Вся вечность

Солнце палило так сильно, что Юнги всерьез беспокоился насчет выдержки защитных амулетов. Он даже невольно принюхивался, надеясь не учуять запах горелых волос. А то неловко выйдет, прямо как в тот раз, когда он купил новую неизвестную марку и загорелся прямо на улице. Наконец дойдя до кофейни, Юнги быстро забежал и было уже выдохнул с облегчением, как заметил, какие огромные в кофейне окна. А Хосок сидел как раз у одного такого. Ну ёлки-палки. Заметив его, Хосок робко улыбнулся и помахал рукой. Абсолютно ничто, ни то, что амулеты выплеснули на него разом большее количество магии чем было желательно, ни совершенно озверевшее солнце, ни то, что он с этими встречами насчет сингла не успел выпить дополнительный пакет крови, абсолютно ничто не играло ему на руку. Хосок сел с солнечной стороны. А Юнги все еще не знал, как разговор пройдет, даже примерно. Сплошной отстой. Юнги собрался с силами и направился к столику. Хосок неотрывно смотрел на него. Он был сегодня очень красивым; уже не скрывавшийся за слоями оверсайза, в одной только толстовке, с повязкой в волосах, которую, очевидно, оставил с репетиции, и совершенно робкими изогнутыми бровями. Такими, что Юнги без всяких вступлений захотелось кричать «ни в чем не было твоей вины!» - Привет, Юнги-хён, - поздоровался Хоби своим излишне формальным голосом, и Юнги это не понравилось совершенно. - Привет, Хоби. - Я… немного просчитался, хах, тут нет ничего для вампиров, извини, - неловко рассмеялся он, теребя пальцы. - Не страшно, - Юнги перевел взгляд на его ладони, наполовину скрытых рукавами толстовки, - Я не… «Голоден» - хотел было сказать Юнги на автомате, но прикусил язык. Пульс Хоби бил у него в ушах, его шея была открыта, запах настиг еще на подходе. Юнги состоял из голода. Перед Хосоком поставили стакан воды. Тот растеряно поднял взгляд на официантку и кивнул в знак благодарности. Обхватив стакан ладонями и постукивая по нему ногтями, Хоби снова посмотрел прямо на него. Юнги прочистил горло и заговорил: - Хосок, послушай. Эм, то, что случилось в студии… извини, что я тебя выгнал. Просто… - Нет, нет не извиняйся, пожалуйста, - нервно улыбнулся Хосок, - Я, эм… тоже вел себя не очень. Юнги нахмурился. - То есть? Ты вел себя нормально. Или нет? - Оу, - Хосок застучал пальцами по стакану быстрее, - просто я подумал, тебе было не очень комфортно, что я… э.. мне не стоило…ну знаешь, - небрежно махнул рукой Хосок и принялся глотать воду. Юнги был растерян. - Что не стоило? Хоби? Закончив пить, Хосок аккуратно поставил стакан, выравнивая его по центру узора на столе. Будто тянул время. Будто не хотел отвечать. - Мммм, ну знаешь, - протянул он и нервно рассмеялся, - Флиртовать? Я как бы, - Хосок рассмеялся тише, прикрывая лицо ладонями, - Боже, это так глупо. Я думал, ты просто не понимал никогда, а оказывается, ты все видел и, - затараторил он, а Юнги заторможено моргнул. - Так, Хоби, стоп, - прервал его Юнги, удерживая себя от порыва потянуться к нему и убрать руки от лица, - Дело вообще не в этом. Я даже не заметил, что ты, - не успел договорить Юнги, как Хосок прервал его резким выдохом. - Блин, ну я так и знал, разумеется, ты ведь и раньше ничего не замечал, а я как дурак, боже стыдно-то как, - затараторил он еще быстрее, уронив голову на стол, - Стоп, - резко подорвался он. – А из-за чего тогда… было все это? Хосок посмотрел ему прямо в глаза, и Юнги смутился. Он сглотнул, готовясь врать. - Понимаешь, в тот день, я не успел выпить крови и, - Юнги вяло взмахнул руками, надеясь, что до Хоби само дойдет. - И? – испытующе смотрел на него Хосок, а потом вмиг осознал. – О, - только и отреагировал он, выпрямляясь в спине, - То есть ты хотел меня… Хосок