Гармония

От автора: Дорогие читатели, вы готовы к финалу? Я, если честно, не очень. Не смогла сдержать слез, когда перечитывала главу заново. Музыкальное сопровождение: Our Solemn Hour -Within Temptation Human — Rag'n'Bone Man — для последней части главы — Что за приказ? — магистр Винду мрачно нахмурил брови, напряженно всматриваясь в то место, где только что мерцала записанная голопроекция. — Скайуокер? Энакин замер, оперевшись ладонями о гладкую столешницу и задумчиво прислушиваясь к пространству вокруг, которое через секунду, словно взорвалось тысячами маленьких взрывов, принося лишь боль и отдаленные предсмертные выкрики. Асока пошатнулась на месте, прижав руку к груди, ощущая, но не до конца осознавая нечто страшное, происходящее по всей Республике одновременно, будто в данный момент погибало невероятное количество живых существ, связанных крепкими узами с Живой Силой. Темнокожий корун в одно мгновение активировал гудящее фиолетовое лезвие, когда створки двери с тихим шорохом распахнулись, пропуская внутрь трех покинувших недавно помещение клонов, тут же без всякого предупреждения открывших огонь по джедаям. — Бойцы! — воскликнул Мэйс, лицо которого побледнело, а на виске билась маленькая еле видная венка, выказывая то, что он точно так же ощутил леденящее душу дыхание смерти, на одно бесконечно долгое мгновение коснувшееся каждого присутствующего в кабинете канцлера. — Отставить приказ! Однако Джесси и его спутники ни единым движением не показали, что услышали обращение генерала, продолжая четко и быстро стрелять по высокой фигуре мужчины яркими голубоватыми зарядами, целясь в грудь и голову. Асока хотела было присоединиться к старшему джедаю, порываясь первой добраться до клонов и лишить их сознания, так как ситуация явно напоминала тот случай с Рексом, и девушка боялась, что магистр Винду не пожалеет обратившихся против него подчиненных, однако крепкая хватка на плече остановила ее. — Он справится, — шепнул на ухо, подошедший ближе Энакин, по глазам которого было заметно, сколько безумных мыслей и идей в данное мгновение сталкивалось в его сумасбродной голове. — Ты помнишь чип у Рекса? Что если это и есть результат срабатывания этой гадости? — Армия клонов, которая обратилась против джедаев? — тогрута в неверии обернулась на выглядящего потерянно Учителя, который точно так же, как и она, не испытывал желания бороться с теми, с кем прошел всю войну и кому доверял прикрывать собственную спину. — Ты можешь отсюда разослать сообщение, используя нашу частоту? Молодой мужчина на несколько секунд замер, прикусив губу и к чему-то прислушиваясь, а затем резко махнул головой, отчего его волосы упали на лицо, и бросился обратно к передатчику на рабочем столе канцлера, тут же начиная быстро бегать пальцами по кнопкам, брови джедая сильно хмурились, образовывая вертикальную складку на лбу, что выказывало его волнение. — Свяжись с Храмом, Асока! — крикнул, не отрываясь от своей задачи наставник, стараясь всеми силами заглушить передаваемый сигнал, запущенный Палпатином перед смертью. Тогрута, отскочившая от шального заряда, чуть не попавшего в ее плечо, нервно отбросила полу плаща, поднимая руку с прикрепленным к запястью коммуникатором, и легким нажатием кнопок ввела личный код Рекса, помня, что капитан остался в Храме. — Рекс! — первой воскликнула девушка, когда прибор легким писком указал, что соединение было установлено. — У нас проблемы. К вам наверняка уже направляются клоны, будь готов, — падаван на мгновение замялась, не до конца осознавая реальность происходящего. — Армия Республики запрограмированна на уничтожение джедаев! — Коммандер Тано, — послышался встревоженный голос капитана. — Вы уверены? Что с пятьсот первым? Тогрута подняла голову в тот момент, когда Мэйс Винду одним взмахом руки отправил трех бойцов в стремительный полет, закончившийся ударом о стену — послышался неприятный хруст, и клоны рухнули вниз безвольными куклами, один из них совершенно точно был мертв, что подтвердило легкое тянущее ощущение в Силе. Темнокожий мужчина досадливо поморщился, деактивируя меч, но оставляя его в руке на случай нового нападения, джедай не собирался причинять серьезного вреда подчиненным, однако те не оставили ему другого выбора. Асока тяжело выдохнула, вспоминая, что ее ответа ждал капитан, и с болью в сердце была вынуждена произнести следующие слова: — Мне жаль, Рекс. Боюсь, абсолютно все клоны в данный момент обратились против джедаев и Республики. Так же как с тем чипом, который заставил тебя наброситься на нас, — девушка дрожащей ладонью быстро провела по лицу, стараясь обхватить рассеянным сознанием всю картину разом. — Как твой командир, я приказываю тебе, капитан, защищать юнлингов и Храм, даже если придется бороться против наших бойцов из пятьсот первого. Ученица чувствовала во рту противный гнилой привкус, который появился там от этих слов, но понимала, что у нее не оставалось выбора в данную минуту. Если бы они со Скайуокером были проницательнее, то могли бы решить эту проблему хотя бы с их собственным отрядом, однако события развивались так стремительно, что вопрос с чипами отошел на задний план, а сейчас было слишком поздно что-то пытаться изменить. Какое-то время из динамика коммуникатора слышалось лишь частое хриплое дыхание Рекса, который пытался принять отданный ему приказ, а затем мужчина с усталым выдохом, ответил: — Я понял вас, коммандер. Приказ принят. — Мы скоро будем у вас, — Асока отключила связь и обратила внимание на уже закончившего свою часть работы Учителя, который успел записать свое обращение для джедаев, передающее просьбу вернуться в Храм, так как тот был в опасности, и предупреждающее о предательстве армии. Кабинет погрузился в мрачную, вызывающую неприятные мурашки по телу тишину, грозящую чем-то более страшным в будущем, словно даже со смертью канцлера Темная сторона не стала слабее в самом центре Корусанта, а продолжала своими щупальцами захватывать все новые территории и слабые души. — Мы нужны