметил Скайуокер, опускаясь рядом с ученицей на колени. — Мы ничем не можем помочь. — Но это же дети, — Асока задрожала всем телом, слишком сильно осознавая свою беспомощность. — Как он мог! Она бросила быстрый взгляд, наполненный ненавистью, вверх, выцепляя среди мрачных облаков быстро удаляющуюся темную точку шаттла. — Ты должен был схватить его, а не думать о нас с Шаком! Энакин отпрянул от исказившегося яростью лица тогруты, которая оскалилась и показала длинные белые клыки. — И дать вам умереть? — мужчина быстро сориентировался и тут же сам бросился в атаку, напряженно хмурясь. — Это было бы справедливо, — девушка опустила вниз голову, понимая, что была абсолютно измотана внезапным происшествием, чуть не приведшим ее к гибели. — Падме… — Идиотка! — громко выкрикнул джедай, резко обрывая не договоренное предложение. — Ты действительно считаешь, что я желаю тебе смерти? Асока подняла полные слез голубые глаза на белое, как полотно, лицо бывшего Учителя и сделала несколько рваных вдохов, не способная справиться с эмоциями, пронзившими все тело. — А разве нет? — ее голос был еле слышен. — Твоя ненависть ко мне была слишком очевидной. Скайуокер глухо застонал и на несколько секунд спрятал лицо в дрожащих ладонях, словно пытаясь закрыться от справедливых и таких тяжелых слов девушки. — Эта ненависть была направлена в основном на самого себя, — мужчина отвел руки в стороны и криво усмехнулся. — Но это не значит, что я не виню тебя. — Вот об этом я и говорю! — тогрута горестно махнула рукой, вновь ощущая, как внутри просыпаются слегка потерявшие яркость отзвуки вины и горя, которые сопровождали предательство Баррисс и смерть сенатора Амидалы. — Так что стоило позволить им растерзать меня, зато ты смог бы схватить Олиота и спасти столько невинных жизней! Асока оглянулась вокруг, с трудом подавляя рыдания, когда смотрела на обездвиженные мертвые тела совсем юных созданий, отдавших всю жизненную энергию на один большой всплеск с использованием Силы, который и убил их. — Никогда и никому я не позволю забрать тебя у меня, Асока Тано, — девушка замерла при звуке холодного и абсолютно спокойного, контрастом с предыдущим гневом прозвучавшего голоса, и встретилась взглядом с голубыми глазами, в которых сверкала уверенность в сказанных словах и себе. Тогруте стало не по себе, когда она поняла, что именно произнес ее бывший Учитель, ей казалось, словно то, что было так для него важно, он перенес на нее. Всю ту неправильную привязанность, которая и причиняла ему столько боли после смерти Амидалы, и которая сейчас отчетливо светилась в каждой черточке его лица. — Ты виновата в том, что не смогла вовремя понять намерения своей лучшей подруги Баррисс, — так же спокойно продолжил Скайуокер, словно весь огонь гнева резко превратился в лед. — Не ты держала меч, лишивший жизни Падме, но это не значит, что я простил тебя. Асока до боли сжала кулаки, ощущая, как ногти впиваются в кожу даже сквозь плотную ткань перчаток. — А я тебя! — она сжала губы и уверенно подняла голову, упрямо нахмурившись. — Ты разорвал нашу связь, отказался от моего дальнейшего обучения! Как я могу после этого еще хоть раз назвать тебя своим Учителем?! Мужчина внезапно закашлялся, словно она ударила его под дых, и виновато прикусил губу, прекрасно понимая, что бывшая ученица говорила правду. Он — взрослый джедай и наставник, ослепленный гневом и горем, глупой обидой, нанес болезненную рану слишком юной, не успевшей набраться мудрости девочке. — А другом? — неуверенно протянул Скайуокер, из-под нависшей волнистой челки сверкая напряженным взглядом. Асока фыркнула, узнавая упрямство и непримиримость, всегда сопровождающие ее наставника, и медленно кивнула. — Можно попробовать, — она неуверенно приподняла уголки губ, не в силах улыбаться среди тел мертвых детей, все еще ошеломленная происходящим. — Спасибо и на этом, Шпилька, — Энакин медленно поднялся, выпрямляя затекшую спину, и подал руку все еще сидящей на коленях тогруте, одним резким рывком ставя ее на дрожащие ноги. — Просила же, не называть меня так, Скайрокер, — прошипела падаван, прекрасно осознавая, что бывший Учитель пытался отвлечь ее от страшных мыслей, накрывающих с головой. Мужчина в ответ язвительно оскалился и нагнулся, поднимая с холодной земли все еще пребывающего без сознания и казавшегося еще более хрупким Шака. — Просто не будет, да? — Асока осторожно прикоснулась ледяными пальцами к живой кисти Энакина, крепко прижимавшего к себе маленького юнлинга. — Нет, не будет, — в каждой черточке джедая все еще сквозила непреодолимая тоска и боль, но он прекрасно понял, о чем говорила тогрута. — Но мы можем попытаться. — Нам стоит поторопиться, — падаван напряглась, уловив острым слухом сирену, доносящуюся из раскрытых ворот, ведущих обратно в здание исследовательского центра. Скайуокер молча кивнул, соглашаясь со словами ученицы, и, удобнее перехватив юнлинга у себя в руках, устремился в противоположную сторону, намереваясь обогнуть построение с другой стороны и остаться незамеченным. Он казался невероятно сосредоточенным, когда готовился в любой момент использовать Силу, чтобы отвести от них взгляды местных жителей. — Пока убегаем от неприятностей, тебе стоит придумать, что мы скажем Оби-Вану, — на ходу успел крикнуть Энакин, заставляя Асоку поперхнуться и почти наяву увидеть непередаваемое выражение лица магистра. — Он убьет нас, — простонала девушка, оббегая удивленно шарахнувшегося в сторону мужчину чалактанца, и замечая высоко в небе изящные силуэты сепаратистских истребителей. Ответом ей был совершенно невеселый, но заставляющий распрямиться какую-то тугую пружину внутри, смех Скайуокера, уже выцепившего взглядом приближающиеся платформы космопорта.