хихикнул. Слово «съесть» прозвучало бы слишком не к месту, а оттого он его опустил, чтобы не было неловко, но, кажется, так вышло еще хуже. - Да, - быстро ответил Юнги, внезапно очень заинтересованный своими ладонями. - О, - снова протянул Хосок, явно не зная, как реагировать. Он немного смущенно улыбнулся и потер шею ладонью, явно невольно, но Юнги в это движение так и вцепился глазами. - Вау, я и не знаю, как реагировать. - Тебе не нужно никак реагировать, - вкрадчиво сказал Юнги, сцепляя пальцы в замок, готовясь к серьезному разговору, - Ты можешь просто встать и уйти. - Ммм? – вопросительно протянул Хосок, встречаясь с ним взглядом, - В смысле? Юнги-хён, ты чего? - Слушай, я был на грани того, чтобы наброситься на тебя и сделать что-нибудь ужасное. Если ты потерял доверие и не сможешь общаться со мной как прежде, это абсолютно объяснимо, - заверил его Юнги ровным голосом, когда как на самом деле ему хотелось по-детски расхныкаться и канючить что-то вроде: «не уходи, останься, я же так больше никогда, обещаю-обещаю». Выражение лица Хосока сейчас было сложно прочитать. Что странно, у того весь спектр эмоций обычно как на раскрытой книге. - Юнги-хён, - начал он с улыбкой в голосе, - ничего же не произошло. Все нормально. И тем более такого ведь больше не повторится. Просто предупреждай, когда ты не слишком, эм, в настроении общаться? – рассмеялся он на последних словах. Юнги уставился на него. - Как ты можешь так спокойно реагировать? Хосок, ты же понимаешь, что это не шутки? В современном мире вампиры не были изучены достаточно. Они предпочитали скрываться, на контакт шли плохо, было их гораздо меньше, чем людей. Все знания о вампирах исходили от людей, которые с ними порой общались, но все было лишь частично, что-то додумывалось, что-то неправильно интерпретировалось. Была ли возможность, что Хосок не осознавал, как вампиры на самом деле могут быть опасны? Без шансов. Вампиров совсем недавно стали показывать в свете «ну возможно у них есть какой-то рассудок, и они не слоняются по миру в ежесекундном желании забрать драгоценную человеческую жизнь». - Юнги, - тихо, но уверенно начал Хоби, - Ты бы не сделал ничего плохого. Я понимаю, мы общаемся друг с другом недолго, но... ты не такой, понимаешь? Я тебе доверяю. У Юнги пропал дар речи. Еще ни один человек не доверял ему… в принципе никогда. Люди их боялись. Да, у этого были основания, Юнги понимал, что пусть сам ничего плохого не делал людям, он был скорее исключением. Пусть люди и были склонны к утрированию, все же вампиры были созданы им в проклятие. Как любил говорить Сокджин, Юнги всегда был «прилежным вампиром», он никогда не позволял себе пить из людей против воли, потому что понимал, каково это. Это покушение на чужое тело, чужой комфорт, чужую безопасность и психику. Юнги бы не пожелал пережить нечто такое никому. Даже когда предоставлялась возможность, когда все складывалось так, что никто бы не узнал и не потревожил бы, Юнги все равно не мог. Человеческая эмпатия никогда не проигрывала его вампирским инстинктам. Все это знал Джин. Все это знал сам Юнги. Почему Хосок, с которым они никогда не затрагивали эту тему, так доверял ему? - Ты… не можешь мыслить рационально. Я тебе нравлюсь, - говорить нечто такое было тяжело. И очень самоуверенно на вкус Юнги, но делать было нечего. Хосок на это как-то грустно улыбнулся. - Нравишься. А я тебе нет? Знаешь, ты не самый лучший конспиратор на свете, - будто обиженно сказал Хосок. Юнги смутился и часто заморгал. - Я честно не думал, что все пойдет так медленно. Но ты не шел навстречу, и я подумал, может, тебе надо немного времени? У Юнги закружилась голова. - Хоби, это все… сложно. Хосок поджал губы, явно недовольный. - Я