юнлингам, — первым очнулся от странного оцепенения Мэйс Винду, хмурым взором оглядывая неподвижные фигуры клонов, распростертые возле дальней стены кабинета. — Нельзя оставлять их так, двое все еще живы. — Не предлагаешь же ты их убить вот так, Винду? — резко спросил Энакин, подходя к Асоке и протягивая ей два световых меча, потерянных при взрыве. — Сможешь сражаться? Скайуокер рукой указал на обожженные, паршиво выглядящие раны на кистях тогруты, которая с каким-то легким благоговением приняла обратно свои клинки, бывшие чем-то большим для нее, чем просто оружие для защиты. Когда ладони коснулись металлических рукояток, по коже пробежала острая стремительная волна боли, отдающаяся даже в плечах, но девушка сжала зубы и с уверенностью, которой не ощущала сама, кивнула, понимая, что она не могла просто отсиживаться за спинами старших джедаев, когда каждый боец был на счету. Мэйс Винду раздраженно закатил глаза на хамство Скайуокера, но никак не прокомментировал его высказывание, так как у них не было времени на перепалки, мужчина отвернулся от поверженных врагов и взмахом руки приказал следовать за ним в коридор: — Возвращаемся в Храм! Асока в то же мгновение сбросила успевший надоесть своими длинными полами и широкими складками плотный плащ, оставляя его темнеть неровной кляксой на полу кабинета канцлера, и бросилась следом за магистром, краем глаза замечая справа от себя стремительный силуэт наставника. — Что если остались только мы? — взволнованно на бегу задала волнующий больше всего на свете вопрос тогрута, не забывая при этом оценивать обстановку на присутствие врага в стенах Сената. — Я не знаю, Шпилька! — крикнул звучным голосом Скайуокер, перепрыгивая через узкие ступеньки лестницы, ведущей к турболифтам. — Но я верю в то, что Оби-Ван смог выжить. Падаван почувствовала, как сбилось с ритма сердце, когда перед глазами пронесся образ магистра, бывшего для нее вторым наставником, с его обычным хитрым прищуром серых внимательных глаз и рыжеватой короткой бородкой, скрывающей добрую улыбку. Она мысленно обратилась к Силе, моля ее предупредить старшего джедая и помочь ему избежать опасности, чтобы в целости и сохранности добраться до Корусанта. Из-за поворота неожиданно выскочила знакомая фигура Бэйла Органы, одетого непривычно просто в обыкновенные брюки и теплый свитер, с растерянными и испуганными искрами в карих глазах, которые казались странными, так как сенатор был не самой робкой личностью. — Что происходит? — мужчина поравнялся с джедаями, заметив их в конце коридора, и бледное лицо тут же приобрело необходимую сосредоточенность, подчиняясь годами оттачиваемой практике брать эмоции под контроль на публичных выступлениях. Мэйс Винду поморщился, сбавляя шаг только перед закрытыми стеклянными створками турболифта и нетерпеливо нажимая на загоревшуюся синим индикатором кнопку, а затем перевел недовольный, как впрочем, и в любой ситуации, взгляд на политика, согнувшегося пополам и пытающегося выдохнуть после стремительной пробежки. — Канцлер мертв, — после небольшой натянутой паузы спокойно процедил сквозь зубы темнокожий корун, доставая из кармана маленькую деку с записанной информацией и передавая ее сенатору. — Здесь информация, доказывающая, что Палпатин и Дарт Сидиус одно и то же лицо, управляющее одновременно и Республикой и силами Сепаратистов. Бэйл Органа несколько раз ошарашено моргнул, пытаясь вернуть упавшую вниз челюсть на место, но достаточно быстро сориентировался, делая глубокие вдохи полной грудью, и покачал головой. По его лицу было видно, что в мыслях у политика в данную секунду проходила стремительная мозговая деятельность, выстраивающаяся в один неплохой сценарий. — Я видел клонов, — нахмурив широкие брови, сообщил, наконец, Органа быстро переглянувшимся джедаям. — Они направлялись в сторону Храма. — Когда это было?! — резко перебил мужчину Скайуокер, хватая сенатора за плечо механическими пальцами и причиняя неприятные ощущения, отчего тот поморщился, но никак не прокомментировал такую эмоциональную реакцию. — Несколько минут назад, — потерянно сообщил Бейл, пожимая плечами, очевидно не совсем понимая всей серьезности ситуации. — Что не так? Я думал, что им был послан приказ от Совета. Негромко лязгнули открывшиеся стеклянные двери лифта, пропуская внутрь ярко освещенной кабины четверых напряженных людей. Асока чувствовала, как холодеет кровь в венах от одной мысли, что целая армия шествовала в данный момент к Храму, где осталось слишком мало обученных рыцарей и большое количество детей, не способных дать серьезный отпор. Она надеялась, что кто-то из членов Совета уцелел при исполнении приказа шестьдесят шесть и уже направлялся обратно на Корусант, стремясь добраться до дома вовремя. — Клоны пытаются уничтожить джедаев, — выдохнула девушка, в защитном жесте складывая руки на груди, будто пытаясь отгородиться от жестокой реальности. — Канцлер Палпатин отдал им приказ через встроенные в головы устройства, и мы не можем этого отменить. Глаза Бэйла Органы становились все больше, когда он порциями узнавал информацию, которая выглядела несколько нереальной, будто из фильма ужасов, и никак не могла произойти в самом центре их Республики, может и измотанной войной, но все еще остававшейся оплотом привычного мира. — Я… — политик с шумом втянул в себя воздух, расслабляя напряженные плечи, и как-то нервно впился пальцами правой руки в темные блестящие волосы, слегка цепляясь за пряди. — Я немедленно соберу Сенат. Необходимо как можно быстрее организовать противостояние армии клонов, которые вышли из-под контроля. Мэйс Винду задумчиво потер подбородок, складки вокруг его рта стали глубже, показывая, что на самом деле мужчина уже был не молодым юнцом. — Вряд ли люди захотят вступить в открытые конфронтации с клонами. Солдаты угрожают только джедаям, — магистр выглядел уверенным в своих словах, прекрасно помня вечернюю показательную казнь на площади перед зданием Сената. Однако Бэйл таинственно сверкнул темными глазами и слегка