За скобками

Si vis pacem, para bellum.

      Тональность разговора поменялась, едва Жданов, вместе с гостями, оказался дома. Маргарита натурально испугалась, увидев гостей на пороге — ее Павел, разумеется, в свои дела не посвящал и гибель друзей Марго переживала искренне. Когда все причитания и первые эмоции улеглись, мужчины ушли в кабинет — поговорить, а их супруги остались в гостиной.       О том, что будет говорить Юрий, Аэлита знала прекрасно и сама, уже для «подруги», озвучила ту же самую версию — они прятались от сотрудников КГБ, точнее, ФСБ. Рассказывала о «скитаниях», и мысленно удивлялась, как по-дурацки устроена их жизнь. Самое нелепое, что во всем нагромождении лжи была одна правда. Просто так совпало, что желание Павла Олеговича убрать компаньона наложилось на их личные проблемы — и аварию они в самый последний момент переиграли.       Павел возник в комнате неожиданно, как-то нервно улыбающийся. — Марго, позвони Кире и попроси срочно приехать. Срочно! — Да я уже позвонила, Паша… Обещала приехать. — Хорошо, — Жданов кивнул и ушел обратно в кабинет. — Рита, у наших детей идет к свадьбе? Без сюрпризов? — Они помолвлены, Кирочка светится от счастья, Андрей… Он о семье задумался, представляешь? Жильем занялся, недавно собирались, обсуждали свадьбу — никак с датой определиться не можем, — Маргарита свернула на более понятную и близкую ей тему.       В женитьбе сына все казалось прочным, надежным — ну куда Андрюша денется от красавицы-невесты? А Кира? На кого она посмотрит, когда рядом такой мужчина, как их Андрей? К браку детей Маргарита Рудольфовна давно относилась как в делу решенному, и совсем не замечала, что отношения между Кирой и Андреем больше похожи на дружеские, чем на жениха и невесты — они лишь играли удобные для старшего поколения роли. — Вот и славно. Красивая пара, достойная партия. Рита, у тебя же не курят? — как-то робко заметила Аэлита, медленно доставая пачку тонких сигарет. — Курят. Сама иногда балуюсь, пока Паша не видит.       Кира, ничего ещё не понимающая, поспешно скинула пальто и, оставив сапожки на специальной подставке, вместе с Маргаритой прошла в комнату. — Что-то серьёзное? Вы по телефону ничего толком не сказали, — обеспокоенно начала Кира, ответ Ждановой испугал ещё больше. — Кирочка, ты только не волнуйся… — начала было Маргарита Рудольфовна, но девушка её уже не слышала.       То, что она увидела в гостиной, поразило её до глубины души. Взгляд, первым делом, выцепил детали: трость, прислонённая к дивану, абсолютно седой мужчина, почему-то опустивший взгляд, светлые, медового оттенка волосы у незнакомки, такие же, как у неё самой, изящные белые руки, нервно комкающие салфетку… Собравшиеся, разом начали что-то говорить, но слов Кира не слышала, видела только открывающиеся рты. Воропаева замерла на месте, не в силах пошевелиться и пристально вглядываясь в смутно знакомые лица. Догадка была слишком чудовищной, абсурдной, для того, чтобы считаться правдой. — Кира, — мягко начала Аэлита, поднимаясь с дивана. — Всё хорошо, всё нормально, тебе не кажется, это правда мы, твои родители. — она медленно направилась к Кире, стараясь говорить твердо и уверенно. Однако голос дрожал и в глазах стояли слезы. Переступить через эмоции, в том, что касалось детей, на не смогла. — Нет, нет, нет! Этого не может быть! — Кира попятилась назад, к стене, отстраняясь от Маргариты и её попыток успокоить. — Это же ошибка! Вы что, не видите, что это ошибка?!       Кира сползла вниз по стене и сжалась в комочек, закрывая лицо руками. Так сильно она не рыдала давно, разве в тот день, когда погибли родители. Воропаевы и Ждановы засуетились вокруг Киры, совсем забыв, что входная дверь осталась открытой. Андрей, после звонка отца, сразу же помчался на родительскую квартиру, оставив верную секретаршу Катеньку на работе и велев до его возвращения не отлучаться. Он вбежал по лестнице вверх, на мгновение замер, при виде открытой двери и рванул туда — воображение нарисовало картинки одна страшнее другой.       Андрей готов был к чему угодно, но только не к рыдающим женщинам и растерянным мужчинам. Своих родителей и Киру Жданов-младший безусловно узнал, а вот пожилого мужчину и его спутницу — нет. — Ма, па, что тут у вас? Что случилось? Ну говорите уже!       