понимаю. Но тебе совсем не хочется попробовать? Если бы ты был так уж против, то не думаю, что вообще общался бы со мной. В висках остро закололо, и Юнги потер их пальцами, надеясь хоть как-то облегчить свое положение. Как-то быстро они перескочили на тему, которую избегали, как слона в комнате, все эти недели. - Это в первую очередь может быть опасно для тебя, - попытался Юнги вернуть их разговор к предыдущей теме, - на самом деле даже дружить с вампиром не самая лучшая идея. Хосок нахмурился. - Херня, окей? Ничего подобного. Что за марафон самоуничижения у тебя такой? Юнги удивленно на него взглянул. Звучал Хосок возмущенно. - У меня были друзья вампиры в школе. И что? Никто на нас не бросался. Все эти выдумки, что вампиры похожи на каких-то диких животных, это же все брехня. Почему я вообще это говорю, если ты и сам все понимаешь? Юнги сильнее сжал зубы. Он сам до конца не знал, на что надеялся. Он решил сказать, что в тот раз был слишком голоден, потому что не хотел пугать Хосока еще больше, чем когда тот узнает, что всегда был на волоске от чужого насилия. Но, кажется, без толку. Хосок излишне доверял ему, и это беспокоило Юнги. Да, он бы скорее себе руку съел, чем причинил бы ему вред, но Хосок все равно должен больше печься о своей безопасности. Тем более, если он запал на Юнги. Влюбленному мозгу вообще не стоит доверять. У Юнги внутри все цепенеет при мысли, что Хосок мог влюбиться в вампира намного хуже. Доверял бы Хоби и ему так же безоговорочно? Юнги выдохнул, готовясь сдаваться. - Я соврал. Хосок, до этого хмурившийся, растерялся. - В чем? - Я не был голоден в тот день. Точнее был, но… дело в том, - Юнги провел языком по губам нервничая, – я спокойно могу находиться в обществе людей. Я чую их запах и да, я понимаю, какими бы они были на вкус, но у меня нет какой-то непреодолимой жажды. Я всегда остаюсь в сознании. Но с тобой… На этих словах Хоби дернул брови вверх и стал выглядеть еще более невинным. - С тобой все не так. Твой запах слишком… влияет на меня, - Юнги не знал, как обличить это в слова и не звучать жутко. - В смысле..? - Такое бывает, - быстро перебивает Юнги, боясь его реакции, - кровь у всех людей разная и твоя максимально, - «вкусная», - максимально мне подходит. Хосок молчал. Юнги не решался поднять на него взгляд. Солнце, кажется, стало палить сильнее, будто издеваясь. Когда Хосок так и не отреагировал, Юнги продолжил: - Вот поэтому все не так, как обычно. Ты прав, мы не похожи на неразумных животных и в большинстве своем можем себя контролировать, но именно с тобой, - Юнги вздыхает, - именно с тобой мне сложно. Он наконец смотрит Хоби в лицо. И может прочитать только удивление. Тишину нарушает звонок. Хосок вздрагивает и достает из кармана телефон. - Да, Чимин, я же просил… Что? Что значит?... – он вздыхает, явно раздраженный, - Господи, а вот не могли они… ладно, все, я приеду, хорошо? Нет, все нормально, уже в пути. Хосок отключается и кидает телефон в карман. - Слушай, у нас дома небольшое ЧП, - скомкано говорит он, избегая его взгляда. - Что-то серьезное? Могу помочь? - Нет, нет, - говорит Хосок, поднимаясь со своего места, - это не прям ЧП, это скорее личное. - Чонгук и Тэхён? – предполагает Юнги, помня о «Драме Двух Идиотов», как назвал ее Хосок, когда жаловался на то, какие его друзья слепые и не могут сделать первый шаг навстречу друг другу. - Ага, да, они, - подтверждает он. Хосок теребит затылок, явно смущенный, что приходится уходить вот так быстро. - Иди, все хорошо, - уверяет его Юнги, - напиши мне, если захочешь, ладно? Хоби смотрит на него потеряно и кивает. Юнги сидит в кофейне, пока не видит сквозь эти неприлично огромные окна, как Хосок скрывается за поворотом.