усмехнулся одними краешками губ: — Вы правы — жители Республики потеряли терпение и желают лишь закончить эту бессмысленную войну в краткие сроки. Если указать им на конкретную цель, то они тут же переключатся на нее, — политик покрутил в длинных пальцах деку с информацией, переданную темнокожим коруном, а затем убрал ее в глубокий карман брюк. — В конце концов, это ведь война клонов, а не джедаев. Думаю, будет лучше в официальном обращении сообщить, что канцлер Палпатин был жестоко убит восставшими против Республики солдатами. В таком случае людям не придется задумываться о сложных взаимодействиях ситхов и джедаев. В этих словах был смысл, так что, когда лифт достиг первого уровня, выпуская собеседников в огромный, слабо освещенный холл, Бэйл Органа уже прорабатывал в голове текст обращения к сенаторам, которые явно будут недовольны, что их подняли с постелей в позднее ночное время. — Спасибо за ваше доверие, — Винду на несколько секунд остановился, уважительно склоняя голову перед смущенно поморщившимся мужчиной, а затем вновь сорвался на быстрый бег, направляясь в сторону парковки, где можно было позаимствовать служебный транспорт, чтобы добраться до Храма по воздуху. Как только Скайуокер оказался за рулем скоростного маневренного спидера, небольшая компания джедаев облегченно выдохнула, знакомое бывшее для каждого из них домом серовато-белое здание, ярко освещенное мощными прожекторами, быстро приближалось, что давало надежду на своевременное появление. — Сколько рыцарей осталось в Храме, помимо нас? — задал очевидный вопрос Энакин, не отрывая взгляда от даже ночью запруженной воздушной трассы, которую он пытался пересечь поперек, вызывая гнев у пролетающих мимо водителей, яростно издающих пронзительно звучавшие гудки. — Если бы я знал, то не переживал бы так сильно, — буркнул в ответ неожиданно проявивший человеческие эмоции Мэйс Винду, руки которого упирались в переднюю панель, чтобы удержаться на месте в открытом стремительно движущемся спидере. — Йода на Кашиике, возможно прибудет через пару часов, если его не задержат, а Оби-Ван должен был поймать Гривуса на Утапау — с Внешнего Кольца он сможет добраться до столицы только к рассвету. Асока оказалась на заднем сидении и морщилась от ледяных резких порывов ветра, пытаясь сосредоточиться на Силе, чтобы хоть немного заставить тело начать исцелять обожженные и все еще полыхающие болью кисти. Тогрута почувствовала легкое облегчение, услышав стальные уверенные нотки в голосе магистра, когда он говорил о других членах Совета, словно было совершенно очевидным фактом, что хотя бы двое названных джедаев легко ушли из-под обстрела армии клонов. Неожиданно взметнувшаяся острой тревожной волной Сила, заставила собеседников обратить свое внимание на уже виднеющуюся широкую площадь перед Храмом, покрытую светлыми огромными плитами. Падаван ощутила, как в который раз за эту бесконечно долгую ночь ее охватывает беспросветное отчаяние, когда заметила стройные ряды облаченных в белую броню солдат, двигающихся в едином ритме и с поднятыми в руках бластерами. Перед клонами шагали маленькие хрупкие фигурки, которые при повторном сосредоточенном взгляде оказались десятками детей, одетых в развевающиеся на ветру свободные светлые туники. Дети были босыми, словно пытались стать ближе к энергии поверхности планеты, полностью застроенной и лишенной какой-либо естественной флоры, растрепанные волосы создавали жуткое впечатление неухоженности, будто это маленькое воинство содержалось в тюремных камерах до того, как их отправили в первый и последний бой. Среди юных бойцов были не только представители человеческой расы, встречались и родианцы с насыщенными оттенками зеленой кожи, готалы, несколько брольфи, изящные силуэты маленьких твиллеков, Асока смогла заметить даже пестревшие сине-белыми полосками монтралы девочки-тогруты. Вся эта разномастная армия двигалась к Храму Джедаев с одной единственной легко читающейся в Силе целью — стереть с лица земли всех одаренных и принадлежащих к Ордену существ. Тогрута привстала с мягкого кожаного сиденья, цепляясь пальцами о край двери, чтобы не выпасть при очередном резком повороте, в который бросил спидер Энакин, девушка до боли напрягала зрение, чтобы суметь различить лидера, уверенными шагами следующего впереди своего странного воинства. Хрупкая высокая фигура была облачена в темные развевающиеся за спиной одежды, короткие криво обрезанные волосы удерживала широкая повязка, не давая прядям лезть в лицо, в тонкой изящной кисти знакомо полыхал голубым лезвием световой меч. Ученица покачала головой, чувствуя, как темнеет в глазах от недоверия, и потянулась Силой вперед, стараясь узнать неповторимое сияние молодой женщины, которая вела за собой в бой армию. Ее сердце не хотело верить до конца, когда способности отчетливо указали на личность незнакомки, которая внезапно обернулась и посмотрела высоко в небо прямо на парящий в воздухе спидер, словно что-то ощущая. Асока дернулась назад, заметив даже издалека пронзительный синий блеск глаз Баррисс Оффи. — Скайуокер, быстрее! — прикрикнул Мэйс Винду, который точно так же заметил врагов, надвигающихся тесным строем на их общий дом. — Садись на крышу возле башни Совета! Как только они оказались на твердой земле, магистр резким прыжком выбрался на шершавую поверхность Храма, тут же сотрясшуюся от серии взрывов, прозвучавших со стороны центральных врат. Энакин бросился к техническому люку, резким движением руки отбрасывая прочь металлическую крышку и первым скрываясь в темном проеме. — Тано, — позвал уверенным тоном девушку магистр Винду. — Как только окажемся внутри, оцени обстановку. Необходимо собрать всех юнлингов в Зале Совета. Асока поморщилась, услышав четкий приказ в стальных нотках голоса мужчины, но не стала даже пытаться спорить, так как отлично понимала, что джедаев было слишком мало, и в первую очередь следовало обезопасить самых уязвимых участников предстоящего боя. Она решительно последовала за мастером в открытый