Пока старшее поколение подбирало слова, Кира, сквозь всхлипывания призналась: — Вернулись мои родители, — и залпом выпила коньяк, из поданного ей бокала. — Чего? Вернулись? — Андрей взлохматил пятерней волосы, решительно ничего не понимая. Ситуация попахивала коллективным сумасшествием, но и в это ему верить не хотелось. — Андрюша, — тут же заторопился Павел и Андрей с трудом сдержался от того, чтобы скривиться. Так отец называл его крайне-крайне редко. — Андрей, это действительно так. Юрий и Лиля сидят перед тобой. Никакой аварии не было, — Павел слегка усмехнулся, глядя на сына и кивнул на разлитый коньяк. — Выпей. — Я за рулем, — мотнув головой, Андрей не без опаски прошел к одному из кресел и уселся на подлокотник. — Саша в курсе?       Ему хотелось говорить что угодно, задавать ничего не значащие вопросы, лишь бы не вызывать подозрений и не молчать. — Он отказался приехать, у него какая-то важная встреча, — раздражённо отозвалась Маргарита, протягивая Кире новый бумажный платок. — Я ему сейчас позвоню, устрою истерику, и примчится как миленький, — заявила Кира и полезла в карман за мобильником, по инерции хлюпая носом.       По лицу Юрия пробежала неясная тень — то ли неудовольствия от слов дочери, то ли наоборот, поведение Киры ему пришлось по душе. Андрей отчасти довольный общей суматохой, внутренне порадовался, что родители не заострили внимания на том, что они с Кирой приехали отдельно — в их глазах они были чудесной парой, как будто готовящейся к свадьбе. Кира, наконец-то дозвонившись до брата, снова расплакалась, но на этот раз демонстративно, в трубку, чтобы добиться своего. — Сашка, приезжай пожалуйста. Я сейчас у Павла и Маргариты, да…       Судя по затянувшейся паузе, недовольный Сашка пытался понять, что стряслось с младшенькой и не потерпит ли сестрица без его участия хотя бы пару часов. — Случи-и-и-лось, — протянула Кира и снова захлебнулась в рыданиях.       Маргарита, вспомнив своё актерское прошлое, поразилась способностями Киры: «Из неё бы получилась отличная актриса… Драматическая. А не менеджер, как того хотели ребята… Ей вообще на компанию плевать. В отличие от Андрея…». — Сашка, приезжай скорее, я тебя прошу-у-у… — судя по лицу Киры, Александр согласился. И она, вполне спокойно вытерев мокрое лицо ладонями, усмехнулась. — Вот и всё. Обещал через полчаса быть. — Я всё прекрасно понимаю, но может быть, мы всё же услышим объяснение? — Павел Олегович почему-то недовольно глянул на Воропаева. — Нет, ну я-то немного в курсе дела… Но дети, Рита — нет. Поэтому, Юр, давай не ждать Сашу. — Да. В общем… История банальная. Мы просим нас простить за такой неблаговидный поступок и за такое возвращение, но по-другому было нельзя, — начал Юрий Владимирович, мысленно протестуя за такое начало речи. Но супруга, написавшая текст, настояла именно на таком варианте — а ее умению общаться с людьми Юрий верил безоговорочно.       Аэлите, казалось, не было никакого дела до разговора. Она сидела на диване рядом с Кирой, обнимая её за плечи и держа за руку. — Паша, помнишь, мне удалось влить в бизнес неплохую сумму как раз в девяностых? И у нас планировалась поездка в Лондон? Мы хотели расширяться, налаживали первые контакты?       Жданов кивнул. — Так вот, один раз ко мне в очереди подошёл человек. Представился Сергеем Сергеевичем, профессором. Положительный такой с виду, интеллигентный. А у нас как раз проблемы, я весь замороченный, где денег достать… И человек этот заявил, что может решить все мои проблемы. Я ему, разумеется, не поверил. Ушел. Забыл про него, закрутился. Через неделю он снова появился, ждал меня возле дома. Разговор пошел более предметный. Это было дня за четыре до поездки. В общем, Сергей Сергеич предложил мне передать документы одному своему приятелю, живущему в Лондоне… — Тебя завербовали из КГБ? — Маргарита задала вопрос напрямую. Несмотря на то, что Лиля рассказала в двух словах, хотелось узнать все в подробностях. — ВЧК, НКВД, НКГБ, КГБ, ФСБ — какая разница, как зовётся структура. Суть не меняется, — отмахнулся Юрий Владимирович.       На этой части рассказа у Андрея разве что глаза на лоб не полезли — такого он не ожидал совершенно. Хотелось уйти из родительского дома как можно скорее, но теперь взыграл интерес — в чем же таком замешаны родители и их друзья.       