За скобками

                  Александр наслаждался заслуженным отпуском, вчера, в первый день банально отсыпался, вкусно ел и снова спал. Вообще-то август был не самым его любимым месяцем, но в этом году не повезло, и отпуск пришлось брать в последний месяц лета. Планы у него были грандиозные на предстоящий отдых. Планировать свое время Воропаев любил и делал это превосходно, рассчитывая все так, чтобы хватало на все — и на работу, и на спорт, и на культурный отдых, и на личную жизнь.       С подругой Киры, насколько красивой, настолько и стервозной — по словам все той же Киры, — Викторией, он познакомился в мае. Кира отмечала двадцать пятый день рождения в своем загородном доме, устроив отличный праздник. Вика недавно развелась с мужем, переехала из северной столицы в Москву и была представлена Александру подвыпившей именинницей. Видимо, ей показалось это забавным, чтобы ее сноб-братец, знаток и ценитель женской красоты, закрутил романчик с «разведенкой».       Первое впечатление его тогда обмануло. За холодной неприступностью оказалась умная девушка с чувством юмора, совсем не глупая — они нашли достаточно много общих тем. С того майского вечера их роман и закрутился. Вика вела себя настороженно, поначалу, потом привыкла к его вечному сарказму, циничному отношению к жизни и научилась не принимать на свой счет периодически накатывающее раздражение, которое он срывал преимущественно на ней. В интимном плане они идеально подходили друг другу, Александр даже подумывал сделать Виктории предложение — не видел смысла тянуть время. Но ему хотелось, чтобы это все выглядело торжественно, как подобает, и после долгих раздумий, выбор пал на побережье Индийского океана. Тем более, что он навел справки, бывший муж Вики, идиот Пашенников — богатый, но тупой и ограниченный, живущий только благодаря уму и талантам своих отца и деда, — в свое время сделал ей предложение в Париже.       Не то что бы он планировал как-то соперничать с Пашенниковым, но не хотелось повторений и неприятных ассоциаций у Виктории.       Сегодня с утра он съездил в зал на тренировку, взбодрился, зарядился энергией и своей порцией эндорфинов, потом позавтракал в любимом ресторанчике у дома. С Викторией договорились вместе поужинать, и сейчас он ехал к ней. С роскошным букетом, фруктами, бутылкой отличного вина и билетами на завтрашний рейс. Выбрал специально дневной, чтобы с утра можно было с удовольствием заняться любовью, собрать нужный минимум — документы, телефоны, карточки, и уехать в аэропорт.       Настроение было отличным, перед мысленным взором постоянно возникала Виктория в черном открытом купальнике, среди бирюзовых волн океана, на белоснежном песке, красивая, восхитительная, призывно улыбающаяся ему. Только ему…       Водитель припарковал машину у подъезда, Александр выбрался наружу, захватив букет и пакет из плотной бумаги. До нужной квартиры добрался быстро, стараясь идти быстро, но при этом не перешагивать сразу через несколько ступенек — так на свидания он не бегал даже в шестнадцать лет.       Позвонив в дверь, вспомнил, что забыл ключи от ее квартиры дома, на журнальном столике. А вообще, это было уже и неважно, после отпуска он хотел предложить Виктории съехаться. Переехать либо к нему, на Тверскую, либо вместе подобрать устраивающий обоих вариант, для него это было не принципиально.       Сгорая от нетерпения, позвонил еще раз, переложив букет в руку с пакетом. Дверь распахнулась неожиданно — на пороге стоял высокий, черноволосый парень, с бицепсами и рельефными кубиками пресса, в ярко-красных шортах и с дурацкой улыбкой на физиономии.       От негодования и непонимания — что этот придурок забыл у Виктории дома? — Александр сильнее сжал пальцы, несчастные стебли хрустнули, но ему было плевать. Он дико ревновал Викторию и терялся в догадках. В ожидании него не успела выгнать любовника? На состоятельного и успешного он не был похож, а иные мужчины, как он подозревал, Вику попросту не интересовали. Или он просто ошибся квартирой? Да нет, подъезд и этаж верные, квартира — тоже. Вика сюда переехала весной, в тесную двушку, из которой он давно предлагал сделать квартиру-студию. Но Вика отказывалась, объясняя, что ей так удобнее.       — Ты кто?       — Гончаренко Игорь Аркадьевич. А вы?       — Воропаев Александр Юрьевич. Мне бы Викторию увидеть.       — Вы к Вике? Щас я ее позову. Вика!       На кухне перестала шуметь вода, что-то упало, судя по звуку разбилось, и заплакал ребенок. Игорь кинулся обратно, забыв о госте. Александр, машинально пристроив пакет и цветы в прихожей на пуфе, пошел следом и обнаружил удивительную картину — Вика пыталась успокоить маленькую девочку, по виду — примерно годовалую, она плакала и прижималась к Вике, а на полу валялись осколки вазы. Серебристую, с ярко-алыми розами, Александр сам ее купил Вике в один из совместных походов в магазин.       — Ну-ну-ну… Испугалась маленькая. Ваза разбилась, представляешь? Бу-ух, и упала.       Обратив внимание на вошедших, Вика растерянно замерла, увидев Александра. Потом в панике перевела взгляд на часы и поняла, что совсем потеряла счет времени за всеми хлопотами.       — Принеси совок и метелку.       Игорь отмер первым, вышел в коридор — пылесос и прочие предметы для уборки Вика хранила там.       — Я не вовремя? Что вообще происходит, Вик. Может быть потрудишься объяснить? Любовника не успела выгнать, время не рассчитала?       — Да какой любовник, Саш? — Вика устало вздохнула. Малышка на ее руках успокоилась, перестала кукситься и отчетливо потерла лицо пухлыми кулачками. — Сейчас уложу малышку, поговорим.       Александр остался стоять, Вика ушла в комнату. Игорь молча принялся убирать осколки, не вмешиваясь и никак не комментируя ситуацию. Пройдя к окну, Александр молча наблюдал за происходящим во дворе. Приезжали и уезжали машины, гуляли собачники, дети развлекались на игровой площадке… Но мыслями он был далеко отсюда. Вернулась Вика минут через двадцать, жестом велела Игорю остаться. Тот покорно плюхнулся на один из стульев.       — Саш, этой мой младший брат — Игорь. Диана — его дочка. Моя племянница. Получилось так, что Игорьку с ребенком негде жить, он приехал ко мне внезапно, с вещами. Я закрутилась…       — Мы договаривались об ужине. Ты не могла позвонить, предупредить?       — Я думала, что все прекрасно успею подготовить… Гошка собирался уйти, — Вика выглядела смущенной и растерянной одновременно. В принципе, все запланированное она и успела — заказала ужин в их любимом ресторане, красиво сервировала стол, поставила свечи. Привела в порядок себя, подготовила белье и красивое шелковое платье-пеньюар. Но потом они повздорили с братом, малышка капризничала, кое-как удалось ее искупать, немного накормить.       — Да, я пойду, погуляю, пожалуй, — Игорь, кинув смешливый взгляд на Александра, ушел.       — И долго он собирается здесь жить?       — Первое время, пока не найдет нормальную работу и не сможет снять квартиру на длительный срок. Я понимаю, что все очень неожиданно, извини, что не предупредила.       — Ладно. Я вообще-то купил для нас билеты, самолет завтра, в час дня…       — Я Игорьку не служанка, следить за ним не обязана. И если ты все еще не против поездки. — Вика улыбнулась.       Хлопнула входная дверь и она наконец-то с облегчением выдохнула. Александр молча вышел из кухни, Вика растерянно проводила его взглядом, решив, что он тоже решил уйти.       Но он вернулся, с цветами и пакетом.       — В прихожей оставил… Ваза еще найдется? Или хотя бы бутылка?       Вика кинулась к нему на шею с намерением поцеловать, счастливая и довольная — ссоры удалось избежать. Их отношения много для нее значили и испортить все, что удалось выстроить было до боли жаль. Какое-то время занимались цветами, разбирали пакет и целовались. Вика все-таки сходила, переоделась, и сели ужинать. Разлив по бокалам вино и после первого глотка отдав должное закускам, Александр нарушил молчание первым.       — А теперь расскажи с самого начала, Вик. Я хочу знать, что происходит в твоей жизни. И в твоей семье.