люк, быстро спускаясь вниз по узкой неудобной лестнице, все еще ощущая неприятные подергивания в кистях, несмотря на то, что краткое воздействие Силой уменьшило боль до вполне терпимой, чтобы дать ей возможность крепко держать рукояти световых мечей. Храм встретил ее запахами гари, витающей в полутемных коридорах пылью и оседающими кусочками штукатурки, оторвавшейся с потолков при серии оглушительных взрывов, устроенных противниками. Все пространство вокруг гудело от острых порывов ненависти и желаний сеять разрушения и смерть, на периферии пробивались слабые испуганные нотки, идущие откуда-то слева. Асока резко развернулась к турболифту, ведущему в Башню Совета, и заметила несколько дрожащих тоненьких фигурок с активированными тренировочными мечами, не способными причинить врагам существенного вреда. Тогрута сделала успокаивающий вдох, до того ее поразила эта сцена с вынужденными сражаться за жизнь в собственном доме детьми, и махнула ученикам рукой: — Быстро в лифт! Поднимайтесь в Зал Совета и оставайтесь там, пока за вами не придет кто-то из рыцарей или старших падаванов! Малыши обратили испуганные сверкающие взоры на уверенно выглядящую в себе девушку, и тут же с огромным, практически реально ощущаемым в воздухе облегчением сорвались с места, стараясь быстрее спрятаться от того, что так пугало приучаемых с детства к опасностям юнлингов. Асока и сама была бы не против оказаться подальше от этой удушающей волны Темной стороны, что медленно наползла на Храм и с упорством пробиралась в каждый потаенный уголок, заставляя всплывать на поверхность самые страшные мысли и страхи. Падаван потрясла головой, избавляясь от мешающих сосредоточиться размышлений, и тут же рванула вперед, цепким взглядом осматривая слабо освещенные длинные коридоры, и отправляя попадающихся на пути детей в сторону Башни Совета. Армия клонов, очевидно, была задержана присутствующими в здании рыцарями и еще не пробралась в центральные залы, давая тогруте время попытаться уберечь хотя бы малышей. Оказавшись вблизи центрального огромного холла перед высокими колоннами, украшающими некогда вход в Храм, девушка замешкалась, замечая, как хрупкие детские фигурки, над которыми поработал в свое время доктор Олиот, поднимали ладони вверх, направляя концентрированные сгустки энергии на несущие конструкции здания, отчего те тут же покрывались трещинами и оседали на пол разломанными осколками, поднимая в воздух клубы пыли и грязи. Юные бойцы, использующие Силу, с которой никогда не имели такой связи, как одаренные, тут же падали на пол, изгибаясь в предсмертных агониях. Белеющие знакомой броней силуэты клонов уже были видны среди верхних уровней, ведущих к жилым помещениям, где-то в отдалении Асока успела заметить знакомый росчерк голубого меча и кудрявые волосы наставника, сражающегося сразу с несколькими противниками. Тогрута продолжила свой путь, резко останавливаясь перед четырьмя раскинувшими руки в стороны телами младших падаванов, на светлых холщовых туниках виднелись многочисленные темнеющие дырочки от точных выстрелов бластеров. Девушка беглым взглядом осмотрела пустые побледневшие лица, запоминая каждую черточку, каждую царапинку и растрепанную длинную ученическую косичку, испытывая лишь мрачную решимость не дать творить беспредел и дальше сошедшим с ума клонам. Асока отбилась от нескольких выпущенных в ее сторону зарядов, направляясь обратно вглубь Храма, понимая, что у нее осталось слишком мало времени, и остальных юнлингов придется защищать на открытом пространстве. Впереди показались знакомые металлические дверцы турболифта, а позади уже слышался отчетливый топот тяжелых сапог, когда падаван стремительно замахнулась световым мечом, выжигая рабочую панель, чтобы никто не смог попасть в Зал Совета, даже если бы попытался. Девушка развернулась, царапая каблуками гладкий отполированный пол и поворачиваясь лицом к окружившим ее клонам, на шлемах которых виднелись знакомые синие отметины пятьсот первого отряда. В душе поднялся целый ураган из спутанных в тесный клубок эмоций, однако падаван отлично понимала, что бывшие подчиненные не оставляли ей никакого выбора, своими точными выстрелами пытаясь попасть ей в голову. Асока ощутила горячие дорожки слез, когда ей пришлось прыгнуть вперед и крест-накрест прорезать обугленные полосы на груди одного из солдат, который тут же грузно рухнул на пол, выпуская из руки бластер. Несмотря на подлеченные кисти рук, кожа все еще болела, мешая свободно двигаться, а бойцов было слишком много для нее одной, так что девушка медленно отступила назад, спиной ощущая прохладную поверхность стены. Она выставила вперед ладонь, отбрасывая троих клонов назад, однако остальные продолжали наступление, прекрасно понимая, с кем имеют дело. Когда тогрута уже успела попрощаться с жизнью, из коридора внезапно на полной скорости вылетела высокая фигура магистра Пло-Куна, размахивающего голубым лезвием меча, от ударов которого тут же пало два бойца. Асока послала быструю приветственную волну названному отцу, замечая прожженную в нескольких местах тунику и вздувшиеся волдыри на правой стороне лица кел-дора, который, несмотря на ранения, оставался устрашающим в своей скорости и точных рубящих ударах клинка. Девушка понадеялась, что еще кто-то из джедаев успел вернуться в Храм после того, как Скайуокер послал всем оповещающее сообщение, но Сила вокруг настолько искрилась тысячами неприятных колких иголок, что в этом месиве сложно было уловить хоть чье-то знакомое присутствие. В небольшой холл перед туроблифтом ворвались еще несколько клонов, тут же открывших огонь и отвлекших внимание ученицы, которая сделала ловкий кувырок и с помощью своих способностей раскидала солдат в стороны, лишая сознания, но не пытаясь на этот раз нанести смертельные удары, так как внутри все еще болело сердце из-за того, что она вынуждена была сражаться с теми, кому ранее доверяла собственную жизнь. Погрузившаяся с головой в битву падаван мало обращала внимания на то, что происходило