***

Как все прошло? Юнги читает сообщение от Джина, пока пьет где-то пятый пакет крови. У него стресс, но чтобы опьянеть его организму, необходима либо ударная доза наркотиков, либо атомная горючка. Ничто из этого не было в доступности, поэтому Юнги нагло обжирался.

не очень. но он признался что влюблен кажется

А ты?

я тоже кажется

Почему кажется?

ну как бы он признал, что флиртовал со мной сказал что видит что он мне тоже нравится я не отрицал

лол Скромности ему не занимать

ну наверное но это же так и есть

Вообще да Чувства ты не важно скрываешь

я бы попросил

Аахах Так в итоге то ты ему самое важное рассказл?

Рассказал

И??? Юнгиииииии почему из тебя все надо тащить клешнями

ничего ему пришлось уйти какая-то драма у его друзей

:( Но вы же еще встретитесь

не знаю

Так Я за твоей хандреющей задницей не собираюсь наблюдать еще ближайшее столетие.

не буду я по нему столетие убиваться

Десятилетие будешь

отстань

Будешь

я сказал отстань

Будешь

буду иди к черту

:(( Слушай ну он же признался Он позвонит Или напишет Ты предложил ему сотрудничество?

???

Ну знаешь """""""Сотрудничество""""""""

…………….

Как много времени ты потратил чтобы напечатать эти точки честно

как много времени ты потратил на то что бы напечатать кавычки?

если ты спрашиваешь попросил ли я его крови то нет

Юнги в этом нет ничего такого Ты знал, что люди соглашаются на это добровольно? Если все безопасно и по согласию Все хорошо Так не только у вампиров

я не хочу чтобы он чувствовал будто должен это делать

Ему может понравиться, потому что ну знаешь почему. Будет взаимовыгода все дела

не хочу

Какой же ты сука сложный

???? джин

Знаешь Юнги я думал все осталось позади Ты же и сам меня уверял И все что у нас было Неужели все прошло даром

Ну блять извини Такая хуйня не исчезает в никуда

Мне просто жаль что это тебе мешает жить дальше Юнги откинул телефон. Сейчас он не знал, что ответить Джину.

