Лили, Лили Эванс

После того каверзного дня, когда родители маленького Гарри поругались, прошла целая неделя. Напряженная и безмолвная неделя, в течение которой Лили полностью игнорировала своего любимого мужа. Да, она продолжала также вкусно готовить и убираться в доме, но в то же время она совсем не замечала Снейпа, не отвечала на его вопросы, и вела себя так, словно Северуса не существует вовсе. Однажды маленький Поттер после вкусного и довольно сытного ужина сидел на кухне за семейным, обеденным столом и, вновь продолжая познавать науку зельеварения, решил поинтересоваться у переставшей улыбаться мамы, что происходило между двумя родителями. — Мама, а почему ты не разговариваешь с папой? — спросил Гарри, глядя на нее своими детскими глазами зеленого цвета. — Вы больше не обнимаетесь, и не целуете друг друга,. Почему? — Потому что мы с папой поссорились, — спокойно ответила миссис Снейп. — Так помиритесь, — не понимая, что в этом такого, ответил мальчик. — Думаешь, стоит? — поинтересовалась девушка у сына, чуть облегченно вздыхая. — Очень стоит! Я, конечно, маленький, но прекрасно вижу, как вы скучаете друг по другу… — Ну, ладно. Если ты так считаешь, то почему же я должна игнорировать твои слова? Я прощу папу, если, конечно, он извинится передо мной, тогда дело можно будет считать закрытым. — Отлично! — обрадовался мальчик, беря в руки разноцветную и очень интересную книгу, и помчался обратно к себе в комнату. Лили еще немного постояла на кухне и призадумалась над словами своего маленького ребенка, который наблюдал за своими родителями и сочувствовал им всей своею детской душою. Она понимала, что для счастья и благополучия Поттера родители должны быть вместе и показывать ему крепкую, дружную семью, а не ссоры и надутые лица за столом…