за ее спиной, допуская этим серьезную ошибку, так как, когда девушка услышала подозрительное гудение светового меча, было поздно что-то менять, даже ее способности не могли помочь ей уйти от ярко сияющего голубого лезвия, направленного прямо в центр груди Асоки. Время словно застыло, заставляя окружающие движения замедлиться, и ученица с расширившимися глазами смотрела на быстро среагировавшую темную фигуру Пло-Куна, бросившегося наперерез вражескому световому мечу, встречая его смертельный удар своим клинком. Однако, судя по всему, кел-дор был ранен гораздо сильнее, чем показывал, легко отражая выстрелы клонов, и в самый ответственный момент его правая нога подогнулась, и два столкнувшихся лезвия прошли по касательной относительно друг друга. Асока отпрянула назад, когда тот, кто был ей бесконечно дорог, кто подарил ей эту превратившуюся в кошмар жизнь, медленно с тихим шорохом осел на холодный пол, пронзенный чужим мечом насквозь. Левая рука магистра взметнулась вверх, намереваясь оттолкнуть противницу с помощью Силы, однако сознание быстро померкло, и джедай рухнул вниз. От удара о твердую поверхность плотная черная маска сползла с лица Пло-Куна, впрочем, уже бесполезная для мертвого остывающего тела. Девушка не могла идентифицировать, что конкретно она испытывала, увидев очередную смерть дорогого для нее существа, так как внутри все превратилось в лед, который отражался и в синих сверкающих глазах Баррисс Оффи, стоявшей перед ней в боевой стойке. Мириаланка кинула быстрый взгляд на павшего от ее руки магистра, и резко развернулась на пятках, заставляя темное платье взметнуться вокруг тонкого стана, а затем широкими прыжками рванула прочь от клубящейся вокруг тогруты тьмы. Асока внезапно обрела невероятно четкое зрение, которое позволяло ей видеть весь хаос, наполнивший Храм, со всех сторон, запоминая каждую мелкую деталь, которая придавала ей сил, подпитывая гнев и ярость. Падаван давно перестала ощущать какую-либо боль в обожженных кистях, ее ноги наполнились пружинистой энергией, и она практически летела над грязным полом, покрытым осколками и мертвыми телами, стремясь догнать юркий силуэт бывшей подруги. Баррисс отвратительно безумно хохотала, на своем пути, успев быстрым жестоким ударом сразить двух маленьких юнлингов, не успевших убраться с дороги. Асока не могла чувствовать боль от этого нового злодеяния, так как ее личная чаша была уже переполнена до краев, она лишь в очередной раз положила произошедшее в свою копилочку прегрешений мириаланки, за которые та обязана была ответить. Мимо проносились пыльные полуразрушенные, а некогда такие светлые наполненные теплом и солнечным светом галереи Храма Джедаев, сбоку вынырнула яростная невероятная в своих акробатических движениях фигура Вокары Че, рядом с которой отчаянно противостояли клонам падаваны, обучавшиеся у пожилой твиллечки искусству исцеления. Чуть дальше безжалостно рубил на куски, словно это были очередные дроиды, солдат в белой броне Мэйс Винду с застывшим подобно маске лице, вокруг темнокожего джедая отчетливо клубились волны Темной стороны, а глаза отливали нехорошими красными искрами. Баррисс с громким гиканьем перепрыгнула через витые перила, оказываясь на разломанных плитах первого уровня перед полностью разрушенным входом в Храм, и тут же яростно набросилась на не ожидавших ее нападения молодых рыцарей. Асока последовала за противницей, легко преодолевая преграду на пути и мягко опускаясь на согнутые ноги, помогая себе левой рукой, чтобы не перекатиться через голову, когда тело пронзила жесткая отдача. Помотав головой, чтобы быстрее прийти в себя, тогрута рванула вперед, не желая позволять бывшей подруге уничтожить еще кого-то из ее товарищей, яростно гудели ее зеленые клинки, будто предчувствуя скорую битву. Рядом возникло взмыленное растрепанное лицо Скайуокера, который окинул девушку быстрым оценивающим взглядом и заметил беснующуюся впереди Баррисс. — Она моя! — злобно прорычала падаван, замечая удовлетворительный отблеск в голубых практически светящихся бесконечной энергией глазах Учителя, который позволял ей вступить в битву самостоятельно. Мужчина лишь послал пробравшую до кончиков пальцев нежную волну сквозь Силу и тут же скрылся за полуразрушенной колонной. Асока сделала глубокий вдох, притормаживая и оглядываясь, тут же поняв, что джедаи оказывались в меньшинстве даже с теми, кто успел вернуться домой, если бой продолжится в том же духе, с рассветом это место превратится в один общий склеп. Однако у нее не оставалось времени предаваться мрачным предчувствиям, и тогрута прыгнула вперед, отстраняя в сторону недовольно пискнувшего Калеба Дьюма, который пытался не дать ехидно оскалившей губы Баррисс Оффи подобраться к его раненой наставнице — Депе Биллабе, распростертой изломанной куклой на холодном грязном полу. — Асооооока, — издевательски пропела мириаланка, отскакивая в сторону. — Маленькая, бесполезная девчонка, которая никак не может спасти тех, кто ей дорог. Тогрута ощутила, как кончики монтрал закололо от бешенства, застлавшего красной пеленой ее взгляд, и Сила ревущей волной окружила ее хрупкую фигуру, окутывая в гудящий кокон. Девушка выставила вперед ладонь, и бывшая подруга тут же отлетела назад, сильно кувыркнувшись через голову и неслабо приложившись о пол спиной. Однако противница тут же вскочила на ноги и зашипела, как рассерженная кошка, признавая явно возросшие таланты Асоки Тано. Падаван не стала дожидаться, пока молодая женщина придет в себя, и тут же обрушила на нее яростные удары двух сверкавших клинков, высвечивающих на ее лице хищные тени, рычание отчетливо срывалось с темных полных губ, грозно сверкали белоснежные клыки, готовые при удачной возможности впиться в тонкую шею мириаланки. Асока широко замахивалась мечами, переходя на излюбленную стремительную тактику Скайуокера, позволявшую быть ему непревзойденным фехтовальщиком и грозным противником, и ощущала, как Темная сторона подпитывала ее изможденное войной и боями тело, давая