***

- Ну так как? На следующий день он сидит у Намджуна в студии. Они слушают его минус под лирику для знакомой исполнительницы, который Юнги писал всю ночь. - Хм, - задумчиво протянул Намджун после прослушивания, - довольно неплохо. Юнги цокнул и закатил глаза. - Что? - Намджун растерянно улыбнулся, поднимая на него взгляд. - Ничего она не «неплохо». Посредственный отстой. - Хах, а чего тогда ты дал мне послушать? – задал Намджун резонный вопрос, и Юнги скорчил недовольную рожицу, такую милую, что Намджун едва удержался от смешка. - Дал и дал. А чего ты врешь мне? Намджун снова задумчиво промычал, разворачиваясь обратно к компьютерам. - Не знаю. Сегодня ты не выглядишь так, будто тебя стоит критиковать. - О, вот как, - без особого энтузиазма отозвался Юнги, теребя листок какого-то странного растения. Очевидно, композиторы в его компании думали так же. Возможно, Юнги не стоило называть их бесполезными. Возможно, Юнги действительно выглядел жалко, и никто настолько не хотел расстроить его еще больше, что это перекрыло весь профессионализм. - Эй, не мучай Хаула, - недовольно прикрикнул Намджун и шлепнул его по пальцам. Он подошел к горшку и побрызгал на листочки водой из пульверизатора. Юнги наблюдал за ним осуждающе. Тот его игнорировал. - Ну так, что за мания быть раскритикованным сегодня? – как бы между делом спросил Намджун, возясь со своим растением. Юнги дернул плечом. Будто у него есть время рефлексировать. У него вообще-то сингл для камбэка, альбом для продюсирования, композиторы, перед которыми надо бы извиниться. Ему не до раздумий о том, почему же он так сильно хочет, чтобы кто-то в сотый раз сказал ему, что он не прав (будто от Джина не наслушался), и уж точно не до мыслей о том, как он перекладывает проблемы в личной жизни на работу. Просто хотелось с кем-то пособачиться. Намджун незаметно, как он думал, бросал на Юнги обеспокоенные взгляды. - Эм, ты можешь со мной поговорить, знаешь? – вполголоса сказал он, будто сам не уверенный в своих словах. Юнги выдавил из себя улыбку, будучи искренне благодарным. У них с Намджуном не такие отношения, но он все равно пытается его подбодрить. Очень мило. - Кто она? – заговорщицки спросил Намджун, как если бы они были мальчиками-подростками. - С чего ты взял, что есть какая-то «она»? - Ну, - робко посмеивается человек, - ты свой телефон проверил примерно раз сто, пока был тут. Юнги даже не хочется сопротивляться. Хосок ему так и не написал. Он вздыхает и сползает по дивану вниз. Намджун подсаживается рядом. - Все как-то непонятно, - говорит Юнги, - это отстой. Намджун смотрит на него, и Юнги понимает, что от него, кажется, ждут продолжения. А что ему еще сказать? «Я влюбился, в меня влюбились, но мы не можем быть вместе из-за вероятности убийства в приступе беспамятства, ведь, хей, я не упоминал? Я вампир, а Хосок для меня ходячая закуска, но я не могу выпить его кровь и успокоиться, потому что укусы все еще вызывают у меня эмоциональное отторжение, ведь мой создатель был гребаным садистом, а попросить у него крови в качестве донора это самое жуткое начало отношений и нет никаких гарантий, что после одной порции желание спадет, и тогда рано или поздно мы окажемся в такой ситуации, когда я не сдержусь и выпью прямо из него, и в лучшем случае это будет добровольно, но нет гарантии, что я смогу остановиться прежде чем, будет поздно, а в худшем случае я могу сорваться и сделать это насильственно и…». Юнги в полной мере ощущает на себе весь стресс, тянущийся за ним уже которую неделю. Он зажмуривается и пытается отогнать от себя мысли. Намджун какое-то время молчит, ерзает на диване, а потом говорит: - А ты уверен, что проблема не преувеличена? Юнги поворачивается к нему и всматривается в его лицо. Намджун явно смущается под таким вниманием, но взгляд не отводит. - К сожалению, - выносит вердикт Юнги. От Намджуна не пахло ничем. То есть от него пахло; дезодорантом, мылом, чем-то зеленым, то ли травой, то ли его комнатными растениями. С его кровью все хорошо, он явно ничем не болеет и Юнги даже может представить какая она на вкус. Но от него не пахло так. Так, как от Хосока, не пахло ни от кого. И угораздило же запасть именно на него. - Тогда действительно херово, - с видом эксперта кивает Намджун. Юнги становится смешно. - Ты не очень хорош в поддержке, да? - улыбается Юнги, пихая Намджуна в плечо. Тот натянуто смеется и предлагает ему выпить, раз уж чего-либо продуктивного они вряд ли уже сделают. Намджун напивается быстро, ну или для Юнги время — это несуществующая концепция. Виски на вкус ужасно, но Намджун тоже морщится, плюется, но пьет, и Юнги хочет выказать ему поддержку. В конце концов, язык человека совсем развязывается. Он мычит что-то о том, что умрет в одиночестве в своей студии и его найдут только через три дня в лучшем случае, ведь ничего кроме музыки он делать не умеет, из близких у него разве что собака, а общаться с людьми это мрак. Юнги бы хмыкнул в знак согласия, но мысленно дает себе подзатыльник, ведь Намджун сам буквально человек. Юнги в порыве чувств хлопает его по плечу и говорит что-то из серии: ну не грусти ты, ну чего ты, все образуется, ты обязательно найдешь любовь и будешь чуть менее отстойный, чем сейчас. Намджун его обнимает, и Юнги не против, потому что от алкоголя человек весь такой ранимый и плаксивый, и у них вроде как связь установилась. Намджун говорит, что и у Юнги с его девушкой всё обязательно будет хорошо. Юнги, раз уж они теперь так близки, признается, что девушки никакой нет, зато есть парень. Намджун излишне часто повторят, как он его полностью поддерживает, и Юнги неловко, но радостно. Что ж, возможно, на следующей попойке он признается, что и не человек вовсе. Они меняют тему и говорят о последних релизах, безбожно перемалывая косточки коллегам. Ах, слышали бы их сейчас журналисты. Наверное, эксклюзива на год вперед бы хватило. Бутылка пуста наполовину, и большая часть ее сейчас именно в Намджуне; Юнги было неловко пить наравне, на него все равно не действует, только продукт переводить. Намджун засыпает прямо на полу, бурча что-то о том, что надо полить Темари. Юнги закатывает глаза и пытается не осуждать его одержимость аниме, которая идет бок о бок с одержимостью к растениям. Он укрывает Намджуна пледом и ложится рядом. Юнги думает о том, как бы все было проще, если бы рядом с Хоби можно было тоже вот так спокойно лежать рядышком, без необходимости заглушать в себе жажду. Но такого, кажется, не произойдет уже никогда. Юнги старается убедить себя больше ничего не ждать. Но следующий день Хосок пишет ему сообщение.