Андрей в последнее время и работал, и учился, поэтому все его новости крутились только вокруг производства, работы Милко и собственных рабочих дел — теперь окунуться в чужие отношения и эмоции было даже приятно. — Сколько ты сотрудничал с ними? — Постоянно, с той самой поездки в Лондон. Потом человек, наш «куратор», скончался. К нам стал заглядывать другой, Иван Петрович. Начал нас с Викторией шантажировать. Просил денег, часть акций фирмы… В общем, нам ничего не оставалось, как инсценировать аварию и скрыться на несколько лет. Спустя два года с нашей «смерти», узнали, что Иван Петрович погиб, сгорел в своём доме вместе с компроматом, который он хранил дома. Я решил, что можно возвращаться и вот, мы здесь. — Слушайте, а как же с ДТП? Кто погиб на вашей машине? — младший Жданов перебил отца, только открывшего рот для очередной реплики. — Андрей, как ты можешь?! — Кира гневно посмотрела на «жениха». — Мама и папа живы, все хорошо, а ты сразу о плохом. — Вполне разумный вопрос. Да, в машине погибли люди. Семейная пара. Давайте оставим вопросы морали на потом. Нам сейчас нужно подумать, как быть с компанией, — Воропаев словно не видел осуждающих взглядов друзей и своей супруги. — А что с компанией? Я больше не президент? Папа, мама, поздравляю! Вы своего добились — я никто и звать меня никак. Но хоть закройщиком возьмете? — Нет-нет, Андрей. Ты остаешься президентом, мы просто… вернемся в совет директоров, получим свой процент акций. — Ни за что не поверю, что вы не станете педалировать интересы Сашеньки, — Андрей ернически вскинул брови и, поймав на себе строгий взгляд отца, совсем по-мальчишески добавил. — Па, ну что ты? Я и тут тебя опозорил? Прости, больше так не буду.       От дальнейшей перепалки мужчин избавил приехавший Александр. Он, в отличие от сестры, мгновенно оценил ситуацию. Пару раз изменился в лице, становясь из бледного пунцово-красным, как-то понимающе посмотрел на Андрея. — Саша… — но слова Юрия Владимировича остались будто не услышанными.       Затем, не дожидаясь приглашения, подошел к столику, налил коньяка и опрокинул в себя. — Ну, родители, я такого от вас не ожидал. И ты, сестренка, молодец. Могла бы сказать, предупредить. — Ты бы подумал, что я напилась или сошла с ума, — проворчала Кира. — Не подумал бы. Ты выпиваешь редко, в отличие от той же Крис… Кстати, ей кто-нибудь удосужился сказать? — Она на Тибете, — Кира развела руками. — Связи никакой. Прилетает она… Завтра она прилетает. Вот завтра и скажем. — Извините, я на минутку, — Андрей, устав от напряженных взглядов отца, поспешил покинуть комнату.       На кухне он, вспомнив детство, уселся на подоконник и сдернул с шеи мешавший галстук. Столько времени он считал отца подонком, предателем, и что теперь? Все оказалось ошибкой, чьей-то шуткой? Воропаевы сами устроили свою «гибель», Павел Олегович не успел… Но как же тогда разговор? Он же сам, своими ушами слышал переговоры отца с неким Ларионом… Тоже подстава? Кому, в таком случае верить, если родной отец, вроде бы осторожный, играет в такие игры, что ему и не снилось.       «А еще сегодня утром мне казалось, что выход новой коллекции — моей первой, это настоящая проблема. Ха, наивный. Настоящие проблемы только начались… Продолжились, если быть точнее. Так, что делать? Крис. Точно. Совсем мозги отказали. Надо ей позвонить», — последние слова, задумавшись, Андрей произнес вслух. — Андрюша? Ты чего убежал? — Маргарита ну очень «вовремя» заглянула на кухню. — И кому нужно срочно звонить? Вечер на дворе. — Да там и без меня хватает народу… Мам, я поеду. Надо позвонить Юлиане, там у нас вопросы нерешенные… Я поеду. Вы завтра в «Зималетто»? — Завтра, да. Юре не терпится посмотреть, что там и как. — Попрощайся со всем за меня, хорошо? — Андрей постарался улыбнуться искренне и тепло, слезая с подоконника. — Тем более, что папа завтра с проверкой нагрянуть изволит… Надо подготовиться. — Беги, торопыга, — Маргарита проводила сына задумчивым взглядом. Если к странностям в поведении мужа она успела в общем-то привыкнуть, то Андрей, явно чем-то встревоженный и растерянный ее очень удивил.       Сидя в машине, Жданов-младший отправил Кристине на московский номер сообщение, надеясь, что она быстро ответит. Кристина ответила спустя полчаса крайне лаконично: «Novikov, 22.00».