необходимые для уничтожения Оффи силы. Однако, несмотря на то, что бывшая подруга была вынуждена отступать, в ее синих пронзительных глазах светилась довольная усмешка, словно тогрута проигрывала этот бой. — Зачем ты это делаешь? — не сдержавшись, выкрикнула ученица, перешагивая через мертвое тело ребенка, одетого в бежевую тунику. — Зачем убиваешь юнлингов и тех, кто был тебе семьей? Баррисс вновь безумно рассмеялась с какой-то отчаянно хрипотцой и легко взмахнула мечом, оставляя сильный обугленный порез на предплечье отскочившей назад Асоки. — Ты ничего не понимаешь, глупая, — мириаланка раскинула в стороны руки, наслаждаясь передышкой, необходимой обоим, будто противницы не пытались лишить жизни друг друга, а наслаждались очередным тренировочным боем. — Не слышишь желаний Силы. У каждого из нас своя роль. Тано внезапно осеклась, ощутив на своей коже прохладный ветерок, проникающий сквозь разрушенные ворота Храма, за пределами которого горизонт уже стремительно светлел, подчиняясь продолжающей в привычном ритме крутиться по орбите планете. Ночи в этом сезоне были короткие и теплые, и если бы не бесконечная война, приносили бы настоящее удовольствие любителям долгих вечерних прогулок, но вместо этого по всей Республике земля окроплялась кровью существ, настроенных против друг друга уже канувшим в вечность ситхом. Девушка сделала глубокий вдох, и заметила, как ярость, гнев и ненависть начали утихать, сменяясь строгой концентрацией и бесконечно глубокой печалью, плотно засевшей в сердце. Темная сторона, любовно обнимавшая ее хрупкую фигуру влажными щупальцами, отступила в сторону, уступая место зарождающемуся рассвету. Асока покачала головой и бросила недоуменный взгляд на свои зеленые гудящие клинки, на многочисленные мертвые тела, оставшиеся на полу, как клонов и несчастных детей, над которыми успел провести эксперимент Олиот, так и джедаев с падаванами и совсем малышей юнлингов. Все оказывались равны перед бесконечностью, ждущей живых существ по ту сторону Силы. Со стороны разрушенных ворот донесся какой-то шум, через несколько мгновений превратившийся в оглушительный рев и топот сотен ног, внутрь превратившегося в ад Храма ворвались разъяренные жители Республики, вооруженные и настроенные весьма враждебно. Тогрута вздрогнула, понимая, что на этот раз у джедаев не оставалось ни единого шанса, и лучше бы уцелевшим при приказе шестьдесят шесть уносить ноги прочь от Корусанта, девушка бросила последний усталый взгляд на спокойно стоявшую напротив Баррисс и прикрыла глаза, смиряясь с неизбежностью. — Не отвлекайся, Тано! — рявкнула мириаланка, решившая, что небольшая передышка окончена, и яростно замахнувшаяся на ученицу голубым лезвием. Асока распахнула слезившиеся от усталости и вернувшейся в обожженную кожу кистей боли, не надеясь выиграть этот бой, когда заметила, что гневные существа, ворвавшиеся в обитель джедаев, накидывались сразу по несколько человек за раз не на ее товарищей, а на недоуменно вертящих головами солдат. Тут же в голове пронеслось воспоминание о том, что Бэйл Органа собирался обратиться к жителям Республики с предупреждением о восставшей против них армии клонов и запросить помощь по всей территории государства. Баррисс в это время подобралась невероятно близко, так что девушка могла легко рассмотреть каждую мимическую морщинку на ее молодом осунувшемся лице. — У вас получилось, — прошептала бывшая подруга, вызывая жуткие противные мурашки, пробежавшие по позвоночнику ученицы, когда она легко парировала удары голубого лезвия. — Я исполнила свою роль, теперь твоя очередь. Асока с силой замахнулась своими клинками, намереваясь встретить знакомый упругий меч бывшей подруги, которая была до неправильного восхищения хороша в своем стиле, и внезапно ощутила, как руки провалились в пустоту, а затем слегка затормозили перед возникшей темной преградой, медленно, сантиметр за сантиметром, пронзая ее. Тогрута схватила ртом воздух, когда синие глаза мириаланки, оказавшиеся в паре сантиметров от нее, удовлетворенно вспыхнули в последний раз, а по оливкового цвета щеке скатилась тонкая прозрачная струйка. Мертвое тело Баррисс с легким шорохом соскользнуло с пронзивших грудь зеленых лезвий и опустилось на потрескавшиеся пыльные светлые плиты пола. Тут же в проеме ворот Храма показались полицейские дроиды, не сбавляя ход бросившиеся к оставшимся в живых клонам, затянутые в строгие кителя силуэты полицейских, сверкающие медалями и броскими погонами военные лица. Рядом послышались тихие шаги, и тогрута неожиданно узнала в облаченном в непривычную длинную светлую тунику и такие же плотные штаны мужчине Рекса, который держал в опущенной руке знакомый черный бластер с медленно мигающим огоньком индикатором. Лицо клона было жестоко исцарапано, мелкие раны сочились капельками крови, а глаза покраснели и потерянно смотрели вокруг на умирающих под жестокими ударами разъяренных жителей Республики братьев. — Мы ничего не можем сделать для них, да? — хриплый отчужденный голос капитана до костей пробрал замершую на месте Асоку, которая следила за медленно стекающими по пыльным щекам клона слезам, несущим всю его боль потери. Девушка покачала головой, испытывая такое невероятно сильное чувство вины перед этим не сломившимся храбрым человеком, прошедшим через личный ад, что кружилась голова. А затем она в одном резком порыве схватилась за светлую пропыленную тунику Рекса в сотрясающих все ее худощавое тело рыданиях, с воем вырывающихся из самой глубины души. Мужчина осторожно и практически невесомо поглаживал юную тогруту по спине, продолжая смотреть вокруг пронзительным взглядом карих опустошенных глаз. Когда в огромный искореженный холл Храма проникли первые лучи солнца, они тут же ярко высветили высокую затянутую в разорванную черную тунику фигуру Энакина Скайуокера, появившегося на последней ступеньке центральной мраморной лестницы. Мужчина медленно обвел внимательным взглядом находящихся вокруг существ, оценивая обстановку, замечая каждого