***

— Пап, пап, пап! — нёсся по коридору маленький черноволосый вихрь. — М? Ты что-то хотел Гарри? — поинтересовался зельевар, отрываясь от «Вестника зельеварения». — Пап, ты ведь хочешь помириться с мамой? — хитро прищурился мальчуган. — Конечно, хочу, я ведь ее люблю, — ответил профессор, улыбаясь зеленоглазому мальчишке. — Тогда тебе нужно подойти к ней и обо всем поговорить, — тихо отозвался Поттер, чтобы не услышала мама. — Я попробую… Но захочет ли она этого, я не знаю и не могу гарантировать, — ответил отец, чуть хмуря свой лоб. — Если ты ее и вправду любишь, тогда она тебя точно простит, и у нас опять снова все будет, как и прежде, — прошептал мальчик, обнимая Северуса за шею. — Хорошо, я сделаю первый шаг навстречу, — выдохнул Снейп, не представляя, как будет извиняться за свой поступок с пощечиной, которую чуть не отвесил своей любимой жене и матери Поттера. Мальчик снова ушел в свою комнату, чтобы остановить отца наедине со своими мыслями. Взволнованный Снейп посмотрел вслед маленькому ребенку и всерьез задумался над ситуацией. «Даже мальчик умнее тебя» — пронеслось в голове у зельевара. «Ты — мужчина и обязан сделать что-то сам, а не ждать, когда за тебя это совершат другие». Собрав всю свою волю в кулак, профессор шумно выдохнул и направился к Лили, что в это вечернее, зимнее время сидела около небольшого камина в гостиной дома. Подойдя к дивану, Северус заметил, что Лили сидит на нем с поджатыми ногами, укутавшись в теплый плед и что-то читая из домашней библиотеки. — Лили, — тихо отозвался отец семейства, осторожно кладя свою руку на ее плечо. Девушка лишь дернула плечом и еще глубже завернулась в пушистый плед. — Я хочу с тобою поговорить, — начал профессор, огибая диван и усаживаясь прямо перед лицом матери ребенка. Лили по-прежнему не реагировала на виноватые, но уверенные слова мужа, продолжая все также читать небольшую книгу в темно-синей обложке. — Ты слышишь меня вообще? — спокойно, но уже чуть повышая голос, спросил Снейп. Девушка не реагировала. Мало того, она попыталась встать с дивана и покинуть место пресловутой беседы, которую она не готова была начинать. Профессору надоела эта безмолвная игра, а потому он воспользовался данной ситуацией и обратил ее в свою пользу, пока рядом не было занимающегося зельеварением Поттера. Снейп плюнул на все и довольно ловко подхватил испугавшуюся жену на руки и быстрыми шагами направился в их спальню, где он и хотел продолжить разговор. — Отпусти меня немедленно, — зашипела девушка, пытаясь вырваться из цепких объятий профессора. Но тщетно: он все-таки донес ее до кровати, на этот раз запирая дверь и ставя заглушающее заклинание. — Я не буду с тобой разговаривать! — гневно отозвалась девушка, барахтаясь руками и ногами, стараясь как можно скорее оттолкнуть от себя профессора. — Тем не менее ты уже беседуешь. Пусть не так, как хотелось бы, но начало разговора положено, — заулыбался Снейп, прижимая подуставшую от бессмысленной борьбы Лили. — Ты хотел меня ударить, унизить, тем самым показав свою силу над беззащитной матерью нашего ребенка? — негодовала девушка. — По этому поводу я и хочу поговорить, но ты как будто не замечаешь меня, — понизил голос зельевар. — Естественно! Ты… Ты… ты просто невыносим! Ты посмел… Снейп не дал договорить клокочущей Лили, буквально насильным путем заставляя ее замолчать, страстно целуя в светло-розовые губы жены. Поначалу девушка не хотела отвечать на столь внезапный порыв ее супруга, но неожиданно она вспомнила слова своего маленького сына о примирении с папой… И она сдалась, обвивая руками шею профессора и притягивая его к себе на кровать. С трудом оторвавшись от любимых губ и прервав поцелуй так же внезапно, Снейп устрашающе навис над своей женой, словно могучая ветка столетнего дуба, что закрывала собою от палящего солнца отдыхающую, маленькую лань. — Прости меня за тот ужасный поступок, который я хотел было совершить. Я понимаю, что всю эту неделю ты злилась на меня, не хотела видеть, может, даже подумывала насчет поспешного брака… Но все же я очень люблю тебя и сокрушаюсь над всем, что я натворил за последние дни нашего с тобой общения, — горячо шептал зельевар над ухом девушки. — Прости меня за все… Лили была растрогана столь трогательными словами своего любимого, что не смогла не простить его. Она вновь обняла Снейпа за шею, впервые улыбнувшись спустя неделю после ссоры. — Я тоже тебя очень люблю. А эта ссора отдалила нас, что даже Гарри это заметил, — пролепетала девушка, сама приблизившись за поцелуем к Северусу. — Я могу искупить свою вину перед тобой? — загадочно произнес профессор. — Я очень соскучился по тебе. — Ну, не знаю… — Лили, но я… — Сев, милый, я же пошутила! — залилась задорным смехом девушка. Снейп получил невербальную команду к своим действиям и приступил «извиняться» перед своей супругой. Несколько секунд — и дыхание девушки стало сбивчивым, а ритм любящего сердца готов был отплясывать танго соединившихся снова двух связанных брачными узами людей, которые снова окунулись в счастливую идиллию своих отношений. Профессор мягко прошелся приятной до мурашек дорожкой от чуть припухших ласковых поцелуев губ до ключиц девушки, насколько позволяла ее домашняя одежда. Лили дрожащими руками безуспешно пыталась расстегнуть хоть одну пуговицу на черном сюртуке своего мужа, наслаждаясь сводящим с ума моментом сближения с Северусом. — Сев… дай я разденусь… так будет проще, — прошептала Лили, выдыхая горячий воздух вместе со стоном. Профессор неохотно отстранился от такого податливого тела и принялся сам снимать с себя одежду, пока мать Гарри справлялась со своей. — Как же ты прекрасна… Иди ко мне, — нежно проговорил зельевар. Профессор аккуратно расположился между ее расставленных ножек, как будто специально приглашавших возбужденного мужчину для продолжения интимной ласки. Снейп нежно продолжил целовать свою жену, теряясь в собственных ощущениях, пока девушка судорожно гладила его по сильной спине, изредка царапая бледную кожу. — О, Северус… я хочу большего, — простонала Лили, выгибаясь навстречу юркому язычку профессора. — Для тебя все, что угодно, — прошептал зельевар, медленно входя в подготовленное лоно супруги. Лили жаждала такого глубокого проникновения еще со дня рождения профессора, что так нещадно разрушала какая-то нелепая ссора, которая чуть не привела к полному разрыву и, наверное, распаду семьи. Если бы не находчивость маленького Поттера, его родители, что так безумно любили друг друга, скорее всего не сошлись бы вместе, все также продолжая дуться друг на друга. Теперь снова обстановка позволила им расслабиться и насладиться томным моментом сполна, не забыв на некоторое время отгородиться от маленького и довольно любопытного мальчишки. — Сев… прошу… быстрее, — умоляла Лили, обхватывая Снейпа ногами и стараясь двигаться в одном ритме с профессором. Снейп не заботился о доведении своей супруги до невообразимого исступления, а потому, ни на секунду не замедляясь, он продолжил доводить Лили и себя до оглушительного оргазма, что подступал быстро и неумолимо. — Моя любимая… драгоценная… Лили… люблю тебя… моя… Профессор не смог договорить до конца, срываясь в омут сладкого оргазмирующего потока, хрипло выстанывая имя супруги в перерывах между сбившимся дыханием. Секунда — и девушка кончила вслед за своим любимым, также медленно восстанавливая свое дыхание после столь обворожительного извинения профессора. — Я люблю тебя, Лили, — устало прошептал зельевар, накрывая себя и жену теплым одеялом. — Северус, мой дорогой, я тоже тебя люблю… Твои извинения приняты, — сонно отозвалась девушка, сворачиваясь комочком рядом с профессором и кладя свою рыжеволосую головку на грудь мужчины…