раненого или убитого джедая, отступающую ярость на лицах жителей столицы, надежду в вытянувшихся в струнку военных. От силуэта молодого джедая шла такая мощная волна энергии, что ее легко могли ощутить даже те, кто не был от рождения связан с Силой, но на этот раз в этом не было никакой мрачной подавленности, лишь легкая нотка радости нового дня. — Война Клонов окончена! — разнесся по затихшему пространству зычный громкий голос Энакина, который широко улыбнулся, преодолевая всю ту боль, продолжающую клубиться внутри. И каждое живое существо в ту же секунду разразилось радостными возгласами, криками, причитаниями, облегченными слезами, повсюду вспыхивали яркие насыщенные искры надежды, виднелись теплые объятия, взаимопомощь. Вокара Че вместе с группой целителей, прихрамывая, быстро перемещалась между пострадавшими, указывая помощникам на тех, кого еще можно было спасти. Мэйс Винду в стороне разговаривал с неизвестно когда вернувшимся магистром Йодой, привычно опиравшимся на кривую деревянную трость и казавшимся еще более постаревшим. Асока смущенно отошла от Рекса и быстро потерла покрасневшие зудящие глаза тут же отозвавшимися болью руками, и дернулась, когда на ее плечо опустилась тяжелая горячая ладонь. Девушка резко развернулась и заметила стоявшего рядом с ней усталого, с опущенными уголками губ и слипшимися от пыли в некрасивые сосульки волосами Учителя, который, тем не менее, выглядел так, будто с его плеч упала какая-то ноша. Рекс склонил голову перед своим генералом и, что-то быстро пробормотав, быстро скрылся за разрушенной колонной Храма, нуждаясь в одиночестве, чтобы привести свои чувства в норму, если это еще было возможно. Скайуокер бросил быстрый без всякого сожаления взгляд на тело Баррисс Оффи под ногами и слегка скривился, выражая свое отвращение. — Это ведь еще не конец? — еле слышно спросила Асока, прикасаясь к мелко дрожащим от измождения кончикам пальцев левой руки наставника. Энакин обернулся к ученице и покачал головой, быстро проводя свободной ладонью по лицу и размазывая грязные пятна. — Наверняка, в других системах осталось еще много клонов, даже если Бэйлу удалось уговорить планеты принять меры против армии. Стражи правопорядка, как правило, не имеют строгих правил и предписаний и окончательно зажирели в своих взятках. Так что у нас будет еще не одно противостояние с солдатами. Асока прикусила губу, вновь ощущая острый шип вины, впившийся в сердце и заставляющий ее судорожно хватать ртом воздух. — Если бы мы тогда удалили чипы у пятьсот первого… — Если бы… — Учитель ободряюще сжал ее ладонь своими пальцами. — Но вышло так, как вышло. Тогрута осмотрела разрушенный холл, в котором кипела активная деятельность, и чувствовала себя несколько лишней, не зная, чем она могла помочь. — Значит, равновесие Силы восстановлено? — внезапно задала она интересующий ее вопрос, с любопытством посматривая на выгнувшего бровь Скайуокера. — Ты уничтожил ситха и закончил войну. Пророчество сбылось. Молодой джедай внезапно разразился искренним каким-то легким мальчишеским смехом, принесшим искорки света в окружающее пространство. — А было ли это равновесие нарушено, Шпилька? — голубые глаза хитро блеснули, заставляя ученицу искривить губы в еле заметной усмешке. — Мир не кончается границами Республики, и если в наших пределах властвовала Темная Сторона, это не говорит о том, что вся Вселенная была покрыта ей. Свет не может существовать без тьмы, и пока живут джедаи, рядом всегда будут скрываться и ситхи. Пророчество - старая красивая легенда, не более. Мужчина склонил на бок голову, и яркие солнечные лучи осветили лучистые морщинки, окружившие его глаза, прошлись золотистыми отблесками по кудрявым пыльным волосам, спускаясь по всему немалому росту джедая вниз на плиты пола. — А я всего лишь человек, Асока, — Энакин подвинулся ближе и схватил девушку левой рукой, крепко прижимая к своему теплому боку и заставляя почувствовать себя в безопасности, в которой больше не было место войне и смертям. По полуразрушенным ступеням Храма медленно поднималась знакомая фигура Оби-Вана Кеноби, который в этот момент скинул с головы привычную коричневую ткань капюшона, и встретился взглядом с двумя замершими джедаями, которые, открыв рот, смотрели на живого и невредимого мастера, ставшего для них старшим братом.

* * *

Когда растрескавшиеся и покрытые щербинками все еще не восстановленные гигантские ступени Храма окрасились алыми отблесками заходящего солнца, Асока выскользнула наружу, всей грудью вдыхая теплый прогретый воздух, дарящий ощущение спокойствия. Девушка закрыла глаза, позволяя Силе пройти через каждую клеточку тела, и услышала слабый тоненький писк, а затем и более уверенный в себе птичий клекот, кожей почувствовала практически незаметные потоки легкого ветерка, где-то высоко в небе еле слышно гудели стоящие в вечерней пробке спидеры, из приоткрытого окна тренировочного зала кто-то весьма эмоционально ругался на оппонента. Мир продолжал жить, объединенный единой связывающей каждое существо в Галактике энергией в один бесконечный круг, включающий в себя все непохожести и разногласия, войны и примирения, радости и печали, новые рассветы и очередные закаты в одну гармонично звучавшую ноту, которую и уловила в данный момент тогрута, всем сердцем заново открываясь пространству вокруг и сбрасывая оковы, которые сдерживали ее во время войны. Впереди на теплой шершавой поверхности ступени сидел Энакин Скайуокер, упираясь ладонями за спиной о нагретый камень и запрокинув голову наверх. Глаза мужчины были закрыты, а волосы свободными чистыми прядями падали на плечи, лицо казалось молодым и беспечным, будто спал тяжелый груз с этой постоянно напряженной фигуры, на этот раз облаченной в непривычную светлую простую тунику. Скайуокер в данную минуту не был похож на великого джедая, которого называли Избранным, а казался скорее обыкновенным мужчиной, только что осознавшим, как хорошо просто существовать в этом мире. Асока легкими шагами приблизилась к наставнику и опустилась рядом, замечая, как он слегка улыбнулся кончиками губ, приветствуя ее. — Как там Оби-Ван? — с легким любопытством поинтересовался молодой мужчина, открывая глаза и оглядывая хрупкую фигуру ученицы, уделяя особенное внимание забинтованным изящным кистям, на которых должны были остаться шрамы. — Уже рвется на Мандалор, — хмыкнула девушка, вспоминая грозное выражение, появившееся в каждой черточке магистра, когда он услышал о появлении своего старого врага. — Не думала, что он может быть так нетерпелив. Скайуокер весело фыркнул, прекрасно зная характер своего бывшего Учителя, и лениво провел рукой по упавшей на лоб длинной челке: — Он всегда так себя ведет, когда дело касается Мола. И у него есть на то причины. Асока опустила голову вниз, ощущая, как сползает с губ улыбка, так как ей вспомнился непривычно опустевший Зал Совета, когда магистры торжественно объявили ранним утром, что завтра на рассвете ее ожидала церемония посвящения в рыцари, так как поединок с павшей во тьму Баррисс стал показательным испытанием. Сердце в тот момент совершенно не чувствовало ожидаемой радости, ведь из двенадцати членов Высшего Совета в живых осталось всего четверо, включая Скайуокера, и это заставляло ее душу стонать от печали за весь Орден и Республику, потерявшую стольких живых существ. — Республике и Ордену придется начать все заново, — задумчиво протянул Энакин, поднимаясь с места и лениво выгибая затекшую спину. — Мы потеряли армию, огромное количество кораблей и практически всех наших товарищей, не считая юнлингов. Предстоит долгая работа. Тогрута последовала за ступившим на далеко простиравшуюся площадь наставником, в очередной раз испытывая чувство тоски от того, что ничего уже нельзя было исправить. Мужчина внезапно резко развернулся и широко практически незнакомо улыбнулся девушке, в глубине голубых глаз возникли сотни непонятных для нее эмоций, из которых явственно выделялись гордость и нежность. — Значит, тебя ждет посвящение на рассвете, Шпилька? — молодой джедай выгнул бровь и слегка толкнул смущенную от прозвучавшего в голосе наставника одобрения ученицу, которая пожала плечами, слабо представляя свою будущую жизнь в роли рыцаря. Скайуокер задумчиво хмыкнул, продолжая сверлить взглядом хрупкую фигуру тогруты, а затем внезапно, словно на что-то решившись, сделал резкий выпад вперед, обхватывая острые плечи. Асока ощутила горячую ладонь на своей спине, отчего по всему телу тут же пробежала мелкая дрожь, лицо Энакина было так близко, что она могла чувствовать его теплое легкое дыхание на своей щеке. Джедай ехидно ухмыльнулся, заметив ошарашенные огромные голубые глаза перед собой, и склонил голову вниз, тесно прижимая к своей груди пискнувшую тогруту, мягкие губы коснулись сильно бьющейся пульсом точки на тонкой шее, заставляя девушку вздрогнуть и тут же подчиниться властным рукам. Она ощутила улыбку мужчины, когда он протянул дальше правую руку и одним легким движением сорвал падаванскую цепочку с ее монтрал, а затем отстранился на расстояние вытянутых рук, рассматривая растерянное от нахлынувших эмоций лицо ученицы и замечая ее трясущиеся колени. — Тебе все еще надо немножко подрасти, рыцарь Тано, — мужчина наклонился и оставил нежный поцелуй на лбу там, где проходила самая граница чувствительных к прикосновениям монтрал, тут же приобретших серый смущенный оттенок. Энакин отошел на несколько шагов назад, протягивая вперед раскрытую металлическую ладонь с лежащей на ее поверхности тонкой ученической цепочкой, за его спиной умирало последними оранжевыми лучами солнце. В это мгновение Асока всем своим существом, даже без использования Силы, поняла, что именно предлагал своим жестом молодой мужчина, тем не менее, давая ей свободный выбор. Вся их жизнь в Храме пронеслась перед ее глазами быстрыми кадрами, вызывая уже появившееся чувство ностальгии, потому что она отлично знала, как поступит. — У тебя есть выбор, Асока, — мягким низким голосом заметил Скайуокер, становясь до невозможности серьезным, даже брови слегка нахмурились, будто он подсознательно ожидал отрицательного решения. Тогрута скривила губы в легкой язвительной усмешке и закатила глаза к небу, показывая, что она думала по поводу этого концерта в исполнении бывшего Учителя. Ведь на самом деле все было настолько просто и прозрачно, что только такой человек, как Энакин мог до сих пор сомневаться в ее чувствах. — Я сделала свой выбор давно, — подняла на мужчину полные каких-то новых мягких искр глаза девушка, в ее чертах сквозило нечто светлое и бесконечно глубокое. — Я последую за тобой, Энакин. Она сделала несколько торопливых шагов и накрыла перемотанными светлыми бинтами пальцами руку наставника, сжимая ее в кулак вместе со слабо раскачивающейся цепочкой. — Какой у нас план? — с льющейся изнутри энергичностью спросила тогрута, приподняв брови, ожидая, что Скайуокер тут же разразится оживленной речью, однако тот в ответ лишь неуверенно пожал плечами. Асока покачала головой, словно безмолвно говоря, что все всегда приходилось делать самой, а затем обернулась на высящуюся громаду родного Храма, все еще не восстановленного и раненого войной, но такого домашнего, на глаза тут же набежали слезы, которые девушка без всякого сожаления стерла рукой. — Значит, как всегда, — тогрута повернулась к ожидающему ее действий мужчине, все еще пребывающего в странной задумчивости и легкой неуверенности, сквозившей в каждой черточке молодого красивого лица. — Импровизация по ходу дела! Кто быстрее добежит вон до того перекрестка, тот выбирает планету, на которую мы отправимся в первую очередь, — острого слуха Асоки коснулся тихий, но такой благодатный смех Энакина, который уже согнул ноги в коленях, предполагая, что могла предложить хитро прищурившаяся девушка. — Не отставай, Скайрокер! The End Спасибо всем тем, кто вместе со мной переживал за судьбу замечательных персонажей, которые все-таки получили шанс на долгую, счастливую и, главное, свободную от всех условностей жизнь!