***

Тем временем любознательный Поттер, сидя в своей кроватке с Салазаром, дочитывал последний рецепт книги из набора «Юный зельевар». — Ну, вот, книга полностью прочитана. Как думаешь, Салазар, родители купят мне еще таких же вещей? — полюбопытствовал мальчик у змея. — А с-с-с чего ты-с взял-с, что-с они тебе не купят-с их-с? — Ну, а вдруг они на меня в обиде за то, что я подсмотрел их… ну, как там его… ну, весь процесс, когда мама стояла на коленях. Помнишь? — Конечно-с-с-с. Нет, я-с думаю-с, что они тебя очень любят-с-с и поэтому обязательно-с-с купят то, что тебя-с-с интересует больше вс-с-с-его, — ответил змей. — Я очень надеюсь. Я еще хотелось бы, чтобы родители помирились и больше не ссорились из-за меня. Ведь они самые лучшие родители на этом свете, — наивно сказал Поттер. — Несомненно-с-с-с, это так-с-с и есть, — ответил Салазар, сворачиваясь клубочком на уголке подушки мальчика, давая тем самым понять Гарри, что время позднее и пора спать. — Спокойной ночи, Салазар. — Добрых с-с-нов, Га-р-р-р-и, — прошипел змей. Поттер, не долго думая, потушил прикроватную люстру в виде небольшого котла золотистого цвета и последовал примеру самого умного из живых существ на Земле, сладко засыпая в своей детской комнате.